Помоги проекту - поделись книгой:
Иван Фаатович
Убить Первого. Том 3
Глава 61. Тучи сгущаются
Последний проблеск дневного света исчез за горизонтом и ночь, вступая в свои права, укрыла город одеялом мрака. Стихли разговоры солдат под внешней стеной и лишь редкие перешептывания часовых, да тихое потрескивание дров в догорающем костре посреди лагеря нарушало ночную тишину. Седой мужчина сидел у огня и потерянно смотрел на пламя, покачиваясь взад-вперёд. Тран до сих пор не мог поверить, что кошмар, в котором он жил последние полгода, наконец, закончился. В его голове вихрем проносились воспоминания всех дней, что он провёл в обезьяньем племени. Поход через Туманную чащу к Ледяному пику и странной чёрной башне… а потом он вдруг обнаружил себя на холме. Неподалёку от Города. Но… как он там оказался? Этого Тран до сих пор не мог понять.
Мужчина нахмурился. Его усталый разум судорожно пытался вспомнить, что же случилось в башне, но, как бы он не старался, ничего не выходило. Последнее, что он видел прежде, чем очнуться на холме — два огромных ярко-жёлтых глаза на кошачьей морде. На морде, принадлежавшей существу, которого Тран искренне надеялся никогда больше не встретить. Чёрный Мао. Так его называл Хого… вожак-рысь, которого почему-то боялись даже огромные медведи.
Тихие, шаркающие шаги отвлекли мужчину от воспоминаний. Обернувшись на звук, он увидел, как из непроглядной ночной тьмы на свет вышел лысый воин. Его лицо было покрыто множеством ссадин и кровоподтёков, а взгляд был наполнен такой неприкрытой злобой и ненавистью, что увидев его, седой невольно отшатнулся. Однако, Ло не обратил на это внимания. Он лишь приглашающе махнул рукой и пошёл прямо к воротам. Несколько долгих секунд Тран сидел на месте, не в силах понять намерений этого странного воина, но вдруг его взгляд остекленел. В его голове как будто что-то щёлкнуло и он, резво поднявшись, послушно побрёл вслед за лысым.
Тем временем, в самом сердце города, резиденции градоначальника, Ли Джоу мерял шагами свой роскошный кабинет. Сцепив руки за спиной, он наворачивал круги вокруг стола, что делало его похожим на огромного злобного филина. Даже после долгого рабочего дня глава города никак не мог успокоиться. Раз за разом он возвращался в воспоминаниях к тому злополучному заседанию городского совета, вновь и вновь прокручивал в голове слова патриарха Морето и этого ублюдка Ганна, которые парой ловких фраз обернули его речи против него же.
«Такого закона не существует… как можем мы наказать тех, кого сами вызвали… вы ошибаетесь, уважаемый глава» — звучали в голове мужчины полные скрытой издёвки, да подчёркнутой вежливости слова его дражайших благородных товарищей. Громко засопев, он резко остановился и, с трудом удержавшись от того, чтобы разнести что-нибудь на куски, тяжело рухнул в кресло.
Несмотря на то, что сейчас патриарх клана Джоу был известен, как невероятно спокойный и сдержанный, словно камень, которым он управлял, те, кто помнил его молодым, знали, что Ли был и остался невероятно гордым, властолюбивым и самоуверенным человеком. Тех, кому действительно удавалось пробиться сквозь каменную броню спокойствия и задеть его за живое, можно было пересчитать по пальцам одной руки, и потому нужно было отдать должное мастеру Ганну и делегации изгнанников — их тандем переплюнул всех в этом списке. Патриарх был в бешенстве.
Уже очень давно Ли Джоу не испытывал такого унижения! Морето с Ганном посмели не только открыто выступить против него, но ещё и выставить полным дураком, который мало того, что не заботится о жителях Города, так ещё и не знает собственных законов! А ведь он только-только сумел заручиться полной поддержкой этих никчёмных идиотов из мелких семей! Ещё никогда полная власть над Городом не была так близко, хватило бы ещё одного сообщения от разведки, чтобы напугать их до дрожи очередным «великим нашествием тварей», чтобы получить чрезвычайные полномочия… но теперь, после такой демонстрации они начнут сомневаться.
Ли грязно выругался, привстал и, замерев на несколько мгновений, шумно выдохнул и опустился обратно, оперевшись на спинку кресла. Мужчина положил руку на столешницу и быстро начал барабанить по ней толстыми пальцами, полностью погружённый в свои мысли. Его дражайшие братья-основатели проснулись очень не вовремя и, очевидно, таким вот нехитрым образом напомнили ему его место. Одного из, но ни в коем случае не самого главного, и это «напоминание» выводило мужчину из себя ещё больше, чем слова грязного простолюдина, который послал его к Первому.
— И это не просто напоминание, — пробормотал он себе под нос, — нет, это предостережение.
А ведь буквально несколько часов назад Аро, который и привёл изгнанников в город, докладывал ему о странном контракте молнии… о четвёртом контракте. Ли Джоу сглотнул, припомнив жуткий взгляд чужеземного воина, которым тот одарил его в зале суда. Вспомнил о волнениях среди черни, и по спине мужчины пробежала орда мурашек, остатки волос на лысеющей голове зашевелились в ужасе. Громко засопев, он вздрогнул, с большим трудом прогоняя зарождающийся в глубине души страх.
— Так вот, что вы задумали… — пробормотал он, всё ещё не в силах поверить своей собственной ужасной догадке, — это… это уже слишком даже для мести за своих. Предатели… Слуга! Хана ко мне! — рявкнул он, откинувшись на спинку кресла.
Сложив руки на животе, глава уставился на пустую вазочку, в которой когда-то лежали его любимые сушеные яблоки. Кипящая внутри злость обратилась холодной яростью, на лице мужчины заиграли желваки, а пальцы впились в кожу рук так сильно, что пошла кровь. Ли Джоу всё ещё не мог переварить эту жуткую новость, не мог понять, как благородные воины, которых он знал не один десяток лет, могли принести в жертву собственную гордость и опуститься до союза с чернью, изгнанниками и чужаками. Неужели, он действительно зашёл настолько далеко в своей борьбе? Или это последний, отчаянный шаг агонизирующего колосса, направленный лишь на то, чтобы любой ценой усложнить ему жизнь? Шумно засопев, Ли Джоу прикрыл глаза. Он мог бы понять интригу с другими семьями, даже отправку его товарищей на смертельные задания… но не союз с чернью. В его глазах такой поступок был столь же подлым и гнусным, как убийство собственной матери. Он попирал все заветы Основателей и угрожал положению Великих семей. А потому, не заслуживал прощения. Вздохнув, глава города мысленно вынес приговор своим врагам.
Ровно через двадцать минут в дверь кабинета постучали. Дождавшись разрешения хозяина, гость вошёл внутрь и глубоко поклонился.
— Глава, — уважительно произнёс широкоплечий мужчина с жутким шрамом через всё лицо. Выпрямившись, он сделал два шага вперёд и остановился напротив стола, возвышаясь над своим патриархом подобно горе.
— Хан, — тепло улыбнулся толстяк Ли. Стоящий перед ним воин был гордостью клана Джоу. Сильнейший боец, в совершенстве овладевший силой контракта Земли, он был всего лишь на два ранга ниже в развитии, чем Ганн. Казалось бы, каких-то жалких два шага, но эти два шага давным-давно превратились в неодолимую пропасть. Однако, Ли не терял надежд и упорно продолжал всеми силами помогать Хану, покупал камни атры и всякие снадобья, в тайне надеясь, что когда-нибудь великий клан Джоу обретёт своего могущественного мастера, как Ганн или Горан.
— Кого мне отправить «на важное задание» в этот раз? — криво ухмыльнувшись, поинтересовался мужчина.
— Пока никого. Для тебя будет другое поручение, даже более важное, — проговорил патриарх, ухмыляясь, — помниться, ты хотел отомстить этой мерзавке Джине, верно? Слушай, что нужно сделать…
***
Светало. Тихо шуршали кроны яблонь в саду и прохладный утренний ветерок легонько трепал волосы медитирующего под деревом юноши. Вот уже несколько часов Эдван сидел здесь, в полном одиночестве, размышляя над тем, что видел во сне. К нему снова вернулись видения прошлого, и на этот раз они были куда более подробными, чем раньше. К счастью, этой ночью обошлось без смерти от лап медведя. В этот раз он всего лишь увидел, как таинственный мастер в белых одеждах рассказывал ученикам о магических знаках…
— Запомните! Начертание символов — это не просто полезное умение, которым можно похвастаться перед старшими, — прокручивал Эдван в голове слова великого мастера, — это умение настолько же важное, как сила тела, или прочность сосуда души! И те из вас, кто решил всерьёз идти путём атры, очень скоро почувствуют это на собственной шкуре, ибо ни одно смертное оружие не способно выдержать силы одарённого на уровне пруда, как и ни один простой доспех не сдержит натиска твари такой же силы. И лишь благодаря словам творца и магическим знакам мы можем создать по-настоящему могучее оружие…
Открыв глаза, парень по-новому взглянул на костяной меч, что лежал рядом с ним на земле. Коснувшись гладкого белого клинка, он тепло улыбнулся, вспоминая, сколько сражений они прошли вместе в его прошлой жизни. Лаут нежно провёл пальцами по рукояти, чувствуя каждую неровность, каждую линию из десятка магических знаков, которые Арман Шатт лично вырезал на нём давным-давно. До этого момента юноша даже не подозревал, насколько могучее оружие попало к нему в руки. Смысл магических знаков и слов творца на нём ускользал от него раньше, но теперь… после сегодняшней ночи он, наконец, кое-что вспомнил. Вспомнил, и невольно ужаснулся. По своей мощи этот клинок уступал только булаве Агнара, но, увы, реализовать всю его силу Эдван не мог. В конце концов, он только-только прорвался на вторую ступень. Лишь в руках мастера уровня Озера этот невзрачный на вид короткий меч мог раскрыть весь свой потенциал.
— Похоже, мне ещё предстоит очень многое вспомнить, — задумчиво произнёс юноша, с сожалением отложив оружие.
Он вновь погрузился в медитацию, стараясь проникнуть в глубины собственной памяти и вытянуть оттуда всё, что он только помнил о магических знаках. Особенно тех, которые служили для усиления оружия и доспехов. Перед глазами проносились обрывки снов о прошлом, которые он уже видел когда-то, уроки мастера Ганна, воспоминания о сражении в горах… и создании клинка из самой крупной кости поверженного противника. Лишь через час упорного копания в своей памяти Эдвану ценой сильной головной боли удалось вытянуть оттуда кое-какие знания о магических знаках. Увы, в прошлой жизни он не был особо сведущ в использовании символов и знания, которые парню удалось с таким трудом выудить, служили в основном для создания простых и полезных бытовых мелочей, вроде светильника атры, охранного круга для сна, очищения воды и горячего камня… Лаут добыл лишь несколько конструкций, при помощи которых можно было укрепить доспех и усилить оружие. Впрочем, даже это уже можно было считать немалым успехом.
Помассировав виски, чтобы немного унять головную боль, Эдван медленно поднялся на ноги. Сделав несколько глубоких вдохов, он размял слегка затёкшие конечности и принял боевую стойку. Закрыл глаза, очистил сознание, как если бы собрался вновь медитировать и позволил атре заполнить каждый участок своего тела. Дал ей до краёв залить мышцы и кости, пропитать органы и, дождавшись, когда от переизбытка силы организм начнёт испытывать лёгкую боль и жжение, медленно сделал шаг и нанёс прямой удар кулаком в воздух, выпуская через этот импульс большую часть накопленной силы. Раздался хлопок, порыв ветра растрепал его волосы, зашуршала крона яблони над головой и несколько листьев, сорвавшись с ветвей, закружились в воздухе. Шумно вздохнув, парень вновь потянул атру из внешнего мира и повторил всё действие ещё раз, а затем ещё и ещё. Он наносил удары медленно, вдумчиво, заставляя огромное количество атры проходить сквозь каждую мышцу, таким образом закаляя их. Для того, чтобы успешно пробиться на самые высокие ступени пруда, нужно было заложить прочный фундамент в начале, основательно закрепившись на первом ранге. И тренировка тела в этом деле была также важна, как и развитие сосуда.
Так юноша продолжал заниматься около часа, пока вдруг не ощутил чужое присутствие. Чувство атры безошибочно уловило ауру одарённого минимум на второй ступени неподалёку, и уже через несколько мгновений Эдван услышал за своей спиной знакомый голос.
— Тренировочные площадки с другой стороны, Лаут. Пошли, покажу, пока всех соседей не разбудил, — с насмешкой в голосе произнесла девушка.
Амина стояла, подпирая ствол яблони и улыбалась. Сегодня на ней, в отличие от привычной Эдвану чёрной формы Когтя, были свободные синие штаны и безрукавка. В руках она держала самое обыкновенное деревянное копьё, одно из тех, что использовали солдаты и ученики академии для тренировочных поединков.
— И тебе доброго утра, — ответил парень и, подумав, добавил, — прости. Я что-то забылся…
— Мелочи, — махнула рукой блондинка и, легонько оттолкнувшись от яблони, быстрым шагом направилась в сторону ворот резиденции, — бойцы Когтя, бывает, и не такое вытворяют по возвращении с похода. Но мы здесь свои, а ты чужак, и старики обязательно проедят моему отцу плешь за каждый твой промах, — хохотнула она, — хотя… они бы ворчали, даже если бы ты ушёл тренироваться прямо на полигон.
— Но если я пошёл с тобой, они не скажут ни слова, — тут же понял Эдван, — хм… ты всегда тренируешься так рано, или специально пришла сюда, потому что я шумел и разбудил кого-то?
— Хах! Нет конечно, — с улыбкой ответила девушка, — я просто хотела немного размяться с копьём и случайно услышала, что ты тоже не спишь… а ещё сегодня утром в резиденцию попыталась пролезть одна крайне нетерпеливая особа из семьи Морето, — задумчиво произнесла Амина, с хитрым прищуром отслеживая реакцию Эдвана, — и искала тебя.
— Лиза, — парень тепло улыбнулся.
— Кажется, она хорошо тебя знает, раз посмела заявиться сюда в такую рань, — сказала блондинка, когда в конце дорожки, выложенной глиняным кирпичом, наконец показались ворота на территорию семьи Линн. Там, в тени высокого дерева Эдван увидел знакомую девичью фигуру и сердце его забилось чуть быстрее. Пусть они и не виделись всего десяток часов со вчерашнего вечера, но после воссоединения даже такой малый срок казался ему долгим. Сегодня Лиза была одета примерно так же, как и вчера — в традиционно чёрные одежды клана Морето и длинную красную безрукавку.
— Эдван! — радостно воскликнула она и помахала ему рукой, но, встретившись с немного насмешливым взглядом Амины, почувствовала себя немного неловко и, вместо того, чтобы броситься к парню навстречу, осталась стоять на месте.
Юноша ответил ей тёплой улыбкой и помахал в ответ, прибавив шагу. Блондинка, заметив это, лишь покачала головой. Она даже подчёркнуто отвернулась, выйдя на главную улицу, чтобы не слишком смущать этих двоих своими взглядами. Быстро обнявшись и прошептав друг другу слова приветствия, ребята последовали за воительницей в сторону тренировочных площадок.
— Эта лиса вынудила тебя сразиться с ней, да? — шепотом поинтересовалась Лиза, — я слышала, у Амины уже четвёртый ранг! Даже если ты прорвался на вторую ступень, тебе будет непросто! Как думаешь, сколько продержишься? Не забудь, ты ещё обещал мне спарринг!
— Да-да, я помню, — с усмешкой сказал он, взяв Лизу за руку, отчего та невольно заозиралась по сторонам, пытаясь понять, не увидел ли их кто-нибудь, — но результат будет тем же.
— Это мы ещё посмотрим! — заявила она, ударив его в плечо, — то, что ты добрался до второй ступени, ещё ничего не значит!
— Но ведь это бессмысленное соревнование, — улыбнулся он, — ты ведь ещё даже не взяла двенадцатого ранга. Вызови лучше Мариса, против него у тебя хотя бы есть шанс.
— Да чтоб я попросила о чём-то этого урода? Пошёл он к Первому! Я вообще не понимаю, почему он вернулся с вами! После того, что он сделал… его убить было мало, — прошипела она и вырвала руку из ладони парня.
Некоторое время они шли молча. Эдван делал вид, что разглядывает живые изгороди и красивые дома, пока мысленно корил себя за тупость. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что при Лизе пока что лучше не упоминать Мариса. Для неё, несмотря на все внешние изменения и заверения Эдвана, он всё ещё оставался тем самым надменным и высокомерным сыном главы города, который когда-то продал её Чэню Джоу за контракт земли. И Лаут прекрасно понимал, что простыми извинениями со стороны благородного здесь не отделаться… он вообще слабо представлял, как вообще можно было бы помирить их.
Добравшись до середины главной улицы, они повернули направо, прошли вдоль высокой живой изгороди из кустарника, миновали небольшую улочку, где младшие ученики аптекаря хлопотали над открытием лавки, и вышли к большой открытой площадке на берегу пруда в окружении высоких деревьев. Неподалёку виднелись ещё два полигона, огороженные стеной, точно так же, как это было в академии и на территории гарнизона. Оттаявшая Лиза тихонько похвасталась Эдвану тем, что однажды тренировалась там вместе с Анной.
— Это лучшая площадка клана Линн! — вещала она тихо, — воздух там как будто бы сильнее насыщен атрой, а все стены усыпаны изнутри защитными знаками, что подавляют звук и смягчают удары, представляешь? Говорят, это сделал ещё великий Основатель. У нас в клане такого нет…
— Хм… очень удобно и довольно полезно для молодых одарённых, — проговорил парень и повернулся к Амине, — мы зайдём внутрь?
— Зачем? — с невинной улыбкой спросила она, крутанув в руке деревянное копьё, — ты ведь не собираешься швыряться молниями в беззащитную девушку?
— Это кто ещё беззащитная?! Ты просто не хочешь пускать его туда, потому что он изгнанник! — возмутилась Лиза, отчего воздух вокруг неё стал ощутимо теплей.
— Но я ведь правда беззащитна перед лицом молний, — невинно захлопала глазами блондинка, растерянно глядя то на Эдвана, то на Лизу, — мой контракт воды просто не может противостоять подобной сокрушительной мощи… пообещай, что будешь нежен со мной…
Лаут закатил глаза, и в тот короткий миг, пока он это делал, Амина одарила Лизу насмешливым взглядом и показала ей язык, отчего воздух вокруг черноволосой девушки пошёл волнами от невероятной жары.
«Да как она посмела!» — подумала она, с трудом сдерживая рвущийся на свободу огонь. Мало того, что эта курица посмела заигрывать с её парнем, так она ещё и дразнится! Ещё никогда Лизе не хотелось переломить копьё о чью-то белобрысую голову, как сейчас. С трудом утихомирив разбушевавшуюся атру вокруг себя, она сделала глубокий вдох и пообещала себе, что рано или поздно всё-таки надерёт зад этой вредной девке Линн. Будет знать, как действовать ей на нервы.
— Амина, перестань, — фыркнул Эдван, которому тоже не слишком нравились слова и поведение блондинки, — Без контрактов?
— Это ведь просто небольшая разминка, — на лице воительницы была всё та же невинная улыбка, — ты ведь всего лишь на три ранга ниже. К чему они нам?
— Ага… всего лишь, — пробормотал он в ответ.
— Тренировочные палки там, — Амина указала рукой на невзрачную деревянную будку, что стояла у стены ближайшего дома. Вздохнув, Эдван снял с пояса костяной клинок, передал его Лизе и выбрал себе из местных запасов такое же деревянное копьё, как у блондинки. Они вышли в центр площадки, остановились друг напротив друга.
— Готов? — вежливо поинтересовалась девушка, принимая боевую стойку.
— Задай ей, Эд! — крикнула Лиза, занявшая место под раскидистыми ветвями вяза у края площадки. Злорадно хихикая, она в тайне надеялась, что юноша «случайно» огреет блондинку палкой по голове.
Лаут посмотрел на девушку, тепло улыбнулся и, подмигнув ей, крутанул в руках оружие. Не став отвечать на вопрос Амины, он просто наполнил тело атрой и сорвался с места, нанося удар копьём. Две деревяшки звонко ударились друг об друга, ударная волна разметала пыль по площадке. Воительница легко парировала первый удар и тут же перешла в наступление.
Вначале они оба атаковали друг друга медленно, словно прощупывая противника, однако, уже через несколько минут схватки скорость начала резко возрастать, а удары становились всё более и более жёсткими и изощрёнными. С лица Эдвана не сползала довольная улыбка. Его руки уже немного дрожали и побаливали от многочисленных столкновений их копий, но он был доволен этой битвой, ведь с тех пор, как он поднялся на вторую ступень, он ещё не успел опробовать свои силы против достойного противника. Не считать же за проверку те несколько слабых ударов, что нанесла ему Амина сразу после прорыва, верно?
Постепенно, Эдван достиг предела собственной скорости, копьё в его руках двигалось невероятно быстро, обрушивая на воительницу множество ударов и уколов с самых разных сторон, которые та, в свою очередь, успешно парировала. Через несколько секунд древко в его руках начало трещать, а кисти рук заболели от жуткой отдачи, ведь, в отличие от Эдвана, Амина ещё была далека от предела. Будучи на три ранга выше развитием, она лишь широко ухмыльнулась и ускорилась ещё немного, ровно настолько, чтобы чуть-чуть превосходить Лаута, таким образом заставляя его продемонстрировать всё своё мастерство. И, надо сказать, изгнанник не разочаровал. В какой-то момент блондинке даже показалось, будто бы у него в руках не простая тренировочная палка, а самое настоящее боевое копьё — настолько опасными и точными были редкие удары юноши, который демонстрировал чудеса техники и скорости.
«Правду говорил отец, в руках искусного воина даже палка с дороги сможет превратиться в смертоносное оружие», — подумала Амина и взвинтила собственное восприятие, ускоряясь ещё немного.
Ловко отбив укол юноши, она мгновенно переместилась за него, и ударила в ответ, целясь прямо в незащищённую спину. Эдван нутром почуял опасность, максимально коротким и резким движением он наклонился вперёд и лишь каким-то чудом успел подставить под удар своё оружие, под завязку наполнив его атрой. С оглушительным грохотом копья столкнулись, раздался треск и оба древка разлетелись в щепки, оставляя в руках сражающихся лишь крупные обломки. Ударная волна разметала по всей площадке мелкие кусочки древесины, заставив кроны деревьев в округе недовольно зашуметь.
— Впечатляюще! — тяжело дыша, сказала девушка, глядя на обломок в своей руке.
— Жаль, деревяшки не выдержали, — ответил Эдван, отбрасывая в сторону то, что осталось от его оружия.
Он уже собирался предложить Амине продолжить врукопашную, как вдруг его взгляд зацепился за толпу зрителей — их небольшая потасовка с утра пораньше привлекла довольно много внимания. Посмотреть на тренировку «могучих воинов» сбежалась чуть ли не вся детвора из резиденции, а также несколько молодых одарённых, среди которых парень заметил и брата Алана, который в своё время доставил ему немало проблем. Тот, почувствовав на себе взгляд изгнанника, лишь гордо хмыкнул и поспешил удалиться, не рискуя заговорить с ними. В конце концов, до второй ступени ему было ещё очень и очень далеко.
— Эдван! Это было потрясающе! — воскликнула Лиза, в мгновение ока оказавшись рядом с ними, — ты был с ней почти на равных! — восхищённо сказала она, напрочь позабыв о том, что ещё совсем недавно заявляла, будто бы вторая ступень ничего не значит.
— Действительно… — пробормотала Амина, всерьёз задумавшись над словами девушки, — Лаут, как тебе… — обратилась она к Эдвану, но её слова так и не были им услышаны, утонув в хоре голосов зевак.
— Приветствуем, мастера! — гаркнули ребята, согнувшись в приветственном поклоне перед мужчиной в чёрном халате и его спутником — огромным хмурым здоровяком, который лишь коротко кивнул молодёжи в ответ на их слова.
Лаут, увидев внезапно появившихся у края площадки наставника и Агнара, быстрым шагом направился к ним навстречу. Отчего-то ему стало неспокойно, и, глядя на угрюмое лицо друга и по-обыкновенному бесстрастную рожу наставника, что можно было перевести как лёгкое раздражение, он решил, будто что-то стряслось. Лиза, чуть ли не мгновенно почувствовав изменения в настроении юноши, поспешила следом и лишь Амина, покачав головой, медленно побрела следом.
— Приветствую, мастер. Что-то случилось? — прямо спросил Эдван, подойдя поближе. Однако, не успел наставник открыть рта, как Агнар, без всякого уважения или почтения отпихнув мужчину в сторону своей огромной лапищей, в два шага приблизился к Лауту.
— Утра, — прогудел он слегка раздражённо и, кивнув девушкам в знак приветствия, наклонился поближе к Эдвану, — спроси пожалуйста у своего друга, что ему от меня надо, и куда он хочет меня утащить?
После небольших пояснений здоровяка в голове у парня сложилась картинка. Он вспомнил, что предлогом, под которым их якобы вызвал клан Линн было обещание поделиться древними знаниями с городом. Зная о любопытстве мастера Ганна было нетрудно догадаться, что тот ни за что бы не позволил даже крупице этих тайн проплыть мимо него, а потому, наверняка, решил лично сопроводить изгнанников в библиотеку, а заодно и поприсутствовать. Однако, когда он пришёл к их дому, то встретил только Агнара.
— Приветствую, Эдван, — произнёс наставник, покосившись на здоровяка за спиной юноши, — Хранители знаний уже заждались. Поспешим!
Глава 62. Храм знаний
Ещё никогда в сердце городского храма знаний, обители престарелых книжных червей, не царило такого оживления. В центре главного зала, где хранились самые ценные свитки и книги, написанные на древнем языке, соорудили огромный широкий стол, за которым собрались все почтенные старцы, несколько уважаемых мастеров из академии, включая её ректора, и, разумеется, дорогие гости из внешнего мира. Или, по-простому, чужак да проклятый изгнанник, как их про себя величала половина присутствующих и сбившиеся с ног помощники главного библиотекаря, которым выпала честь исполнять все прихоти собравшихся, да подносить требуемые книги.
В данный момент предметом всеобщего обсуждения были магические знаки и конструкции из них, благодаря которым можно существенно увеличить силу оружия или прочность брони. Эдван продемонстрировал увиденный во сне рисунок, предназначенный для доспехов, рассказал о всех его элементах и теперь увлеченно обсуждал отдельные магические символы с неожиданно подобревшим к нему Шан Фаном и ректором. Мастер Ганн, как и почтенные старцы, внимательно слушал, размышляя над представленной ему конструкцией и лишь Агнар, уже порядком утративший интерес к происходящему, со скучающим видом глазел на стеллажи, подперев голову кулаком. Если по-началу он довольно активно объяснял что-то местным и охотно отвечал на вопросы, то к исходу четвёртого часа это ему изрядно поднадоело.
Рассматривая ветхие корешки книг, мужчина считал минуты, удивляясь самому себе. Подумать только, он, Агнар Шанго, Хранитель Бури, сидит и терпеливо ожидает окончания абсолютно бессмысленного акта просвещения местных. Скользнув взглядом по немного усталому лицу Эдвана, он вздохнул. Чего только не сделаешь ради друзей, верно? Правда, мужчине не было ясно, почему эти старцы до сих пор не начали собираться? Или, быть может, целью этого собрания и являлось определение самых ценных книг отсюда? Немного подумав, Агнар отмёл эту мысль, как бредовую. Он, сидя за столом, сходу обнаружил все более-менее ценные книги и свитки во всей огромной библиотеке. Их набралось всего-то около десятка — не так уж много, чтобы было из чего выбирать. Это были сочинения, от которых веяло еле заметным следом атры, таким, который выпускает специальный магический знак, предназначенный для защиты от времени. Всё, что не имело на себе такого символа, Агнар заранее причислял к хламу. И, пробежавшись глазами по первому попавшемуся свитку, только убедился в своей правоте. Для него эти писания представляли ценность только в качестве растопки для костра, или наполнения полок. Хранитель знаний, увидев интерес чужака к тексту, попытался было что-то спросить, но здоровяк лишь брезгливо отбросил свиток, лениво отмахнувшись от старика.
«Неужели, они собрались копаться в этом хламе и искать крупицы ценных знаний?» — подумал мужчина, глядя на валяющиеся на столе книги. Вздохнув, он только покачал головой и, попросив у Творца немного терпения, закрыл глаза. Рано или поздно они всё же начнут собираться… если только… тут голову здоровяка пронзила тревожная мысль. Он постарался припомнить детали разговора, что состоялся между ним, Эдваном и местным главным в том странном зале. Прокрутил их в голове, но так и не вспомнил ни жуткого страха, ни паники в глазах местной элиты. Да и эти старики, что сейчас сидели перед ним за столом, не выглядели похожими на тех, кто собрался убегать. «Может, им ещё не объявили?» — подумал он и покачал головой, отбрасывая глупое предположение. Минимум двое из тех, кто был здесь, присутствовали на том собрании. Значит… они что, так и не поняли, что он хотел донести? Или… быть может, эти глупцы надеются на хлипкие стены города? Нахмурившись, Агнар открыл глаза и обнаружил, что взгляды всех присутствующих скрестились на нём.
Услышав эти слова, Лаут на несколько секунд выпал из реальности, словно огретый мешком по голове. С глаз юноши словно сорвали пелену, и образ Агнара, добродушного здоровяка и его друга из прошлой жизни, с которым он прошёл и школу, и много сражений, внезапно растаял. Эдван впервые за долгое время не осознал, нет, начал осознавать, кто всё это время сидел перед ним. Могущественный Хранитель Бури… действительно уже не мог быть тем самым парнем, которого он когда-то знал. Он отличался от простых одарённых так же, как сами одарённые от смертных. И когда он только успел вбить себе в голову, что Агнар станет защищать Город? Почему сам вдруг обеспокоился судьбой этого места настолько, что решил сражаться за него? Покачав головой, юноша прогнал эти мысли, решив, что подумает об этом как-нибудь позже. А сейчас, ему, пожалуй, стоило бы объясниться со старцами и мастерами, которые уже начали терять терпение…
— Что сказал уважаемый Агнар? — подчёркнуто вежливо поинтересовался Шан Фан. Впрочем, его лицо с головой выдавало его истинные чувства. Старик был раздражён и немного оскорблён тем, что они все были вынуждены ждать конца разговора, из которого не разобрали почти ни единого слова.
— Он обеспокоен тем, что совет, кажется, не внял его словам, — произнёс Эдван и, увидев недоумение в глазах собравшихся, пояснил, — о грозящей городу смертельной опасности.
— Передай уважаемому Агнару, что совет принял его слова к сведению, — фыркнул Шан Фан, переглянувшись с главным хранителем знаний.
— О какой опасности идёт речь? — поинтересовался господин Ао, ректор академии. Тот же вопрос читался в глазах многих старцев. Эдван повернулся к мастеру Ганну. Тот молча кивнул в сторону Шан Фана, а последний, поймав на себе взгляд юноши, мгновенно нахмурился.
— Городской совет не обязан исполнять прихоти чужаков, — процедил он сквозь зубы.
— Могу я всё-таки услышать об опасности? — второй раз, уже с нажимом, поинтересовался мастер Ао, — на этот раз без твоих комментариев, Фан.
— Хозяин Лесов Мо будет здесь через несколько дней, — сказал Эдван, чувствуя, как по спине его бегут мурашки. Говоря эти слова, он и сам вдруг осознал, что опасность уже на пороге… — с огромной ордой кровожадных тварей, по сравнению с которыми те волки вам покажутся полумёртвыми доходягами. Вы понимаете, о каких волках я говорю, да? — переспросил он, с содроганием вспоминая пережитый ужас, — тех, в битве с которыми погибла треть гарнизона. То, что грядёт, это… бедствие, какого здесь ещё не видели, — парень сглотнул и, видя лёгкое недоумение на лицах старцев, поспешил пояснить, — Мо — посланец Первого. Монстр невероятной силы… беспощадный ко всем, кто носит в себе хоть что-то человеческое. Это от него сюда бежали Основатели, надеясь скрыться в Долине Белой. И сейчас… он вернулся. Даже я не могу вообразить, насколько он стал могуч…
— Почему ты называешь это место Долиной Белой? — осторожно спросил мужчина, что сидел по левую руку от Лаута.
Поделиться книгой: