Помоги проекту - поделись книгой:
● нанесением реального урона или вреда жертве: неглект раз за разом ухудшает физическое или психологическое здоровье зависимого лица, усиливает его экономическую несвободу, разрушает социальные связи и т. п.;
● смещением фокуса ответственности: неглектор не признает собственной вины в происходящем, перекладывая ее на окружающих или саму жертву.
Неглект проявляется не только в близких отношениях: грубое обращение медиков с пациентами стационарного отделения больницы – тоже скрытое насилие.
Врачи и медперсонал могут отказывать больным в обезболивании («вам не положено!»); не выполнять простые бытовые просьбы: дать питьевой воды или поправить постель («буду я к каждому бегать!»); ограничивать свободу перемещения («выходить из палаты запрещено!») и т. д.
Своей вины работники медучреждения не ощущают, объясняя происходящее разными обстоятельствами: распоряжениями руководства, чрезмерной загруженностью, «неправильным» поведением самих больных. Тем не менее каждое из этих действий (или бездействий), хотя и не нарушает должностных инструкций, фактически является насилием и ведет к увеличению стресса и ухудшению здоровья людей, и без того обессиленных болезнью.
Получается, что неглект – это такая форма насилия, при котором обладающий властью и обязательствами человек систематически отказывается удовлетворять жизненно важные потребности зависимого от него лица, не обеспечивает необходимую ему поддержку и помощь и не признает свою ответственность в сложившейся ситуации.
Формы скрытого насилия
Важнейшая проблема, мешающая бороться с неглектом, – его «невидимость». Даже вовлеченные в ситуацию скрытого насилия участники могут его не замечать, не говоря о сторонних наблюдателях. Психологи составили список форм[66], в которых может проявляться неглект:
● эмоциональный неглект – пренебрежение психологическими потребностями зависимого лица, его потребностью в уважении, общении и т. п. (например, высмеивание родителями романтических переживаний дочери-подростка);
● физический неглект – оставление зависимого лица в заведомо опасной для жизни или здоровья ситуации (например, отказ вызвать скорую помощь человеку с признаками внезапного инсульта);
● неглект в образовательной сфере – препятствование получению зависимым лицом общего или профессионального образования (например, требование старших родственников, чтобы невестка сразу после замужества бросила институт ради бытового обслуживания семьи);
● медицинский неглект – ненадлежащее обеспечение человека с острым или хроническим заболеванием врачебной помощью, лекарствами и уходом (например, запрет на переливание крови нуждающемуся в этом ребенку из-за религиозных взглядов родителей);
● неглект в сфере психологического здоровья – игнорирование рекомендаций специалистов (психологов, психотерапевтов, дефектологов и т. д.) по психологическому развитию или психокоррекции зависимого лица (например, попрекать «ничегонеделанием» и «ленью» человека, страдающего клинической депрессией).
Неглект всегда начинается с малого: что-то забыл, где-то недопонял, немного сорвался. Такие промахи свойственны любому живому человеку – не записывать же за это всех в неглекторы?
Ключевой момент, который превращает случайные ошибки в систематическое явление, – ответственность за ликвидацию их последствий.
Например, если отец с инвалидностью и его взрослый сын опаздывают на врачебный прием по вине последнего и он сразу берется исправлять свою ошибку, тратя на это собственные ресурсы: сам договаривается с доктором о внеплановой консультации в ближайшее время, сам оплачивает ее и сам привозит родителя в клинику – можно говорить о нормальном характере семейного взаимодействия. Более того, столкнувшись с необходимостью разбираться с результатами собственных оплошностей, люди, как правило, стараются не допускать их повторения: выезжают пораньше, ставят будильники и напоминания на телефоне и т. д.
Взаимоотношения людей, один из которых зависит от другого, можно считать деструктивными, когда последствия пренебрежения – «забывание» и игнорирование – становятся проблемой самого зависимого или третьих лиц.
В этом случае негативный сценарий может повторяться, с каждым разом усугубляясь: в первый раз дело обойдется опозданием к врачу, во второй – «перепутанной» датой приема, в третий – сын и вовсе решит «обидеться» на отца, сетующего на то, что консультация уже два раза откладывалась, и отмена поездки станет своего рода «наказанием за неблагодарность». Тяготы, связанные с не назначенным вовремя лечением, при этом лягут на самого больного или на человека, обеспечивающего ему постоянный уход (например, старенькую маму). Такая ситуация уже подходит под описание медицинского неглекта: в ней присутствуют и систематичность, и уход от ответственности, и нанесение реального урона жертве.
Неглект может успешно маскироваться под вполне обыденные схемы поведения. К таким относятся, например, знаменитая «творческая рассеянность» ученых, музыкантов или писателей (даже если общественность пока не дождалась от них ни одного открытия, альбома или книги).
Прикрываться идеей служения великому делу оказывается очень удобно, чтобы не брать на себя хлопоты по обеспечению и воспитанию детей, да и вообще заморачиваться низменным бытом, свалив все обязанности на плечи супругов или родителей.
Другой вариант скрытого насилия – знаменитое «вас много, а я одна» – отказ работников социальных учреждений искать варианты помощи тем, кто в этом нуждается: пациентам в поликлинике, детям в детском саду и т. д. Когда под предлогом чрезвычайной занятости (притом что на чаепитие или обсуждение сплетен время неожиданно находится) регистратор заставляет человека на костылях прыгать по лестнице на четвертый этаж за справкой или нянечка оставляет малыша в перепачканной супом одежде – это тоже проявления неглекта, почти незаметные и, увы, почти привычные.
Почему неглект тоже насилие?
Последствия для жертв неглекта оказываются такими же печальными, как и для жертв других видов насилия. Помимо прямого урона из-за не оказанной вовремя помощи, к ним относят хронический стресс[67], трудности в социальном взаимодействии[68], депрессивные и тревожные расстройства[69], социальную изоляцию[70], склонность к построению дисфункциональных отношений в будущем[71] и даже слабую восприимчивость к антидепрессантам[72].
Общий механизм развития этих проблем примерно таков: постоянно сталкиваясь с обесцениванием просьб и жалоб, а вслед за этим и личности в целом, жертва привыкает к мысли о собственной незначительности и отсутствии права на элементарную заботу от окружающих.
Формируется искаженный образ собственного «я», который влияет на все дальнейшее поведение человека – от выбора будущих супругов до готовности уступить свои ресурсы при малейшем давлении со стороны.
Из-за этого многие последствия неглекта имеют отложенный характер, проявляясь спустя многие годы после выхода из травмирующей ситуации.
Как проверить себя на склонность к скрытому насилию?
Разнообразие форм и неявный разрушительный эффект неглекта делают этот вид насилия неочевидным не только для его жертв, но и для самого неглектора. То, что внешне выглядит как стремление отгородиться от навязанных проблем, может на деле быть и здоровой заботой о себе, и деструктивным способом выстраивать взаимоотношения.
Что делать, если вы сомневаетесь, не являются ли ваши собственные действия проявлениями неглекта? Чтобы это выяснить, можно использовать чек-лист, основанный на критериях, предложенных исследователями из Лондонского университета:
● вы не обращаете внимания на то, что человек, зависящий от вас (ребенок, пожилой родственник, пациент и т. п.), чем-то расстроен или обижен;
● вы не интересуетесь, что делал зависящий от вас человек в то время, пока вы не виделись;
● вы не пытаетесь успокоить зависящего от вас человека, если он огорчен или встревожен;
● время от времени вы оставляете зависящего от вас человека в одиночестве (без присмотра или возможности оперативно связаться с вами);
● вы не интересуетесь чувствами и переживаниями зависящего от вас человека;
● вы не обеспечиваете зависящему от вас человеку возможность проходить плановые или профилактические медицинские осмотры;
● вы не заботитесь о зависящем от вас человеке во время недомогания или болезни;
● из-за ваших действий или бездействия зависящий от вас человек не может в полной мере удовлетворить базовые потребности (в еде, одежде, сне и т. д.).
Если хотя бы половина из этих утверждений верна, можно уверенно говорить о наличии неглекта в отношениях.
Однако даже если верны лишь два-три пункта из чек-листа, это тревожный звонок: вы систематически игнорируете эмоциональные или физические потребности того, кто в силу возраста, болезни или других обстоятельств не может позаботиться о себе сам.
Важно заметить, что все перечисленные критерии неглекта справедливы только для тех случаев, когда люди связаны друг с другом профессиональными, семейными или моральными обязательствами и при этом один обладает определенной властью, а второй, напротив, ограничен в своих возможностях (временно или постоянно).
Если жена не отпросилась с работы, чтобы сидеть у постели слегка простуженного мужа, это не характеризует ее как неглектора, поскольку участники ситуации состоят в паритетных отношениях и не находятся в опасной ситуации. А вот если муж отказался уехать с корпоратива, чтобы отвезти жену со схватками в роддом, это может быть признаком скрытого насилия, поскольку рожающая женщина находится в уязвимом положении, а несвоевременное оказание медицинской помощи серьезно угрожает здоровью матери и ребенка.
Неглект по отношению к самому себе
Однако вы можете быть неглектором, даже если у вас нет маленьких детей, беременных жен, несамостоятельных пациентов и родителей-инвалидов. На свете точно есть человек, чье благополучие целиком зависит от ваших действий, – это вы сами.
Пренебрежение собственными потребностями, привычка не замечать усталость и разочарование, понукание самого себя «а ну-ка соберись, тряпка, нечего тут сопли распускать» – признаки явления, названного психологами «самонеглект»[73].
Последствия такого типа неглекта могут быть даже более разрушительными, чем результаты «внешнего» насилия: человек, игнорирующий свои желания и эмоции, зачастую отказывается принимать помощь окружающих, считая свои проблемы не стоящими внимания. Такое поведение со временем, как правило, усугубляется, вплоть до развития разных форм суицидального поведения[74] – отказа от еды, пренебрежения правилами физической безопасности, депривации сна и т. д., – сопровождающихся тяжелыми соматическими и психическими расстройствами.
Попробуйте проверить себя по чек-листу, описывающему проявления неглекта в отношении самого себя:
● вы часто выполняете работу, не обращая внимания на усталость и голод;
● вы откладываете плановые и профилактические визиты к врачу до тех пор, пока не почувствуете симптомы нарушения здоровья;
● вы отказываете себе в развлечениях и удовольствиях, чувствуя, что не заслуживаете их;
● вы пренебрегаете полноценным отдыхом, сном или гигиеной из-за работы, домашних хлопот и других дел;
● вы не выделяете время и деньги на собственную учебу или саморазвитие в интересной для вас области;
● вы стыдите себя за «чрезмерные» проявления эмоций, слезы или жалобы;
● вы часто переносите болезни на ногах, приступаете к рабочим или бытовым обязанностям, не закончив процесс лечения и восстановления;
● вы не обеспечиваете себе полноценного питания, перехватывая еду на бегу, обходясь джанкфудом или дешевой однообразной пищей.
Если вы дали четыре и более утвердительных ответа, ваше пренебрежение к себе носит опасный и, что особенно страшно, системный характер. Даже двух совпадений с чек-листом может быть достаточно, чтобы подумать о том, как можно изменить привычное, но, увы, саморазрушающее поведение самостоятельно или с помощью специалиста.
Причины и источники скрытого насилия
Как и любое явление, неглект не развивается на пустом месте. Среди его причин есть внутренние (связанные с особенностями личности самого неглектора) и внешние (закрепляющие неглект как негласную норму социального поведения).
К внутренним факторам неглекта относятся:
● эмоциональное выгорание. Специфическая реакция на перенапряжение, вызванное высокой рабочей или бытовой нагрузкой, а также родительскими обязанностями, является одной из наиболее распространенных предпосылок для проявления неглекта. Часто в таких случаях человек отгораживается от чужих проблем – это попытка психики хоть как-то сохранить остатки сил, несмотря на то что в долгосрочной перспективе последствия такого отношения будут еще более разрушительными;
● низкая эмпатия. Эмпатия, то есть способность сопереживать другим, запускает механизм заботы. Соответственно, неумение поставить себя на место близкого человека может стать ключевой причиной, по которой его чувства и нужды воспринимаются как неважные, а их выполнение отодвигается на задний план или просто игнорируется;
● когнитивные нарушения. Часто человек с расстройствами памяти, мышления и волевой регуляции не может заботиться не только о другом человеке, но и о самом себе – этот феномен нередко наблюдается у пожилых людей, страдающих деменцией и другими ментальными нарушениями. В этом случае неглект не носит целенаправленного характера: человек оказывается просто не в состоянии запомнить инструкцию или спрогнозировать результаты собственных действий;
● злоупотребление психоактивными веществами. Систематическое употребление алкоголя или наркотиков заметно снижает способность к нормальному социальному взаимодействию. Химическая зависимость искажает личность: человек становится грубым, раздражительным, перестает выполнять родительские и иные обязанности. По данным исследователей[75], именно этот фактор – ключевая предпосылка для развития неглекта в семьях с низким доходом.
Внешние причины неглекта связаны с тремя важнейшими показателями: экономическим благополучием, особенностями родительского воспитания, общей толерантностью социума к насилию:
● существование за чертой бедности, когда люди вынуждены ежедневно бороться за выживание, в значительной мере способствует развитию неглекта. Крайне трудно отвечать на эмоциональные запросы детей или обеспечивать качественный медицинский уход больной тетушке, если вы крутитесь на трех работах и все равно едва сводите концы с концами. Более того, у постоянно недоедающих людей развиваются психопатологические симптомы[76]: сужение интересов, нарастание раздражительности и агрессивности, эгоцентризм и т. д. – все это, безусловно, заставляет пренебрежительнее относиться к нуждам близких;
● стиль родительского воспитания во многом определяет базовое отношение человека к себе и к миру. В семье закладываются наши представления о том, как следует взаимодействовать с окружающими, а схемы поведения наших родителей с нами мы очень часто воспроизводим уже при общении с собственными детьми. Ученые из Гарвардского университета доказали[77], что дисфункциональная модель отношений, включающая в себя эмоциональное отвержение, «холодный» стиль воспитания, игнорирование проблем детей и т. д., с большой долей вероятности будет воспроизводиться в следующих поколениях одной и той же семьи. Если родители игнорировали ваши нужды (или других домочадцев) в «воспитательных» целях или просто от недостатка эмоциональных ресурсов, вам потребуется много сил и времени, чтобы выработать другие, более человечные, способы взаимодействия;
● отношение социума к насилию – еще одна значимая предпосылка для проявления его скрытых форм в отношении незащищенных членов общества. Неглект может восприниматься как норма обращения с детьми, стариками, пациентами и т. д., причем важную роль в формировании такой нормы играют социальные стереотипы. Более того, в некоторых ситуациях неглектором может выступать не один человек, а целая группа: семья, община, город или даже целое государство.
Такой социальный неглект проявляется, например, в коллективном отказе поддерживать уязвимые группы населения – от выдворения из публичных мест кормящих матерей (и последующей ожесточенной интернет-дискуссии о том, можно ли женщине с грудным ребенком выходить дальше поликлиники и детской площадки) до абсолютной недоступности городской среды для людей, передвигающихся на колясках, и равнодушного отказа в помощи: «Не положено».
Потенциальные жертвы социального неглекта – любые представители дискриминируемых групп. Результаты исследования отношения персонала дома престарелых к постояльцам показали, что чаще игнорируют нужды тех пожилых людей, которые бедны, относятся к расовым или религиозным меньшинствам, имеют инвалидность и т. д.
Перекос заметен и в гендерном отношении: с одной стороны, девочки чаще становятся жертвами родительского неглекта[78], а с другой – к проявлениям неглекта женщинами общество относится куда менее терпимо, чем к такому же поведению мужчин[79].
Однако если в западной психологии эта проблема по крайней мере озвучивается и изучается, то в России о ней вообще практически не говорят. К сожалению, в нашем обществе насилие до сих пор воспринимается как неоспоримый атрибут любой власти.
Отличная иллюстрация – знаменитый синдром вахтера, когда посетителям различных учреждений затрудняют доступ к получению услуг, отказывают в обслуживании или просто делают оскорбительные замечания сотрудники низовых позиций – охранники, клерки и т. д., – реализующие через неглект свое, пусть и сиюминутное, превосходство над другим человеком.
К сожалению, полностью избавиться от влияния социума на наши взгляды невозможно, но вполне реально со временем развить в себе навык критического восприятия традиционных привычек и перестать, например, стыдить людей за проявления слабости или обесценивать их чувства.
Как быть, если вы – неглектор?
Как быть, если вы поняли, что ваше поведение в целом или в отдельных, но регулярных мелочах похоже на неглект? Кто бы ни был его мишенью: ребенок, родственник, пациент или вы сами, чтобы исправить ситуацию необходимо научиться новым, ненасильственным техникам взаимодействия.
Первый шаг к любым изменениям – понять причины, побуждающие вас действовать неэффективно.
Какие ваши потребности выходят на первый план в тот момент, когда вы действуете как неглектор? Почему вы забываете просьбы, высмеиваете чужие чувства, а на попытки завязать разговор всегда отвечаете: «Я занят»? В зависимости от реальной причины неглекта избавление от него может основываться на разных механизмах – от обращения к врачу для лечения физиологических проблем, влияющих на когнитивные способности, до смены профессии или пересмотра собственной роли в семейных отношениях.
В любом случае полезно будет освоить техники ненасильственного общения[80], направленные на прямое и недвусмысленное озвучивание собеседниками собственных чувств, потребностей и просьб.
Откровенный разговор с близким человеком или психологом может помочь прояснить «сложные» моменты и выработать бережные способы реагирования в «нересурсных» состояниях.
Например, полезно завести список необходимых рутинных бытовых дел, в котором вы ежедневно будете отмечать выполненные, чтобы не сваливать на супруга утомительную обязанность ежедневно напоминать вам о вашей части домашней работы. Возможно, что привычно вырывающиеся слова «отстань, мне не до тебя» получится превратить в «прости, я чувствую себя очень усталой, давай я отдохну, а через час мы сможем поговорить».
Может оказаться и так, что профессия, в которую вы когда-то шли с горячим желанием помогать людям, уже давно не приносит удовлетворения, а от вашего затяжного выгорания страдают окружающие и на работе, и дома.
Особый случай – проявления самонеглекта, который часто живет рядом с низкой самооценкой и негативным самоотношением. Понять причины въевшейся установки «я недостоин заботы» самостоятельно бывает довольно сложно: вероятно, в этом случае хорошей поддержкой станет обращение к психотерапевту. Специалист поможет пересмотреть приоритеты, внедрить в жизнь практики систематической заботы о себе и в целом улучшить самоощущение и самовосприятие.
Сейчас мы активно пересматриваем свои взгляды на человеческое общение: насилие становится недопустимым не только в явных, но и в скрытых формах. Поиск признаков неглекта может казаться натягиванием совы на глобус, но только до тех пор, пока вам не станет ясно, что толерантность к насилию – это проявление насилия над самим собой. Пока что мало кто из нас был полностью свободен от насилия в отношениях, но у нас есть возможность устроить свою жизнь таким образом, чтобы это стало возможным.
Елена Леонтьева
Кругом сплошной абьюз: почему мы все чаще боимся вступать в отношения?
Романтическая любовь дискредитирована, патриархальные отношения разрушаются, а капиталистическая модель взаимодействия гасит влечение к другим людям своей рациональностью. В результате культура подталкивает нас к полной независимости – но как нам, таким самостоятельным и защищенным, найти в своей жизни место для постоянного партнера?
Все больше людей задают себе вопрос: здоровые у них отношения или нет? И что такое вообще – здоровые отношения между мужчинами и женщинами? Возможны ли они? Все больше людей называют свои отношения токсичными, зависимыми и стремятся либо избавиться от них, либо пытаются их изменить.
Мания независимости
Дискурс зависимости стремительно проникает в массовое сознание: мы считаем себя зависимыми не только от веществ, но и от гаджетов, людей, отношений. Поэтому мания независимости – главный тренд современной индивидуалистической культуры.
Человек человеку не волк: человек человеку теперь уже не очень-то и нужен. Многочисленные гуру предлагают нам стать самодостаточными и наращивать уровень любви к себе.
Любая зависимость стигматизируется. Быть зависимой, влюбленной, угождающей – ужасно. Страдать – глупо и стыдно. Дать человеку понять, что нуждаешься в нем, – слабость. Дать второй шанс, чтобы унять боль от разлуки, – слабость в квадрате.
Любимый человек для многих из нас – условие психического благополучия и приподнятого настроения, но при этом зависимость от партнера порицается, а от LTE-интернета и вайфая в метро – нет.
Подобная риторика встречается повсюду. Быть слабым, уязвимым и влюбленным почему-то стало дурным тоном. Классический литературный образ Татьяны Лариной или юного Вертера и их страдания в современной реальности выглядят совсем несимпатично – с оттенком нелепости, простительной только для людей прошлого.
Но это ведь нормально – привязываться к хорошему. Почему же становится нормой то, что человек человеку просто не нужен?
Может ли либидо быть разумным
Идеал независимости связан с требованием достичь психологической взрослости, при которой здоровые отношения – это отношения взрослых людей: они знают, чего хотят, и несут ответственность за свои желания, слова и поступки.
Но есть один нюанс! Либидо – совсем не рационально и с психологической взрослостью связано очень мало, а зависимость во многом основывается на сексуальном влечении.
Наше влечение связано с детскими фиксациями и зачастую питается происходящими из них эмоциональным напряжением и конфликтом.
Типичный пример: надежные заботливые мужчины кажутся женщине скучными и несексуальными, потому что ее либидо связано с отцом, у которого было пятеро детей от разных браков и за любовь которого приходилось бороться. Такая женщина с высокой вероятностью попадет в зависимые отношения с недоступным для паритетных отношений партнером – и они будут зацементированы сильным сексуальным влечением.
Подругам и группе поддержки ее отношения могут казаться ужасными, но потребность в сексуальных отношениях с высоким уровнем эмоциональной близости (по крайней мере, до определенного возраста) настолько велика, что от них сложно отказаться в пользу безопасности и «хороших», но скучных отношений без страсти.
В зависимости много наслаждения, в сексуальной – особенно. Зависимость от кого-то позволяет уже взрослым людям чувствовать себя маленькими и беззащитными перед кем-то большим и сильным: это снимает ответственность – и поэтому так приятно.
Однако дискурс независимости объявляет такое удовольствие психологическим наркотиком и предлагает лечиться. Выражаясь психоаналитическим языком, из нормальных любовных отношений мы пытаемся исключить инфантильные аспекты – а ведь из них во многом и складываются эмоциональная близость и любовное влечение.
Поделиться книгой: