Древняя жажда

Рената думала, что он собирается съесть её и чертовски хотела быть поглощённой его прикосновением. И в момент, когда у неё ослабела защита, Эмброуз спросил… нет, потребовал истинную причину, почему она здесь. Вот тогда-то всё и пошло наперекосяк.

Почему Эмброуз так резко прекратил экскурсию после её признания? Сказать, что это усилило подозрения, было бы преуменьшением. Рената не знала, стоит ли предполагать худшее. Но не хотела. Она хотела доверять Эмброузу, но что это значило?

Крик обезьян-ревунов проник в открытое окно ванной, возвращая Ренату в настоящее. Подойдя к окну, она посмотрела в лес и увидела вдалеке то, что выглядело древними руинами. Это сооружение напомнило один из рисунков отца.

Подоконник находился всего в нескольких футах над землёй. Если Рената вылезет и схватиться за выступ, сможет спрыгнуть на землю. Получится ли у неё? Эмброуз прогонял её. Понимая, что другой возможности не представится, Рената выпрыгнула из окна ванной и не оглянулась пока, пригнувшись, двигалась под кустами по тропинке, спускавшейся от главного здания к развалинам.

Тревога скрутила внутренности, а по венам потёк адреналин. Сколько у неё есть времени, прежде чем Эмброуз поймёт, что она сбежала?

Послеполуденный свет, пробивавшийся сквозь зелень, был тусклым и рассеянным. Рената нашла звериную тропу и пошла по ней, надеясь, замести следы. Минут через десять она услышала, как кто-то идёт по лесу, и поняла, что Эмброуз, должно быть, обнаружил, что она сбежала.

Рената ускорила шаг, стараясь двигаться как можно быстрее и бесшумно, чтобы не привлечь внимание окружающих. Какое-то время у неё получилось, но потом она услышала топот охранников, приближающихся к ней. Только не снова. Она нырнула за большой куст и попятилась глубже в джунгли, надеясь, что не испугает ни одну змею. Когда они подошли ближе, Рената сделала шаг назад. А потом ещё один. Внезапно листва расступилась, и Рената бесцеремонно упала задницей на твёрдую землю.

— Ой, — воскликнула она и прикрыла рот рукой. Услышали ли её охранники? Она прислушалась, когда они приблизились. Но, когда голоса затихли вдали, Рената облегчённо вздохнула и нашарила фонарик в рюкзаке. Включив его, она ахнула, поняв, что оказалась в древнем каменном туннеле, ведущим глубоко в землю. Выходил ли он на руины, которые она видела из окна ванной? Но туннель почти полностью скрыт зарослями растений у входа. Осмелится ли она исследовать его? Рената повидала много развалин и знала, что это может быть небезопасно, но альтернатива — вернуться туда, где были охранники. Она ведь могла исследовать туннель? Открыть что-то новое манило её.

Направив фонарик в туннель, Рената пошла вперёд. К её большому удивлению, каркас оказался в отличном состоянии, несмотря на очевидный возраст. Будто его тщательно отреставрировали.

Через несколько минут Рената подошла к огромной каменной двери, которая выглядела не такой старой, как окружающие стены. В центре снова был тот же символ: уроборос. Вытянув руку, Рената провела пальцами по рисунку и поморщилась, когда острый край порезал подушечку и оставил капли крови на двери.

Чёрт. Она положила палец в рот. Порез не страшен, но было больно.

Раздался слабый писк, а затем дверь скользнула в сторону, открывая роскошный кабинет с мягким освещением, большой картиной с чёрными и красными чернильными брызгами, на стене, несколькими мягкими диванами и… мини-кухней?

Рената вошла в шикарный кабинет, и дверь за ней закрылась. Как и туннель стены внутреннего пространства сделаны из древнего известняка. Это не просто реставрация старых руин, а дорогостоящая реконструкция тайного убежища. Но почему здесь под землёй? Подозрение шевельнулось где-то в глубине сознания, будто она должна что-то вспомнить, но мысль ускользала. Она бродила по убежищу, осматривая витрины с эклектичной коллекцией ножей и библиотеку с множеством древних и современных книг.

Внезапно она наткнулась на дверь, но не хотела её открывать, не зная, куда та ведёт. Ещё одна большая арка вела в роскошную спальню, в центре которой стояла огромная кровать с чёрными простынями. Рената представила себе, как Эмброуз спит там или моется в душе с мраморной плиткой, отделённой стеклом. Это зрелище ей определённо понравится.

Осмотрев мини-кухню, она нашла два небольших холодильника, один из которых был заполнен красным вином, но не едой. Другой холодильник — пакетами с кровью.

Так, стоп…

Тайное подземное логово — есть.

Здоровенный склад коробок из-под сока, заполненных кровью — есть.

Офигенно великолепный бледный мужчина, чья харизма зашкаливает — есть.

Неужели отец обнаружил не просто местонахождение какого-то древнего вампира, но и самого вампира? Рената не знала, бояться ей или предвкушать.

Знакомый шёлковый голос раздался у неё за спиной:

— Ищешь что-то конкретное?

Она резко обернулась, искра ужаса от того, что её поймали, и трепет возбуждения от того, что снова оказалась в присутствии Эмброуза, пробежали по венам.

— Я умею находить вещи, — ответила она с придыханием. Эмброуз направился к ней, но Рената поняла, что его она не боится, и двинулась ему навстречу. — Это твой дом?

Он посмотрел на неё, словно взвешивая, как ответить, затем снял пиджак и бросил его на спинку стула.

— Да. Любопытно, как ты вошла?

— Через потайной туннель за той дверью, — указала она.

Он нахмурился.

— Но дверь…

— Я порезалась, когда осматривала уробороса на двери. — Рената подняла палец к его лицу.

Даже в тусклом свете зрачки Эмброуза расширились, когда он посмотрел на её палец. На самом ли деле он вампир? Почувствует ли он запах крови на её пальце? Ей хотелось узнать о нём больше, но насколько откровенно он будет отвечать на её вопросы?

Эмброуз оторвал взгляд от её пальца и снова посмотрел ей в лицо.

— И дверь просто открылась?

Рената пожала плечами.

— Ага. Почему ты живёшь здесь? Предпочитаешь вид из крепости?

Он придвинулся ещё, так, что она рефлекторно хотела отступить, но заставила себя стоять на месте и дать ему нарушить её личное пространство.

— Я наслаждаюсь уединением, — ответил он, провод пальцами по её руке.

Она указала на стены и потолок.

— Но мы же внутри древних руин. И почему жилые помещения размещены в этом здании? Ты слишком богат, чтобы управлять этим, и можешь жить где угодно, так?

Он взял её за руку и поднёс к губам, запечатлев кроткий поцелуй на нежной коже. Его ласковое прикосновение воспламенило Ренату, не давая сосредоточиться ни на чём, кроме его губ, скользящих по плоти.

— Ответь.

Жар во взгляде Эмброуза мог сжечь комнату.

— Это уникальное место, которое обеспечивает беспрецедентную безопасность.

Рената покачала головой. Она должна разоблачить его блеф. Возможно, если её подозрения, правда, ей следовало бояться Эмброуза. Тем более они находились одни в его тайном логове. Но она чувствовала только любопытство и тягу к тайне, плюс немного похоти. Ну, много, если быть до конца честной с собой.

Она сняла рюкзак и порылась во внутреннем кармане. Найдя отцовский дневник, она открыла его на одной из заметок.

— Это дневник моего отца. — Она перевернула потрёпанную страницу. — Это символ, которым украшены все сооружения и руины здесь. — Рената перевернула ещё страницу. — Это его проповеди и бредни о вампирских знаниях и теория о том, что именно это здание центральное в их истории. — Рената прижала дневник к груди Эмброуза, и тот взял его и принялся листать. Затем она зашагала на кухню, открыла холодильник с кровью, схватила пакет и положила его на каменную стойку. — Вот что, — заявила Рената, указывая на кровь, — давай-ка выкладывай. Во что влез мой отец? Это место — реликвия вампиров? И кто или что вы?

4

Эмброуз резко втянул воздух. Всю жизнь он старался скрыть от мира, кто и что он. Но появляется эта женщина и за пару часов его раскрыла.

Он посмотрел на дневник, который она сунула ему, поражённый уровнем детализации, но затем положил журнал на стол и подошёл к кухне, не желая, чтобы между ним и Ренатой было расстояние.

Да, у неё был дневник Матео, но она сама сложила кусочки головоломки. То, что она получила доступ в его владения, придавало правдоподобие теории Луиса о том, что Рената его суженая. Кто ещё мог быть таким бесстрашным в его присутствии? И кому другому магия, защищающая логово, позволит пройти? Сейчас, оставшись с ним наедине в логове, Рената не дрожала от страха, а требовала ответов. Некоторые из его рода могли бы разозлиться, но Эмброуз чувствовал лишь восхищение хитростью, упорством и любопытством Ренаты. Эмброуз вынужден признать, что присутствие Ренаты в его доме, удовлетворяет потребность внутри, о существовании которой он даже не подозревал до встречи с этой женщиной. Во время разговора он был очарован, потакая её безжалостным вопросам. Теперь же сгорал от желания к ней.

Её аромат искушал; обещание покоя сквозило в нежных нотах. Эмброуз хотел взять Ренату, попробовать на вкус, а потом взять снова. Но простит ли она ему то, что случилось с её отцом? Позволит ли ему заявить на неё свои права? Сможет ли он сдержаться, если она откажет?

Он тряхнул головой. Так, стоп, о чём она спрашивала? Ах, да.

— Ты правильно растолковала дневники отца, Рената. Эти руины — древний храм, священный для всех вампиров. Защита земли, на которой он стоит — мой высший долг.

Рената вздохнула, будто эта истина утолила жажду знаний глубоко внутри.

— Теперь это точно не похоже на развалины, но жить тут всё равно странно.

— Внутреннее святилище отделено от моих покоев и остаётся нетронутым с самого первого дня появления моего вида.

Она кивнула и замерла.

— Твоего вида…

Он подошёл к ней вплотную, приподняв пальцами лицо за подбородок.

— Я вампир, — прошептал Эмброуз. — Самый старший. Ответственность за защиту нашего храма ложится на мои плечи.

Рената протянула руку и коснулась его щеки, на её лице застыло благоговейное выражение.

— У меня столько вопросов.

Эмброуз обнял её и притянул к себе.

— Я постараюсь ответить на них, но, признаюсь, жажду тебя, как никого другого. Не знаю, как долго я смогу ждать, прежде чем утолю голод. — Она извивалась, тяжело дыша, скользя руками по его спине поверх рубашки.

— Не могу ясно мыслить, когда я с тобой, — заявила она.

Каким-то образом Эмброуз остановился и ослабил хватку, давая передышку, но не отпуская. Рената стала дышать медленнее.

— Продолжай, — ответил он с рыком.

— Если ты здесь уже какое-то время, то, должно быть, встречался с моим отцом, Матео, когда он тайком исследовал твою собственность? Ты его видел?

Внезапно кровь в венах Эмброуза застыла, и он отступил, лишаясь сладости тела Ренаты. Он должен сказать ей правду, но найдёт ли она в себе силы простить его?

Эмброуз вздохнул, готовясь к её реакции.

— Я познакомился с твоим отцом, когда узнал, что он наведывается в наш лагерь.

Рената нахмурилась, в её глазах читалось смущение.

— Познакомился? И почему ничего не сказал, когда я упомянула его?

— Я понял, насколько ты важна для меня, — ответил Эмброуз. — Теперь буду откровенен. И прошу у тебя терпения и понимания, так как я не знал тебя, когда встретил Матео.

Рената покачала головой, в уголках её глаз заблестели слёзы.

— Что случилось с моим отцом, Эмброуз?

Эмброуз повернулся и зашагал по комнате, чтобы утихомирить желание вкусить Ренату.

— Мне нужно, чтобы ты выслушала меня, — сказал он, встретившись с ней взглядом. Когда она кивнула, он продолжил: — К моменту, как его усилия привлекли наше внимание, Матео уже много раз бывал в лагере. Как ты видела в дневнике, он получил много информации и стал угрозой для наших операций. Для всех вампиров. Ему нельзя было позволить вернуться к прежней жизни, иначе он раскроет то, что узнал.

Она побледнела и открыла рот.

— Значит, ты убил его, потому что он слишком много знал?

Эмброуз поднял руку.

— Нет, не совсем.

— Эмброуз! — крикнула она, топнув ногой. — Либо умер, либо нет.

Он склонил голову набок.

— Нет. Хотя я и намеревался выпить его досуха, не смог. Может быть, потому, что он твой отец, и судьба не позволила мне довести дело до конца? Я не понимал почему, но теперь подозреваю именно это. Вместо того чтобы убить, я обратил его.

Рената ахнула.

— Ты сделал его вампиром? Ты так можешь?

— Да и да. Превращение не всегда срабатывает, но Матео без осложнений проснулся во второй жизни. Я отправил его за границу работать на Дрейвена, так как с новорождёнными вампирами могут быть проблемы. Твой отец был убит горем из-за того, что ему пришлось прервать связь со своей семьёй, но рад был оказаться посвящённым в Вечный Союз. Это я отнял у тебя отца, Рената. Прости, что так тебя обидел.

— Но он жив? — спросила она, смаргивая слёзы.

Эмброуз снова придвинулся.

— Как я уже объяснял, не совсем. — Он улыбался, не пытаясь скрыть клыки. — Он вампир, нежить, больше не привязанный к человеческой жизни.

— Проклятье, Эмброуз. — По её лицу текли слёзы. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Могу я с ним поговорить?

— Конечно. Но для начала мне нужно связаться с Дрейвеном и убедиться, что Матео готов.

Она кивнула, обнимая Эмброуза.

— Спасибо.

Он с радостью притянул её в свои объятия, не веря своему счастью.

— За что ты меня благодаришь? Я думал, ты никогда не простишь меня за то, что я отняла у тебя отца.

— Насколько я понимаю, ты поступил так, как считал нужным, чтобы защитить себя. Признаю, мой отец упорен, и я верю, что он предоставил лишь несколько вариантов сохранить твои секреты. Но благодарна за то, что ты обратил его, потому что теперь я знаю, что с ним всё в порядке и почему он ушёл. — Она помолчала, качая головой. — Ну, что он в порядке для вампира. — Несколько мгновений они стояли молча. Рената откашлялась. — А что ты подразумевал под словами, что судьба не позволила тебе убить моего отца? И под удивлением, что дверь открылась передо мной?

— Ах, это. — Эмброуз провёл пальцами по её спине. Рената не отвернулась от него, узнав, что случилось с её отцом. Сбежит ли она сейчас, узнав, что он считает её своей суженой?

Погружённый в свои мысли, он удивился, когда Рената отстранилась, взяла его рубашку за воротник и пристально посмотрела на него.