Помоги проекту - поделись книгой:
– Гансар, немедленно пусти меня!
Весь грандиозный замысел сестрицы предстал перед глазами. Но нет!
– Гансар, Анаретт! Хватит с меня этих игр. Пустите, или сегодня же расскажу королеве о ваших шашнях! И плевать мне, что с вами будет!
Угроза, как ни странно, не возымела действия. Вместо этого мокрый язык скользнул мне прямо в ухо. На редкость мерзкое ощущение! Я взвизгнула и рванулась на свободу изо всех сил, но не тут-то было! Руки, что меня удерживали, укладывали на землю необъезженных жеребцов, где уж мне?
Оставив мое ухо в покое, конюх принялся целовать шею, похотливо стискивая ягодицы.
– Ган… сар! Перестань! Делать… это! – рычала я, одновременно пытаясь вывернуться
Тщетно шлепала его по обнаженной груди ладошками, но на мои жалкие попытки разве что распаляли его еще больше. Кажется, следов на шее уже не избежать.
– Пусти! Я приказываю!
– Как скажешь, моя принцесса
Вопреки собственным словам, он подхватил меня на руки, одновременно умудряясь засунуть руку за корсаж. Шероховатые пальцы больно стиснули вершинку.
– Гансар! Я не шучу! Я прикажу отрубить тебе голову, тварь! Перестань! Прекрати! Отпусти меня! Анаретт, прикажи ему остановиться!
Еще никогда я не испытывала подобной паники. Унес конюх меня совсем недалеко. Ловко уложил животом на какую-то накрытую старой овчиной перекладину, а еще через миг, я оказалась закованной в колодки, да еще в такой унизительной позе с оттопыренным задом.
– Ты что творишь, сын штарна?! Пожри тебя Хаос! – от ужаса мой голос даже осип. – Пусть демоны из-за Черты оторвут тебе…
В рот мне всунули кусок большой морковки и тут же поверх перевязали лентой, чтобы не выплюнула. Мне осталось протестующе рычать и дергаться, роняя крупные слезы.
– Сделаю все что пожелаешь, моя принцесса, – ответил невменяемый конюх и потянул шнуровку на корсаже.
Глава 7. Не бойся, Ренни!
– Не бойся, Ренни, так надо. Я не сделаю тебе больно, – вдруг тихо шепнул Гансар, расслабляя корсаж и оттягивая ворот нижней рубашки. Нежно касаясь, обнажил мои груди, заставив умирать от стыда.
Я мычала и дергалась. Едва не выворачивая себе челюсти, пыталась разгрызть твердый овощ. Я больше никогда не смогу даже запах моркови переносить!
Но хуже было то, что Гансар знал, кто я, и все равно делал со мной такое. Пресветлый Аэр! Кажется, даже когда меня избивала тетка, мне было не так страшно.
Продолжая издевательство, конюх задрал мне подол, закинув юбки на спину и гораздо громче, чем следовало воскликнул:
– Панталоны? Зачем они тебе понадобились?
Я снова замычала, пытаясь стиснуть плотнее ноги. Вряд ли, конечно, это поможет их удержать, но хоть что-то я же должна была делать?
– Хотя… есть у меня одна идея.
И тут случилось что-то совсем из ряда вон. Гансар погладил мой зад, потом его пальцы скользнули ниже, едва коснувшись меня там, где никто еще не касался. Он ухватил тонкую ткань и натянул, заставив ее врезаться гораздо глубже, чем это полагается. Отпустил, а затем проделал это вновь. Его действия вызывали странное томление в нижней части, от стыда я едва могла дышать.
– Не бойся, просто расслабься, будет приятно, – снова едва слышно шепнул он.
Ткань мерно заскользила туда-сюда, другой рукой Гансар принялся мять и ласкать мою грудь, пощипывая вершинку, прижимая сосок пальцами. Грубые пальцы то чувствительно его стискивали, то невесомо касались. В такт его действиям по низу живота прокатывали горячие волны постыдного удовольствия. Роняя слезы, я сгорала от стыда и отвращения. Такого унижения я еще никогда не испытывала, уж лучше бы убили…
Ткань двигалась ритмично, заставляя непроизвольно вздрагивать, и в какой-то момент это произошло. Сладкая конвульсия прокатилась по телу, заставив меня громко втянуть воздух и всхлипнуть.
– Вот так. Хорошо.
– Довольно! – пытку остановила Анаретт. – Ее голос звенел от ярости. – Похотливый канис!
Раздался звук пощечины.
– Да, моя принцесса, – смиренно отозвался Гансар.
Сестра подошла и подняла мою понуренную голову за подбородок.
– Наше сходство начинает меня пугать, сестренка, – она нехорошо ухмыльнулась. – Кстати, как тебе мужские ласки? Вижу, понравилось.
Она присела рядом, едва не прижавшись щекой к моей щеке. Зашептала:
– С ним будет немного… – она замолчала, подбирая слово. – Иначе. Гансар знает разные способы доставить женщине удовольствие и одновременно пощекотать нервы, а вот какие пристрастия у Рансовье? Расскажешь потом?
Она поднялась на ноги и скомандовала:
– Освободи ее, пусть сучка проваливает.
Гансар выпустил меня из колодок и даже развязал ленту, аккуратно вынув изжеванную морковку, а затем как ни в чем не бывало откусил кусок и принялся его жевать, глядя прямо в глаза. Меня затошнило. Прижав ладони ко рту, я попятилась, но вспомнила, что все еще сверкаю задом. Одернув подол, бросилась к выходу, уже на бегу поправляя рубаху и корсаж.
– Это послужит тебе уроком, в следующий раз будешь знать, как за мной подглядывать! – прокричала Анаретт мне в спину.
Ее заливистый смех стал зловещим аккомпанементом моему бегству, именно в этот миг я решила, что непременно отомщу. Не знаю как, не знаю когда, но отомщу. Пусть для этого придется лишний раз ублажить самого Темного.
– Тварь! Оба твари! – шипела я, глотая слезы, и беспорядочно трогая одежду трясущимися руками.
Миновав хозяйственные постройки, заставила себя остановиться. Предстояло преодолеть обширную территорию двора, а я выгляжу точно сумасшедшая. В подобном виде не стоит показываться на люди. Счастье, что до сих пор никто из слуг так и не попался мне навстречу.
Отступила под защиту деревянной стены и навеса. Пятясь, наткнулась на бочку с дождевой водой. То, что нужно! На поверхности плавал мелкий мусор, пушинки и дохлая муха, но это не помешало мне рассмотреть собственное отражение.
– Ну и чучело!
Вопреки опасениям, синяков на шее не было, разве что немного стерла запястья, пытаясь высвободиться. Воровато оглядевшись, принялась приводить в порядок взлохмаченные волосы, смачивая пальцы в холодной воде и расправляя пряди. Не чураясь, набрала полные ладони, приложила их к пылающим щекам. Да я бы сейчас и полностью сюда нырнула, если бы это помогло смыть с горящей кожи ощущение чужих рук!
Отвернувшись к стене, перешнуровала корсаж. Благо я часто обхожусь без помощи служанок и одеваться самостоятельно для меня не составляет особого труда. Отряхнула от пыли и прилипшей соломы юбки, натянула посильнее рукава, скрывая ссадины, оставленные кандалами и, вздернув подбородок, направилась к одному из черных входов во дворец, стараясь не слишком торопиться.
Никто еще не видел, чтобы Анаретт носилась как угорелая, а ее образ сейчас как нельзя кстати, никто не осмелится вопросы задавать.
Звук рога застал меня на полпути. Сонный двор мгновенно ожил, заметались неведомо откуда появившиеся слуги, спеша убраться с дороги. На площади у главных ворот я увидела тетку с небольшой свитой из нескольких фрейлин и личной охраны во главе с ее любовником Атре Таном.
Заметив меня, королева Танелия сделал нетерпеливый жест рукой:
– Анаретт, подойди!
Неужели и правда спутала с дочерью?!
Делать было нечего, и я потащилась к ней, отметив, как скисло ее лицо, стоило приблизиться. Узнала-таки, и злится, что умудрилась перепутать. Елейная улыбка растянула тонкие губы королевы, когда я почтительно присела в реверансе.
– Да матушка, – скопировала интонацию сестры, намеренно не подавая виду, что знаю о ее догадке.
Щека тетки дернулась, подарив мстительное удовлетворение от подобной реакции. Пусть побесится. Танелия указала на место по левую руку от себя и раздраженно шепнула:
– Что за вид? Тебя собаки трепали?
Да уж, полностью вернуть первозданный порядок в облике мне не удалось, но злость не позволила смолчать:
– Почти. Конюх Гансар перепутал меня с вашей дочерью, насилу отбилась. Чуть не испортил все ваши планы, поганец! – шепнула я в ответ достаточно громко, чтобы стоящие рядом гвардейцы расслышали.
Позади кто-то сдавленно хрюкнул, и тетка обожгла меня ненавидящим взглядом, обещавшим все кары мира.
Тем временем снова перекликнулись рога, и стражники принялись вращать ворот. Поблескивающая магической защитой решетка поползла вверх. Заскрипели механизмы подъемного моста.
– Делай, что должно, – процедила она сквозь зубы, не имея времени на нотации.
Живем точно в осаде, неожиданно пришло мне в голову. Может, так оно и есть? Не все подданные простили тетке гибель отца – короля Бенердика, нашлись и те, кто заподозрил неладное. Танелия постаралась избавиться от них разными способами. Одних обвинила в предательстве и казнила, кто-то сам успел уехать из страны, кого-то она подкупила.
В этом свете даже ежедневные тренировки правительницы выглядели несколько большим, чем просто сохранение молодости и красоты… Может, зря я раньше не интересовалась политикой?
По деревянному настилу застучали подковы. Но, прежде чем появились первые всадники, в ворота крепости ворвался порыв ветра. Туго ударил в лицо, подняв пыль и принеся с собой сладкий запах вереска. Тетка ухватила меня под руку, больно впившись стальными, точно клещи кузнеца, пальцам.
Сильна, как начальник охраны! Теперь синяки останутся.
– Не подведи, встреть женишка, как подобает, – грозно зашептала она и сделал слугам знак.
С поклоном мне передали тяжелый серебряный ковш, до краев наполненный ледяной водой, и вытолкнули вперед. Окончательно осознав, что сейчас мне предстоит встретить самого властителя Темных Земель, я похолодела.
Нет, вроде уже и свыклась с этой мыслью. И даже с той, что мне придется лечь с ним вместо сестры, но реальность оказалась намного страшнее. Особенно теперь, после того, что Гансар и Анаретт со мной сделали…
Прервав мои невеселые мысли, в воротах показался облаченный в черный чешуйчатый доспех всадник на огромном вороном коне. В глазах скакуна плескалось рыжее пламя, а длинная грива отливала червленым золотом, среди которого мерещились бордовые всполохи.
Пресветлый Аэр! Это же ренгар! Настоящий ренгар из-за Черты! Внешне похожий на крупную лошадь, а на деле – порождение хаоса, тварь!
Но какой же красивый!
Засмотревшись на прекрасное существо из запределья, забыла о том, что происходит. И о наезднике в черных доспехах и глухом шлеме, полностью закрывающем лицо. И о всадниках, что парами въезжали на двор.
Ренгар остановился на почтительном расстоянии, и вдруг откуда ни возьмись, выскочила пятерка здоровенных волков. Не сбавляя ходу, звери бросились прямо ко мне. Не знаю, как только ковш не уронила от испуга. Вскинув взгляд на стены, поняла, что там сейчас вчетверо больше стражи, чем обычно. Надеюсь, успеют нашпиговать волков стрелами, прежде чем меня на клочки разорвут?
– Не стрелять! – хрипло гаркнул позади Атре Тан, разом лишая меня этой надежды.
В этот миг волки оказались подле меня, но рвать на части не стали, а принялись совать мокрые, шумно сопящие носы мне в ноги и в подол платья. От такого напора, я едва не расплескала воду, пытаясь удержаться на месте, забормотала что-то успокаивающее – сработала привычка урезонивать требующих лакомство псов.
Завершив понятный только им самим ритуал, четыре волка расселись на земле так, что я оказалась в центре импровизированного квадрата. Пятый, крупный волчара темной масти, медленно подошел и остановился напротив. Он единственный не участвовал в этом подобии обыска, терпеливо ожидая его окончания. Не было сомнений, он среди них главный. Вожак уставился на меня желтыми глазами, а затем, негромко рыкнув, мотнул головой, однозначно указав на мой ковшик.
Да ладно! Просит его напоить?!
Нерешительно обернулась на тетку, но ни один мускул не дрогнул на ее бесстрастном лице. Королева точно не заметила моего взгляда. Волей-неволей я подняла голову, впервые решившись посмотреть на Темного, тот промолчал, но все же едва заметно кивнул головой, если мне с перепугу не показалось.
Вожак снова рыкнул, выражая нетерпение. С полным ощущением, что оскверняю приветственный ритуал, протянула ему ковш. Зверь принюхался и мгновенно потерял ко мне всякий интерес. Развернувшись, он потрусил обратно к отряду дефендеров и, как по команде, за ним потянулись его сородичи. Последний словно нарочно чиркнул боком по моему бедру, и, пошатнувшись, я пролила несколько капель. Хулиган!
И вдруг меня осенило: проверка! Пресветлый Аэр! Они же проверили воду на наличие отравы?! В священном ужасе я уставилась на ковш. А что было бы, реши тетушка моими руками отправить властителя Темных Земель за Черту? Или куда они там отправляются, я уже ни в чем не уверена.
Шокированная, я сглотнула и подняла взгляд на Мертвого Короля, встретившись с затянутой мутной дымкой щелью забрала. В этот миг что-то произошло, и меня обдало жаром.
Нет, это не просто метафора!
Сначала тепло зародилось в районе макушки, и плавно потекло вниз по шее и плечам, обволакивая все тело до самых пяточек. Это оказалось так приятно, как если бы вылить на себя целую бадью горячей ароматной воды в купальне. Мед, нагретая солнцем полынь, пижма и вереск… От удовольствия я даже прикрыла глаза, но ощущение разом исчезло, оставив легкое сожаление.
Сразу после этого Анделар Рансовье спешился, да проделал это так легко, словно на нем был камзол, а не тяжелый доспех. Кстати, о доспехе. Ничего подобного раньше мне не доводилось видеть, но точно знаю, ни один наш воин не способен настолько ловко двигаться в полной броне. Этот словно бы и вовсе не стеснял владельца, не причинял ему никаких неудобств. Даже стыки между пластинами-чешуйками казались гибкими, а по черной поверхности то и дело прокатывались синеватые и багряные всполохи там, где ее касались солнечные лучи.
Красиво!
Неторопливыми шагами с грацией самого хищного-прехищного хищника Темный приближался, и я чувствовала, как от слабости, волнения и страха подгибаются ноги. Поверхность воды, налитой в ковш, тоже предательски тряслась. Пресветлый Аэр, уж лучше б снова волки…
Отчаянно труся, я коротко оглянулась на тетку, нарушая все приличия, но вновь не дождалась никаких подсказок. Каменная маска, ожесточенные годами правления черты. Статуя. Суровая и величественная. Танелия умела держать лицо, если требуется, лишь стиснутые до бела кулаки, выдавали ее волнение. Когда снова рискнула взглянуть перед собой, закованный в латы гость уже стоял рядом, возвышаясь точно темная башня повелителя Хаоса, как ее принято изображать в детских книжках.
Ощутила себя маленькой и беззащитной. А попробуй тут не ощути! По ногам повеяло прохладой, снова донесся запах вереска, и сразу немного полегчало. Конечно, меня кто угодно может запугать. Тетка, сестрица, даже конюх… Что уж о Темном-претемном властелине говорить? Собралась и, успокоив себя мыслью, что прямо сейчас меня убивать точно не станут, – насколько помню, у Анделара Рансовье иные планы на меня, а точнее на принцессу Анаретт, – подняла выше оттянувший мне все руки ковш.
Темный несколько мгновений не реагировал, рассматривая меня сквозь узкую щель забрала, в которой по-прежнему клубилась багровая дымка. Я невольно засмотрелась на такое видимое проявление магии, потому пропустила момент, когда она вдруг развеялась, открыв голубые, глядящие с хитрецой, глаза. Неожиданно Рансовье подмигнул мне, а потом поднял руки и картинным движением стащил с головы шлем.
Глава 8. Не доверяй врагу!
Встречали, как и ожидалось. Из каждой бойницы и даже из некоторых окон за нами наблюдали настороженные глаза, наконечники стрел отслеживали малейшее движение. Они считали, что невидимы, но тот, кто привык ходить под смертью чувствует подобные вещи кожей. Запах страха щекотал ноздри, заставляя Темный Огонь в моей груди вспыхивать ярче. Предвкушающе…
Потребовалось усилие, чтобы его притушить, и это встревожило. По всему у меня меньше времени, чем я рассчитывал, не стоит затягивать с планами, иначе портал придется открывать прямо из дворца, чего бы мне очень не хотелось делать. Не знаю точно, что нас ждет в Миртене, но в одном уверен – королева Танелия попытается меня уничтожить, если что-то пойдет не так, как она задумала. Уверен, у нее тоже есть собственные планы, не стоит об этом забывать. Как и о том, что у этой самки штарна найдутся смертельные секреты. Смертельные даже для меня.
Отряд остановился перед широченным рвом, заполненным мутной жижей, в которую, интуиция подсказывала, лучше не падать. На стенах обнаружилось столько защитников, точно кто-то собирался напасть, дворец напоминал осажденную крепость.
Я довольно улыбнулся – и это все только ради меня?
А вот Лалла осталась такой же яркой и неумолкающей, какой я ее запомнил. Ничто в столице не намекало, на осадное положение, и это наводило на определенные мысли.
– Хм, Дел! Здорово ты их тут напугал, – мрачно веселился громила Бьорн.
Граф Бьорн Эзерхайм, рожденный от иркана, изнасиловавшего его мать во время набега, был монументален и не слишком красив. Он пошел в отца что внешностью, что повадками, и редко кто смотрел на моего названного брата и телохранителя без должного уважения, а уж в Землях Благоденствия он и подавно внушал обывателям страх.
– Это они тебя опасаются, – беззлобно пошутил я.
– Полегче там, Бьорн. Не улыбайся слишком широко, вдруг старая шлюха-королева при виде твоих кривых зубов упадет в обморок, а охрана решит, что мы напали, – манерно растягивая слова к разговору присоединился ильв.
Среди дефендеров раздались сдержанные смешки. Извечные перепалки этих двоих, набили мне оскомину еще за время пути, и с губ так и рвался весьма неприличный ответ. Заглушив этот порыв, я поднял рог и протрубил приветствие.
Поделиться книгой: