Помоги проекту - поделись книгой:
— Конечно, я могу одолжить тебе свитер, — заверила Лиза. — Нет проблем.
— О боже, правда сможешь?
— Господи, не психуй, Вэл. Это всего лишь свитер. Тебе не кажется, что платье слишком нарядно для школьной вечеринки?
— Не понимаю, с чего бы это.
Если Лиза пойдет в платье, Вэл в беде. Количество маленьких черных платьев, которыми она владела, равнялось нулю.
— Что это за платье? — уточнила Вэл. — Строгое? Потому что на мне джинсы...
— Оставайся в них, тебе идет. А я, все-таки выберу платье. Определенно. Оно шикарное, отхватила его на распродаже в торговом центре. Я собираюсь надеть его на вечеринку, потому что Томас так и не перезвонил мне по поводу приглашения. Мудак. Он будет так ревновать, когда увидит мои фотографии в Фейсбуке.
— Томас?
— Да. Парень, о котором я тебе рассказывал. В четверг? Он меня продинамил... уходи, мама! Боже, когда дверь закрыта, это означает, не приставать ко мне! Клянусь, она весь день вертелась вокруг меня, как будто думала, что ее тоже пригласят. — Лиза продолжала, понизив голос: — И она бы пошла. Вот что меня пугает. Она бы точно так и сделала.
Эта мысль действительно была ужасающей.
— О, Джеймс здесь. Лёгок на помине. — Ее голос на мгновение стал тихим, когда она убрала трубку ото рта. — Я поняла, мам! Мама. Проклятье. Извини, моя мама пристает к твоему парню. Это по-настоящему жутко. Надо идти. Я принесу тебе свитер... скоро увидимся.
Вэл еще мгновение смотрела в зеркало и вздохнула. «Я выгляжу так, словно собираюсь на похороны. — Она расчесала свои рыжие волосы и добавила немного блеска для губ. — Или в секту. Или как будто очень взвинчена».
К счастью, ее родители были на кухне, а не вынюхивали у двери ее спальни, как мама Лизы. Она смогла пройти мимо, и они не стали комментировать ее одежду.
— Повеселись, Вэл! — прокричала мама, услышав, как открылась входная дверь.
— Помни, о чем мы говорили, — добавил отец.
«Как я могла забыть?»
— Я помню!
Джеймс заехал за ней на отцовской «Хонде» 97-го года выпуска. Нервозность Вэл возросла, когда она увидела, во что одеты ее друзья: во все черное, никакого серого, и так официально. На Лизе коктейльное платье без бретелек; Блейк — в футболке с воротником и штанах; Джеймс — в тех же самых свободных брюках и рубашке, которые он надевал на выпускной на прошлой неделе, за вычетом галстука.
Когда она села впереди, Лиза передала ей укороченный свитер, который Вэл сразу натянула. Она обвязала ленту вокруг талии, и из-за этого ее бюст стал выглядеть еще больше, на ее собственный вкус. Лиза любит такое. Подтянув края как можно плотнее, Вэл сдалась и завязала бант, сделав мысленную пометку не наклоняться.
— Я не слишком ужасно одета?
— Ты прекрасно выглядишь. Твоя блузка великолепна сочетается с этим свитером. Ты выглядишь шикарно.
—Да, ты просто класс, — согласился Джеймс, взглянув на нее — во всяком случае, на ее грудь, — прежде чем снова перевести взгляд на дорогу.
— Но эти джинсы скорее серого цвета. — Она ущипнула джинсовую ткань. — Светло-серые.
— Вэл, — заявил Джеймс, — Успокойся. Он не запретит тебе войти только потому, что твоя одежда на пару оттенков светлее.
— Ты выглядишь очень мило, — застенчиво согласился Блейк.
Им было легко отмахнуться от ее беспокойства, когда все они были одеты в черное. Вэл откинулась на спинку сиденья. Поездка не обещала быть короткой; у нее достаточно времени, чтобы насладиться своей неуверенностью.
Лиза и Блейк болтали об общем учителе, который им обоим не нравился, и Джеймс неизбежно врывался каждые несколько секунд или около того с шуткой или каким-нибудь неуместным замечанием, которое заставляло их всех взрываться смехом. Никто из них не предпринял никаких особых усилий, чтобы втянуть ее в разговор, и настроение Вэл упало еще больше. Неужели так будет весь вечер?
По другую сторону стекла небо было черным, как смоль, даже звезды оказались скрыты тяжелыми облаками. Сегодня новолуние, скрытое тенью облаков там, где должен виднеться серебряный месяц. Вэл вспомнила, что где-то читала, что видеть новолуние в первый раз через стекло — плохая примета. «Прекрати это. Прекрати сейчас же».
Расстояние между домами росло, и сами дома начали резко увеличиваться в размерах. Даже автобусы не отваживались заезжать так далеко.
Джеймс взглянул на приглашение, приклеенное к приборной панели, и припарковался на круглой грязной поляне. Она была почти пуста, за исключением нескольких машин. Вэл затаила дыхание, выдохнув только тогда, когда увидела, что «Камаро» 77-го года среди них нет.
— Вот мы и добрались... Я думаю, — объявил Джеймс, звуча неуместно среди безлунного неба и тихой пыльной дороги. Незваные гости.
Вэл обратила внимание на дом. Он был очень большим. В стиле Тюдоров, с замысловатыми кирпичными узорами на белых стенах. Перед крыльцом росли кусты роз, и она насчитала несколько разных цветов, включая желтый, коралловый и белый. «Боже, это похоже на что-то из сказки», — подумала она.
Но что это — замок принца или коттедж ведьмы?
— А где ведьмы? — пробормотал Блейк, и Вэл подпрыгнула, глядя на него, одновременно удивленная и странно довольная. По крайней мере, еще один человек был на той же волне.
— Пока не вижу, — с благодарностью ответила она.
Джеймс открыл дверь для нее и Лизы, которая невесело хихикнула и заявила, что невозможно прилично выйти из машины в таком коротком платье. Вэл закатила глаза. Блейк выбрался сам. Все четверо направились к входной двери, но Джеймс остановился перед одним из розовых кустов. Когда он наклонился, его намерения стали ясны.
— Джеймс, не надо! Не трогай.
Слишком поздно. Он сломал стебель.
— Они не заметят отсутствие одной жалкой маленькой розы.
— Вполне могут. — Она беспомощно смотрела, как он вертит желтый цветок в своих неуклюжих руках. Разве нет сказки, где все приводилось в движение одной украденной розой?
— Смотри, это твой любимый цвет.
Он помнит. Она попыталась выглядеть суровой.
— Джеймс…
— Роза для розы. — Он осторожно вставил цветок в ее рыжие волосы, и на этот раз Вэл не смогла сдержать улыбки. Она взглянула на его руку, переплетенную с ее, и Джеймс ее быстро убрал.
— У тебя кровь идет!
— Вероятно, он укололся о шип, — предположил Блейк.
— Он может заразиться. У кого-нибудь есть обеззараживающее средство? Бинт?
Лиза многозначительно посмотрела на свой крошечный клатч.
— Я что похожа на девушку, что таскает с собой аптечку?
Джеймс пожал плечами и поднес руку ко рту, чтобы слизнуть кровь. Вэл вздрогнула, и что-то... нет, какой-то обрывок воспоминаний пронесся перед глазами, и на мгновение ей показалось, что она почти вспомнила.
— Желтый, должно быть, означает осторожность, — пробормотал он.
— На самом деле, — произнес новый голос, — желтый цвет означает неверность.
К увитой плющом решетке прислонился молодой человек. Он стоял спиной к рамам, и его ноги выглядели бесконечными. Должно быть, он выше шести футов ростом.
Он смотрел прямо на них, давая Вэл беспрепятственно рассмотреть его лицо. У него были ясные, бледно-серые глаза, которые, казалось, вообще не имели цвета, а волосы были такими же черными, как их одежда. Резкий контраст с его светлыми глазами и более светлой кожей. Вэл с трудом сглотнула. Он ужасно похож на…
Нет, нет, лицо было другим. На самом деле все другое.
Однако сходство казалось поразительным. Достаточно, чтобы у нее пересохло во рту. Прошло много лет с тех пор, как она видела его в последний раз, и Вэл предполагала, что он мог измениться, или ее память изменилась, но...
Нет, Гэвин носил очки.
«Может быть, ему сделали корректирующую операцию или на нем контактные линзы».
Но этого не могло быть, потому что его лицо выглядело другим.
«Лица могут меняться с возрастом».
«Ты хочешь, чтобы это оказался он? — Ей хотелось закричать на себя. — Это то, чего ты хочешь? Хочешь вспомнить, что произошло три года назад?» — Она не могла отвести от него глаз.
Блейк посмотрел на нее, быстро нахмурившись, и Вэл заставила себя посмотреть на свои туфли. «Это не он», — решила она, и теперь, когда оторвала взгляд от его лица, заметила его одежду, и ее охватило новое беспокойство. Разве хозяин не велел им одеть черное? Все черное?
— Неверность? — проговорил Джеймс.
— О да, — подтвердил мужчина, который выглядел смущающе похожим на Гэвина, все еще улыбаясь. — Измена, знаешь ли. Или умирающая любовь. — И Вэл могла бы поклясться, что он смотрел прямо на нее, когда говорил это, и что ей подмигнул.
Она сердито встретила его взгляд, пытаясь не обращать внимания на то, как в панике трепещет ее сердце в груди, или на воспоминания, нахлынувшие из темных мест, куда они были изгнаны все эти годы, и задалась вопросом, на что он намекает? Что она будет изменять? Или что Джеймс сделает это?
Или он хочет, чтобы я изменила с ним?
Эта мысль пришла из ниоткуда, и что бы Вэл ни делала, она не могла прогнать ее. Она чувствовала себя почти такой же виноватой, как если бы Джеймс поймал ее на месте преступления. «Тут что-то еще...», — она только что поняла. Тело Гэвина не было таким... подтянутым.
— Кем, черт возьми, ты себя возомнил? — взорвался Джеймс.
Он холодно улыбнулся, и его лицо утратило часть дружелюбия, но не веселья, и ее убежденность снова поколебалась. Вэл была уверена, что Гэвин отреагировал бы совсем по-другому. Он был вспыльчивым, непредсказуемым и безжалостным. Этот мужчина — айсберг. Голосом, холодным, как утренний мороз, он сказал:
— Я ваш хозяин.
***
Интерьер дома был изысканным. Восточные ковры и мириады ваз цветов всех оттенков выстроились вдоль подоконников, где они наверняка росли на солнце. Мужчина шел быстрым шагом, не давая им раздумывать, но Вэл уловила достаточно, чтобы понять, что семья была состоятельной.
— Прости, — начал Джеймс, — я не знал...
— Все в порядке, — сказал мужчина, не оборачиваясь. — Я принимаю твои извинения.
«Кто он?»
Он провел их прямо в гостиную, где ждали еще несколько подростков. Их было трое, примерно одного возраста с Вэл и ее друзьями: одна девочка и два парня.
На девушке была белая рубашка, оставленная расстегнутой, чтобы под ней виднелась кружевная сорочка. В пышной юбке, она казалась немного похожей на невесту, особенно с ее юным лицом с россыпью веснушек и яркими голубыми глазами.
Она взглянула на них, скользнув взглядом по Джеймсу и Блейку, прежде чем со снисходительным видом остановиться на Вэл. Презрительное выражение на ее лице с чертами деревенской простушки было таким же смущающим, как если бы кролик оскалил свои зубы.
— Кем себя возомнила эта девка? — Лиза прошипела на ухо Вэл. — Она даже не одета в черное — идиотка.
Вэл молча кивнула в знак согласия и внимательно посмотрела на парней. Один был высоким и худым, со светлыми волосами и карими глазами. Его лицо имело необычную форму, угловатое, с слишком резкими чертами, чтобы быть красивым, но он выглядел интересным и не лишенным привлекательности.
Другой парень выглядел ниже ростом и крепче, с телосложением, которое можно было бы ожидать от борца или полузащитника. Он оба были одеты так же, как и хозяин вечеринки, хотя казалось чувствовали себя более скованными в официальной одежде, чем он. Как заметила Лиза, все трое были в белом.
Неужели Джеймс ошибся?
Это будет не в первый раз.
— Вы можете сесть, — сказал хозяин, указывая на стулья. — Мы познакомимся чуть позже. — На экране шел фильм, хотя, казалось, никто его не смотрел.
Джеймс упер руки в бока.
— Кто ты такой?
— Пока можешь называть меня просто ГМ.
— Г-Эм? — повторил Джеймс. — И что это означает?
— Всему свое время. — Он достал пульт и выключил звук. Судя по количеству крови, это был фильм о чудовищах. Рты персонажей продолжали двигаться на экране, пойманные в беззвучном крике.
— Претенциозно, да? — сказал ей Джеймс.
— Фильм? — удивленно спросила Вэл.
— Нет. Его имя. Держу пари, это означает Господи Милости Молю.
— Нет, потому что тогда это будет Г-М-М, — влезла Лиза, которая подслушала. — Может быть, Грандиозный Мудак? Нет — Главный Мазохист!
Блейк улыбнулся, опустив голову.
Вэл ничего не ответила. Она не могла придумать никаких юмористических дополнений к шутке, и ей не хотелось, чтобы их хозяин подслушал ее. Она сосредоточилась на самом ГМ, который поднял руки, словно призывая к вниманию. Ну, ладно, это было немного претенциозно.
— Добро пожаловать, — величественно произнес он. — Я так рад, что вы все смогли прийти. Мы скоро представимся друг другу. В задней части есть столик с едой и тому подобным, и, конечно, вы можете посмотреть фильм и познакомиться друг с другом. Я, конечно, с нетерпением жду возможности познакомиться со всеми вами.
Последовала пауза. Никто, казалось, не хотел делать первый шаг. Наконец девушка в белом встала, и раздался грохот стульев, когда все бросились следовать ее примеру. Вэл неуверенно улыбнулась одному из мальчиков, который отвернулся и ускорил шаг.
Поделиться книгой: