Помоги проекту - поделись книгой:
Луна была в отчаянии. Она не знала, что ей делать и куда податься. Ещё полчаса назад она находилась в Уотсоне на опознании. В разорванных собачьих останках она узнала Мануэля. Перед глазами всё ещё стояла картина его обезображенного тела, а в носу – сладковатый запах формалина. На обратной дороге в Озей Луна узнала об аварии, в которую попала Анита, и её пробила мелкая дрожь.
Размышляя о том, что делать дальше, Луна возвращалась со станции домой. Работать в таком состоянии она не могла, но и просто так сидеть дома и мучиться от одиночества и полного непонимания происходящих событий было бы для неё пыткой.
«Может, всё-таки позвонить Алану? – задумалась она. – Как бы то ни было, он в любом случае меня примет и успокоит. А потом, когда встану нормально на лапы, вернусь к привычной жизни…»
Луна вошла в подъезд и поднялась к себе на четвёртый этаж. Замок как-то странно провернулся, но она не придала этому значения и прошла в квартиру. Брезгливо сняв с себя всю верхнюю одежду (она ненавидела зиму во всех её проявлениях, от погоды до гардероба), Луна поставила греться электрочайник, села за стол и заплакала. Весь день она старалась держаться, быть хладнокровной и, невзирая на бурлящий внутри океан чувств, оставалась сильной, как учил её когда-то отец.
Именно такой, нервно сглатывая слёзы, Луна уехала рано утром в Уотсон прямо с работы. Затем так же, стиснув зубы, но не моргнув и глазом, опознала труп Мануэля. И напоследок, по дороге обратно, сидела с весьма будничным задумчивым видом и смотрела в окно поезда, чувствуя, как внутри неё бушуют ураганы, от которых можно было сойти с ума.
Плакала она недолго. Уже через минуту резко встала и направилась в сторону комнаты, переодеться. И тут её сердце буквально укатилось в задние лапы.
В её квартире кто-то был. Луна всегда была сторонницей чистоты и идеального порядка, как в операционной. Она всегда с точностью до деталей знала, что и на каком месте должно лежать в её квартире. Где обычно обитает пульт от телевизора, как занавешены окна, как расставлены фигурки под трельяжем, как разложены вещи в шкафу…
Луна бросилась к шкафу и, открыв его, тихо охнула. Вещи действительно лежали не так, как она привыкла, хоть и сложены были практически так, как это делала она сама.
Ни на секунду не задумываясь, Луна выскочила из квартиры и побежала вниз, прямо на ходу надевая зимнее пальто. Вызывать полицию очень не хотелось – она уже достаточно пообщалась с ней за сегодняшний день – но другого выхода не было. Луна забежала в первый попавшийся хозяйственный магазин и купила новый замок.
У самого дома она решилась на звонок в полицию. Обратно в квартиру Луна подниматься побоялась, поэтому стала ожидать приезд сотрудника правоохранительных органов перед входом в подъезд.
– Вы утверждаете, что, пока вас не было дома, в вашу квартиру проникали посторонние? – абсолютно незаинтересованным тоном спрашивал прибывший на место полицейский.
– Да. Я всегда точно знаю, как в моей квартире лежат вещи. Когда я вернулась домой, обнаружила, что они лежат совершенно по-другому, – начала отвечать Луна, уже на десятом слове чувствуя, что говорит полную чушь, которую мало кто воспримет всерьёз.
– Вот оно что, – на морде полицейского Луна заметила проскользнувшую тень раздражения. – У вас что-нибудь пропало?
– Я пока не знаю, – развела лапами Луна. – Как только я поняла, что в моей квартире кто-то побывал, я тут же убежала…
– Куда, если не секрет?
– В магазин, за новым замком.
«Он принимает меня за чокнутую», – в отчаянии подумала Луна.
– Хорошо, я осмотрю помещение, – устало проговорил полицейский и широко зевнул. – Вы можете пока проверить, на месте ли все ценные вещи.
Пока он изучал пол на предмет наличия посторонних следов, Луна кинулась проверять драгоценности, спрятанные по разным полкам в шкафу. Всё оказалось на месте.
– Скажите, кто ещё живёт с вами в квартире? – спросил вдруг полицейский.
– Мой пёс, Мануэль, – стараясь не дрогнуть голосом, ответила Луна.
– Порода?
– Сибирский хаски…
– Вы издеваетесь надо мной? – полицейский начал заметно злиться. – Из всех клочков шерсти, что я смог найти на вашем чистейшем полу, вот эти вот серебристо-серые волоски. И принадлежат они вашему сожителю. Он, вероятно, заходил к вам сегодня утром, пока вас не было…
– Он не мог зайти, – сдавленно проговорила Луна.
– Почему не мог? – рыкнул полицейский.
– Он пропал два дня назад, вчера вечером нашли его труп, – чётко произнесла Луна, сама будучи в шаге от бешенства. – С момента, когда он последний раз был здесь, я мыла пол трижды.
– Умоляю, не сочтите меня грубым, но мне кажется, что вы преувеличиваете, – немного смягчившись, ответил полицейский. – Я искренне соболезную вам, но давайте всё-таки рассуждать логически. Вы прекрасная хозяйка, это сразу заметно, но шерсть вашего покойного пса могла вылететь в коридор из угла, в который ваша швабра не пролезла во время уборки. Далее: все ценные вещи, как вы только что убедились, на месте. Может, вам всё-таки показалось?
– Может, всё-таки и показалось, – чувствуя себя полной дурой, проговорила Луна.
– Вы только с опознания?
– Да, – призналась Луна и сглотнула.
– Ладно, бог с вами, – махнул лапой полицейский. – Войду в ваше положение и ложный вызов оформлять не буду. Выпейте что-нибудь успокаивающее и ложитесь спать. Но учтите – в следующий раз оштрафую.
– Спасибо за понимание, – вздохнула Луна, выпроваживая его из квартиры. Она понимала, что нормально уснуть сегодня точно не сможет. Завтра утром будут готовы результаты экспертизы по телу Мануэля. Предстоит заниматься организацией перевоза его тела в Озей, а потом и похоронами.
Луна очень устала за день. Ей страшно хотелось есть, и одновременно с этим она буквально заставляла себя проглотить очередную ложку гречки с молоком. Мысль о том, что в дверь вновь может кто-то проникнуть, не давала ей покоя. Нужно было срочно ставить новый замок. Вернее, прямо на ходу научиться его менять.
Ей хотелось в душ под горячую струю воды, а затем лечь в кровать и накрыться одеялом. Когда-то в детстве она накрывалась им с головой, и ей казалось, что одновременно с этим уходили все её проблемы и страхи. Как жаль, что сейчас это уже не сработает. Поворчав про себя, что не имеет ни одного близкого друга мужского пола, она поднялась со стула и пошла вскрывать купленную днём упаковку с замком.
Саппи вернулся домой из «Руднев-Плаза» после обеда. Благополучно завершив все запланированные на этот короткий пятничный день дела, он мигом уехал из бизнес-центра в сторону своего дома. Тихонько, на цыпочках, поднялся к себе на этаж и еле слышно захлопнул входную дверь.
Тишину, как оказалось, он соблюдал не зря. Снупи спал тихим мирным сном, что для семейства Фейджей уже стало чем-то сродни роскоши. Няня в это время раскладывала по местам раскиданные непослушным щенком игрушки.
– Добрый день, Анхелика, – шёпотом поприветствовал её Саппи. – Спит?
– Кажется, да, – задумчиво глядя на посапывающего щенка, ответила няня.
– Я же просил не убирать за ним игрушки, – прошипел Саппи. – А наоборот, научить его убирать за собой, самостоятельно!
– Он ещё маленький совсем, сеньор Фейдж…
– Маленький, – согласился Саппи, про себя размышляя о том, что если как следует не заняться его воспитанием, то этот маленький ангелочек уже совсем скоро превратится в большого монстра. – Я пойду в гостиную, Анхелика. Если что, обращайся.
Саппи включил первый попавшийся канал, транслировавший очередной дешёвый боевик, и блаженно расплылся на диване. Как же хорошо иногда прийти домой днём, а не вечером. Дела на работе все сделаны. Сын спит. Вегетта в школе. Занятия в юридической академии, в которой Фейдж решил получить второе высшее образование, сегодня отменили. Благодать!
К сожалению, насладиться тишиной и покоем в полной мере Саппи в тот день так и не удалось. Уже на второй рекламе позвонил Тузик.
– Привет, Туз, – зевая, поприветствовал друга Саппи. – Тебе чего?
– Здорово, – ответил Тузик, – ты Аниту навещал?
– А, – Саппи улыбнулся, – мы с Вегеттой почти до полуночи у неё вчера просидели, пока нас не выгнали…
– Понятно, – сказал Тузик. – Ты мне нужен для одного дела. Жди меня, я за тобой заеду. Поедем кое-куда, поговорим. Вегетта с тобой?
– Конечно же, нет, – ответил Саппи и усмехнулся. – Она по пятницам у второй смены уроки ведёт.
– Ясно, – вздохнул Тузейло, – Всё, жди меня. Я скоро.
– Ужасное место, – кафе, в которое его затащил Тузейло, Саппи оценил без особого энтузиазма.
– Сотрудники администрации города очень любят сюда ходить и не воротят нос, – спокойно сообщил Тузейло. – Или ты после своего круиза зажрался совсем?
– Не говори, – отмахнулся Саппи. – После круиза стало страшно жить. Домой прихожу, а радости нет никакой…
– У тебя щенок растёт, ты чего? – не понял Тузейло.
– Не готов я к этому, как оказалось, – Саппи заёрзал. – Ищу любой предлог, чтобы из квартиры улизнуть. Вегетта бесится, оно и понятно. У неё в школе своих спиногрызов хватает, теперь ещё и собственный появился…
– И даже не один, а двое, – Тузик хмыкнул.
– Короче, не нагулялись мы с ней, как следует, – подытожил Саппи.
– Смотри, такими темпами по собачкам пойдёшь, раз дома развлечений не хватает.
– Да нет, – покачал головой Саппи. – Я Вегетту люблю и никогда её не предам. Это точно.
К их столику подошла молоденькая официантка, собачка породы шелти, и приняла заказ. Саппи оценил её с головы до лап, что не укрылось от глаза Тузика.
– У вас когда с Вегеттой в последний раз было? – Тузейло решил спросить прямо в лоб.
– На прошлой неделе, – ответил Фейдж и прикурил.
– Ну вы даёте, – опешил Тузик. – Вроде молодые, а так скосились.
– А у вас с Анитой? – осторожно спросил Саппи.
– Анита сейчас лежит в больнице, если ты вдруг забыл, – Тузик тоже прикурил сигарету. – А до аварии всё было регулярно. Да, рождение Ани для нас тоже стало испытанием. Были постоянные бессонные ночи, нервы, капризы, но супружеский долг друг перед другом мы отрабатывали на совесть. А вам советую побеседовать с Вегеттой на эту тему, если ты, конечно, не хочешь, чтобы ваш брак развалился уже через месяц.
– Вот так и знал, Туз, что будешь меня учить, – вздохнул Фейдж.
– Я не собираюсь тебя учить. Просто подобные проблемы между супругами принято решать в диалоге. Вегетта у тебя куда менее взрывоопасна, нежели моя Анита. Я уверен, что она не воспримет тебя в штыки, если ты вдруг решишься с ней обсудить всё, что тебя так беспокоит. В общем, решайся. Это всё-таки твоя семья.
– Ладно, – Саппи отвёл взгляд на окно. – Разберусь. Теперь я слушаю, что стряслось у тебя? Ты же меня сюда позвал явно не для того, чтобы мои проблемы обсуждать, верно?
– Верно, – кивнул Тузик и запустил лапу во внутренний карман пальто. – Новости читал?
– Что опять у нас в городе случилось? – обречённо спросил Саппи.
– На этот раз не у нас в городе, – проговорил Тузейло и выложил на стол пятничный выпуск «Собачьей правды».
– Ну-ка, – Саппи затушил сигарету, нажал на очки в области переносицы и сощурился:
«В ЧЁМ ПРИЧИНА ГИБЕЛИ АЛЕКСА ГРЕББЛА И ФРИДРИХА ОЗЕЙЛО?
– Ты с ним общался когда-нибудь? – быстро спросил Фейдж.
– Никогда, – Тузейло пожал плечами. – Он мать бросил, когда я ещё не родился. Надо съездить в эту Рио-де-ла-Плату. Узнать подробности…
– Сиди, – приказал Саппи. – Нечего тебе там делать. Что-то этот Фридрих Озейло не примчался сюда, когда писали о твоём триумфе на выборах. И ты тоже зазря не катайся.
Официантка поднесла друзьям заказанные блюда: говяжьи стейки – гордость Аргентины – с запечённым картофелем и свежевыжатые соки. Тузику – апельсиновый, а Саппи, который не любил сладкого, – томатно-морковный.
– А вдруг это что-то важное?
– Не суй свой нос туда, куда тебя совать его никто не просил. Здоровей будешь, – посоветовал Фейдж. – А если совсем невтерпёж узнать, что именно там произошло, отправь кого-нибудь разобраться. Найми частного детектива или Ортегу попроси, в конце концов…
– Нельзя, – отрезал Тузейло. – В это дело никого не надо впутывать.
– Конечно, – спаниель закивал головой. – Куда лучше самому впутаться. Да ещё и по самые гланды, как всегда. Я тебе поражаюсь, Туз. Анита чудом осталась жива после страшной автокатастрофы и теперь пытается прийти в чувства, лёжа на больничной койке. Твой отец сегодня утром умер при загадочных обстоятельствах. А ты ходишь тут без охраны. Ты хоть понимаешь, что тебе сказочно везёт, что до тебя пока ещё не добрался ни один дотошный журналист? Ты продумал, как отвечать прессе на вопросы о его кончине?
– Нет, поэтому и еду в Рио-де-ла-Плату, – твёрдо сказал Тузейло.
Саппи молча смотрел на друга. То ли обдумывал, что ответить, то ли просто дожёвывал кусок говядины.
– Я тебя предупреждал, если что, – выдал он, наконец. – На твоём месте я бы обратился к Гастону.
– Не стоит его дёргать по каждому пустяку, – покачал головой Тузик.
– Как, кстати, он отнёсся к происшествию с Анитой?
– Сказал, что у него есть псы, которые смогут провести экспертизу машины.
– В рамках закона, надеюсь? – понизив голос, будто боясь, что его услышат, спросил Фейдж.
– Да, – кивнул Тузейло. – Гастон уже четыре года действует исключительно в рамках закона.
– Ну-ну, – скептически проговорил Саппи. – Вот получу второе высшее, пойду в прокуратуру… И всех посажу!
– Ага, – Тузик развеселился, – уже жду не дождусь этого исторического события: «Саппи Фейдж искоренил всю мафию в собачьем мире». Я смотрю, ты фантазёр, Сап.
Поделиться книгой: