Утерянные талисманы и текила

— Защита вас троих — самое важное для меня, а ты за моей спиной дала моему худшему врагу шанс навредить тебе!

— Риск был продуманным. Чтобы спасти тебя. И ты можешь говорить себе, сколько хочешь, что твоя жизнь бесполезна, но пока тебя любят друзья, это глупые слова!

Он отпрянул.

— Ты можешь оправдываться, сколько хочешь, но я не боюсь бороться. Как и Этерран, и если придется просить о помощи его, а не тебя, ты сам будешь виноват!

Его глаза расширились, алые вены побежали по запястьям. Он содрогнулся, повернулся с невероятной скоростью, кулак полетел к стене.

Он отодвинулся в последний миг, и костяшки стукнули по стене, а не пробили ее. Он боролся за власть, тяжело дыша. Стало так холодно, что воздух обжигал мое лицо.

— Тори, иди.

Я вздрогнула, посмотрела испуганно на Аарона.

— Ты сказала достаточно, — он осторожно шагнул к Эзре. — Иди и жди меня в машине. Скорее.

Я сделала шаг и развернулась. Я поспешила за дверь, а Аарон опустил ладони на плечи Эзры, тихо шепча, приводя друга в чувство, пока эмоции не завели его к безумию.

Я едва видела лестницу, пустую гостиную, где еще играл фильм, кухню, где я когда-то готовила парням запеканку, а потом выпалила что-то глупое, из-за чего Эзра побежал в руки врагов.

Зимний холод ударил меня за задней дверью. Я пробежала по двору, открыла калитку и остановилась на парковке, где стоял серый джип Аарона. Мотоцикл Кая остался в углу, накрытый черным чехлом.

Я едва дышала, всхлипывала с каждым вдохом. Я шагнула к забору, прильнула к нему и сползла к земле. Моя попа ударилась об гравий, и слезы все-таки покатились.

«Он не позволит семье снова умереть из-за него».

Эзра не мог допустить опасности для друзей, а я допустила это. Но если бы я кому-то рассказала, они убили бы Эзру. Что мне было делать? Сомнения крутились в голове, страх сжимал сердце, терзал его с каждым ударом. Неуверенность и обида били по мне, и я жалела о каждом слове, которое прокричала Эзре. Что на меня нашло? Почему я сделала это? Почему я не сдержалась?

Минуты тянулись, я дрожала от холода, уткнувшись лицом в скрещенные руки. Гул приближающейся машины заставил меня поднять голову, и я прищурилась от света фар. Черный джип остановился рядом с машиной Аарона.

Двигатель утих, но фары все еще слепили меня, пока открывалась дверца водителя. Ноги захрустели гравием, мужчина подошел ко мне. Когда он заслонил собой сват, я разглядела его, и ужас сдавил мою грудь.

— Дариус! — я вскочила, пошатнулась и поняла, что сильно дрожала. — Что вы тут делаете?

Глава гильдии смотрел на дом с мрачным видом.

— Аарон позвонил мне.

Я сжала его кожаную куртку, не давая ему пройти дальше.

— Вы обещали! Вы обещали подождать!

— Я тут не для этого, Тори.

Я замешкалась, но не отпустила его.

— Тогда почему вы тут?

— Аарон сказал, что вам двоим нужно срочно уехать, а Эзру нельзя оставлять одного, — серые глаза разглядывали мое лицо. — Что случилось?

Мои пальцы дрожали. Я сжала его куртку, чтобы скрыть их дрожь.

— Эзра узнал… о своем демоне и… обо всем, что я скрывала от него.

Он вздохнул.

— Это было неминуемо, да?

— Но все случилось неправильно, — прошептала я. — Думаю, он ненавидит меня.

— Ты пошла против всего, что важно для него, — прямо сказал Дариус.

Я скривилась, сердце разбивалось.

— Но ты предпочтешь, чтобы он умер, любя тебя, или жил, ненавидя тебя? Ты уже приняла это решение, Тори.

Я пыталась вдохнуть холодный воздух.

— Д-да.

Он опустил ладони на мои плечи.

— У вас с Аароном есть работа. Пусть это того стоит.

Я вспомнила свои слова: «Это того стоило, Зак?».

Я поежилась. Зак предал меня и моих друзей ради своих амбиций. Я пыталась спасти жизнь Эзры, спасти счастье Аарона и Кая, которое уничтожила бы смерть Эзры.

Закрыв глаза, я собрала в кулак обрывки решимости. Открыв глаза, я отпустила куртку главы гильдии.

— Прошу, позаботьтесь об Эзре, пока нас нет.

— Позабочусь, — он прошел мимо меня и открыл калитку. — Но, Тори… думаю, ты поймешь, что Эзра, который пережил больше, чем расскажет нам, не нуждается в защите. Ему нужен только повод сражаться.

Я обвила себя руками, зубы стучали. Я смотрела, как Дариус прошел по двору и скрылся за задней дверью.

Повод сражаться.

Амулет. Амулет призывателя. Я отыщу ответы и дам Эзре повод и надежду, которые были ему так нужны.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Хорошо, Тори.

Я смотрела в лобовое стекло на темный тротуар за фарами джипа. Все было черным, деревья по бокам шоссе были едва различимы на фоне ночного неба.

— Расскажи мне все, — приказал Аарон. — С самого начала.

Я глубоко вдохнула и собралась с мыслями. В этот раз я рассказала ему обо всех событиях по порядку, объясняя каждое свое решение. Как я уговорила Этеррана дать мне время. Как демон проявил себя хоть отчасти надежным, когда помог убить оборотней, а не убил всех, включая меня, и сбежал. Как Этерран вытащил Эзру из их общего эмоционального коллапса от рук Варвары.

— Мы говорили ночью после этого, — призналась я. — Обсудили амулет, и что я узнала о призыве демона, и можно ли сделать демонического мага человеком.

— Вы обсуждали это… — Аарон сжал руль. — Этерран пару раз захватывал власть при мне, но никогда не говорил. Только пытался убить нас.

— Он хочет покинуть тело Эзры. Он думает, есть шанс, что мы сделаем это… и я так думаю. Он рассказал мне о призывателе из Энрайта, который превратил Эзру, и что гримуар призывателя еще может быть там.

— Поэтому мы едем в Энрайт?

— Я хотела все спокойно рассказать Эзре, а не с криками. Он поехал бы с нами, и Этерран помог бы нам найти гримуар.

Глядя на дорогу, Аарон медленно выдохнул.

— Ты знаешь, что произошло в Энрайте?

— Немного.

— Эзра видел, что всех, кого он знал, убили там. Вряд ли он пойдет туда снова.

Мое тело похолодело.

— Думаешь, это было бы слишком для него?

— В его нынешнем состоянии — да, — Аарон снова выдохнул, но с дрожью. — Эзра в плохом состоянии, Тори. Если что-нибудь в скором времени не изменится, мы потеряем его раньше, чем сможем спасти.

— Потому я делала все это.

Он кивнул.

— Если мы найдем гримуар призывателя, что тогда?

— Мы выясним, как Эзру превратили в демонического мага. Если мы будем знать детали магии контракта — если они есть — мы будем лучше понимать, сработает ли амулет, чтобы порвать ее.

— А если амулет не сработает?

— С этим мы разберемся, если такое случится, — буркнула я.

Машина гудела, несясь по шоссе, других машин на дороге не было. Я смотрела во тьму, пытаясь подавить боль в груди. Эзра поймет. Он простит меня.

А если нет, он хотя бы будет жить.

— Пока я выдаю тайны, — резко сказала я, — есть еще кое-что, что тебе нужно знать.

Аарон посмотрел на меня, его лицо озаряло сияние доски приборов.

— Я люблю Эзру. Мы целовались под омелой на Рождество. И не только тогда.

Тишина.

Я не могла смотреть на Аарона, глядела на дорогу впереди.

— Я не понимала, что у меня есть чувства к нему. Поняла только через месяцы после нашего разрыва. Мы с Эзрой не встречаемся и не спим. Я должна была рассказать тебе раньше, но не знала, заведет ли искра между мной и Эзрой куда-то.

Аарон долгую мучительную минуту молчал, а потом тяжко вздохнул.

— Тори, ты плохо в меня веришь, да?

Я сжалась на сидении.

— Ты думала, я запрещу тебе видеться с Эзрой, как ревнивый парень? Я люблю вас обоих. Разве я позволил бы вам быть несчастными?

Я сжалась сильнее, ощущала себя размером в два дюйма.

— Прости.

— Ты скрывала что-нибудь еще?

Я сморщила нос.

— Эм… я никогда не спала с Заком. Он намекал, но он просто вел себя как зараза.

— Когда он вел себя иначе? — буркнул Аарон и отклонился, хватка на руле стала расслабленной. — Тебе нужно поспать. Я разбужу тебя в Сиэтле, и мы поменяемся.

— Хорошо, — я отклонила сидение на пару градусов. — Аарон?

— Да?

Слеза покатилась по моей щеке.

— Мне очень-очень жаль. Я должна была довериться тебе с самого начала.

Шум шин по асфальту заполнял наше молчание. Я ощущала себя ужасно, все внутри болело, и я подвинулась, пытаясь устроиться удобнее.

— Может, и к лучшему, что ты не говорила мне, — прошептал Аарон. — Мы с Каем обещали Эзре… Что бы ты ни сказала, вряд ли мы стали бы ждать.

Я смотрела на него, грудь сдавило. А потом я закрыла глаза, зная, что мысли еще не скоро успокоятся и дадут мне уснуть.

* * *

— Обычно меня не тошнит в машине, — сказала я Аарону, поворачивая джип, шины ревели на гравии и грязи. — Но эта дорога такая извилиста, что меня вот-вот стошнит.

Сжимая поручень на дверце, Аарон глядел на дорогу, не мигая.

— Ты можешь замедлиться. Это поможет.