Помоги проекту - поделись книгой:
— Спасибо. Схожу, узнаю.
— Узел связи недалеко — вот то двухэтажное здание на берегу. Рядом с пирсами.
На следующий день Завьялов пришел устраиваться на узел связи рыбаков. Там проверили, как он работает, и остались довольны. Сержант и в самом деле был мастером своего дела.
Игнат Ступак
Осенью сорок второго года Игнат Ступак совершил подлый поступок, смыть который с души у него и крови не хватило бы. Попал в плен. Не выдержал голода и побоев. Незадолго перед этим получил извещение о том, что дочь и жена погибли при бомбежке. На допросах рассказывал все, что знал, тем, кто убил его семью. Соглашался на любую службу, лишь бы остаться в живых. Некоторое время был полицаем, затем его отправили за Рейн, в глубь Германии, где он работал на небольшом военном заводе. Здесь и завербовали ело гитлеровцы. Почти год обучался в немецкой разведывательной школе, а когда эту часть Германии заняли американцы, согласился работать на них. Обучение закончил в американской разведшколе. Ему, Ступаку, дали кличку «Скорпион». Под чужим именем в числе репатриированных вернулся в Россию, осел на Дальнем Востоке и стал ждать указаний. Обзавелся семьей, нашел работу. Время от времени отправлял в Западную Германию короткие письма, где сообщал «другу-антифашисту» о своих успехах, о семье и выражал надежду, что они еще встретятся.
Однажды дождливым вечером в квартиру Ступака постучали. Он открыл дверь и увидел незнакомого человека, худощавого и высокого, с пронзительным цепким взглядом. На нем был серый потертый плащ и промокшая от воды кепка. Незнакомец спросил:
— Семья Грибановых здесь живет?
— Нет. Никогда не жили они здесь.
— Но мне в горсправке дали этот адрес.
— Ошиблись.
Незнакомец понизил голос и сказал:
— Я к вам от Виктора.
Ступак в первый момент растерялся, услышав слова пароля, хотя не однажды ждал, что вот откроется дверь и он услышит их.
— Встретимся в городе. Сейчас же. Одевайтесь и выходите. Я к вам подойду.
Человек в плаще ушел. Ступак накинул на себя дождевик, но вышла жена и спросила:
— Кто это был? И куда ты в такую погоду?
— Заболел один наш товарищ. Надо проведать. Ты не беспокойся, я недолго.
На улице его догнал человек в плаще. Они укрылись от дождя на крыльце какого-то учреждения, откуда хорошо просматривалась улица. Незнакомец спросил:
— Жене вы не доверяете?
— Нет. Она ничего не знает.
— Понятно. Шеф считает, что вы отлично устроились и вошли в доверие. Поэтому он решил дать вам несложное задание. Надо собрать сведения о всех войсковые частях и соединениях в городе и окрестностях, о кораблях и военных складах. Сведения будете отсылать тем же способом, но по новому адресу. Вот вам бумажка, выучите его, а листок уничтожьте. Мне поручено передать вам пакет, в нем деньги и новые инструкции, которые тоже следует заучить и уничтожить. Наш центр дважды в неделю будет работать для вас. Ответы будете посылать почтой.
— Мне обещали доставить рацию.
— В этом пока нет необходимости. Начальство ценит вас и поэтому предложило более безопасные каналы связи, хотя и не очень оперативные. В пакете также находится портативный фотоаппарат, запасные кассеты с пленкой и инструкция пользования им.
— Инструкция в пакете?
— Да. Что от вас передать шефу?
— Поблагодарите за доверие и передайте, что задание будет выполнено.
— Хорошо. Ваш счет в банке солидно растет. Это просил передать шеф. Желаю успеха.
— Благодарю. Желаю того же и вам, — с чувством признательности ответил Ступак незнакомцу, так и не назвавшему себя.
Он проводил его взглядом, когда тот уходил по пустынной темной улице, и направился домой.
Инструкции Ступак вызубрил наизусть и уничтожил. Там сообщалось, в какие часы и на каких волнах для него будет работать центр. Когда в порту началось строительство завода, Ступак сообщил и об этом. За океаном понимали, насколько важна новая стройка для морского пароходства и военно-морского флота. «Скорпиону» предложили фотографировать разные стадии строительства и чертежи строящегося завода.
Однажды, под вечер, Ступак фотографировал стройку из-за забора, огораживающего территорию ТЭЦ. Перед этим он осмотрелся, нет ли кого поблизости. Щелкнул несколько раз аппаратом — снимки должны быть отличными — и, услышав позади шорох, обернулся. Отодвинув в заборе доску, в дыру пролезла девушка в рабочем темном платье. Она посмотрела на Ступака и прошла мимо. Он понял, что она все видела. Теперь, конечно, сразу побежит в органы. Какую неосторожность он допустил. Обидно попасться на таком пустяке. Подождав немного, Ступак пошел следом за девушкой. Если она заявит — надо немедленно исчезнуть. Он очень осторожно следил за ней, но она прошла мимо райотдела КГБ, хотя и взглянула на окна здания. Это усилило подозрения Ступака, На окраине девушка вошла во двор небольшого старого дома.
Ступак прождал в отдалении часа два. Слежку он не мог бросить. Девушка переоделась и вышла из дома. Направилась она не в город, а в сторону сопки. Ступак, поотстав, шел следом. Он не понимал ее действий. Запутывает след? Едва ли ее умишко это сообразит. Но что она делает на скале? Ветер растрепал ее короткие волосы, она не поправляла их. Солнце закатилось, наступили сумерки. Девушка сидела все там же. Ее силуэт четко выделялся на краю площадки. Ступак подходил осторожно, стараясь не шуметь. Только бы она не встала раньше времени. Девушка тихонько напевала чистым нежным голосом и смотрела на огоньки кораблей, бороздивших темное море. Когда до нее осталось не более трех шагов, из-под ноги Ступака предательски вывернулся камень. Девушка вскочила и испуганно ойкнула.
— Простите, я не думал, что здесь кто-нибудь есть, — как можно спокойнее и вежливее сказал Ступак.
Девушка стояла спиной к морю на самом краю площадки и смотрела на него. Она узнала его и не могла вымолвить ни слова. Ступак сделал еще два шага, она подняла руку, словно для защиты, но он вдруг с силой толкнул ее ногой в живот. Жуткий вскрик оборвался внизу. Ступак бросился к темневшему на склоне орешнику. Там он обработал подошвы ботинок порошком, пакетик которого всегда имел при себе, и в обход сопки направился в город.
Через несколько дней он услышал, что в смерти девушки обвинили офицера, который с ней встречался. Ну, что же, подозрения на него, Ступака, нет. И опасаться за свою безопасность больше нет оснований.
Утром на склады завода привезли запасное имущество и материалы. Выгружала их бригада Ивана Козлова. Одна из машин была загружена двадцатилитровыми канистрами со спиртом. Бригадир подмигнул одному из своих друзей, и тот спрятал две канистры в хламе возле склада. Забросав их обрезками досок, он оглянулся, не заметил ли кто его проделки. Кажется все в порядке. Иван сумеет вынести их. Не первый раз. Однажды зимой он вынес дефицитные вещи, помогал ему электрик с ТЭЦ, который вовремя выключил свет на территории. Сорок литров спирта. Можно гульнуть.
Козлов продолжал вместе с рабочими разгружать машины. Он и не подозревал, что вся эта операция с канистрами не укрылась от глаз Алексея, новичка в их бригаде. Иван его сразу выделил. Компанейский парень, на язычок остер, да и силенки ему не занимать. Колю-рыбака, прозванного так за свой длинный нос, уложил аккуратненько на бровку, когда тот начал задирать его. А Иван уважал только сильных духом и телом, к обыкновенным «хлюпикам» питал презрение. Новенького даже можно приблизить. Пригласить хотя бы на этот спирт… Вынести его надо сегодня же.
Алексей Снегирев, продолжая разгружать машины, думал над тем, как же ребята думают выкрасть канистры с территории. Ее ведь охраняют, а через проходную без документов не вынесешь. На стройку после работы тоже не попадешь. Тут, видимо, есть какая-то лазейка. Может быть по воде? Но до берега далековато, а территория всю ночь освещена прожекторами.
Вместе со всеми Алексей вышел со стройки и остановился поодаль. Надо было узнать, куда направится бригадир. Проходная одна, мимо он не пройдет. Но Козлов не вышел со стройки. Алексей отошел к ТЭЦ и выбрал место на бугре, спрятавшись между штабелями железобетонных балок. Он весь вечер просидел там, наблюдая за проходной и подходами к забору стройки Козлов не появлялся. Алексей решил высидеть до конца, хотя был изрядно голоден.
Стемнело. Изрытая траншеями территория стройки, кирпичные корпуса цехов, сбегавшие прямо к стапелям, освещены хорошо. От белого двухэтажного здания, где будут располагаться пульты управления, в сторону ТЭЦ тянется глубокая траншея для кабеля. Она проходит под забором — отверстие внизу заставлено досками — и огибает бугор перед ТЭЦ.
Алексей не видел никого, кроме двух матросов возле проходной. Прошло часа три с лишним. У проходной произошла смена. Около двенадцати ночи как-то враз потухли все прожекторы. Но не прошло и двух минут, как они снова зажглись. В зоне и вокруг все было также пусто. Но вот внизу, в траншее, мелькнула тень. Алексей осторожно спустился с бугра, вышел на улицу и притаился за углом. Через минуту из-за дома кто-то выглянул и перебежал улицу. Алексей без труда узнал Козлова. Ну ладно, пусть он несет спирт к себе домой, завтра вернет обратно. Но вот кто сообщник Козлова на электростанции? Это же он выключил прожекторы. И если тот человек помогает вору, он поможет и врагу.
Об этом надо сейчас же сообщить отцу. Алексей проводил глазами Козлова. Если бы он прошел за бригадиром еще метров двести, то своими глазами увидел бы того, кого здесь так настойчиво ищут.
Через несколько минут Алексей был возле райотдела, но только тут опомнился, что времени-то уже первый час. Он посмотрел на темные окна комнаты, выделенной отцу, и пошел в сторону общежития.
Для того, чтобы сфотографировать чертежи, необходимо было проникнуть на территорию строительства. Но Ступак прекрасно знал, что она хорошо охраняется. Попасть туда нелегально очень трудно, значит надо, искать какой-то легальный путь. Людей на заводе много, участие в строительстве принимают и многие городские организации. Вот если бы достать пропуск, можно было бы свободно заходить и выходить. Но где его взять?
То, что прожекторы погасли на какую-то минуту, видел и Ступак. Он бродил вокруг стройки, изучая и запоминая все мелочи, которые должны ему пригодиться. Когда стало непривычно темно, Ступак понял, что дело здесь нечисто. Снова зажглись прожекторы, и он обратил внимание на траншею под забором. Вот где удобный путь на стройку.
И тут же — подтверждение догадки. По траншее пробирался человек. Оглядываясь по сторонам, он вылез наверх и свернул в первую улицу. Вот так же, видимо, было похищено зимой дефицитное оборудование. Этот разговор Ступак слышал от знакомых. В проскользнувшей мимо фигуре он узнал руководителя одной из бригад. Вот через кого можно достать пропуск. Ступак хорошо запомнил здоровяка с льняными кудрявыми волосами. Видел он его несколько раз в компании бесшабашных парней. Тогда же понял, что кудрявый великан — бригадир, а парни — члены его бригады. Ступак параллельной улицей обогнал бригадира, встал за забором. Когда Козлов поравнялся с ним, он негромко, но властно сказал:
— Стой!
Бригадир хотел было бросить канистры и бежать, но человек за забором насмешливо заметил:
— Убегать бесполезно.
Козлов свернул к забору и поставил канистры в траву. Выпрямился, смахнул с лица пот.
— Что надо? — грубо спросил он басом, силясь рассмотреть незнакомца, который стоял в тени дерева. — Хочешь, чтобы поделился? Или продать задумал?
— Продавать — ты дешево стоишь. Хочу купить.
— Что, спирт?
— Нет. Тебя.
— Ну ты, дешевка.
Бригадир взялся за край забора своими ручищами и хотел притянуть к себе стоявшего в тени. Но, увидев перед самым носом пистолет, смотревший темным зрачком, отпрянул назад.
— Не нервничай, мальчик. И не пори горячку, — насмешливо предупредил человек. — Этим только испортишь дело и собственную шкуру.
Бригадир исподлобья смотрел на говорившего. Он не мог понять, что тому надо. Спирт не берет, продавать — тоже, видать, не собирается. Он достал портсигар и закурил. Незнакомец продолжал:
— Есть способ легко и быстро заработать большие деньги, не пачкаться с этими банками. Такому солидному человеку как-то даже неприлично…
— Ну?
— Не нукай. Сейчас я держу вожжи… И крепко. Могу, к примеру говорю, упрятать тебя и твоих дружков лет на пятнадцать. За банки и ящики с оборудованием.
— Какие ящики?
— Что по снежку увели со складов.
— Ну, ладно, кончай в прятки играть. Говори, что надо.
— Вот это деловой разговор. Надо, чтобы ты достал пропуск на стройку.
— Придумал. Они что, на дороге валяются?
— Валялись бы, так я тут с тобой не стоял, а пошел да позвонил, куда надо.
— Пугаешь?
— Ты не баба, я не черт. Дело предлагаю выгодное. Достанешь — хорошо заработаешь. Не достанешь, тоже хорошо заработаешь. Знаешь, за групповую сколько дадут.
Бригадир прикидывал, что это за тип. Не грабит, не бьет, а за горло взял — туже некуда. Зачем человеку пропуск на такую стройку? Здесь что-то не то… И не вырваться от него — удерешь — он запросто продаст. Нагорит тогда, действительно, на всю катушку. Кто он такой?
— Прикидываешь, как выкрутиться? Бесполезно. Мне с тобой тут толковать некогда, решай быстро. Выбор небогатый.
— Что решай? За глотку взял… и решай.
— Соглашайся.
— Сколько заплатишь?
— Не обидишься.
— Ладно. Твоя взяла.
— Говорю, не обидишься. Можешь верить А пока вот тебе аванс.
Человек достал из кармана и бросил через забор деньги. Бумажки разлетелись по траве.
— Наглец ты. Подать не можешь? — со злостью проговорил Иван.
— Нагнешься, — спокойно ответил незнакомец.
— Боишься, что ли?
— Хватит болтать. Бери и иди.
Сказано было таким тоном, что бригадир без слов нагнулся и собрал белевшие на траве бумажки. Сумма и в самом деле, кажется, приличная. Иван сунул деньги в карман.
— Когда достанешь пропуск, носи свою кепку козырьком назад. Я подойду к тебе.
Человек отступил назад и ушел. Бригадир почесал затылок, посмотрел в обе стороны пустынной улицы, подхватил канистры и направился домой. Он шел и думал о случившемся и даже забыл, что несет краденое и что надо быть осторожнее. Его возмутило то, что человек бросил ему деньги в лицо. Мол, на — подавись. Такого оскорбления Иван еще ни от кого не испытывал. В душе у него кипело, злость рвалась наружу. Но было уже поздно что-либо изменить, и это еще больше выводило его из себя. Он ругал себя за то, что не прыгнул через забор, не задавил этого наглеца. «Заяц, — с сарказмом думал он о себе. — Показали дуло — и душа в пятки. Но подожди, я брошу эти деньги в твою наглую рожу. Не будь я Козлов. Думаешь купил? Увижу я твое мурло и посмотрим, кто будет смеяться последним».
Приближаясь к дому, Иван постепенно успокаивался, и мысли его принимали другой оборот. Пропуск… А что надо этому человеку на стройке? Таким путем с добрыми делами не идут. Выходит, он, Иван, продался врагу? Козлов даже остановился, поняв это. Он поставил канистры и ладонью вытер пот со лба. Вот как оборачивается дело. Иван Козлов — сообщник врага. Ах ты, стерва.
Он снова подхватил банки и заспешил домой. Дома его поджидали дружки. Они обрадовались, но Козлов поставил канистры в угол и предупредил:
— Кто хоть каплю тронет — оторву голову. Сегодня пьянки не будет, можете разбегаться.
— Да ты что, очумел?
— Говорю — не будет. Баста. Разбегайтесь, иду в милицию.
Бригадир повернулся и ушел. Парни пожали плечами. Но ослушаться бригадира не посмели и разошлись по домам.
Через полчаса Иван вошел в отделение милиции. Дежурный лейтенант лежал на диване и читал. Он отложил книгу и поднялся.
— Здрасьте… — произнес Иван.
— Здравствуйте. В чем дело?
Лейтенант прошел к столу и сел. Указал Ивану на стул напротив.
— Садитесь. Слушаю вас.
— Вот что, товарищ… гражданин начальник…
Бригадир мялся, подыскивая слова, и комкал в огромных ручищах повидавшую виды серенькую кепку.
Поделиться книгой: