Чекист районного масштаба

Василий нагнулся и Иван спросил: «Василий, вы чего там всю ночь шептались»?

– С чего ты взял?

– Я проснулся ночью, видел и слышал.

– Ничего у нас конспирация?

– Чего, чего?

– Ну, это я так. Ладно, чуть поправишься, я тебе все расскажу. А пока молчи и никому не говори. Понял?

– Понял.

– Василий, а ты отправил весточку от меня моей жене?

– Отправил. Да, что толку, адрес–то наш изменился. Мы же сейчас переехали в госпиталь, а обратный адрес я указал медсанбатовский. Ответ она не сможет отправить.

– Какой ответ? Она же тоже безграмотная.

– Ну и дела!!! Так как же она прочитает твое письмо?

– Ну, кого-нибудь попросит.

– А написать ответ?

– Необязательно. Просто чтобы знала, что я живой и ждала.

– Но это не дело. Ты пока лежишь должен грамоте обучиться.

– Да как тут обучишься?

– Я что-нибудь придумаю.

Василий пошел на процедуру. Медсестра, Маша, твердым голосом сказала: «Снимай штаны». Василий снял, и она всадила ему укол. Он вскрикнул и произнес,

– за что такое наказание, как будто снаряд в мою задницу вонзился!!! Маша рассмеялась и ответила: «Ох и балагур ты Василий. Если бы вошел снаряд, то от твоего мягкого места ничего не осталось, и некуда было ставить укол. Если только в твою непутевую голову.

– Это почему же?

– Больно много говоришь.

– Маша, а вообще у меня к тебе дело.

– Какое?

– К тебе приходит дочь. Она в каком классе учиться?

– В седьмом.

– У меня к тебе просьба, не могла бы она научить Ивана грамоте?

– Вообще-то она мечтает стать учителем. Пусть попробует. Я переговорю с ней.

– Вот и ладненько.

– Ну, все Иван! Завтра придет твой учитель и будет тебя учить грамоте. Только условие, веди себя прилично и не матерись.

– Да я не матерюсь. Только когда отдирают от ран бинты. Они прилипают и у меня такое ощущение, что отдирают вместе с кожей.

– Но наука-это труднее перевязки.

– Не может быть!?

– Точно. Завтра попробуешь.

На следующий день подошел Василий с девочкой, и он ее официально представил Ивану, вот к тебе пришел твой учитель. Ее зовут Лиза. Во всем ее слушаться. Иван недоуменно посмотрел сначала на Василия, затем на девочку и тяжело вздохнул. Начались занятия.

– Сначала выучите алфавит, сказала Лиза и дала Ивану бумажку. Вот эти буквы вы должны знать, а рядом написано их произношение. Поняли?

– Не совсем.

– Все слова состоят из букв, и вы их должны знать. Например, как вашу жену звать?

– Варя.

– Как думаете, какая первая буква. Ивана прошиб холодный пот от напряжения и он ответил, что не чувствует ни какой буквы.

– Как же так? Давайте вместе со мной. И они стали вместе повторять имя жены. А теперь сами. Он повторил. Так какая же первая буква?

– Вроде «В».

– Правильно. Иван взбодрился. А следующая?

– Вроде «А».

– Правильно. Дальше.

– «Р».

– Верно. И последняя буква.

– Кажется «Я».

– Вы просто молодец!!! А теперь найдите эти буквы в алфавите и напишите эти буквы на бумаге. Иван взял карандаш и стал искать и выводить буквы. Получилось очень коряво, но правильно.

– Ура!!! Вы просто молодец дядя Ваня.

– Какой я дядя Ваня? Мне всего 18 лет. Зови меня Ваней. Ведь я твой ученик.

– Хорошо. Все равно ты молодец.

Так день за днем Иван постигал грамоту. Изучал азбуку, арифметику и наконец, решил написать самостоятельно письмо. Надо сказать, что с Иваном очень сдружилась и сама Лиза и очень гордилась, что научила грамоте взрослого человека. Теперь она точно решила, что станет учительницей и сказала об этом матери. Мать тоже обрадовалась решению дочери и посмотрела на нее совсем другим взглядом.

– А ведь ты у меня уже взрослая и скоро будешь самостоятельная.

Иван попросил у Лизы чистый лист бумаги и стал сочинять первое в своей жизни письмо. Писал печатными буквами, так ему было проще выводить буквы. Написал, что ранен, лежит в госпитале и что идет на поправку. Долго исправлял, перечеркивал, подчищал неправильно написанные буквы и наконец, поставил точку. После этого сильно уставший, упал на подушку и подумал, что я на сенокосе так не уставал, как при написании письма. Надо же!

Попросил Лизу принести конверт и самой написать адрес. Лиза так и сделала. Запечатала конверт, написала адрес и опустила его в почтовый ящик. На следующий день она принесла Ивану букварь и сказала: «Вот твоя первая книжка, которую ты должен прочитать». А у меня начинаются экзамены, и я пока не буду приходить. Читай.

Между тем в госпитале стало ухудшаться снабжение продовольствием, лекарствами, перевязочными материалами. Раненые стали понемногу роптать, высказывать свое недовольство. Василий с членами партийной ячейки РСДРП(б) госпиталя обратились к главврачу по сложившемуся положению. Главврач, Львов Сергей Львович, внимательно выслушал раненых и сказал: «Вы граждане солдаты не ко мне обращайтесь, а к Временному правительству. Меняется уже второй председатель Временного правительства. И с каждым новым руководителем положение не только не улучшается, а наоборот только ухудшается. Сейчас пришел к власти какой-то эсер Керенский А. Может он исправит положение? Пока я этого не могу сказать».

– Но надо что-то делать господин главврач? Надо в округ написать письмо, отправить заявку на медикаменты, каждый день звонить, надоедать.

– Все делается голубчики. И звоним, и пишем, и гонцов отправляем. Пока толку мало. Вы, наверное, в курсе, что в Петрограде идут демонстрации, забастовки, происходят перебои с хлебом, прерывается железно – дорожное сообщение.

– Что же делать?

– Что делать голубчики – я думаю надо навести сначала порядок в стране, а потом ставить вопрос о снабжении больничных учреждений всем необходимым.

Удрученные разговором с главврачом госпиталя, раненые решили собраться ночью и обсудить создавшееся положение. Пришли к койке Ивана и начали совещание.

– Я думаю, начал беседу Василий, связаться с местной организацией РСДРП(б). Узнать у них сегодняшнее положение в стране, в области, в городе. Но как их найти? Они наверняка находятся на нелегальном положении.

– И кто будет их искать? У нас ходячих практически нет никого. А если отлучишься и заметят, то могут по законам военного времени признать дезертиром и того, поставить к стенке или в кутузку посадить. В лучшем случае выпишут из госпиталя за нарушение больничного режима. Кто и где потом будет долечиваться?

– Давайте сначала я обращусь за помощью к медсестре Маше. Тем более ее дочка учит Ивана грамоте. У них сложились хорошие отношения. Полагаю, она поможет. Как думаете? На том и порешили.

Когда все разошлись, Иван спросил Василия: «А ты не рискуешь Машей? Ведь у нее муж убит на германской и она одна воспитывает дочь? Если она попадется жандармам, то, что с ней будет? С ребенком»?

– Да, риск конечно есть. А что ты предлагаешь?

– Ждать. Правильно главврач сказал, что сначала надо навести порядок. Может новое правительство что-то сделает для его наведения?

– Да ничего оно не сделает, ответил Василий. Могут навести порядок только большевики, но для этого надо захватить власть. А пока силы еще не собраны для ее захвата.

– И сколько ждать?

– Не знаю. Вот для этого и надо связаться с местными большевиками. На этом они закончили разговор.

Разговор с Василием разбередил душу Ивана. Сон куда-то пропал. Он стал думать о Варе. Как там она бедная одна справляется? Получит ли письмо? Сможет ли прочитать его, тем более написать ответ? И сколько еще лежать в госпитале? Ведь прошло уже три месяца. А жрачка действительно, стала никудышная. Все готовится на воде. Ни молока не добавляют, ни масла, а про мясо уже и говорить не приходится. Свежих бинтов не стало. Того и гляди гангрена возникнет. Конечно, надо что-то делать? Но что? На этом вопросе Иван и заснул в беспокойном сне.

Наступило очередное утро. Прошел врачебный обход. Позавтракали. Начались процедуры. После них подошел к Ивану Василий, сел на койку и сказал: «Может ты и прав Иван. Не стоит Машу впутывать в это дело? Врач сказал, что меня комиссуют. А я в ответ, «может вы меня выпишите»? Я хоть и хромаю, но могу передвигаться. И дома под домашним уходом быстрее восстановлюсь? Врач ответил, что через неделю возможно и выпишет».

– Здорово! Поедешь домой!? На Родину?

– Пока нет. Думаю для начала связаться с местными подпольщиками, узнать обстановку, порешать наши медицинские вопросы, а затем может быть и домой.

– А как ты их найдешь?

– Недавно железнодорожники провели забастовку. Ведь ее кто-то организовал? Вот через них и попытаюсь связаться с большевиками.

– Ну что ж. Удачи тебе.

Пришла Лиза.

– Ну как, букварь прочитали?

– Прочитал.

– Тогда я тебе принесла детскую книжку. На, почитай. Здесь буквы крупные, удобные для чтения. Ты как раз можешь закрепить свою грамматику.

– Спасибо.

– А вообще как чувствуешь себя?

– Нормально. А ответ из дома, куда может прийти, сюда в госпиталь?

– Да, я обратный адрес указала госпиталя.

– Тогда буду ждать ответа из дома. А как у тебя дела? Как сдаешь экзамены?

– У меня все хорошо, все экзамены сдала на отлично и меня с почетной грамотой перевели в восьмой класс.

– Ты просто молодец. Я рад за тебя.

– Ладно, я пошла к маме. Пока.

Прошла еще неделя. Подошел Василий.

– Все Ваня, меня выписывают. Дали справку, что годен к не строевой. Так, что еду домой. Как самочувствие?

– Да вроде ничего. Врач говорит, что раны затянулись, послушал легкие, сказал, что тоже все хорошо, хрипов нет. Я уже, как видишь, могу садиться. Врач говорит, что скоро пойду.

– Ну, это просто замечательно. Купил местную газету, на, почитай.

– Больно мелкие буквы, наверное, не смогу. Мне вот Лиза принесла книжку с крупным шрифтом, пока ее почитаю. А после нее попробую и газету почитать.

– Сегодня ночью хотим нашей ячейкой собраться у твоей кровати, посовещаться и хочу внести предложение о вступлении тебя в Российскую социал-демократическую рабочую партию (большевиков). Как ты на это смотришь?

– Ну, ты меня ошарашил. Я же безграмотный, как же я могу быть в вашей партии? Во-вторых – партия-то рабочих, а я крестьянин.

– В Уставе партии написано, что беднейшее крестьянство является союзником рабочих.

– Понял?

– Да. Но как-то все неожиданно!

– У нас все неожиданно!!!