Ее холодное пламя

Вот об этом я даже не думала. Меня занимали совсем другие мысли. И альтернативные варианты возможного развития ситуации совсем не радовали. Вроде ведь знала, что не стоит хватать голыми руками подозрительные вещи, но, как обычно, оказалась крепка задним умом.

— Хорошо, что я подумала о тебе, а не о неизвестном владельце этого слишком отзывчивого украшения, — выдохнула я. — Не хотелось бы среди ночи упасть в постель к незнакомцу.

Снежный маг лишь улыбнулся в ответ. Без слов понял то, что я не договорила. Не факт, что настоящий хозяин запонки отнёсся бы к моему появлению в его кровати так же сдержанно, как Ингвар. Мог и скандал устроить, в лучшем случае. И уж точно не стал бы заботиться о моей репутации. Да я и сама бы с криком ужаса первой рванула бы к ближайшей двери.

— Меня интересует еще один вопрос, — тем временем произнёс ирбис. — Так где же запонка, которую ты так стремилась мне отдать?

— Осталась в моей спальне, — слегка замявшись, призналась я. — Прости, портал открылся слишком неожиданно. Но в следующий раз я постараюсь исправиться.

Попытка пошутить Ингвара явно не впечатлила, потому что он смерил меня взглядом, который вполне мог заморозить небольшое озеро.

— Давай не будем рисковать, — хмыкнул он. — Заберу сегодня и верну владельцу сам.

— Как хочешь, — не стала возражать я. — Заодно возьмёшь мундир и тапочки. А то у моей горничной с утра будет шок. И уж это точно не пойдёт на пользу моей репутации.

Ингвар замедлил шаг, искоса взглянул на меня. Мне показалось, что его зрачки снова стали вертикальными.

— Возьму, — согласился он со странными, чуть мурлыкающими нотками в голосе. — Непременно.

Саламандра заинтересованно подняла голову. В тоне снежного иного сквозило непонятное, но оттого еще более интригующее обещание. И почему-то мне казалось, что речь вовсе не о мундире и тапочках. И даже не о запонке. Тьфу ты, лезет в голову всякая чушь! Если бы Ингвар хотел чего-то подобного, то потребовал бы за спасение вовсе не танец. Ну или воспользовался бы сейчас тем, что я упала прямиком в его объятья, чего проще? Да и вообще маршал до этого момента весьма прямо говорил то, что думал. Нечего приписывать ему всякие откровенные намёки! Как любила повторять Зара, нет пошлых фраз, есть пошлые уши. И у меня сейчас оказались именно такие.

Стража у дверей, ведущих к покоям кандидаток в невесты принца, успела смениться. Правда, это обстоятельство не помешало им воззриться на меня с искренним недоумением. Наверняка предыдущий караул доложил, что все огненные девушки на месте, а тут такая неожиданность в моём лице! Ещё и в компании высокого начальства, успевшего укрыть иллюзией не только меня, но и себя. Явиться пред очи подчинённых в брюках и рубахе маршал посчитал ниже своего достоинства: создал иллюзию мундира, оригинал которого укрывал сейчас мои плечи и, в свою очередь, казался со стороны меховой накидкой. Один из стражников выступил вперёд, склонил голову в знак приветствия, с лёгкой тревогой в голосе произнёс:

— Эр маршал?

Я прекрасно понимала его беспокойство. Сама бы на месте охраны сейчас нервничала. Мало ли, что произошло, раз сам Первый маршал Севера решил меня сопроводить.

— Всё в порядке, — успокоил подчинённого Ингвар. — Эрия Элиана решила прогуляться перед сном.

Вежливо пропустил меня вперёд, прошёл в коридор следом за мной и закрыл дверь, оставляя не посмевшую задавать лишних вопросов охрану позади. До моих покоев мы дошли в тишине. Там всё тоже было спокойно. Ингвар остался ждать меня в гостиной. Не иначе, решил пощадить мою предположительную скромность и позволить надеть на пижаму хотя бы халатик. В спальне горел свет, серебряная запонка лежала на раскрытой расчёске на тумбочке, там, где я её и оставила. Я взяла всё, мимоходом глянула в зеркальце, поправила волосы и вернулась в гостиную.

— Вот запонка, — осторожно, точно ядовитую змею, протянула я украшение.

— В зеркало смотрела? — стряхивая запонку на ладонь, мимоходом поинтересовался ирбис.

Скорее, для порядка, рассчитывая на мою разумность. А я тут же поняла, что случайно обеспечила себе очередное приключение.

— Ой… — только и смогла сказать в ответ.

О портальных амулетах в колледже рассказывали немного. Для тех, кто изучал общие дисциплины и не планировал становиться артефактором, проку в этих знаниях не было. Но до этой ночи я хорошо помнила запрет пользоваться портальными кристаллами, сферами и любыми амулетами подобного действия возле зеркал. Остаточные эманации магии отражались от них и первый, кому не везло взглянуть в такое зеркало, становился носителем так называемого «стихийного», дикого портала. Когда он сработает и куда забросит, предугадать было невозможно. Успокаивало лишь одно: зеркальные порталы работали на короткое расстояние. Неожиданно для себя вернуться в Южную империю мне не грозило. Но на всякий случай шагнула ближе к иному. Если порталу вздумается сработать прямо сейчас, снежный барс успеет меня перехватить. В скорости его реакции я сегодня уже убедилась.

— Случайно, да? — усмехнулся маршал.

Я промолчала, да Ингвар и не ждал ответа. Окинул меня задумчивым взглядом. Иллюзия всё ещё держалась, но почему-то я не сомневалась: он видит меня без неё. На миг пожалела, что не накинула халатик. С другой стороны, а был ли смысл пытаться играть в скромницу? Да и мундир, который я до сих пор не сняла, прекрасно прикрывал обнажившееся плечо. Стыдно было по другой причине: кажется, из-за своей беспечности я только что обеспечила ирбису нехилую головную боль.

— Ставь метку, — со вздохом предложила я. — Это единственный вариант быстро найти меня, куда бы я не перенеслась.

Откровенно говоря, получить метку на ауру совсем не хотелось. В отличие от печати, это была крайне болезненная процедура. Слабые маги после неё несколько дней лежали пластом, а порой процесс восстановления затягивался на недели. Видимо, потому император не рискнул давать поручение поставить метки на избранниц. Ограничились браслетами, к моему счастью. Но сейчас я не видела другого выхода. Саламандра сильная, она справится, а боль я как-нибудь вытерплю.

— Не единственный, — покачал головой Ингвар. — Есть более гуманный способ.

Взял мою левую руку, провёл указательным пальцем поперёк запястья. Кожу захолодило, точно к ней прикоснулся кубик льда. Ощущение сохранилось даже после того, как иной отпустил мою ладонь. И на коже едва заметно серебрилась тонкая магическая нить.

— Если дикий портал выбросит за пределы резиденции, порви нить и мысленно позови меня, — пояснил ирбис. — Я услышу.

— Снова окажусь в долгу перед тобой? — прямо спросила я.

— Нет, Элиана, — серьёзно, без тени улыбки ответил он. — Это мой долг — обеспечить безопасность невест его высочества. Доброй ночи, — шагнул к двери и уже оттуда добавил, тише, но так, чтобы я точно услышала: — ящерка.

— Тапки и мундир оставишь на память? — хмыкнула я. И не удержалась, отомстила: — Пушистый снежный котик.

Ирбис негромко рассмеялся, повернулся ко мне. Надел протянутый мундир, заменив иллюзию настоящим. Почему-то от мысли, что Ингвар сейчас ощущает моё тепло, на миг перехватило дыхание. Тапки, не мудрствуя лукаво, маршал просто скрыл заклинанием невидимости.

— Нравятся котики, огонёк? — уточнил oн. — Присмотрись к принцу. Его стихийное воплощение — белый тигр.

Саламандра фыркнула в ответ на такое предложение. Что ей какие-то тигры? Вот ирбисы — совсем другое дело.

— А можно ещё раз увидеть твоего барса? — попросила я. — И погладить.

Даже зажмурилась от удовольствия, вспоминая, какой мягкой и шелковистой была шерсть этого большого и пушистого северного котика. А когда открыла глаза, вздрогнула, потому что взгляд маршала снова стал особенно пристальным, хищным. И зрачок в очередной раз вытянулся вертикально.

— Не будет, как с татуировкой? — спокойно, даже сдержанно уточнил Ингвар.

— Нет, — пылко заверила я. — У тебя очень красивый зверь. Такой сильный, мощный, опасный…

— Белый и пушистый, — хмыкнул снежный маг. — Физически.

— И это тоже, — согласилась я.

Маршал несколько секунд молчал, а потом кивнул:

— Я обдумаю твою просьбу, Элиана. Доброй ночи.

На этот раз не стал называть ни ящеркой, ни огоньком. Просто вышел, тихо прикрыв за собой дверь. А я вернулась в спальню и еще долго не могла заснуть. Слишком много впечатлений принесла эта ночь. Саламандра встревоженно и яростно била хвостом, то ли откликаясь на моё состояние, то ли негодуя, что так и не удалось познакомиться поближе со снежным барсом. А я вспоминала, как уютно и совсем не страшно было в его объятьях, как щекотало висок горячее, прерывистое дыхание, как Ингвар погладил меня по волосам и это не вызвало раздражения, наоборот, хотелось потянуться вслед за его рукой, довериться простой и приятной ласке. Демоны льда и пламени, да я три года мечтала снова увидеть его! Ждала, надеялась, жила этим ожиданием, представляла рядом с собой именно этого снежного мага! И теперь, когда он оказался так близко, каждая новая встреча лишь укрепляла меня в мысли, что я не ошиблась. Этого мужчину стоило ждать. И за него стоило побороться. У Ингвара серебряное и пустое сердце, сказала его кузина? Посмотрим, останется ли оно таким же холодным рядом с моим пламенем!

ГЛАВА 8

В его комнате до сих пор ощущался нежный, тёплый аромат. Будоражил кровь, тревожил разум. Ингвар раздосадованно рыкнул и распахнул окно. Любопытный вьюжник тут же ворвался в комнату, пронёсся по ней снежным вихрем и, не отыскав ничего интересного, улетел прочь, напоследок взъерошив порывом холодного ветра волосы маршала. Жаль, это совершенно не помогло успокоиться.

Одним северным богам ведомо, каких усилий ему стоило выпустить нежное огненное тепло из объятий ещё здесь, в своей спальне. Маленькая любопытная ящерка выросла, но сохранила искренность и порывистость. А еще она не умела притворяться. Ингвар ощущал её интерес, видел, как Элиана тянется к нему. Огненный цветок среди льдов. Чужая невеста. Если бы не это обстоятельство…

Снежный маг покачал головой и раздосадованно хмыкнул. «Да какая разница, — промелькнуло в голове. — Кого ты пытаешься обмануть, первый маршал Севера? Ты бы отпустил её в любом случае. Девочка придумала себе героя и им, к несчастью, оказался ты. Молодой, привлекательный. Спас и отпустил, не потребовав благодарности. Вполне достаточно, чтобы заставить вспыхнуть юное сердце». Наверняка и на отбор Элиана подалась в надежде снова встретиться с ним, а не только для того, чтобы сохранить огненную магию. Сколько радости было в её взгляде там, в зале, когда она отыскала его среди придворных. И каким острым разочарованием и недоумением полоснуло, когда он отвернулся. Хорошо, что огненной девочке хватило сил держать лицо. А через несколько часов он убедился в своей правоте. Элиана так обрадовалась, случайно встретив его в галерее. Ингвар не планировал возобновлять знакомство, пока она считалась невестой Северина, и уж тем более — не собирался требовать никакой платы за давнее спасение, но обида и непонимание в её глазах ощущались почти физически. Не удержался, позволил огненной ящерке приблизиться. И обеспечил себе головную боль. Элиана не скрывала своих эмоций. И, чего уж отрицать, была интересна ему. Не только из-за огненного дара, на который его собственная холодная магия реагировала, точно на изысканный десерт. Умная, смелая, целеустремлённая и одновременно — отчаянно искренняя и уязвимая. Одно сплошное рыжее искушение, в прямом смысле свалившееся сегодня к нему в кровать. «В следующий раз постараюсь исправиться», — прозвенел эхом её нежный голос. В следующий раз… Он и в этот с трудом её отпустил! Причём дважды. И магическая ипостась была этим крайне недовольна.

Ингвар прекрасно помнил, как бесцеремонно разбуженный снежный барс довольно заурчал, моментально поняв, кто пожаловал в гости. И усмирить зверя оказалось непросто. Вторая ипостась категорически не желала понимать: почему нет-то? Вот она — красивая желанная девушка, в смешной безразмерной пижаме, которую так легко снять, если аккуратно полоснуть острым когтем. И пахнет от гостьи не страхом и тревогой, а любопытством, интересом и симпатией. А их так легко заменить желанием… Её огонь точно отозвался бы. А Элиана, совершенно не подозревая о тяжёлой внутренней борьбе маршала, с каждым мгновением всё сильнее испытывала на прочность его самоконтроль. Вначале попросила разрешения коснуться татуировки. Ингвар усмехнулся, подумав, что вряд ли бы она осмелилась на такое, если бы знала, что линии начинают светиться тогда, когда вторая, магическая ипостась вот-вот возьмёт верх и разум уступит место инстинктам. Стоило бы запретить, но при одной мысли об этом внутри поднялся снежный буран. Барс негодовал и требовал уступить ему контроль. Он видел добычу и точно знал, что с ней делать. Пришлось ограничиться малым: позволить себя коснуться, а потом поймать юркий огонёк, сжать в объятьях, вдохнуть тёплый аромат мягких волос. И отпустить, с трудом не выдав истинных желаний и намерений.

Пока дошли до крыла, в котором находились покои невест, он почти сумел взять себя в руки. Но юная саламандра преподнесла очередной сюрприз, выразив желание «погладить котика». И от осознания того, что Элиана понятия не имела о том, что случайно умудрилась предложить ему себя, легче не становилось. Потому как внутренняя сущность прекрасно всё услышала и горячо одобрила.

— Нет, — тихо, сквозь зубы, произнёс Ингвар.

Зверь внутри яростно ударил хвостом, оскалился в ответ, не соглашаясь. Глухо, угрожающе заворчал. Он не собирался отказываться от того, что уже считал своим. И его мало интересовало, что там по этому поводу думает человек. Барс верил эмоциям и ощущениям. К тому же, он чуял запертую силу — необычную, интересную, ту, с которой можно было играть на равных. И она тоже откликалась, тянулась к нему.

Вот только Ингвар имел все основания полагать, что Элиана придумала себе большое и светлое чувство и продолжает в него верить. Он не хотел пользоваться неопытностью юной девушки. И соблазнять одну из участниц отбора, потенциальную невесту друга — тем более. Вот если Элиана покинет конкурс, тогда можно будет подумать о более близком общении. А пока — пусть знакомится и общается с другими, не менее достойными молодыми снежными магами. Вдруг кто-то из них сумеет тронуть сердце и заменить надуманный интерес настоящим. У девочки должен быть шанс решить, чего она хочет на самом деле, а не заблудиться в собственных иллюзиях.

Внутреннему ирбису эта идея совершенно не понравилась. Магическая ипостась подчинилась, поняв, что хозяин не передумает. Но не смирилась. Маршал резко, шумно выдохнул, признавая очевидное. Слишком сильно тянулся его лёд к этой огненной девушке с фиолетовыми глазами. И вовсе не для того, чтобы заморозить. А это значило, что ради собственного спокойствия следует до конца демонового отбора держаться подальше от личного огненного искушения. Ингвар от всей души надеялся, что у него это получится. Пусть у ящерки будет выбор. А он подождёт.

* * *

Я немного переживала, как теперь смотреть в глаза Ингвару, после такого «ночного приключения». Но опасения оказались напрасными. Маршал не попадался мне на глаза до самого бала. Да и у меня, откровенно говоря, свободного времени не было. Всего два раза мы с Соларой сумели выкроить по часу, чтобы зайти в библиотеку. И если львицу интересовало всё, что касалось отбора, я искала информацию о «Сердце саламандры». Но об огненных артефактах ни в одной книге не упоминалось. Зато я узнала чуть больше о кристаллах и проверке истинности чувств. Том самом последнем и самом важном испытании отбора. Если сердце девушки было свободно, кристалл не менял цвет. Оставался прозрачным и холодным, точно лёд. Если симпатия к тому, кто держал второй артефакт, оказывалась взаимной, оба кристалла вспыхивали серебряным огнём. А если красавица любила другого, артефакт в её руках пылал ярко-алым. И чем сильнее были чувства, тем ярче и насыщенней — цвет.

Я вновь и вновь вспоминала пророческую фразу Ингвара, что вскоре буду бесконечно ценить возможность побыть в одиночестве. С утра все невесты отправлялись на урок танцев. Оттуда нас, измождённых, на трясущихся от усталости ногах, отпускали ближе к обеду. Полчаса-час на отдых, который мы с Солой предпочитали проводить либо в библиотеке, либо в компании новых знакомых — фрейлин принцессы Фрейдис, после чего в наши комнаты приходили портнихи и начинался новый виток модного кошмара. У меня складывалось ощущение, что принимающая сторона вознамерилась за четыре дня обеспечить всех нас одеждой на пять лет вперёд. Лично в моей гардеробной уже было пять платьев, амазонка для верховой езды, несколько пар тёплых брюк и штук семь рубашек. И это не считая трёх пушистых свитеров, которые запихнула в саквояж Маррин. Вопреки ожиданиям, эти безразмерные вещи на моей фигуре смотрелись изумительно. Даже ушивать не пришлось. А вечером нас ждал второй урок танцев, чуть короче первого.

Я понимала, почему этому уделено столько внимания. Многие бальные танцы были одинаковы, что на Юге, что на Севере, и лично мне они были известны. Но далеко не все девушки прошли обучение в колледже. Всего четверо из девяти. Впрочем, гоняли нас одинаково. А после ужина эрия Снежин знакомила нас с дворцовым этикетом и открывала некоторые тонкости общения со снежными магами. К примеру, в первый же вечер она, как и Ингвар, предупредила, чтобы не давали поспешных обещаний, особенно, открытых.

— Отбор не будет длиться вечно, — заявила снежная волчица. — А Север долго помнит сказанное и может спросить с вас обещанное в любой момент.

Напомнила о том, что репутация невест принца Северина должна быть безупречной. Огорчила встрепенувшихся было Ярру и Реджину, заявив, что даже если они покинут отбор по причине несоответствующего поведения, от пятилетнего срока пребывания на Севере их это не спасёт.

Рассказывала нам о будущих встречах с местной прессой, с которой впервые мы встретимся на балу, учила, как вести себя с газетчиками и визионщиками. К слову, про визионы — магические кристаллы для записи изображения и звука и последующего вывода их на специальные щиты, установленные в крупных городах на площадях, и на более мелкие пластины, карманные визиоры, — мы услышали впервые. Об этой магической технологии в Южной империи никто не знал. Но меня она не пугала. Наоборот, было крайне интересно поскорее узнать: что же это такое.

В свои комнаты мы возвращались ближе к полуночи. О встречах с нашими новыми знакомыми в Шахматной гостиной пришлось забыть: сил на всё не хватало. Я засыпала, едва голова касалась подушки, чтобы наутро вновь оказаться в эпицентре безумного шоу «Как стать идеальной невестой принца за пять дней». Решила взять пример с Солары и спросила у портних про маршала. Узнала много интересного о его боевом прошлом и настоящем, о подвигах, о том, что принц Северин служил под его началом, пока Ингвар командовал отрядом. И ни единого слова — о женщинах маршала! Лишь обрывки сплетен: вроде бы кто-то когда-то слышал от кого-то, к кому эта информация тоже пришла через третьи руки, что эр Ингвар предпочитает платить за удовольствия звонкой монетой элитным куртизанкам в особых заведениях. По словам портних, эр маршал охотно флиртовал с придворными дамами, но ни одна пока не сумела похвастаться, что ей удалось соблазнить снежного барса. А после нескольких попыток особо настойчивых северянок «случайно» забрести в его спальню Ингвар и вовсе начал ставить на свои покои защиту.

«Интересно, почему защита пропустила меня? — размышляла я, пока портнихи подгоняли очередное платье. — Скорее всего, потому что была рассчитана на снежных магинь. От огненных такого подвоха маршал точно не ждал!» Тихо хмыкнула, вспомнив его реакцию на своё появление. Да уж, выдержка у Ингвара была ледяная, не поспоришь. Я прекрасно помнила, как недвусмысленно отреагировало его тело, когда маг изловил меня и заключил в объятья. И устоял, не соблазнился. Хотя хотел, я чувствовала! Саламандра тоже ощущала желание маршала и до сих пор была весьма недовольна тем, что я отвернулась в самый интересный момент.

Вечерние встречи с эрией Снежин принесли несомненную пользу: мы с другими участницами отбора наконец-то узнали друг друга лучше. Не сдружились, нет, но теперь хотя бы представляли, с кем свела огненная богиня на этом отборе. Орлица Астерин, на удивление, вовсе не бежала от навязанного брака подобно нам с Соларой. Наоборот, она стремилась на отбор, потому что искренне хотела стать принцессой. С самого детства. И когда случайно узнала про поиск невест для северного принца от отца, наместника Рэдсании, самого жаркого и пустынного края Южной империи, поняла: это её шанс! Астерин была уверена, что подходит на роль супруги эра Северина лучше всех нас. Не зря ведь отец до сих пор не нашёл ей жениха, хотя породниться с влиятельным высшим магом желали многие. Да и дар самой Астерин привлекал множество поклонников. Но орлица твёрдо знала: она достойна лучшего! Открыто и с гордостью рассказала, как подкупила секретаря отца, узнала, кого назначили претенденткой от Рэдсании, поменялась с девушкой местами и вместо неё предстала пред лордом Искрейном. Удача благоволила решительной орлице. Артефакты, которые она «одолжила» у отца, выдержали проверку: лорд счёл замаскированную Астерин подходящей кандидатурой и выдал браслет избранницы. А вот дальше оказалось сложнее. Отец обнаружил пропажу и дома орлицу встретил грандиозный скандал. Наместнику категорически не понравилась идея дочери. Браслет пришлось отдать настоящей претендентке. Астерин обиделась и решила, что любой ценой попадёт на отбор! На время притихла, чтобы усыпить бдительность отца, и готовилась к побегу. Даже подруг подключила. Лично я поразилась многоходовой комбинации. Только за это Астерин стоило уважать. Орлица запаслась артефактами у надёжного и проверенного мастера. За дополнительную плату, весьма нескромную, надо отметить, артефактор обещал хранить молчание и слово сдержал. Одна из подруг, самая близкая, притворилась Астерин, вторая — первой. Астерин жила в доме Шейны, той самой избранницы, а Шейну вместо второй из подруг орлицы отправили к горячим минеральным источникам. Родственники настоящей избранницы ничуть не возражали против такого обмена невест. Наоборот, поддерживали. И всё бы прошло идеально, если бы лорд наместник, отец Астерин, не подстраховался. При пересечении границы сработала метка. Такие обычно ставили на преступников. Развернулся и натянулся стальной струной невидимый поводок, дёрнул назад. Орлица едва пробилась сквозь ставшую густой и колючей полосу приграничной магии. Откуда только силы взялись! Северяне повели себя именно так, как она надеялась: не стали возвращать беглянку. Ещё и поводок перерубили. А после того, как Астерин увидела принца Северина, она поняла: всё было не зря! Такой муж её более чем устраивал и уступать его она не собиралась. Собственно, об этом и заявила всем нам в первый же вечер. Солара, к моему удивлению, промолчала, лишь зло прищурилась.

Кроме неё открыто о желании участвовать в борьбе за сердце принца заявили Алия, Розалинда и — неожиданно — Ярра. И если последняя о причинах умолчала, то Алия и Линда были куда откровеннее. Самая худая и зацелованная солнцем участница отбора призналась, что не верит в обещание отпустить желающих обратно на юг через пять лет, а раз так, то лучше выйти замуж за принца, чем за какого-нибудь местного снежного тушканчика. Розалинда сказала, что ей здесь интересно, а эр Северин показался вполне привлекательным мужчиной.

Самира хранила нейтралитет. Её вообще мало что интересовало, кроме еды. Впрочем, узнав, что её зверь — пламенная бурозубка, я перестала удивляться. Этот миниатюрный грызун в сутки мог съесть в два с половиной раза больше собственного веса в тёплое время года и почти в восемь — в холодное. И, разумеется, не толстел. Искрина воспрянула духом, выяснив, что её огненная мышь всё-таки не самая мелкая сущность среди собравшихся, и тоже решилась побороться за титул принцессы. Самиру же её крошечный внутренний зверь абсолютно не смущал. Она вообще была будто не огненной: спокойной, сдержанной, даже скрытной. Хотя, учитывая, что бурозубка в принципе являлась одним из самых мелких животных, её поведение можно было понять. Внутреннее пламя едва теплилось. Да и волосы у Самиры были не ярко-рыжие, а, скорее, светло-медного оттенка.

Против была лишь Реджина. Вот уж кто совершенно не скрывал своего намерения провалить отбор. Она отказалась посещать уроки танцев и придворного этикета и откровенно заявила эрии Снежин в первый же вечер, что сделает всё, чтобы покинуть список участниц в ближайшее время. И последствия её не волновали.

— Меня никто не спрашивал, хочу ли я в ваши ледяные земли, — процедила она. — А если кого-то не устроит моё поведение, что ж, вы всегда можете отправить меня обратно.

Волчица вначале пыталась поговорить с ней с глазу на глаз. Когда переубедить не получилось, махнула рукой и отправила Реджину беседовать с его высочеством Эльдином. На следующий день нашу пышечку словно подменили. Она всё так же не желала участвовать в отборе, но при этом на занятиях не было более старательной ученицы. Я не знала, что именно сказал ей ледяной василиск, а Реджина, понятное дело, не делилась подробностями, но, похоже, его наследное высочество оказался очень убедительным.

В ночь перед балом Сола, наплевав на усталость, пришла ко мне в гости. Заявила, что соскучилась по нормальным беседам и ей до пустынных демонов надоело общаться урывками. Я не ждала никого, потому успела переодеться в пижаму и собиралась ложиться, но ради подруги решила пожертвовать лишним часом отдыха.

— Элька, ты представляешь, завтра мы увидим его! — мечтательно протянула львица, нахально оккупировав диван. Сбросила туфли, вытянула носочки. — Интересно, эр Северин потанцует с кем-нибудь из нас? Я бы так хотела…

— Мне кажется, да, — кивнула я. — Мы всё-таки его невесты. Эрия Снежин говорила, что бал длится долго и танцев будет очень много. Первый эр Северин вряд ли станет танцевать с кем-то из участниц отбора, как и последний. А вот остальные — может.

— Это хорошая возможность оценить, насколько его магия готова принять огненную, — задумчиво согласилась Солара. Вытянулась на диване, свесив стройные ноги с подлокотника и глухо призналась: — Львица дико ревнует и я ничего не могу с этим поделать. А еще боюсь, что наши звери не примут друг друга.

— Напрасно, — успокоила я её. — Если бы твоя львица была против, она бы вообще не заинтересовалась эром Северином.

— Если огонь горит в тебе, это не значит, что он пылает и в другом сердце, — вздохнула Сола. Встряхнулась и заявила: — Но ты права, хватит oб этом! Лучше скажи, почему твоя пижама такая большая? В неё же еще двоих таких как ты запихнуть можно! И останется место для маленького самовара.

Я обиделась. И Солара туда же! Вот сдалась всем кошачьим моя пижама! Процедила:

— Я очень сильно похудела от тревог и волнений за эти дни.

Львица на секунду опешила, потом звонко расхохоталась. Отсмеявшись, фыркнула:

— Ну ты даёшь! Я ведь почти поверила. Совсем забыла, что ты, как и я, с чужими вещами. Но почему не попросила портних ушить? Девочки бы не отказали.

— Мне нравятся свободные вещи, — заявила я и независимо дёрнула плечом.

Пижама тут же воспользовалась случаем и сползла. Солара проследила за её движением с любопытством и задумчиво отметила:

— Знаешь, а в этом что-то есть… Подчёркивает хрупкость. Пожалуй, я попрошу девочек сшить мне шёлковую блузку. Синюю. Пусть обнажает одно плечо. И в ней постараюсь попасться на глаза принцу Северину. Мне кажется, такая лёгкая провокация его заинтересует.

Я лишь кивнула, вспомнив, как отреагировал на мою сползшую с плеча пижаму Ингвар, как потемнел его взгляд. Если бы это была блузка, куда более тонкая и подчёркивающая достоинства фигуры, он бы точно… помог ей сползти ниже. Наверное.

— Тоже хочешь такую блузку? — понимающе улыбнулась львица, моментально заметив лёгкий румянец на моих щеках. — Элька, в твоём случае это вообще будет гремучая смесь: сочетание невинности и порочности. Я заранее сочувствую маршалу!

— Мне кажется, ты недооцениваешь его выдержку, — пробормотала я.

Сола снисходительно взглянула на меня и покачала головой:

— Эль, он мужчина. Иной к тому же. Даже если не покажет своего интереса, всё заметит, запомнит и при случае — припомнит. Даже не сомневайся. Тебе понра-а-авится.

— Сола! — возмутилась я, чувствуя, как румянец окончательно залил щёки. — Ты зараза!

— Знаю, — легко согласилась подруга, посмеиваясь. Села на диване, скрестив ноги и посоветовала: — Пригласи его на танец на балу. Это тебя ни к чему не обяжет, если я правильно помню лекции эрии Снежин. Открою еще один секрет: по тому, как интересный тебе мужчина ведёт в танце, можно сделать вывод, какой он любовник. Меня пока этот метод не подводил.

— Я подумаю, — пообещала я.

Решила не говорить, что Ингвар уже успел взять с меня обещание потанцевать с ним. Слишком много пришлось бы рассказать Соларе, а к таким откровениям я пока была не готова. Не потому, что не доверяла ей. Просто это было моё, личное. К тому же, я не хотела, чтобы у Ингвара были неприятности. Кто знает, имел ли он право три года назад отпускать меня. «Чем меньше людей будет в курсе, тем лучше», — подумала я и перевела разговор на другую тему.

Солара ушла к себе примерно через час. Я вернулась в спальню, но спать уже не хотелось. Подошла к окну. Сегодня зимняя ночь была тихой и лунной. Серебрились снежные сугробы, сверкали ветви деревьев, точно усыпанные бриллиантовой крошкой. Но эта мирная картинка не успокаивала. Пламя в моей крови билось, будто птица в клетке, а огненная сущность сходила с ума, кидаясь на ненавистные печати. Уже завтра, вернее, сегодня, начнётся отбор. И мне оставалось лишь молиться огненной богине и заодно суровым северным богам, чтобы эр Северин мною не заинтересовался. Вряд ли он привык к отказам, и как знать, чем для меня это обернётся. Я не горела желанием обзаводиться могущественным недоброжелателем ещё и на Севере. Хватит с меня лорда наместника!

* * *

Лорд Искрейн низко склонился перед мужчиной, сидящим в роскошном кресле за столом из красного дерева. Повелитель выждал несколько секунд, а потом шевельнул пухлыми пальцами, унизанными перстнями, позволяя визитёру выпрямиться. Молча. Дурной знак: похоже, владыка Юга был не в духе. И до сих пор не простил своему советнику промашку с тремя сбежавшими на Север потенциальными иными. Взгляд императора пригибал к земле. Вторая ипостась, чуя чужую силу, была готова распластаться перед повелителем, вожаком, и подставить беззащитное горло, умоляя о пощаде. Тяжёл, ох, тяжёл был гнев пещерного льва.

— Мой император, — церемонно произнёс огненный леопард, — северяне прислали официальный ответ на нашу ноту протеста. Все девять дев, включая особо верноподданных Империи и беглянок, остаются у них на весь ранее оговоренный срок.

Он протянул владыке письмо со сломанной печатью. Император развернул его, пробежал глазами ровные строки, небрежно бросил на стол. Милостиво кивнул, позволяя продолжать. Лорд Искрейн перевёл дух. Ожидаемо плохая весть всё же не вызвала гнев повелителя Юга.

— Я полагаю, — произнёс он тем же тоном, — что мы можем воздействовать на беглянок через родственников. Передать им замаскированные амулеты, которые сработают, скажем, через месяц или два после визита и вернут девушек к границе, а там их встретят наши патрули. Артефакторы уже приступили к работе.

— Нет, — сухо отрезал император. — Пусть девчонки остаются. Пока что.

Советник на мгновение недоуменно умолк. Ещё накануне приказ был иным: вернуть трёх потенциальных высших магинь любой ценой! Тонкие губы владыки тронула улыбка и он соизволил пояснить:

— Я обдумал твою идею и нашёл в ней плюсы. Три иные будут полезней Империи там, нежели здесь. Чем больше верноподданных, заинтересованных в процветании южных земель, тем лучше для нас. А как склонить их к сотрудничеству и заставить вспомнить, где их родина, ты знаешь. Свободен.

Давление магии чуть ослабло. Лорд Искрейн не стал дожидаться повторного разрешения покинуть рабочий кабинет его императорского величества. Поклонился еще раз и шагнул к двери.