Любовь в мире мертвых

Утром следующего дня она встала раньше всех, даже раньше Кэрол, тихонько помылась в душе. Смыть запах Мерла ей так и не удалось, казалось, он впитался в каждую ее пору. После произошедшего, она на удивление неплохо себя чувствовала физически, если не считать жжения между ног, но зеркало отразило другие видимые следы прошлой ночи. Губы исцелованы, искусаны, прикасаться к ним было неловко, щеки натерты как наждаком, жесткой щетиной, на шее и плечах кровоподтеки от поцелуев, на правой руке четкие отпечатки железной пятерни.

Бет судорожно вздохнула и принялась одеваться. Водолазка с высоким горлом и длинными рукавами, губы и щеки смазать кремом, что недавно притащила с вылазки Мишонн. Распустить волосы, чтоб не так было заметно. Длинная юбка. Не очень удобно, но зато комфортнее, чем в брюках.

Бет не собиралась ничего никому рассказывать, она была слишком стеснительна и напугана произошедшим.

Она даже не знала слов, которыми можно было бы описать то, что с нею сделал Мерл. Она не знала слов, которыми можно было бы описать то, что она чувствовала, когда он делал с нею это. Он причинил ей боль, сильную боль. Но вместе с тем она испытала нечто такое, чего никогда ранее не испытывала. Она была испугана этой реакцией своего тела, она не была уверена, что НЕ хочет все это повторить.

День прошел в заботах. Никто не заметил особенных изменений в поведении девушки, только во время обеда Рик удивился, что Бет надела длинную юбку, такого раньше не бывало.

- Знаешь, иногда хочется ощутить себя девушкой, - улыбнулась Бет в ответ на его замечание.

С другого конца стола, где сидели братья Диксоны, раздалось едва слышное хмыканье. На него внимания никто не обратил, только Дерил покосился на брата, продолжая увлеченно жевать.

Бет вспыхнула, не умея контролировать реакцию тела.

- Что с тобой, дорогая, - забеспокоился Хершелл, - тебе плохо? Ты вся пылаешь.

Опять хмыканье с другого конца стола.

- Нет, папа, все хорошо, просто жарко что-то.- Бет ниже нагнула голову, закрылась волосами, продолжая торопливо есть.

- Так сними эту кофту, ты в ней как в скафандре, - не унимался Хершелл.

Услышав третий хмык, царапнувший ее так и не растаявший за ночь ком в груди, и заставивший низ живота сжаться, Бет отставила тарелку и, скомкано извинившись, вышла из-за стола.

Весь день она была занята с Джудит, которая, к счастью, капризничала меньше, чем до этого, возможно зубки стали проходить. Тем не менее, вымоталась Бет сильно, наскоро перекусив вечером, она проверила замок на своей камере и легла в постель.

Мысли о Мерле и произошедшем она старательно гнала от себя, тем более, что он не обращал на нее внимания больше, после обеда вообще исчезнув из тюрьмы вместе с братом. Бет надеялась, что все уляжется как-нибудь, забудется. Она переживет, не сахарная принцесса, в конце концов. Конечно, он виноват, но и она хороша: могла бы прекратить это все сразу, закричав, или начав сопротивляться. Она же не сделала ни того, ни другого, а потом уже поздно было.

Бет беспокойно заворочалась в кровати, невольно вспомнив свои ощущения в финале, когда уже не было больно. В который раз за день дотронулась до губ, будто заново почувствовав его поцелуи … И то, как он трогал ее… С ужасом Бет поняла, что низ живота налился уже знакомым жаром и застонала. Что он сделал с ней? Она теперь испорченная, грязная, о чем она думает… Неимоверным усилием воли, девушка в очередной раз отогнала от себя пугающе-будоражащие воспоминания. Она это переживет. Все пройдет, все будет, как прежде. Больше просто этого не повторится, вот и все.

С такими мыслями Бет начала проваливаться в сон и встрепенулась, только услышав тихий скрип двери. Она совершенно точно помнила, что закрывала дверь на замок!

Ощутив легкое движение воздуха в камере, Бет отшатнулась в угол кровати, подальше от входа.

Щелкнул фонарик, ослепил.

-Кто здесь?- дрожа, шепнула Бет, хотя уже по запаху табака и хвои, заполнивших помещение, стало понятно, кто это.

-Тихо… Это я…- Мерл присел на край кровати.

-Ты… уходи…- лихорадочно зашептала Бет. Она ужаснулась от мысли, что кто-то его здесь застанет.

-Я… да не шарахайся ты!- он подсел ближе, ухватил ее за руку, подтягивая поближе. - Я просто поговорить… -Раньше надо было…- начала Бет, но замолчала, буквально придавленная его взглядом .

Он смотрел на нее очень серьезно, покусывал губы, явно что-то для себя решая, не зная, как начать разговор.

Бет судорожно вздохнула, облизала пересохшие губы, не пытаясь высвободиться, поймала его взгляд, блуждающий от ее губ до тяжело дышащей груди.

-Да бл*дь… Че ты делаешь-то?- чуть ли не простонал Мерл.

Только Бет собралась возразить, что ничего такого она не делает, как он одним сильным движением притянул ее к себе, поцеловал, как прошлой ночью - жадно и нетерпеливо.

Бет беспомощно дернулась, чувствуя, как его язык проникает в ее рот, настойчиво, но не грубо, а практически с нежностью, не приказывая, а выпрашивая. Голова закружилась, ощущения были неожиданно новыми и приятными. Она не сдержалась, застонала от сладкого удовольствия, уже понимая, что будет дальше. От осознания этого, помимо воли девушки, в низу живота разлилась невероятная истома предвкушения.

Конечно, Бет изо всех сил гнала прочь приятные ощущения. Надо сопротивляться! Она больше такого не допустит! Надо хотя бы крикнуть, пусть его здесь найдут, пусть накажут! Но целовал он ее до того сладко, что, когда у Бет все же появилась возможность дышать, кричать не хотелось.

Хотелось, чтоб все повторилось, как в прошлую ночь.

И все повторялось. Снова.

Снова тихий хриплый голос, горячо шепчущий в ухо:

-Чшшшш, тихо… тихо… хорошая девочка….

Снова грубые, требующие беспрекословного подчинения пальцы, моментально сдирающие с нее незамысловатые майку и шорты, в которых она обычно спала.

За стеной, в соседней камере спал ее отец, с другой стороны - Гленн и Мегги.

Но его это не останавливало, было ощущение, что он наоборот заводился еще больше от того, что его в любой момент могут обнаружить.

Укладывая ее на кровать, он немного притормозил, как будто раздумывая, продолжать или нет. Бет, тяжело, с присвистом дыша, открыла глаза, чтобы тут же утонуть в его сумасшедшем взгляде и едва заметно потянуться к нему. Больше раздумий не было.

Секунда - и Мерл прижался еще теснее (хотя куда уж теснее!), яростно раздвинул ей ноги, резко вошел в нее. Мгновенная боль сменилась вязким, тянущим, жарким ощущением внизу живота, Бет начала неосознанно выгибаться под ним, опять закрыв глаза и закусив губу.

- Хорошая девочка… сладкая… - снова горячо в ухо, вместе с жарким выдохом.

Резкий рывок на себя, и вот она уже сидела на нем, прижималась к его телу, Мерл подбрасывал ее бедрами вверх, в своем ритме, она лишь следовала за ним, кошкой выгнув спину.

Одной рукой, той, что с протезом, Мерл прижал к себе, другой проник между их телами и нашел чувствительную точку в ее теле. Ритмичные уверенные движения. Он явно знал, что делает! Бет уже чувствовала приближение горячей волны, как в прошлый раз, и поймала его взгляд. Он все понял, резко подался вперед, обхватил ее губы своими, протолкнул язык ей в рот, продолжая двигаться и скользить пальцами по ее клитору. Бет билась в его руках, как птица в силке, не в силах контролировать себя, глухо стонала ему в рот и, наконец, достигнув пика удовольствия, обмякла, прижавшись к нему. Мерл резко перевернул ее на живот, вошел сзади и в несколько движений догнал ее, едва успевая выйти перед финалом.

Перед тем, как уснуть, прижав ее к себе на узкой кровати, опять прохрипел:

- Хорошая девочка… поговорили, бл*дь… Бет только вздохнула, не пытаясь высвободиться, и обессиленно заснула в его объятьях.

Утром его рядом не было. Бет не заметила, когда ушел, и, судя по тому, что все шло, как прежде, никто его тоже не заметил.

Это ночное происшествие открыло ей глаза на ситуацию: ничего не будет, как прежде, ничего не уляжется и не забудется. Он не позволит. Он уже понял, что ей понравилось, понял это раньше нее самой. Скорее всего, он с утра ждал, что к нему придут Рик и ее отец, что она все уже рассказала. Когда этого не произошло, Мерл сделал выводы. И теперь будет делать с ней все, что ему придет в голову, и остановить его она не сможет. Да и вряд ли захочет уже. Надо быть честной с собой. Она никому не расскажет - это глупо и бессмысленно теперь. Как объяснить то, что она не кричит и не сопротивляется, когда он это делает с ней? Что она испытывает невероятное возбуждение, когда он трогает ее? Она даже себе этого объяснить не может, а уж тем более другим. К тому же признаваться в подобном дико стыдно. Рассказать Рику? Отцу? Или кому-то из женщин? Что они сделают? Только то же, что и раньше: попробуют решить вопрос силой или изгнанием. К силе Мерлу не привыкать, будет драться как бешеный бык, но больше в клетку не пойдет. Изгнание? Вполне вероятно, что с ним уйдет и Дерил. Второй раз Рик такой ошибки не допустит. В любом случае, ситуация не стоит того развития, какое может быть.

Мерл виноват, он заставил ее, соблазнил. Она виновата - поддалась соблазну. Этой ночью… Еще чуть-чуть – и она бы сама упрашивала его взять ее. Это ужасно, неправильно и не должно больше повториться. Мерл явно не тот мужчина, с которым стоит заниматься этим. Она вообще не собиралась ничем таким ни с кем заниматься. В любом случае, она решит все сама, без участия других.

Бет приняла решение: избегать Мерла. Всеми силами. Не ходить поздно одной, ночевать только с кем-то, никак с ним не пересекаться. Не смотреть на него, не думать о том, что произошло, что она чувствовала. Позиция страуса, конечно же, но другой выход из ситуации не приходил пока в голову. Ей вполне удавалось придерживаться плана целую неделю. Забивая день заботами, ночи проводя либо дежурствах, либо с малышкой, Бет старалась не вспоминать о том, что было. Отгонять все ненужные, по ее мнению, мысли и эмоции.

Все это время Мерл ходил кругами рядом с ней, усмехаясь, когда она шла на вышку дежурить с Мишонн или брала Джудит и уходила в комнату Рика вечером. Его кровожадный, пронизывающий до костей взгляд преследовал ее по вечерам, когда все сидели на своих привычных местах, смеялись, делились впечатлениями прошедшего дня. Он смотрел на нее, заставляя опускать глаза в тарелку и закусывать губу, пытаясь побороть реакцию тела.

С ним никто не общался, кроме брата, да и тот говорил односложно и в основном матерно. Мерл тоже был не особо разговорчив, он ничего не делал, не пытался караулить ее в темных углах, просто смотрел, хотя Бет не сомневалась, что он прекрасно осведомлен обо всех ее передвижениях. Он скрадывал ее, как охотник дичь, просто ждал, когда она устанет бегать и выдохнется.

4.

Он впервые заговорил с ней только этим утром, перед вылазкой.

И сейчас в машине он говорит тихо, практически одними губами. Бет просто отворачивается, ничего не отвечает и смотрит в окно, закусив губу. Не обращать внимания, не думать о его близости, не замечать, как низ живота опять наливается сладкой болью… Но пальцы на ее теле становятся все горячее, хотя, кажется, дальше уже некуда, все настойчивее, и Бет неосознанно придвигается с мужчине, не в силах противостоять этому яркому животному ощущению внутри себя, которое он будит своими ласками и снова слышит тихо-тихо, на грани неслышимого:

- Хорошая девочка… Не надо бегать… Возле магазина, который они наметили посетить, несколько остовов покореженных машин. Сбоку от здания торгового центра притулился ангар СТО. Ходячих не видно, как ни странно, запах их тоже не ощущается. Конечно, они все делают по правилам: осматриваются, прикрывают друг друга, четко распределяют обязанности – жизнь научила. Мерл все поглядывает на ангар СТО и, в конце концов, решает его проверить. В самом ангаре пусто, кое-какие инструменты, которые тут же отправляются в сумку.

Мегги, Бет и Гленн ждут снаружи, они вполне уверены, что он сам о себе позаботится, им надо все уложить в машину, добычи много, места мало.

Вдруг они слышат урчание мощного двигателя, оказывается, в глубине ангара Мерл нашел неплохой военный джип с полным баком. Как он там оказался - загадка. Военные не чинят свою технику у гражданских. По нынешним временам отличный улов: машина повышенной проходимости, крепкая и быстрая, не провонявшая мертвечиной - просто чудо. Мерл доволен, сияет как зеркало на найденной им машине.

-Эй, цыпленок, садись ко мне, - кричит он Бет, - все равно у этих голубков места сзади нет.

Места действительно мало, Бет растерянно и немного испуганно смотрит на Мегги, но та, занятая распределением вещей на заднем сиденье машины, не замечает отчаянного взгляда сестры.

-Да, Бет, иди к Мерлу, там по крайней мере сможешь ноги вытянуть, - кивает она, и Бет ничего не остается, кроме как покорно залезть в машину к насмешливо улыбающемуся Мерлу.

- Ну что, куколка, прокатимся? – говорит он, глядя, как Бет пристегивается ремнем безопасности и старается отсесть от него на самый край сиденья. – Да чего ты шарахаешься от меня, не съем. Ну, может, покусаю только… Тебе же вроде это нравится?

Бет тяжело вздыхает, отворачивается к окну, намереваясь игнорировать его и дальше. Она понимает, что он не сможет опять ее трогать, так, как делал это ранее, в дороге - руки заняты, надо вести машину, и рада этому.

- И чего ты бегаешь? – продолжает Мерл, - Только не говори, что боишься меня или что тебе не понравилось, я же не дурак. Все тебе нравится, ты - та еще горячая штучка, хотя по виду прям скромница, пасторская дочка… Ха-ха… - Прекрати! – не выдерживает Бет,- Ты просто животное, похотливое животное! Не все такие, как ты!

- Но ты-то именно такая, цыпленок,- перебивает Мерл.

- Нет!- кричит Бет, распаляясь, - Нет! Я не такая! Ты меня заставил! Я не хотела!

-Ну, заставил, - спокойно отвечает Мерл, - а как по-другому? Первый раз, не скрою, не планировал ниче такого… Сама виновата. Какого хера одна ночью ходишь? Я тебя держал, ты не вырывалась, смотрела на меня. Я же не железный, бабы давно не было, вот и снесло крышу. К тому же я, вроде, давал тебе шанс … Ты ниче не делала, стояла, смотрела… Я и подумал: целочка, приколько пожамкать немного… Я же не думал, что ты такая … сладкая, что остановиться, бл*дь, них*я не реально. Потом все утро ждал, когда шериф примчится меня арестовывать с моим братишкой наперегонки… Он усмехается. Бет подавленно молчит. Он и правда давал ей шанс уйти тогда, в первый раз.

- Я уж потом понял, почему не сказала… Хотя странно, конечно… - Я не знала, как сказать, я растерялась!- зачем-то оправдывается Бет, - Я вообще ни о чем таком не думала никогда, я вообще никогда не… - Да я в курсе теперь, - усмехается опять Мерл, - так - то я не самая лучшая кандидатура на роль первого парня, но и не самая худшая, поверь. По крайней мере, тебе понравилось, а это нечасто бывает в первый раз.

- Не понравилось! - перебивает Бет.

-Понравилось, - все так же спокойно говорит Мерл, - я же говорю, не держи меня за идиота.

-Нет! Ты мне вообще не нравишься, ты грубый, грязный, злой… Ты - расист и наркоман!

-Это да,- смеется Мерл, - но то, как я тебя трахаю, тебе нравится.

-Нет!

Мерл, прекращая смеяться, резко увеличивает скорость и мигает дальним светом едущей впереди машине. Гленн притормаживает и, когда машины выравниваются, опускает стекло и вопросительно смотрит на Мерла.

- Слушай, узкоглазый, тут есть один магазинчик в часе езды в соседней деревушке, охотничий, я сгоняю туда, может че осталось. Вы езжайте дальше, мы догоним.

Бет задерживает дыхание от волнения и вцепляется в ручку двери.

- Нет, - резко говорит Мегги, - Бет с тобой не поедет, хочешь, один езжай.

Бет резко и благодарно выдыхает.

- Да ладно вам, че я, съем ее что ли? – смеется Мерл,- к тому же там еще детский сад был недалеко, может, кое-какие вещи для засранки захватим. Я в этом не секу, а цыпленок точно разберется.

- Мы тоже поедем, - поворачивается Мегги к мужу. Тот раздумывает, потом говорит осторожно:

-Ты же говорила, что голова кружится… Нам бы домой поскорее. Может Мерл в другой раз съездит? В Дерилом , например, или с Керол?

-Вот, бл*дь, какого хера брать беременную бабу на вылазку?- сплевывает Мерл, - ты, узкоглазый, че-то не то делаешь… А другого раза может и не быть, когда мы еще в эту сторону поедем? Там и так, не факт, что че-то осталось… -Я поеду, не волнуйся, Меггс, - перебивает Бет, - тебе домой надо срочно, я переживаю. Пусть папа посмотрит тебя. Я справлюсь.

Мегги раздумывает, поглядывает на Бет.

-Точно?

Бет кивает головой, пряча взгляд от сестры.

-Ну вот и ладушки, - кивает Мерл и дает по газам.

Бет смотрит на свои сжатые до белых костяшек руки на дверце машины.

Какое-то время они едут молча, девушка не смотрит на водителя и не заговаривает с ним.

Вскоре они и в самом деле приезжают в какую-то деревню. Аккуратные домики, отсутствие заборов, лужайки перед домами. Бет удивленно оглядывается:

-Что это за место?

- Это мы с Дерилиной нарыли, тут так-то ничего нет ценного, но пару часов переждать можно.

-Зачем пару часов?- дрожащим голосом спрашивает Бет.

-А ты как думаешь, - хохочет Мерл и подталкивает ее к одному из домов.

-Мерл, ты что, ты с ума сошел? – протестует Бет, упираясь, не желая идти.

-Давно, девочка, давно.- Мерл хватает ее, перекидывает через плечо и несет в дом.

В доме он ставит ее на пол и толкает к дивану в гостиной. Бет от толчка не удерживается на ногах и оседает на мягкие пыльные подушки.

-Раздевайся, - тихо говорит Мерл, напряженно глядя на нее.

Бет мотает головой и упрямо вскидывает голову. Она понимает, что никуда не денется от него, но и помогать ему не собирается. Он хочет ее взять? Пусть берет сам, как всегда. Она закроет глаза и перетерпит. Не будет никак реагировать на него. И тут же, вступая в противоречие с головой, подключается тело, гоня с низа живота такую горячую волну внезапного возбуждения, что Бет даже глаза закрывает, чтоб не выдать себя.

-Хорошо, - кивает Мерл, - сам. Запасная одежда есть?

Бет открывает глаза и сглатывает, когда до нее доходит смысл его вопроса. Ведь, если он сейчас что-то на ней порвет, то придется в тюрьму возвращаться в том, что будет, а это явно вызовет массу вопросов у сестры.

Бет начинает раздеваться, расстегивает брюки, снимает футболку, остается в нижнем белье. Мерл, не сводя с нее плотоядного взгляда, снимает рубашку и футболку, остается в одних штанах. Бет впервые видит его тело при свете дня, рассматривает, стесняясь своего интереса. У Мерла крепкие, широкие плечи, руки, с неярко выраженными бицепсами, так сразу и не поймешь, насколько он сильный, твердый живот, татуировка на боку… Все это почему-то невероятно заводит, и Бет, уже не отдавая себе отчета в своих действиях и забыв, что буквально минуту назад не собиралась помогать ему, тянет с плеч лямки простенького серого бюстгальтера.

- Все,- останавливает он ее,- дальше сам.

Он подходит к дивану, сбоку нажимает на какое-то крепление и спинка откидывается. Диван превращается в огромное, пахнущее пылью, но очень мягкое ложе. Бет не ожидает этого движения, и, когда опора внезапно исчезает, она не удерживается и валится навзничь. Пытается встать, слышит хриплый приказ: