Поцелуй Багрового змея

– Быстро в кабинет! – прорычал он, и мы с Ханной одновременно дернулись в сторону двери.

Вот только мгновенно стало ясно, что так легко мне повезти просто не могло.

– Только гематит Джар. Вы, девушка, остаетесь здесь… – резко остановил меня мастер.

В голове мелькнуло понимание сразу нескольких вещей.

Во-первых, все поступившие на факультет “Черный гематит”, судя по всему, обретали приставку к имени “гематит”. Аналогично тому, как ректора звали “мильер”, отдавая дань уважения его статусу иномирца, нагов почтительно называли “мираями”, а людей – “муссерами и муссьорами”. Академистов же величали согласно их факультетам.

Во-вторых, я осознала и то, что мастер ядов если и не лично, то как-то иначе, но знаком с Ханной. Он был в курсе ее фамилии и безошибочно назвал ее “гематит Джар”, хотя сегодня должен был видеть ее впервые, как и меня.

Однако нет…

Меня он тоже видел не впервые…

А в-третьих, мое имя он либо не прочел вчера в документах, либо не запомнил. Получается, что я все еще была для него пустым местом, как и любой другой академист.

К этому моменту, подбадривающе тронув меня за руку, Ханна скрылась в кабинете, предусмотрительно оставив щель в двери. Будто для того, чтобы мы с льесмираем не оставались наедине и мне было чуточку легче.

Но мастер Астариен явно не собирался облегчать мне участь, резко подняв руку и прижав ее гладкому дереву, отчего дверь громко хлопнула.

Я вздрогнула, но только на миг. Потому что в следующую секунду меня уже обуял ужас. От запястья, за которое меня схватил другой рукой куратор, до кончиков пальцев ног.

– Пойдем-ка со мной, девочка… – проговорил он низко, с рычащими нотками, которые ему плохо удавалось скрыть.

Впрочем, может, он и не пытался.

Я едва успела вскрикнуть, как мужчина затолкал меня в соседний кабинет, который оказался буквально через стену от того, где сидели все поступившие. И Ханна.

Так близко – и так далеко… Я тоже могла бы сейчас сидеть там и ни о чем не догадываться… Мастер бы не злился на меня, а я не чувствовала бы, как горит кожа, что почти хочется ее содрать.

Все это было бы так, если бы вчера меня не угораздило опоздать на передачу документов!

С тех пор, как он укусил меня, прошло уже больше половины суток. Но я все еще не могла выкинуть этого мужчину из головы. И вот сейчас, когда нас будто отрезало от всего окружающего мира и мы остались друг напротив друга, я не могла делать ничего другого, кроме как изучающе глядеть на него. Заново рассматривать его мощную фигуру с золотистой от загара кожей и черными волосами, в которых путались искрящиеся бусины, словно осколки солнца.

Это было как удар кинжала: его лицо, его присутствие рядом, его запах… Аромат, который врезался в легкие уже далеко не так ярко, как вчера, но благодаря тому, что я помнила каждый его нюанс, он проникал в меня уверенно и остро, как безупречное вино для того, кто много дней мучился от жажды. Как очередная порция яда… для меня.

Вот только на этот раз мастер Астариен уже не шептал мне пугающе-горячие словечки на ухо и от него не веяло страстью сквозь напряженные, бугрящиеся от желания мышцы.

Да, он снова был натянут, как тетива лука, вот только теперь я видела в его глазах неприкрытую ярость.

И… это жгло, как удар хлыста. Хотя сам льесмирай мгновенно отпустил меня, едва мы оказались в помещении вдвоем, и больше не прикасался, от него отчетливо веяло угрозой.

Сейчас он выглядел совершенно как человек и, казалось, вовсе не мог причинить мне никакого вреда. Жестокие слова и тяжелый взгляд не убивают, ведь так?..

Но несмотря на это я все равно испытывала перед ним все тот же безотчетный, будоражащий душу страх.

В этот миг, вырывая меня из плена вязких, как сироп из подслащенной полыни, мыслей, Астариен спросил меня то, что шокировало до глубины души:

– Вы шпионили за мной? Кто вам заплатил? Отвечайте!

Я буквально захлебнулась словами, готовыми сорваться с языка.

– Заплатил? – ахнула я, совершенно не понимая, о чем он говорит.

– Не стоит лгать мне, девочка, это не закончится ничем хорошим, – покачал головой он, качнувшись ко мне.

Мягко, как змей…

А между нами и так было не более метра. Теперь же и вовсе это расстояние сокращалось. И что я, интересно, должна была ответить?

– Мне никто не платил, – хрипло проговорила, невольно бросая взгляд в разрез его красновато-черной мантии, витиеватым рисунком напоминающей традиционные мотивы мираев. Краем сознания я отметила, что преподаватели академии, похоже, хоть и вынуждены были придерживаться форменной одежды, могли слегка изменять ее по своему вкусу. Я видела перед собой рубиновые пуговицы в золотой оправе, блестящие изгибы драгоценного шитья и… обнаженную кожу шеи, уходящей в мощную грудь.

Слава богам, изгибы литых мышц его тренированного тела сейчас были скрыты… Вот только прикосновения к ним я прекрасно помнила и так…

– Кажется, я предупредил насчет лжи, – в этот момент еще сильнее приблизился ко мне мастер, и его голос предупреждающе завибрировал.

Похоже, он мне не поверил.

Я подняла взгляд на его лицо, с замирающим сердцем глядя в прищуренные от ярости глаза. Теперь я могла в деталях рассмотреть их цвет… Но я больше не хотела этого делать.

У него были истинные глаза нага, а я не хотела смотреть в кипящую красным золотом отраву…

Я опустила голову, но не тут-то было. Льесмирай мгновенно обхватил пальцами мой подбородок, преодолев последние сантиметры, разделяющие нас, и с силой заставил задрать голову.

– Посмотри на меня, – приказал он.

И я послушалась.

Его острый взгляд пронзил меня, как ритуальный клинок змеиных жрецов. А лицо, напряженное, как перед схваткой, и опасно-красивое, как огонь, словно обожгло. Казалось, им можно любоваться со стороны, но стоит оказаться слишком близко, как сгоришь.

А оно было очень близко. Как и его губы.

Но я смотрела только в красно-золотое безумие его радужек, краем сознания отмечая, как еле уловимо вздрагивают его ноздри, словно он вдыхает мой запах.

Паучьи боги… это так же пугало, как и заставляло дрожать какие-то невидимые струны у меня под желудком.

В какой-то момент мастер ядов замер и негромко, но угрожающе прошептал:

– Если ты солжешь, я почувствую. Имей это в виду каждый раз, когда захочешь что-то сказать.

Я громко сглотнула, кляня себя всеми словами за то, что, несмотря на очевидное бешенство мирая, он все равно продолжал меня инстинктивно привлекать. И мне была скорее обидна его злость, чем оскорбительна.

Я судорожно вздохнула, пытаясь подавить болезненное чувство в груди, лишь в последний момент прямо перед тем, как мастер ядов резко отпустил мой подбородок и отвернулся, заметив, что зрачки в его глазах стали больше. И словно… длиннее. Как огромное черное лезвие.

Но, может, мне показалось? Разве так бывает?

Я понятия не имела, как бывает у мираев.

– Вы свободны. На лекции можете не присутствовать, это всего лишь знакомство, и ничего нового вы там не услышите, – зло бросил через плечо мастер. – Мы с вами уже успели познакомиться, вашими стараниями.

А я смотрела в его широкую спину и чувствовала сжигающую изнутри обиду.

Он даже в кабинете не позволил мне присутствовать! И почему? Потому что сам же меня вчера и спутал с кем-то?!

– Можете проследовать к коменданту и потребовать себе комнату в общежитии. Если она вам, конечно нужна…

Он говорил холодно и безэмоционально. А мое сердце все еще стучало невероятно быстро, и кончики пальцев подрагивали. Почти как вчера, только теперь налет сумасшедшего желания, кажется, исчез.

Но могло ли быть так, что какая-то часть яда еще не развеялась? И поэтому я стою здесь и, как наивная девчонка, вздрагиваю от каждого его слова и прикосновения?

У меня даже не было сил высказать ему все, что я думала о его поступке.

Хотя… может, и не стоило этого делать. Лучше проглотить обиду и забыть. Все же с преподавательским составом не принято ругаться.

Но я не могла забыть. Мастер Астариен словно проник мне под кожу и зацепился там отравленными рыболовными крючками. И теперь я никак не могла его оттуда вытащить, все сильнее и сильнее отравляясь.

– И помните, что отныне я буду внимательно за вами следить, муссьора… – добавил угрожающе Астариен.

Он больше не смотрел на меня. Махнул рукой, будто позволяя тем самым наконец-то исчезнуть из кабинета. Как безымянной тени.

Он даже не удосужился взглянуть напоследок и спросить, как меня зовут!

Стало ясно, что ему это ни капельки не интересно.

Где-то в горле задрожало, когда я разворачивалась, чтобы уйти.

Но я не стала устраивать скандалов. Даже решила дверью не хлопать, напротив, тихо и с достоинством подняв подбородок, вышла прочь. Только зубы были стиснуты до хруста, а в глазах стало неприятно влажно.

Отойдя на пару шагов от кабинета, я остановилась, давая себе передышку. Мне нужно было взять себя в руки, как минимум, чтобы не разрыдаться, словно маленькая глупая девчонка. Я, в конце концов, не была ни маленькой, ни глупой! Разве что девчонкой, и то – в этом не было моей вины!

Но в этот момент произошло нечто совершенно сбившее меня с толку. Нечто полностью из ряда вон.

Из комнаты, которую я покинула, раздался едва ощутимый, тихий и грудной голос мастера Астариена, будто он говорил сам с собой. На самой границе слышимости между звуком и тишиной:

– Красивое, гессайлах тебя забери, имя… Кто же ты такая, Фиана Шиарис?..

А у меня по спине пробежали жгучие мурашки.

Он прекрасно знал, как меня зовут.

Глава 4

Я поспешила уйти прочь так быстро, как только позволяли ноги. Не хватало еще, чтобы мастер ядов выскочил из кабинета отравленной стрелой и увидел меня, скрючившуюся тут, у порога.

В ушах шумело, во рту все пересохло, так я перенервничала.

Однако стоило мне повернуть за угол коридора, как кто-то схватил за руку. Я едва не закричала от страха, уже представляя, что это Астариен, он таки поймал меня за подслушиванием, и наказания мне не избежать.

Правда, мне до сих пор было не слишком понятно, за что меня вообще наказывать. В чем я провинилась? Обида от этого застряла где-то под горлом удушливым комком, но я старательно не позволяла ей подняться выше и прорваться наружу.

Тем более что все выглядело так, будто мастер злится на меня не просто так. И не за то, что я, негодяйка такая, позволила себе оказаться вовсе не его любовницей, а совершенно посторонней девушкой. Он будто подозревал меня в чем-то, что было понятно ему одному!

Может быть, он опасался, что я могла раскрыть какую-то его страшную тайну? Например, то, что преподавателям запрещено вонзать клыки в академисток в стенах Самоцветов, а он нарушил устав, встретив меня?..

Звучало не очень правдоподобно, но другого варианта у меня пока не было. Однако, почувствовав жесткий, почти стальной захват на запястье, я была уверена, что этот самый вариант вот-вот появится. Например, когда догнавший меня льесмирай откусит мне голову за дурное поведение. Или… искусает до умопомрачения.

Не знаю, чего я боялась больше.

Однако, резко развернувшись, я только и успела взвизгнуть:

– Я ничего не сделала, я не специально!

Оказалось, что удерживал меня вовсе не мастер ядов, а Ханна.

– Эй-эй, Фи, кто тебя так напугал? – проговорила она, нависая надо мной ловкой и изящной, но крайне крупной тростинкой.

Сейчас, когда оказалось, что она умеет передвигаться так быстро, я обратила внимание на то, что ее фигура под платьем была скорее гибкой и сильной, чем стройной и полной изгибов. Глаза под дымчатыми очками сверкали все так же ярко и весело.

– Неужели наш мастер ядов? – выдохнула она тем временем ошеломленно, когда оказалось, что я все еще тяжело дышу и не могу выдавить из себя ни слова. – Не может быть… Значит, и те удушающие кольца, которые оставили в твоей душе столь острый след, – тоже его?..

– Тише-тише! – зашипела я на нее, оглядываясь и боясь, что нас кто-нибудь услышит. – И вовсе это не он, и вообще ничего не было…

– Да-да, я вижу, – хмыкнула она, оглядывая меня чуть прищуренными глазами. – Как же тебя угораздило?.. – спросила, покачав головой, скорее риторически, чем ожидая ответа. – Ну ничего, потом расскажешь, пойдем.

Взяла меня под руку и с невозмутимым видом потащила вперед.

– Эй, а ты разве не будешь присутствовать на лекции куратора? – удивилась я, потихоньку приходя в себя в прохладе пустых коридоров.

– Нет, я попросилась уйти по важным делам, – ответила она так, словно в этом нет ничего удивительного – ускользнуть с первой же лекции!

– Так ведь… – подняла я палец, чтобы уточнить этот вопрос.

– Не бери в голову, мы с мастером Астариеном некоторым образом давно знакомы, – ответила она ровным голосом, глядя перед собой.

И почему в уголках ее губ мне чудилась скрытая улыбка?

Я решила, что раз она сама не рассказывает мне, что же это за знакомство такое “некоторообразное”, то будет повод узнать о нем в следующий раз.

– А куда же ты торопишься сейчас? – продолжала я осторожно прощупывать почву.

– Ну как же? – удивилась она, крепче прижав мою руку к себе и похлопав. – На первом курсе “Черного гематита” всего две девушки – это мы с тобой. Неужели тебе не хотелось бы познакомиться поближе с другой единственной девчонкой, которая осмелилась предположить, что сможет учиться здесь? – она многозначительно хмыкнула. – Такое заявление как минимум достойно уважения, а как максимум – шанса поселиться вместе!

С этими словами она посмотрела на меня и хитро подмигнула.

– Ты же не хочешь, чтобы тебе выделили комнату с каким-нибудь парнем, верно? – добавила она, чуть округлив глаза под полупрозрачными стеклами. – Например, с тем вздорным гарпием? Вот было бы везение!