Дисгардиум 5. Священная война

– Бегемот? С чем разобраться?

– С той кашей, что у меня в башке. Спящий сказал, что во мне две личности из разных миров, и одна из них – не я. Вот все лишнее он и поможет убрать.

Патрик вдруг обнял меня, похлопал по спине и, обдав перегаром, тихо сказал:

– Будь осторожен, парень.

Проводив взглядом О’Грейди, я снова поднялся в воздух и завис над Разорителем на максимально приемлемой высоте, дающей возможность видеть детали, но оставаться незамеченным снизу. Благодаря высокому восприятию, фокусируясь на дальних объектах, я видел их так же четко, как в бинокль.

Верховный жрец Нергала Лучезарного уже прибыл. Первым делом он освятил ряды защитников города, вторым – накрыл воинство защитным куполом.

После этого жрец вознесся надо всеми и распростер руки, выкрикивая молитвы. Его голос разносился по долине, эхом отражаясь от горной гряды:

– Во имя света и всего живого, лучезарный Нергал, к тебе взываю! Мерзкое порождение Бездны угрожает всему живому, и лишь с твоей помощью, наш спаситель, эти храбрецы и герои, не щадя живота своего…

Некоторое время жрец обосновывал резонность своей просьбы Нергалу, а закончив, получил ответ. Небеса потемнели и тут же сверкнули ослепительным светом, растворившим даже солнце. Голос божества ответил, но совсем не то, что все ожидали:

– Вы не туда смотрите, глупцы!

В угасшем небе без единой тучки вспыхнула молния. Взгляды всех игроков, превентивов, городской стражи и верховного жреца устремились туда, куда она ударила.

В меня.

Верховный жрец наставил на меня палец и, торжествуя, выкрикнул:

– Спускайся, мразь!

С жалобным ревом подо мной развоплотилась Гроза, и я полетел вниз – прямо на чудовищного Разорителя.

Глава 5. Бета

Не хватило всего секунды, чтобы телепортироваться глубинкой из разверзшегося пекла. Не падай я камнем вниз, успешно ушел бы на Кхаринзу. К тому же в меня летели тысячи заклинаний и стрел, а к ним прибавились молнии и небольшие метеориты, направляемые магами с неба. Воздух трещал от обилия магии, казалось, само пространство теряет структуру и рвется.

Каст прервался, а мое падение все продолжалось.

Посреди начавшейся внизу суматохи было ясно видно, как верховный жрец вбирает в посох свет. Мир погружался в сумерки, отчего огни заклинаний вспыхивали особенно ярко. А превентивы дисциплинированно окружали Разорителя – или то место, где я разобьюсь. Оставалось надеяться на Бессмертие Чумного мора или Алмазную кожу справедливости – только они способны спасти меня от смерти, но не исключено, что жрец Нергала может нивелировать первую способность.

«Сосредоточься!» – приказал я себе, гася зарождающуюся панику. Но как же глупо! Любопытство сгубило не одну кошку – мог ведь спокойно облететь поле боя и направиться в Каменное ребро. Однако ругать себя было не только бессмысленно, но и нерационально.

Прикрыв лицо щитом Гребень Акулона, я сквозь вспышки постарался разглядеть, что меня ждет внизу. Разоритель сместился к защитникам города, но я все еще попадал в зону действия его дымной ауры. Это могло меня спасти – вряд ли туда сунутся игроки, чтобы успеть изгнать «угрозу» за десять секунд до исчезновения тела. Если только верховный жрец не совершит какую-нибудь светоносную пакость…

Мое здоровье неумолимо таяло, даже несмотря на бешеную Устойчивость. Игроки, усиленные божественными бафами, светились как огни рождественской елки. Не все отвлеклись на меня – многие продолжали вливаться в Разорителя, набивая очки веры, и после благословения Нергала их атаки стали намного эффективнее. Шкала жизни отродья Бездны медленно, но все же заметно поползла вниз.

За миг до столкновения с землей, покрытой клубами дыма и копоти, я инстинктивно зажмурился и сжался. Удар приняла на себя Алмазная кожа, так что уже в следующее мгновение я стоял на ногах и кастовал Глубинную телепортацию. Решил, что если не вижу ничего вокруг, значит, не видят и меня…

Ошибся. Верховный жрец, зарядив, наконец, посох, ударил огромным столбом света, накрывшим и меня, и Разорителя. Мой каст снова прервался, а урон от божественной магии оказался невероятным и сокрушающим. Дым от ауры чудовища развеялся, будто его и не было. С хрустальным звоном разлетелась моя Алмазная кожа, треснул хитиновый панцирь Харнатеа, и Разоритель в мгновение лишился почти всей жизни, а со стороны игроков донесся оглушительный победный вопль.

Я должен был погибнуть, уверен, что атака жреца разбила бы и Бессмертие, но удар приняла Алмазная кожа. Бессмертие активировалось сразу после и не дало мне погибнуть от ауры Разорителя и атак игроков.

Свет рассеивался, в глазах разбегались слепые круги. Мимо что-то пронеслось. Раскатами грома разносились разъяренные вопли верховного жреца, выстоявшего от отдачи Отражения, но безмерно удивленного тем, что с него слетели все божественные щиты.

Повинуясь лишь смутной догадке, я в три прыжка оказался рядом и схватился за один из многочисленных отростков на конечности Разорителя. Вопреки моим опасениям, народ не хлынул навстречу, видимо, все знали, что последует после удара жреца.

Харнатеа вошел в инрейдж и трижды вспыхнул, распространяя многометровые волны мглы, оставлявшие за собой абсолютную тьму и смерть. Я выжил, но действие способности Разорителя ощутил: куски плоти пластами отвалились с моего тела, обнажая кости, и дымящейся жижей опали на землю. Не в первый раз мой персонаж превратился в скелет без грамма мяса. К счастью, отсутствие глаз не повлияло на способность видеть, разве что зрение стало работать иначе, отображая поблекший и потерявший краски мир оживших теней. Самая большая тень, за которую я держался, резко развернулась и устремилась в горы.

Нам вслед били отрывистые лучи света, и с каждым попаданием Харнатеа уменьшался. Я уцепился за отросток ноги, и если изначально он был со ствол многолетнего дерева, то вскоре истончился до веревки. Боясь его оборвать, я схватился за колючую ногу и полез вверх, чтобы забраться на спину Разорителя. Чем бы ни закончилось приключение, я рискнул не зря: Устойчивость качалась намного быстрее, чем с Эрвиготом. Возможно, потому что сейчас я сидел на вошедшем в инрейдж Харнатеа, подвергаясь воздействию его убийственной ауры.

Никто не бросился вдогонку. «Разоритель изгнан, а убить его нельзя», – так я подумал, снова сделав неверные выводы. Харнатеа продолжал двигаться, а я все так же сидел в клубах копоти и дыма, а потому не сразу сообразил: происходит нечто странное.

А потом стало поздно. Бессмертие Чумного мора почему-то перестало действовать, и я умер.

Вы мертвы.

До перерождения 9… 8… 7…

Охваченный паникой, я думал: «Жрец Нергала снял с меня защиту Чумного мора, аура Разорителя меня убила, вот-вот прибудут превентивы и…»

Но возродился и облегченно вздохнул, осознав, что оказался на Кхаринзе. Беглый осмотр показал, что со смертью я не потерял ничего, кроме опыта: вся экипировка была на мне, как и содержимое мешка. А вот облик инженера и Сокрытие сущности слетели.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Меня окружали знакомые джунгли, вот только… храма Бегемота не было! Не осталось ни следа от творения Дьюлы, лишь стояли руины Ушедших, ровно такие же, какими я их когда-то нашел, доплыв от берега близ Тристада.

Нужно разбираться, куда делся храм. Я обошел руины и офигел еще больше. Никаких признаков форта: ни зданий, ни улицы.

Решил подняться в воздух и осмотреться. С моей смертью откатилась способность призывать погибшую Грозу, но ее не оказалось в числе моих маунтов. Мехастраус тоже пропал.

Обдирая ладони, я забрался на самое высокое дерево, и взору открылись девственные джунгли. Тихие и спокойные. То, что на Кхаринзе нет живности, не новость, но молчали даже неугомонные цикады.

Странности этим не ограничивались. Исчезли некоторые детали интерфейса, в том числе дата и время. Быстро открытый профиль показал, что нет и следа навыков, дарованных Бегемотом и Ядром Чумного мора. Остались лишь классовые и те, что я изучил сам: Безоружный бой, Устойчивость, Жуткий вой, Глубинная телепортация…

Я активировал глубинку и не обнаружил в списке ни Кхаринзы, ни Кинемы, ни Даранта, ни Шака. Отсутствовали Вермиллион, Нивель и Озерный край. Список точек для прыжка был таким же куцым, как полгода назад, когда я только получил способность: Мраколесье, Болотина, Тристад, Олтонские каменоломни…

Чат был пуст. Вкладки клана не обнаружилось. Список друзей очистился. Я пробовал написать Краулеру, Инфекту, Бомбовозу и Дьюле, но о каждом система равнодушно сообщала: «Игрок с указанным именем не зарегистрирован».

Последней каплей стало отсутствие кнопки «Выход». Чувствуя, как там, в реале, колотится сердце, я судорожно листал изменившееся меню, решив, что кнопку куда-то спрятали, но так и не нашел ее.

Отсутствовала даже связь с техподдержкой.

Обойдя Кхаринзу вдоль и поперек, я не обнаружил ничего. И Монтозавр куда-то исчез, а может, его тут никогда и не было. «Тут» – в смысле в этой версии острова.

Оказавшись на пляже, я окончательно понял, что никого здесь не найду. Исчезли даже первоуровневые крабы, всегда в изобилии бегавшие по берегу.

Не знаю, сколько прошло времени в бесплодных блужданиях. Солнце на безоблачном небе не двигалось, часов у меня не было. По внутренним ощущениям – день, не меньше.

Единственным обитаемым местом, куда можно телепортироваться, был Тристад, и я решил попытать счастья там.

Городок родной песочницы встретил пустыми улицами и безжизненными строениями. «Буйная фляга» стояла на том же месте, и даже лавочка, на которой мы с Евой провели столько времени вместе, никуда не делась. Но город пустовал, в нем не было ни неписей, ни игроков.

Единственное несоответствие с известным мне Тристадом – тут отсутствовал храм Нергала. Там, где он стоял, обнаружилось лишь продолжение центральной площади. Пустынной, как и весь город.

Когда я исходил его вдоль и поперек, липкий страх начал разъедать мои внутренности. От желудка что-то подкатило, встало в горле, а потом меня стошнило! В игре!

Сразу после этого жутко захотелось пить. Всплыла странного вида системка, нехарактерная для Диса, что-то вроде окошка из древних компьютерных программ, черным по красному мелким шрифтом:

Вас мучает жажда!

−50% от выносливости.

−1% от жизни каждые 5 минут.

В горле саднило, я не мог думать ни о чем, кроме как о питье, и вовремя вспомнил, где в Тристаде колодец.

Он находился там же, где и раньше, в паре кварталов от таверны. И ведро было на месте. Набрав его, я долго и жадно пил, не обращая внимания на ломоту в зубах от ледяной воды. Утолив жажду, я ощутил голод, но его можно было перетерпеть – жизнь не отнималась, лишь немного просели сила, выносливость и скорость регенерации. Дебафы подсказали, в каком направлении мыслить.

Прислонившись спиной к колодцу, я сел наземь и попробовал понять, что происходит.

На этапе создания «Дисгардиума» среди отцов-основателей велось много споров о том, как много реалистичности вносить в игру. Голод и жажда стали одним из наиболее серьезных камней преткновения – потому что включение в игру одного требовало и другого. Есть ввод – значит, должен быть и вывод. Против активно голосовала не только часть разработчиков, но и все игровое сообщество. «Зачем создавать волшебный виртуальный мир и делать его таким же, как настоящий, со всем его дерьмом?» – вопрошали лидеры мнений. В итоге они победили: есть и пить в игре стало необязательно, и даже употребив что-то внутрь, надобности в туалете не было. Мы ели в таверне потому что вкусно, а не потому что нужно. Да и бонусы от блюд и напитков лишними не бывают. Как когда-то говорил Мэнни, алкоголь в Дисе – прекрасная альтернатива реальному. Пьешь, пьянеешь, но безо всяких негативных последствий для организма.

Итак, Разоритель Харнатеа перетащил меня в Бездну. Ведь так? Я в Бездне?

Но что такое Бездна? Мы все ее постоянно упоминали, заменяя ею ругательства. Бегемот не раз говорил, что Бездна – главная опасность для мира, а Чумной мор питают ее эманации. Неужели Бездна – самая первая версия Диса, в которую играли бета-тестеры? Они же признали ее неиграбельной, в результате чего концепцию реализма пересмотрели. В той, первой, версии, говорят, отсутствовала кнопка выхода – чтобы погружение было действительно полным. Бета-тестеры вроде бы выходили из игры только со смертью персонажа или ложась спать. Но я уже умирал и все равно возродился здесь…

Вот еще одна загадка: почему исчезли все божественные способности? Почему с меня слетело Бессмертие? Логи показывали, что меня убило Тление, видимо, та самая аура Харнатеа, от которой раньше способность Чумного мора успешно защищала – причем и во время битвы с Эрвиготом. На ум приходило только одно объяснение: сюда силы Ядра не распространялись. Впрочем, как и Спящих. Все бонусные характеристики Единства тоже пропали.

При мысли о Разорителях я вспомнил, что о них рассказывала гномка-исследовательница Кити: твари Бездны размером с котенка, когда попадают в Дисгардиум. До запредельных уровней они вырастают, поглотив других созданий Бездны и местных мобов. Но как им удается с ними справиться? Если Эрвигот попал в Лахарийскую пустыню маленьким, как он прикончил тамошних монстров?

Мысли роились, крутились в голове, а я все никак не мог сосредоточиться на главном. Реальное тело хоть и подпитывалось картриджами жизнеобеспечения премиальной капсулы, все равно испытывало голод и усталость. Утомленный мозг отказывался работать, ведь, не считая сна до отъезда родителей, я на ногах уже которые сутки…

Решив проверить версию со сном-выходом, я зашел в первый попавшийся дом и упал на кровать. И только засыпая осознал, насколько мертвая тишина царит вокруг. Поверхность океана у пляжа Кхаринзы была как стекло. Ветер не шевелил листья деревьев. Несколько тучек в небе Тристада казались нарисованными, они не двигались. Не мир, а сплошные декорации. Есть ли здесь мобы? Должны быть, ведь кто-то же ломится отсюда в настоящий Дис…

С этой мыслью я отрубился.

Не знаю, сколько я проспал, но пробудился там же, где ложился, а не в реале. Тогда-то меня и захлестнула паника. Все, что было раньше, можно считать легким волнением.

Во-первых, я не заказал дополнительные питательные картриджи для капсулы, а те, что стоят, используются давно. Кто знает, насколько их хватит? Может быть, они вообще пусты? А иначе почему мое нутро раздирает голод? Он был не только виртуальным, оформившимся в дебаф, но и вполне реальным.

Во-вторых, родители на Луне. Да, они будут звонить, но переживать начнут не сразу – ведь я все время в капсуле. Тревогу они поднимут только через пару дней, и то сначала отец попробует войти в Дис через отельную капсулу и связаться со мной в игре. Так что вся надежда на друзей – когда они не дождутся от меня ответов ни в вирте, ни в реале, точно заподозрят неладное. Поводов для беспокойства у них полно, например, Триада, так что наверняка Эд догадается связаться с Моралесом, а Хайро найдет способ попасть в квартиру и проверить капсулу.

Фу-у-ух, этот вывод немного успокоил. По моим прикидкам, в реале уже наступило завтра, а на вечер у нас запланирована вечеринка у меня дома, так что скоро парни начнут пытаться со мной связаться и поднимут тревогу.

Паника отступила, проснулся дух исследователя. Я то ли в Бездне, то ли в каким-то образом сохранившейся бета-версии Диса – возможно, единственный игрок за всю историю, кому удалось сюда попасть. Так почему бы не заняться делом?

Еще раз проверив свой профиль, я неприятно удивился: со смертью я потерял тридцать уровней! Как так? Это одна из тех хардкорных фич бета-версии?

В остальном все так же: приобретенные и классовые способности при мне, за минусом божественных и чумных, вся экипировка и содержимое инвентаря сохранились. Может, и сундук не растерял содержимого?

Я рванул в таверну, поднялся на второй этаж и вошел в личную комнату. Войти-то вошел, да только комната оказалась не та. Голые стены, лежанка на полу и пустой сундук. Ни апгрейда, что я недавно сделал, ни содержимого. Пусто.

Почтовый ящик, стоявший у входа в таверну, натолкнул меня на мысль связаться с кем-либо с помощью внутриигровой почты. Я попытался написать письмо хоть кому-нибудь, но система никого не обнаружила: «Игрок с указанным именем не зарегистрирован».

Зацикливаться не стал, ведь рано или поздно меня вытащат. Дебаф голода к тому времени достиг угрожающих значений, начала отниматься жизнь, а там и до голодной смерти недалеко! Только где найти еду в пустом городе? Ничего готового я с собой не таскал, зачем это с моими способностями?

Потом допер и дал себе по лбу – ну что за болван, у меня же сумка забита ингредиентами! Вернувшись в таверну, я прошел на кухню, где когда-то командовал шеф-повар Арно, и бросился к печи. Она не горела, но имелось все необходимое для розжига. Дрова нашлись на заднем дворе, где я выиграл турнир, устроенный ныне покойным Ташотом, хозяином «Буйной фляги».

Экспериментировать не хотелось, так что я приготовил пару стаков омлетов из яиц стервятников, поел, сняв дебаф, забрал с собой огниво и трут, прихватил котелок. В подвале таверны нашел бочки с вином и элем – закинул и их в безразмерный инвентарь. Следом сходил к колодцу, слил вино (хорошо, не видели Флейгрей с Патриком) и набрал в освободившийся бочонок воды. В реале, наверное, эта операция далась бы мне не так легко.

Все проверив, убедился, что к рейду за пределы города готов, и отправился искать приключения.

Прошел через знакомые городские ворота, остановился, увидев некогда опасного для себя белого кролика. Заметив меня, он короткими прыжками поскакал навстречу.

Я улыбнулся… и офигел.

Кролик, животное 14933 уровня

Пока протирал глаза, решив, что почудилось или от усталости двоится, кролик резко ускорился, а когда оказался рядом… Его пасть по-змеиному расширилась, обнажив сверкнувшие металлом зубы, и зверек перекусил мне ногу ниже колена!

Кролик нанес вам критический урон: 3 981 837 110!

Кровотечение: −3% от жизни каждые 5 секунд (1 минута).

Урон полностью поглощен «Алмазной кожей справедливости».

Оторвать мою ногу кролику не удалось только из-за Алмазной кожи, но вот внутри все разнесло в фарш – будто переехало катком. Кости хрустнули, дикая боль пронзила голень, и я, потеряв равновесие, завалился на спину. От шока перехватило дыхание, брызнули слезы. Опомнившись, я завопил. Какого хрена?! Я же нежить, подобных эффектов не должно быть! Как и кроликов с таким уроном и такого уровня! В песочнице!

Лишь усилием воли, твердя мантру о том, что это лишь игра, а мое тело в безопасности, я отстранился от боли и нашел в себе силы пробежать взглядом по логам:

Улучшен навык устойчивости (ранг II): +39. Текущий уровень: 90.

Полностью игнорируются штрафы в боях против противников выше уровнем. 90% полученного урона отражается и рикошетит на противника. Сопротивление всем видам урона повышено на 90%. Острота боли снижена на 90%. Если уровень здоровья становится ниже 10%, активируется «Алмазная кожа справедливости».