Помоги проекту - поделись книгой:
Вечерело. Игорю открыла тетка Ирины — сморщенная старушка. На вопрос: «Дома ли товарищ Скворцова?», ответила, с удивлением глядя на незнакомого статного парня:
— Сейчас позову!
Игорь стоял перед закрытой калиткой, мысленно представляя первый момент встречи с Ириной и Рашидом. Ведь Рашид здесь, вот за этим высоким из сырцового кирпича забором, над которым нависают тяжелые ветки яблонь и груш. Что он им скажет, как объяснит свой приход? Игорь переступил с ноги на ногу, оглянулся вокруг. Никого, даже собаки не тявкают. Тихая улица, здесь, наверное, за день даже и грузовик не проедет. Кругом настоящие дачи, и воздух здесь намного чище и свежее, чем на оживленных магистралях города, хотя центр совсем недалеко.
Услышав быстрые, легкие шаги за калиткой, он внутренне подтянулся, провел по лицу ладонью, словно сгоняя печать тревоги и раздумий. Глаза его теперь смотрели твердо, скулы выступили вперед, на холодном лице появилась спокойная, вежливая улыбка.
Удивление на лице Ирины держалось всего секунду. Она улыбнулась широко и открыто. Воскликнула:
— Игорь! Вот не ожидала!
По внешнему виду молодой женщины нельзя было понять, рада она или нет приходу Игоря Мезенцева. Она привычным движением кокетливо поправила волосы, ни на мгновение не отрывая взгляда от лица юноши.
Проходя по двору, Игорь внимательно оглядел сад. Чувствовалась во всем хозяйская рука: стволы деревьев были побелены, ветки подрезаны и подвязаны, земля у корней взрыхлена.
— Нелегко, наверное, следить за всем этим хозяйством? — спросил Игорь, переведя взгляд на Ирину. Она, смеясь, ответила:
— Ой, что вы, я настоящая лентяйка, знаю только свою работу. За садом ухаживает тетушка, она у меня агроном-самоучка.
Игорь задал этот вопрос только для того, чтобы не молчать. Он ждал, вот сейчас появится Рашид: интересно, как друг прореагирует на его приход? Когда Мезенцев ступил на пустую веранду, ему вдруг не захотелось идти в комнаты, он решил остаться здесь, на террасе: пусть Рашид выйдет к нему сам.
Он сказал об этом Ирине и с ее разрешения сел на легкий плетеный стул. Она посмотрела на него с открытым удивлением, округлив и без того огромные глаза, спросила с недоверчивой улыбкой:
— Разве Рашид не виделся с вами?
— Сегодня нет!
— Как же так, он ушел от меня днем, сказал, что найдет вас и поговорит об одном деле? Нам очень нужна ваша помощь.
— Я слушаю вас.
— Знаете что, давайте подождем Рашида, да и к тому же вскоре должен подойти один мой старый знакомый, которому в основном нужна помощь. Хорошо? — она смотрела на Игоря доверчиво, серьезно, немного печально. И он ответил легким кивком, соглашаясь с ее доводами.
Ирина тотчас переменилась. Теперь она снова была бойка, улыбчива и кокетлива:
— Я заинтригована. Если вы не видели Рашида, тогда что же привело вас ко мне?
— Видите ли, я, как самый близкий друг Рашида, очень обеспокоен теми изменениями, которые произошли в нем за последнее время. Не буду притворяться, делать вид, что не знаю, насколько далеко зашли ваши отношения, то, что Рашид не ночует в последние дни дома, говорит о многом. Он любит вас, и я не нахожу в этом ничего плохого. Беда в том, что вы сильно балуете его. Даете ему деньги. Он стал пить, бросил работу, грубит матери. — Игорь начал свою речь в спокойном тоне, но чем дальше он говорил, тем больше горячился, рубил ладонью воздух.
— Я не понимаю вас, Игорь! Если вы пришли, чтобы только обвинять меня и намерены поссориться, я не буду отвечать на ваши вопросы и даже слушать вас! — резко оборвала Ирина.
Игорь, отрезвленный холодным тоном молодой женщины, остудил свой пыл, взял себя в руки.
— Прошу прощения. Мне действительно хотелось поговорить с вами о многом, рассказать о том, как болезненно реагируем я и Хадича Салимовна на поведение Рашида.
Они беседовали долго. Ирина всякий раз согласно кивала, умело обходя в разговоре острые углы. Они перешли в комнаты. И тут Мезенцев, увидев дорогую обстановку, хрусталь и позолоту, точно поперхнулся. «Откуда у нее это, на какие деньги куплено?»
Подозрение, появившееся при виде всего этого, усилилось, когда часа через два в комнату вошел Ибрагим.
— Валиев! — произнес он резким голосом, обнажив в деланной улыбке два ряда крупных белоснежных зубов. Удивления на его лице не было, вопросительный взгляд относился лишь к Ирине. И она воскликнула, торопясь ответить за Игоря:
— Это товарищ Рашида, Игорь! Помнишь, Рашид о нем говорил, что он студент, а сейчас работает шофером. Он тебе и нужен! — Ирина проговорила почти не передохнув и, видимо, опасаясь, что Ибрагим, не будучи в курсе дела, поторопится раскрыть карты, продолжала в скором темпе. — Но Игорь ничего не знает. Они не виделись сегодня с Рашидом, и он совершенно случайно зашел ко мне.
Хорошо, что в этот момент Мезенцев посмотрел назад на стену, где висели большие темной полировки часы. «Студент и шофер!» эти слова ошеломили его, но всего лишь на короткое мгновенье: он успел скрыть удивление и тревогу. Не надо было много думать, чтобы понять: «Рашид, помня предупреждение, представил меня студентом, летом подрабатывающим на автомашине».
— Вы ведь возите управляющего трестом? — спросила Ирина, перехватив уже не вопросительно-растерянный, а спокойный, даже равнодушный взгляд Игоря.
— Да. И, причем, хозяин не особенно загружает меня работой.
Что-то очень доверчивое, даже робко почтительное приметил в глазах юноши Ибрагим Валиев. А приметив это и вспомнив, как вел себя Рашид в первую встречу, он, действуя по пословице «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты», ринулся в открытую атаку. Ибрагим всего один единственный раз изменил своему всегдашнему правилу — быть осторожным до предела. Но почему-то Игорь не вызывал у него подозрений. Валиев сказал резко и властно:
— Мне твоя машина нужна! В следующий понедельник утром, на час, не больше. Сможешь устроить?
— Смогу. Но зачем?
— Дело есть! Крупное дело! За работу получишь большие деньги.
На какие-то секунды Игорь буквально задохнулся. «Вот то, чего я опасался! — пронеслось в мыслях. — Вот почему в глазах Рашида промелькнул страх. Значит, здесь не только любовь, здесь еще и преступление».
Знай Ибрагим, что он говорит с работником уголовного розыска, не сносить Игорю головы. Валиев пошел бы на убийство; маленький браунинг всегда покоился в потайном кармашке брюк. У Игоря оружия не было, он брал с собой пистолет только тогда, когда отправлялся на задание. Но Ибрагим верил, что Игорь такой же студент, как и Рашид и если не внешне, то внутренне походит на своего друга. И он наступал все сильнее.
— В понедельник узнаешь. Но если выдашь, живьем не уйдешь. И дружка твоего прикончу.
— А ты не пугай, я пуганый! — вскипел Игорь, скулы его обозначились резко, глаза ушли под надбровные дуги и засветились оттуда колючими стрелами.
Ибрагим был изумлен, он на секунду опешил. Но потом одобрительно подмигнул:
— Вот ты какой? — Валиев обернулся к Ирине, молча, с тревогой наблюдавшей за этой сценой. — А он смелее твоего хахаля. Люблю таких: смелый не выдаст, в беде не подведет!
— Руку! — Ибрагим сдавил пальцы Игоря своей жилистой крепкой рукой. Тот ответил еще более крепким пожатием, успев ухватить момент, когда пальцы Ибрагима чуть расслабли.
— Ого! Есть силенка! — Ибрагим откинулся на спинку стула, с жадностью закурил сигарету. — Ну, так как, будет машина?
— Будет! — Игорь ответил не задумываясь и еще раз посмотрел на часы.
— Ты торопишься? — спросила Ирина, решив, что церемония закончена и можно отказаться от вежливого «вы», которым они обменивались еще полчаса назад. — Может поужинаешь с нами, есть отличный коньяк.
— Спасибо! — Игорь поднялся. — Хозяин приказал завтра в шесть утра подъехать, надо его семью на дачу отвезти. Заодно слевачу на обратном пути, — он подмигнул Ибрагиму, щелкнув себя по горлу двумя пальцами. — С удовольствием бы, но ничего не поделаешь, нельзя.
Вид при этом у него был самый простецкий. Заправский водитель автомашины, да и только. Душа-парень, вспыльчивый, но отходчивый, и, самое главное, смелый!
И Ибрагим одобрительно оскалился. Его худое, выбритое до синевы лицо напоминало довольную мину плотоядного зверя, уверенного в том, что добыча не ускользнет: своенравный ягненок сам пожалует в клетку в назначенное время.
Трудно! Страшно трудно было Мезенцеву играть роль рубахи-парня, охотно отвечающего согласием на преступный замысел. Игорь больше не пытался узнать у Ибрагима, в чем заключается дело, в котором он должен участвовать. Нельзя было натягивать нить до предела, она могла порваться. Важно то, что теперь преступление можно предупредить, а его участники будут арестованы. Участники. Но ведь и Рашид в их числе. Его друг, товарищ детства, милый и честный человек. Но честный ли? Еще недавно Мезенцев никогда не задал бы себе подобного вопроса. Вопрос был бы по меньшей мере странным, если не смешным. Рашид — пьяница, преступник! Да могло ли случиться такое на самом деле? Может быть, в последнюю встречу, когда Игорь заметил в глазах Рашида страх, может быть, в этот момент следовало остановить друга, попросить его рассказать обо всем честно. Игорю теперь ясно, что Рашид был в очень затруднительном положении, когда Ибрагим потребовал достать машину. Выдав Мезенцева за водителя, он связал себя обещанием поговорить с Игорем. Ну, и поговорил бы, сказал бы обо всем открыто! А может быть на душе Рашида лежит преступление? Отсюда и страх, отсюда и ложь, грубость, стремление выпить, чтобы заглушить мятущуюся совесть?
— О, черт! — почти вслух бросил Игорь, шагая в направлении к своему дому. — Голова кругом идет, не знаешь, как и поступить.
Но он знал, как следует поступить в данном случае работнику уголовного розыска. Он немедленно доложит своему начальнику отделения о готовящемся преступлении. Он назовет имена Ибрагима Валиева и Ирины Скворцовой, он назовет и имя своего друга Рашида Камилова. Но прежде он должен все рассказать отцу. Отец мудр, справедлив, он поможет сыну перебороть сомнения, укрепит в нем решение в правильности сделанного вывода.
В тот момент, когда он открывал дверь своей квартиры, подумал еще раз с надеждой: найдет ли в себе силы Рашид, чтобы придти к нему, рассказать обо всем честно? Подумал, но ответить не смог. Впервые в жизни Игорь не знал, как поступит его лучший друг!
Они сидели друг против друга, задумавшись, оба опечаленные — молодой лейтенант и убеленный сединами подполковник в отставке, бывший начальник отдела уголовного розыска.
Отец сказал:
— Времени терять нельзя, звони в управление.
Он не договорил, телефонный звонок прервал его на полуслове. Игорь поднял трубку. Он слушал молча, а лицо его при этом сделалось вначале тревожным, потом радостным. Бросив короткое: «Сейчас выезжаю», Игорь положил трубку и не в силах сдержать себя, порывисто обернулся к отцу. Сказал торжествующе:
— Рашид сидит в кабинете майора Ахрарова. Он дает показания!
VII. ГОЛУБАЯ МЕЧТА ИРИНЫ СКВОРЦОВОЙ
Рашид вышел от Ирины в полдень, часов за шесть до прихода Игоря. Впервые за эти тревожные дни юноша почувствовал себя собранным и спокойным. Он решил твердо и бесповоротно, что ему следует найти Мезенцева и признаться во всем. Это решение пришло к нему утром после долгой и бессонной ночи в доме Ирины. В эту ночь она поведала ему о своей голубой мечте.
Перед этим Ирина необычно много пила. С того момента, как Рашид прибежал к ней, взвинченный до предела после бурного разговора с матерью и колкой беседы с Игорем, и заявил, что останется жить у нее, Ирина Скворцова ответила согласием, проявила шумную радость, предложила отпраздновать столь важное событие.
Пили коньяк: у Ирины в запасе оказалось несколько бутылок. Закусывали лимонами, которые в последний свой приход преподнес в подарок Виктор, а также шоколадными конфетами и фруктами. Ели мало: не хотелось, видно от того, что оба были сильно взволнованы.
Ирина прежде курила очень мало. А тут она словно задалась целью не выпускать сигарету изо рта. Задумчиво выпуская колечки дыма, она глядела не отрываясь на Рашида, глядела без улыбки, почти мрачно. В сердце юноши вдруг зародилось щемящее чувство тревоги, то самое, что охватило его в первую встречу с Ибрагимом и Виктором. Поначалу Рашид даже усмехнулся: «Чего это я?» Но интуиция подсказала: «Должно произойти необычное, Ирина что-то задумала». Промелькнула мысль: «Правильно ли я поступил, уйдя из дому?» Он страшным усилием воли постарался заглушить волнение и тоску по дому, избавиться от непонятной тревоги, закравшейся в душу. Рашид ответил Ирине долгим взглядом, улыбчивым, но твердым, точно говоря: «Перестань быть мрачной, сделайся снова веселой и нежной!»
В понедельник вечером пришли Ибрагим и Виктор. Валиев из-за сильной худощавости предпочитал носить даже в жаркое время костюмы. На Викторе были надеты импортная рубашка навыпуск и серые, отутюженные брюки без манжет. Оба были трезвы, холодны и серьезны.
— А я вас ждала с утра, ведь сегодня ваш выходной день, — сказала Ирина, щуря глаза и дымя сигаретой.
Ибрагим молча сел на диван, повел тяжелым взглядом в сторону Рашида. Виктор по своей природе более живой не выдержал:
— О-ля-ля! Наш друг Рашид видно фундаментально прижился у Ириночки?
Ирина брезгливо передернула плечом, сухо кивнула Виктору: садись.
— Рашид живет у меня, он ушел из дома. Надеюсь вопросов больше не будет? — она произнесла эти слова таким категорическим тоном, что Виктор осекся, удивленно моргнув. А Ибрагим, подняв глаза на Ирину и успев за короткие секунды оценить происходящее, только кивнул, давая благословение на решение своей помощницы.
— Иринка! У Ибрагима родилась богатая идея! — воскликнул Виктор, отбросив зависть и заранее радуясь той большой добыче, которую удастся захватить. Он усиленно подышал на перстень, протер его салфеткой, лежащей на столе. — Ну-ка, коллега, брызни нам коньячку, — он с ласковой наглостью посмотрел на Рашида.
Выпив и сильно сморщившись от дольки лимона, Виктор оживленно обратился к Ибрагиму:
— Кто будет говорить?
— Помолчи! Я расскажу сам.
Ибрагим щелкнул серебряным портсигаром, достал сигарету, не спеша закурил. Сделав несколько затяжек, повернулся в сторону Ирины:
— На улице Пролетарской, что за университетом, живет Арам Манучарьянц. Ты его видела однажды, помнишь? Он когда-то председательствовал в артели, потом работал у нас в райпищеторге, сейчас заведует парикмахерской в новой бане. Денег и драгоценностей у него, по меньшей мере, мешок. Его делами не раз интересовалась милиция, делала обыск в доме, но ничего не находила. И только потому, что Манучарьянц или чувствовал, что вот-вот нагрянет беда, или его предупреждали, но он всегда вовремя переправлял свои «трудовые» накопления к родственникам и друзьям.
Сейчас деньги и золото у него в доме. Это я выяснил точно. Проникнуть в квартиру невозможно: всегда кто-то остается дома, — жена, мать или сестра, вдобавок ко всему есть свирепый и огромный пес, признающий только своих. И все же существует возможность отобрать у Манучарьянца его тысячи. Он сам преподнесет их нам, — Ибрагим для эффекта замолк на полуслове, остановив взгляд на Ирине, — как ты в этом случае говоришь?
— На блюдечке с голубой каемочкой, — лениво усмехнувшись ответила Ирина вроде бы равнодушным голосом, но в глазах ее уже неприкрыто засветились интерес и любопытство.
— Ах, как хорошо! — мечтательно воскликнул Виктор. — На блюдечке, нет, не на блюдечке, а на огромном салатном блюде, доверху заполненном дореволюционными золотыми десятирублевками! Сила!
Ибрагим повел пальцами, что означало: помолчи. Сказал:
— Остановка за машиной. Нужен легковой автомобиль.
— На какой машине ездит твой дружок, что с тобой на озере был? — Ибрагим задал этот вопрос Рашиду и уставился на него не мигая.
— На «Волге», — Рашид произнес первое, что пришло в голову. Он вспомнил, что сам поведал Ирине про Игоря — студента и шофера. А она передала это Ибрагиму.
Сказал и осекся. Что делать дальше? Сказать бандитам, что Игорь Мезенцев вовсе не студент, а работник уголовного розыска? Да, но тогда ему не выйти отсюда, с Ибрагимом шутки плохи. У него, вероятно, есть оружие, Ирина как-то обмолвилась об этом. Остается другое: лгать дальше и по возможности убедить главаря, что с Игорем связываться не следует.
— Я думаю, Игорь не пойдет на это! — Рашид попытался произнести фразу как можно решительнее, но голос его дрогнул.
— Завтра вечером приведешь его сюда, — тоном приказа бросил Ибрагим, и, как ни в чем ни бывало, начал развивать дальше свою идею...
Ирина одобрила замысел. К тому же ей отводилась в деле самая безопасная роль: она должна была сидеть в парикмахерской, ожидая очереди в дамский зал, и если Манучарьянц почему-либо решит выйти на улицу, то заинтриговать его, заставить обратить на себя внимание, задержать на недолгое время. То, что Манучарьянц попадется на удочку, не вызывало сомнения, он отчаянный женолюб и не пропустит мимо ни одну красотку.
Ибрагим пожаловал к Ирине на следующий день к вечеру. Не увидев Игоря, он еще больше помрачнел и свирепо взглянул на Рашида.
— Я не нашел его, — торопливо ответил юноша, — но передал отцу, что приду к нему завтра. Честное слово! — клятвенное заверение вырвалось у него из горла буквально против воли. Он до ужаса боялся этого человека.
Умиротворительницей в данном случае опять выступила Ирина. Она не скрывала от Рашида, что и сама побаивается своего бывшего любовника, но ее женское обаяние и душевная нежность пока еще оказывали на главаря тормозящее действие в разгар частых гневных вспышек. Так и на этот раз она решила отвлечь внимание Ибрагима на себя. Нежно усадила его на диван и, наполнив бокал коньяком, она, кокетливо и обворожительно улыбаясь, стала убеждать Валиева, что он зря волнуется, что Рашид сдержит слово и завтра Игорь будет у них.
Ибрагим не стал пить. Поставил бокал на стол и предупредил:
— Если и завтра будет то же самое, я с тобой поговорю по-другому.
И тут Рашид снова в который раз взглянул на себя со стороны, и таким он показался себе неприглядным, слюнтяем, опустившимся до положения раба, до положения побитой, дрожащей собачонки, что не мог сдержать гневного взгляда. Хорошо, что в этот момент Ибрагим поднялся с дивана, повернулся к Рашиду спиной. Лицо юноши видела только одна Ирина, и она бросилась к Рашиду, хохоча и нервно обнимая его.
Ибрагим вышел не попрощавшись, хлопнув дверью. Ирина поспешила вслед, чтобы проводить его.
Вернувшись, она укоризненно покачала головой:
— Ты не осторожен, Рашид. Разве можно так открыто показывать свою ненависть.
Он ответил, сжав кулаки и нагнув голову:
— Хватит с меня, не хочу быть трусом. Если бы не ты, я избил бы его до полусмерти!
Ирина резко взмахнула руками:
— Не говори этого! Ибрагим очень силен, несмотря на худобу. И потом у него есть оружие. Он бы выстрелил в тебя, ты понимаешь это? — Она говорила торопливо, лихорадочно, чуть ли не со слезами на глазах. Она не могла сидеть на месте, то и дело вставала, ходила по комнате.
— Рашид, ты очень любишь меня? — вдруг спросила Ирина, остановившись перед Рашидом. — Помнишь, ты сказал, что пойдешь за мной на край света. Это правда, ты клянешься?
Рашид, вскинув голову, посмотрел снизу вверх на ставшее серьезным в это мгновение лицо Ирины. Как он ее любил! Не в силах сдержать себя, он стал лихорадочно целовать ее, шепча в каком-то исступлении: «Я пойду за тобой, куда ты хочешь! Но только с тобой... без них... без него!»
— Успокойся, милый, все будет хорошо. Скоро мы расстанемся с Ибрагимом и Виктором, они не понадобятся нам никогда... Ты удивлен, ты не можешь понять, как это устроится? Неужели ты думаешь, что я так легковерна и что идеями Ибрагима мы будем кормиться всю жизнь. Как бы ни осторожно мы действовали, как бы ни были ловки, расплата придет.
Поделиться книгой: