– Эй, я тебе не вибратор. В этот раз всё будет по-моему.
Эйса пыталась представить на его месте кого-нибудь другого – от мысли, что она спит с ублюдком, отправившим их команду на тот свет, её начинало мутить и, казалось, Данэм услышал её мысли. Захватив пригоршню её волос, он заставил Эйсу задрать подбородок и открыть рот. В этот раз всё действительно будет по его – Ривера увидела это по его глазам. Данэм хотел подчинить её, укротить её горячий нрав самым примитивным способом и не позволить ей ни на секунду отвлечься от мысли, что сейчас с ней именно он, проклятый Оливер Данэм.
Становилось жарко, словно алкоголь, без толку плескавшийся на дне желудка, наконец растворился в крови. От его властных поцелуев внутри разгорался огонь, Ривере казалось, что она сходит с ума – она стала ведомой, и это непривычное ощущение заводило её ещё сильнее. Эйса услышала, как несколько вырванных пуговиц покатились по полу с тихим шорохом. Ткань треснула по швам, когда Данэм вывернул её тело из рубашки и бросил грудью на широкую кровать.
Он трахал сзади, заставляя шире раздвигать ноги и прогибаться в спине. Эйса безуспешно пыталась отстраниться и скинуть темп, чтобы продлить удовольствие – близкий оргазм сводил мышцы струной, заставлял давиться собственным криком и затхлой вонью старой подушки.
Едва ли прошло пять минут, когда тело пробила крупная дрожь, Эйса непроизвольно сжала мышцы, ощутив острее твёрдость члена внутри себя. Данэм не выдержал – она услышала, как сбилось его дыхание, как сквозь стиснутые зубы прорвался протяжный стон. Он резко вышел из неё и кончил ей на спину. Эйса почувствовала, как сперма стягивает кожу и поспешила развернуться, наплевав на то, что запачкает простынь под собой.
Ривера могла бы поклясться, что они оба смотрят в потолок одинаково тупыми взглядами. Данэм лежал рядом, только протяни руку, но не нарушал её личного пространства. Стандартный набор нежностей им не подходил, он словно понимал это не хуже её.Все чувства обнажились, острое удовольствие вырвало её из прострации и отрезвило. Её преследовало странное ощущение, казалось, что она его чувствует, как тогда, когда они бежали из квартиры Лупе, словно хорошо спаянная команда. Они были на одной волне, и этот раз не был похож на тот первый – сейчас они были самими собой. Данэм честен с ней, Эйса чувствовала и это.
– Что у вас с Вельховеном? – Разум медленно возвращался в стабильный режим, и Ривера первой нарушила тишину. – Он не просто твой сослуживец, так? Там, на фотках больно довольные у вас рожи были, и этот папаша его…
– Подполковник Вельховен, – он строго поправил её, словно она обязана была это знать.
Ей не нужно было поворачивать головы, чтобы ощутить на себе его осуждающий взгляд. Она не проявила уважения, говоря об отставном подполковнике армии США. Эйса закатила глаза. Для армейских дуболомов такое пренебрежение смерти подобно, будто все вокруг обязаны разбираться в количестве звёзд на погонах.
– Ах, ну конечно, подполковник Вельховен, – она вложила в эти слова столько яда, чтобы Данэм понял, ей плевать на его замечание, – ты с ним чуть ли не в десны целовался. Поведай мне свою печальную историю. Мою-то ты досконально изучил.
– Я познакомился с ним, когда мы с семьёй в Штаты переехали.
Эйса не ожидала, что Данэм воспримет её слова всерьёз. Она взглянула на него, Данэм говорил, водя пустым взглядом по потолку, сплошь в рыжих разводах от постоянно текущих труб. За тонкой стенкой кто-то скандалил, на улице слышались вскрики на два голоса – проезжий водила трахал местную шлюху прямо на парковке, решив сэкономить на комнате, а хозяйская псина исходилась лаем. В этом сонмище чужих звуков ровный голос Данэма казался ей своим. Она успела привыкнуть к его присутствию, как синалойцы привыкли к трупами на улицах – от безысходности; равнодушно закрыв глаза, они шли мимо, продолжая заниматься своей жизнью. Эйса устала бояться. Данэм стал частью пейзажа её жизни в мрачных тонах и она уже ничего не могла сделать с этим.
– Он за мной в армию пошёл, потом в Афганистан. Ему это далось сложнее, чем мне. Я подогнал ему работу у босса после увольнения.
– А он тебя подставил?
– Выходит так.
– И чем ты его так выбесил? – Эйса приподнялась на локте, всматриваясь в его лицо. Оно выглядело безмятежным и в то же время потерянным, казалось он обнажил для неё часть души, скинув привычную маску нахального превосходства.– Не знаю, но выясню.
– А ваш босс? Человек, кто он такой? – она задала этот вопрос так легко, словно спросила время, надеясь, что секс и то призрачное доверие, которое она так старательно выстраивала своими участливыми вопросами, развяжет ему язык. Она хотела знать всё. Всё, от чего так или иначе зависела её жизнь.
– Он тот, кто обеспечивает ваш бизнес в Штатах.
– И всё?
– Тебе имя и номер страховки назвать? – он повернулся к ней, и в его глазах вспыхнул знакомый огонь азарта. Всё вернулось на круги своя, Данэм захлопнулся в своей броне, возвращаясь к увлекательной игре с её нервами.
Он потянул руку к её лицу, но Ривера отвернулась от него и села на край постели, потянувшись за сигаретами.
– У Вельховена с башкой нелады, но он хорошо подготовлен, – в его голосе слышалось предупреждение.
– Это что, забота? – Эйса удивлённо взглянула на него через плечо. – Я же с ним вроде как в сговоре, нет?
– Я в это не верю, – Данэм сказал это и осёкся, словно ляпнул, не подумав, то что было на уме, – но боссу нужно подтверждение.
Эйса не ответила. Она молча раскладывала информацию по полочкам, машинально водя пальцами по рёбрам картонной пачки. Пока не найдут Вельховена, она ничего никому не докажет. Теперь Ривера была заинтересована в его поисках не меньше Данэма. Но что будет после?
Эйса не успела донести сигарету до рта, Данэм вырвал её, сломал надвое и бросил на пол. Она молча потянулась за второй, и Данэм забрал у неё всю пачку.
– Если тебе надо чем-то занять рот, я могу помочь.
Эйса разозлилась, развернувшись к нему на пол корпуса – она увидела, как он подбрасывает пачку в воздух словно кость перед голодной хищницей.
– Я не буду у тебя отсасывать, даже не надейся, – она протянула ему раскрытую ладонь. – Дай мне сигареты.
– Я мог бы и заставить.
Она бы сделала это по своей воле и получила бы кайф от процесса, настолько он был хорош, но не стала бы из принципа. И без того ему слишком здорово живётся.
Его тело было едва укрыто сбитым комом одеяла: длинные, атлетичные ноги, бледные полосы шрамов, широкие ладони с сетью выступивших под кожей вен. Эйса невольно любовалась им, а от бесед, которые вертелись вокруг его члена, возбуждение нарастало новой волной, отдаваясь тянущим чувством внизу живота. В нём было идеально всё, кроме того, что находилось под сводами черепа. Ривера хотела курить, и его она хотела тоже – ублюдка, который убил её людей. Эйса не знала, что способна настолько низко пасть в собственных глазах.
– Хочешь до конца жизни ссать через трубку? Рискни.
– С тобой опасно иметь дело. Нет зубов, нет проблем.
Эту ядовитую улыбку хотелось стереть с его лица. Эйса чувствовала, как в комнате густеет воздух, как его влажный взгляд скользил по её обнаженному телу, не переставая удивляться, насколько схожи их чувства.
– Дай мне сигареты, Данэм. Ты же сам их принёс, – она нетерпеливо стукнула кулаком по кровати, Данэм мелким броском отправил пачку в мусорное ведро, стоящее в дальнем углу комнаты.
– Я передумал.
– Не пьёшь, не куришь, ты ханжа или зожник? – Эйса проводила пачку злым, голодным взглядом. Желание снова заняться с ним сексом трансформировалось в желание надавать ему по роже.
– Не люблю терять концентрацию.
– Ты не умеешь расслабляться. Потому трахаешься будто марафон бежишь – быстрее, выше, сильнее.
Ему доставляло изощренное удовольствие проверять её на прочность, Эйса понимала это, но уже не могла остановиться, словно переняла у него его же привычку.
– По-моему, ты не жаловалась.
– Сойдёт, – она солгала, чтобы принизить его раздувшееся эго. Ривера не могла вспомнить, когда в последний раз ей было настолько хорошо.
– Ответ «сойдёт» меня не устраивает.
Данэм дёрнул её за руку, вынуждая заваливаться на кровать безвольным мешком. Борьба длилась недолго, Эйса успела почесать кулак об его довольное лицо, но спустя жалкие секунды снова оказалась под ним.
Эйса чертовски устала, она чувствовала себя пустой, как сдувшийся воздушный шар – отсутствие сна и нервы измотали её. Тело устало реагировать, Ривера казалась себе распластанной по постели надувной куклой – у неё не было сил двигаться, только стонать, тычась лбом Данэму в плечо. Ей не хотелось засыпать рядом с ним, но измученный организм взял своё – она вырубилась, когда, наконец, свела колени вместе.
Едва на горизонте забрежжил рассвет, её разбудил строгий голос Данэма.
– Он ещё в Неваде. Эйса, нам пора ехать.
14. Война номер один
Когда Эйса решилась войти в гараж, где Данэм допрашивал Натана Вельховена, на нём уже не было живого места.
Хорошо подготовлен. Замечание Данэма показалось ей шуткой – когда они нашли его, Вельховен был мертвецки пьян. Он спал в луже помоев лицом вниз, Данэм перетряхнул девицу, которая пыталась бежать, набив лифчик деньгами, а после долго приводил его в себя, окуная башкой в ванную с ледяной водой. Эйсу он выставил за дверь.
Вельховен оказался настолько отбитым, что спланировав свою аферу, не смог достойно её завершить. Будучи в здравом уме, он заехал к отцу, оставив ему двести тысяч на жизнь, а после бурная ночная жизнь Лас-Вегаса захватила его с головой. Напрасно он избавился от Лупе, наверняка план был её, она умела считать деньги, ни один цент бы не пропал даром. Простая человеческая тупость стоила четырёх жизней и её, пятую, теперь прочно держала за горло. Развязка была ближе некуда, и Эйса просто не могла оставаться за бортом.
– Я сказал тебе ждать снаружи, – рявкнул Данэм, едва почуяв её присутствие. Он стоял к ней спиной, и белый кусок тряпки, бывший когда-то рубашкой, натянулась на широких плечах. Разводы грязи и крови, бордовые отпечатки чужих ладоней и голос, полный звенящего холода – он выполнял свою работу без тени жалости, несмотря на то, что перед ним был его друг.
– Он убил мою сестру, – она произнесла это, как секретный код, открывающий для неё любые двери. Ривера считала, что эта сопричастность давала ей право присутствовать и быть в курсе допроса, ей было плевать, что Данэм думает иначе.
– Хочешь внести свою лепту? Валяй, – Данэм протянул ей нож. На его руках были медицинские перчатки сплошь в засохших шлепках крови.
– Я не занимаюсь грязной работой, – Ривера не сумела скрыть отвращения, оно читалось на её лице.
– Белоручка, – окатил её злым взглядом и плюнул себе под ноги. Пусть думает, что у неё кишка тонка. Пусть думает, что хочет, ей было начхать. Данэм отлично справится сам, Эйса не желала мараться в крови. Она не знала, сколько выпущенных ею за всю жизнь пуль оказались смертельными, но это было слишком даже для неё.
– Эй, а ты классная. Эйса, да? Люблю мексиканочек.
Вельховен смотрел на неё сквозь щели заплывших глаз, он тянул разбитые губы в ухмылке и кривился от боли. Данэм своё дело знал, приказ устроить предателю медленную смерть он выполнял со всем усердием. У Вельховена отсутствовали часть зубов и пальцы, но он держался, умудряясь складывать слова в предложения, не смотря на зверскую боль.
– Лупе ты тоже любил, урод? —Эйса сделала шаг к нему, но наступать на слой полиэтилена, который Данэм расстелил под ним, чтобы не наследить, она не стала. Она не хотела посадить ни капли чужого ДНК на свою одежду.
– Лупе хорошая. Только вот любила трендеть языком. Она говорила о тебе. Сказала, ты место в картеле заработала ртом и жопой.
Эйса ничего не ответила. От Лупе стоило этого ожидать, она сдыхала от зависти к её банковскому счёту, а на то, что думает о ней Вельховен, ей было всё равно. Ему оставались считанные часы.
– Никто не знает, что с тобой делать.
Она отвернулась, не ожидая, что Вельховен сможет заговорить снова, но он продолжил упрямо бросать ей в спину свой едва ли не шекспировский монолог. Эйса внутренне напряглась – он озвучивал её страхи и сомнения, словно влез ей в голову.
– Для Франко твоя жизнь уже ничего не значит, он продал вас, а босс вряд ли оставит тебя живой после всех ваших грешков. Ты зависла, красотка. Как и я.
Он был чертовски прав. Ривера словно барахталась посреди горного потока, не умея плавать. Она поднимала голову, чтобы глотнуть воздуха, только из-за того, что Данэм вовремя подавал ей руку, а после бросал назад. Он делал это не потому что она хороша в постели, Данэм преследовал свои цели, точно так же, как и она. Ривера была лишь дополнением к его монотонным рабочим будням, как бы хреново это не звучало, и Эйса вдруг поняла, что никогда не обольщалась на его счёт. Он хладнокровно калечил своего когда-то лучшего друга. Ради неё он не сделает ничего.
– Джо рассказал Лупе о ваших планах, а Лупе рассказала мне. Я подумал это мой шанс. Ты зря меня винишь. Его вини, – он перевёл взгляд на своего бывшего друга. – Даже если бы вы забрали бабки, вы бы не добрались до границы. Без вариантов, красавица. А знаешь, почему? Потому что
– Хорош, – Данэм возник между ними и одним ударом отправил Вельховена в глубокий нокаут. – Напизделся, как в последний раз.
Эйса была почти уверена, ещё пара секунд, и он раскрыл бы ей личность их босса, будто перед смертью хотел исповедаться, а Эйса всего лишь удачно попалась под руку.
– Ты убедился, что я не в сговоре? – Данэм не ответил, он был сосредоточен на уничтожении улик. Эйса приняла его молчание за знак согласия. – Так что насчёт меня?
Данэм взглянул на неё. Перед ней был другой человек, от него вчерашнего не осталось следа. Такой Данэм убил бы её без тени сомнения, несмотря на ту неуловимую связь, которая установилась между ними вчера.
– Не знаю. Приказа ещё не было, – он смерил её равнодушным взглядом с головы до ног, а следом скинул тело Вельховена со стула и принялся аккуратно упаковывать в полиэтилен. Если удар Данэма не убил его, то недостаток кислорода сделает это за него.
– А с этим что? – она кивнула на Вельховена. – Вывезу и избавлюсь. Вчистую.
– И куда?
– Есть одно место. Увидишь.
Эйса не планировала посещать эту экскурсию. Она чуяла, что не выйдет оттуда – Данэм ждал лишь отмашки босса. Она ему никто, с ней он сделает то же самое, как только получит приказ. Если Данэм ничего не решает, она выйдет на того кто может решать, и пусть это будет последним что она сделает в жизни.
Эйса заставляла себя думать, но мозг в состоянии стресса выдавал лишь несвязные обрывки самых нелепых идей, ей нечего поставить на кон, кроме, пожалуй, внутренней информации о картеле. Эйса знала мало, но Джо… Джо знал неизмеримо больше. Она едва не вскрикнула – цепь замкнулась и пришло озарение. Ей нужно было вернуться в квартиру, где они собирались вместе в последний раз и обшарить там каждый угол. Это был один шанс на миллион, но Эйса вцепилась в него мёртвой хваткой.
Она увидела ключи от машины и телефон Данэма на верстаке – он оставил их подальше от места допроса, чтобы не запачкать кровью. Эйса двигалась в нужную сторону черепашьим шагом, усиленно притворяясь, что ищет следы крови. Торопиться не было смысла, она проиграет ему в скорости, но не в хитрости. На этой войне хороши любые средства.
– Вот дерьмо. Опять, – Ривера оперлась на столешницу обеими руками, притворившись, что ей плохо, а после ювелирно смела со стола брелок и мобильник.
– Лучше бы ты в больницу обратилась вместо того, чтобы тащиться в Вегас в этом своём блядском платье.
Она услышала, как переменился его тон, Данэм словно жалел, что она попала в эту передрягу. Эйса решила, что ей показалось.
– Мне надо на воздух.
Она шла к двери, изображая сутулую, болезненную походку и осаживала себя, чтобы не сорваться на бег. Эйса ощущала, что Данэм смотрел ей в след, и по спине полз холодный пот от одной лишь мысли, что он мог почуять подвох. Ривера боялась, что её игра в имитацию покажется ему фальшивой.
Как только за ней закрылась дверь, Эйса рванула к машине. От страха зудела каждая мышца, а кислород пробивался к лёгким толчками – адреналин гонял кровь, словно кипяток, заставляя организм работать на пределе возможностей. У Данэма оказался неубиваемый телефон, она не смогла ни разбить его, ни вскрыть, потратив на эти попытки драгоценные секунды. Ривера замахнулась и бросила аппарат в поросль за дорогой. В этой глуши, без связи и с балластом в виде полуживого Вельховена ему ему понадобится время, чтобы найти транспорт, телефон и сообщить об угоне своим людям. Этого времени ей хватит, чтобы удрать.
Она вдавила газ в пол и вывернула с обочины на дорогу. Машина заюлила покрышками по асфальту, Эйса едва успела поймать её и увести от неуправляемого заноса. Авто было бешеным, под стать своему хозяину – Ривера никогда не управляла такой мощью. Она разогналась до ста миль за считанные секунды, и в зеркале заднего вида Эйса рассмотрела лишь пыльную ленту шоссе. Унылые частный сектор, складской комплекс и гаражи вместе с Данэмом остались далеко позади. Она ехала обратно в Вегас.
15. Semper Fidelis
Когда-то давно Эйса думала, что любит Джо; с тех пор сердце обросло сталью цинизма. Ривера просто брала своё, будь то секс или деньги, не размениваясь на пустые привязанности. С Данэмом всё оказалось сложнее. Любое его слово или жест вызывали в ней бурю эмоций: от бесконтрольной ярости до желания трахнуть его в душу, если бы это было возможно. Она чувствовала его, они были на одной волне, и Данэм ощущал то же самое, Эйса была уверена в этом. И ещё она знала: он не остановится ни перед чем, чтобы достать её, и пусть её уязвленное самолюбие требовало чуда. Сопливых мелодрам не бывает в реальной жизни, они не уйдут в закат, взявшись за руки, видит Бог, она думала и об этом, пока неслась навстречу мерцающим огням игорного центра, к той малоэтажке из красного кирпича, в которой распалась её команда.
Лифт был бесповоротно сломан, Эйса неслась по лестнице, превозмогая одышку, пока не ткнулась лбом в закрытую дверь. Ривера не была уверена, что здесь вообще остались жильцы: на лестничной клетке было настолько глухо, что она не побоялась здорово пошуметь. Она била ногами дверное полотно, пока оно не начало поддаваться. Слабый замок сломался, она влетела в засранный лофт со скоростью бури, но тут же остановилась, словно с налёту ткнулась в стену. Запах разложения висел в квартире густым туманом. В доме отключили электричество, и содержимое холодильника начало неумолимо тухнуть. Лужа крови под ним превратилась в мазутное пятно, Эйсе показалось, что оно едва заметно дрожит, словно в ней успели завестись черви.
– Твою мать.
Её стошнило. Она кашляла, и гнилой смрад забивался в лёгкие глубже, вызывая всё новые и новые позывы рвоты. Ривера натянула тонкую ткань воротника на лицо и шагнула в гостиную. Борясь с отвращением, она ползала на коленках, осматривая каждую щель в паркете, пока, наконец, не увидела блеск золотой цепочки: когда Джо бросил крест ей в лицо, он упал на пол и свалился в одну из таких дыр толщиной в палец. Эйса сжала его в кулаке, подавляя желание закричать от радости. Джо не догадался найти свою вещь, прежде чем бежать, он не стал вынимать из крошечного слота карту памяти, где хранились адреса, имена и номера счетов – часть данных о наркотраффике Франко по территории Мексики и США. Всю доступную им информацию Шокер хранил в голове, но Джо настоял на том, чтобы перенести данные на цифру, и был прав. Он хотел обезопасить себя и перестраховаться на случай, если мозги Гонсалеса вдруг перестанут работать. Эйса воздала ему должное: иной раз в его голову приходили весьма умные мысли. Когда Ривера поняла, что картель предал её, имя Франко перестало быть для неё непреложным законом. Оно стало предметом торга.
Время гнало её вперёд. Эйса не стала делать копии, молясь всем богам о том, чтобы Человек соблюдал кодекс сделки. Согласно ему, он обязан был выслушать её условия, даже если после примет решение пустить ей пулю в лоб.
– Мне нужен Человек!
Она влетела в фойе «Таити», чудом прорвавшись через охрану. Вид маленькой мексиканки, прущей на таран, явно сбил их с толку.
– Мне нужно поговорить с Человеком, – она ткнулась в грудь огромного чёрного парня в костюме с бейджем начальника охраны, и он, похоже, был единственным, кто понял, о ком она говорит. Остальные информацией просто не владели.
– Я не понимаю, о чём вы, мэм, – он хладнокровно повел Эйсу к выходу, смотря куда-то по верхам, лишь бы не ей в глаза.
– Всё ты, блять, понимаешь. У меня важная инфа. И если ты мне помешаешь, я скажу Данэму. Он тебя на ремни порежет, – Эйса шла ва-банк, и во взгляде парня мелькнул испуг. Имя Данэма подействовало безотказно, однако секьюрити быстро взял себя в руки.
– Я не понимаю, о чём вы, мэм. Мы закрыты, покиньте помещение.
Охранник продолжал волочь её к выходу под напуганные взгляды горничных. Ривера, извернувшись, вынула из кармана карту и ткнула ему в лицо.
– Передай ему это. И если Человек со мной не встретится, скажи ему, что он мудозвон сраный.
Поделиться книгой: