Помоги проекту - поделись книгой:
Как-то раз, когда он пересматривал какие-то пыльные записи со Старой Земли, он наткнулся на упоминание неких интереснейших людей, которые назывались по-разному: Индейцы, или Северо-Американцы, или Америнды, или краснокожие. Они жили на огромных открытых равнинах, или в густых лесах, или смертоносных пустынях, между землёй и небом, и их жизнь, казалось, обладала определённой простой красотой. Очевидно они проводили своё время убивая различные формы диких животных очаровательно праведным способом, или скакали по своим прериям, пустошам и лесам, – иногда на лошадях, иногда на большекрылых розовых колесницах – или нападали на поезда снабжения других мигрирующих рас, или распродавали права на добычу полезных ископаемых на своих землях с достойным восхищения щедрым великодушием. Они жили в разнообразных домах, от покрытых шкурами вигвамов и хижин из брёвен и грязи до стеклянных башен. Койот думал, что у них, должно быть, была крепкая хватка на основные приёмы медиаманипуляции, потому что мало хроникёров говорило о них плохо. Это возбудило его восхищение, потому что, как ты знаешь, Койот – большой и законченный хвастун.
Койот отложил всю другую работу и окунулся в это новое исследование. Старые истории взывали к нему ясным, сильным языком. Он нашёл более старые истории и ещё более очаровался. Еще некоторые из этих историй упоминали умное существо, именуемое Койот. Койот сказал себе: «Итак, там был хороший малый; какие у него, наверно были приключения, если, как я подозреваю, он был реальным человеком, достаточно умным и харизматичным, чтобы эти примитивные люди сделали из него бога».
Койот стал одержим этими историями. Каждая новая сказка, которую он раскапывал в архивах Дильвермуна, казалась сокровищем, таким же простым и прекрасным, как чистая бирюза, ясная грустная истина, пронизанная золотой сетью скрытых смыслов. Он пренебрегал своими обычными занятиями: он забыл о стремлении к статусу, которого требовало его положение; он позволил тщательно возделанной дружбе испариться; он игнорировал своих многочисленных любовниц. Вскоре он приобрёл репутацию неинтересного эксцентрика. Он не обратил внимания.
Однажды в архивах он нашёл древний набор генетических топографий. Эти схемы указывали некоторое количество людей, заявивших, что происходят от племён Америндов Старой Земли. С помощью перекрёстной индексации Койот установил много структур, которые почти точно происходили от тех древних людей. Он сравнил их со своей собственной топографией и, к своему великому удовольствию, обнаружил несколько соответствий. «Не удивительно, что я чувствовал силу старых историй», – сказал Койот сам себе. Койот всегда был сентиментален. Он почувствовал в себе страстное стремление к травянистым равнинам, поросшим полынью пустошам, тёмным лесам своего утерянного Народа. «Возможно, – сказал он, – мне стоит попробовать жить как они. Возможно, это поможет мне глубже понять их истории. Возможно, это прояснит несколько запутанных моментов».
Его энтузиазм ярко разгорелся. Койот был существом сильных мимолётных пристрастий – и лишь немногому он был привержен долго. Хотя его чувства горячее, чем у многих уравновешенных людей, часто сильные настолько, чтобы отмести все практические рассуждения. Он начал строить планы по переселению на пустую планету земного типа, которых в те дни было много.
Используя своё огромное состояние, он взял в долгосрочную аренду континент с умеренным климатом на мире под названием Трин.
Он изучил тысячу антропологических текстов, просеянных через ошеломляющее разнообразие культур. «Почему, – сказал он себе, – я должен ограничивать себя узкими границами жизненного пути одного племени? Я подберу и выберу то, что мне нравится. После всего этого времени значение имеет лишь суть, а не детали».
В конце концов, он решил, что будет жить на своей планете таким образом: его вигвам будет построен из кожи и берёзовой коры и обшит винилом; он будет передвигаться в грави-санях, внешне сделанных как каноэ; он будет выращивать маис, суходольный рис и лозу йохимбе; он будет разведывать мыльный камень и метан; он будет одеваться в шкуры и медные доспехи; он будет искать духовность через потребление пейота и ржаного виски; он будет охотиться с копьём и винчестером на огромных игловидных морских коньков, плавающих по рекам его нового мира; он воздвигнет монументы утраченным богам Народа, используя земляные сооружения, резное дерево и аэрозольную краску.
– Ах, – сказал он. – Как же я хорошо проведу время, сидя у священного керосинового фонаря и рассказывая новые истории Народа.
А потом он опечалился, вспомнив, что никто не услышит те истории.
Койот прежде всего был махинатором и почти мгновенно в голову Ловкача пришёл новый созревший план. «Я найду Народ», – провозгласил он. «Я воссоединю Народ!»
Прежде всего он нанял самую лучшую создательницу снов, которую только мог себе позволить, для создания рекламной чувство-записи. Конечно, она не была самой лучшей создательницей снов на Дильвермуне; Койот, хотя и богат, всё же не был императором звёздного скопления. Однако она была компетентна. Койот направил чувство-запись во все миры, какие смог отыскать в Манихейском Указателе, которых было великое множество. Запись показывала, как исчезнувший Народ живёт своей простой жизнью, с мощным упором на удовольствие от настоящей пищи, целебных аспектах жизни на открытом воздухе и изобретательных и разнообразных сексуальных гимнастиках. Последнее было вкладом Койота; экстраполяция, основанная на практике обмена скво среди Инуитов, племени крайнего севера.
«Приходите в Новую Землю Счастливой Охоты», – умоляла чувство-запись, используя лицо и голос Койота. «Присылайте вашу генетическую топографию в Корпорацию Создания Земли Счастливой Охоты, Дильвермун, для бесплатного анализа. Посмотрим, пригодны ли вы к переселению. Что вы теряете, кроме капли времени? Подумайте о наградах, если вы окажетесь среди немногих избранных. Бесплатная доставка на Мир Сад, полное обеспечение создания вашего племени, всестороннее обучение старым традициям. Всё, что вы должны сделать, это рассказать нам в сотне слов или меньше, почему бы вы хотели стать частью этого Великого Эксперимента!»
Хлынули запросы, прибывая в таком количестве, что Койот был вынужден учредить огромную организацию, чтобы справиться с потоком.
Со временем запросы уменьшились до тонкой струйки и, наконец, прекратились. Койот выбрал тысячу мужчин и тысячу женщин; у каждого была по крайней мере капля краснокожей крови. Его главный отборочный критерий был такой: достаточно ли человек был жалок в его или её нынешних обстоятельствах, чтобы пойти на большой риск?
Койот хитёр, хотя не мудр.
Койот отправил билеты и стал ждать. Большинство из отобранных им прибыли на Дильвермун. Он взял образцы ткани у каждого прибывшего. Когда он набрал достаточно, он отнёс их к известному сома-создателю.
– Сделай мне подругу, – сказал Койот. – Она должна быть полнокровной краснокожей, красотой её расы, умной, находчивой, страстной, но не слишком требовательной – ну ты знаешь, о чём я. Можешь всё комбинировать из этого.
Известный сома-создатель взял образцы ткани и старые топографии. Он вздохнул. Он не дал никаких гарантий и потребовал огромный гонорар, который Койот с некоторой неохотой выплатил. Проект начал немного финансово на него давить; он залез в основной капитал, что раньше клялся никогда не делать.
Когда его подруга была готова, Койот присутствовал при вскрытии бака. Она появилась, осматриваясь, с довольно угрюмым выражением. Койот был слегка сбит с толку. Он представлял себе Народ как-то по-другому. В чувство-записи все были высокие, стройные, с чистой кожей, сексапильные. Его же индейская невеста была коротышкой, с мощными ногами и нечистой кожей. Глаза её были маленькие, лицо – круглым и плоским, чёрные волосы – жёсткими.
– Ну, конечно, она только что из бака. Она будет выглядеть лучше, когда немного побудет на солнце, – сказал он себе.
Койот нежно сжал её влажную руку.
– Приветствую, – сказал он. – Твоё имя – Серая Голубка. Я твой муж.
– Я хочу есть, – сказала она плаксивым монотонным голосом.
Койот не смог подавить легкую дрожь.
Худой Волк замолчал. Его горло пересохло и он захотел, чтобы ему разрешалось пить. Крепыш повернул свою красивую голову, чтобы посмотреть на него.
– Кажется, это другая история, Джон. Не похожая на другие, которые ты рассказывал. Я ошибаюсь?
– Нет. Нет, ты не ошибаешься. – Худой Волк посмотрел в сторону чёрного горизонта и увидел вспышку розового света.
Крепыш немного помолчал, словно обдумывая формулировку своего ответа.
– Другие истории были как мечты. Эта больше кажется воспоминанием.
Крепыш смотрел на него мягким взглядом. – Я ошибаюсь?
Худой Волк не смог ответить. Немного погодя он продолжил рассказ.
Койот зафрахтовал огромный переселенческий корабль у СемяКорп и загнал свой новый Народ на борт. Некоторые пошли охотно, другие – с неохотой, но пошли почти все, что воодушевило Койота.
– Я хорошо выбрал, – сказал он себе. – Народ вырастет в могучую нацию на нашем новом мире.
Это была обнадёживающая мысль, потому что Койот потратил последнее из когда-то огромного богатства, купив припасы и обучающие машины.
Другая мысль пришла к нему:
На корабле во время перелёта на Трин Койот попытался подружиться с Серой Голубкой. Первые недели он брал её в постель каждый вечер и прилагал огромные усилия, чтобы доставить ей наслаждение. Она покорялась с утомлёнными вздохами и нетерпеливым ворчанием; если она получала удовольствие от умелого исполнения Койотом своих обязанностей, она не подавала виду. У неё не было большого запаса светских разговоров. Установленная сома-создателем минимальная личность, казалось, полностью её удовлетворяет; по крайней мере, она не прилагала каких-либо усилий развить её. У неё были отвратительные манеры за столом.
Через некоторое время Койот прекратил свои бесплодные усилия и нашёл другую спутницу среди недавно набранного Народа: стройную женщину с огненными волосами, небольшой аккуратной грудью, бело-голубой кожей и жадным красным ртом. Койот ожидал возмущения со стороны Серой Голубки, но она казалась безразличной. Свободная от внимания Койота, Серая Голубка проводила ещё больше времени в обеденном зале и ко времени, когда они вышли на орбиту нового мира, она стала весьма пухленькой.
– Как ты думаешь, что произошло дальше? – спросил Худой Волк крепыша.
– Я не знаю, Джон. У твоей истории фактура печали. Но, возможно, я так чувствую потому, что ни одна из твоих других историй не закончилась хорошо.
– Возможно.
Народ и припасы переправились вниз с переселенческого корабля, который после этого отбыл. Вскоре всё стало готово для Великого Эксперимента.
Койот стоял на высоком валуне; Народ нерешительно ждал. Все были голые, некоторые ёжились, хотя был разгар лета. Койот, не обращая внимания, начал свою речь.
– Вы избранный Народ. Это ваш мир. Вашей энергичной совместной работой, под моим руководством, вы станете принадлежать этому миру, как ваши предки принадлежали их миру.
Кто-то заговорил из толпы.
– Где мы будем спать?
Койот был немного сбит с толку тоном вопроса. Он показал на огромную груду ящиков.
– Там вы найдёте временные домики. Вам нужно только найти и возвести их; потом вам будет также удобно… нет, более удобно, чем было вашим предкам. Позднее мы построим более крепкие жилища.
– Что мы будем есть?
Койот нахмурился. Он почуял непродуктивную пассивность среди Народа.
– Земля накормит, – сказал он. – Утром мы начнём уроки по основам охоты и собирательства. А пока я раздам временные рационы.
– Почему нам пришлось оставить одежду на корабле?
Койот вздохнул.
– Всё это было разъяснено во вводной чувство-записи, выданной каждому при посадке на корабль. Вы её запускали? Ничего; я объясню. Вон там, в коробках, соответствующая одежда, подходящая к нашей новой жизни. Мы – возрождённый Народ; мы должны выглядеть подобающе.
Народ казался обеспокоенным; они сбились поближе и больше не задавали вопросов. Койот вздохнул.
– Хорошо. Вот более приятная цель. Мы все должны выбрать новые имена, имена, подходящие к нашей новой жизни. Вы все должны тщательно обдумать, как бы вы хотели зваться.
Я выбрал своё новое имя после долгих раздумий. С этого времени я буду известен как Джон Койот.
Худой Волк почувствовал ужасную слабость во всём теле, такую, что повалился на диванчик и не смог продолжить рассказ. Ему было трудно дышать; голову распирало изнутри давлением; руки дрожали. Он понял, что болезнь вошла в новую фазу, и это напугало его.
Крепыш включил автопилот и встал на колени рядом с ним.
– Джон? Я могу помочь?
Худой Волк покачал головой. Ещё нет, подумал он.
– Я отнесу тебя на койку, – сказал крепыш и осторожно поднял его. – Ты сможешь закончить рассказ утром. Хотя я могу догадаться, что произошло.
Утром Худой Волк не смог подняться с койки; он был слишком слаб. Он закричал, без слов, безысходно и это ошеломило и испугало его. Это звук умирания, подумал он. Он услышал лязгание металлических ног по сходному трапу, появился крепыш и посмотрел на него.
– Джон?
– Я не могу подняться, – прошептал Худой Волк, глядя на изменившее ему тело.
– Я помогу тебе.
Но когда крепыш поднял его на ноги, ноги Худого Волка его не держали.
– Мы пойдём к мед-установке, Джон, – сказал крепыш.
Мед-установка обследовала его, её тонкие зонды трогали его кожу как множество ледяных перьев. У него едва хватало сил, чтобы вздрагивать. Когда всё закончилось, мед-установка выпустила грави-стул.
– Впредь вы должны оставаться на этом стуле, если желаете сохранить мобильность.
Голос мед-установки был чёткий, приятный, неэмоциональный – даже когда Худой Волк осыпал её проклятиями. Он ударил её хилыми руками, но был удержан крепышом, который сжал его руки в сильном осторожном захвате.
Худой Волк посмотрел на него, поражённый.
– Что ты делаешь?
– Тебе понадобится это устройство, Джон. Если ты повредишь его, то будешь страдать.
Ужас сменился яростью, и Худой Волк оскалил зубы на крепыша.
– Может, она мне вообще не понадобиться; может я просто перейду сейчас в свою спасательную шлюпку!
Крепыш потупил взгляд и отпустил руки Худого Волка.
– Как пожелаешь, Джон.
Он повернулся, открыл панель доступа к переключателю на своём боку и стал ждать с головой, повёрнутой в сторону. На панели мягким зелёным светом светился отпечаток ладони и мигало сообщение: ПОВЕРНУТЬ ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛЬ – ПРИЛОЖИТЬ ЗДЕСЬ.
Худой Волк протянул руку, потрогал скрутку мягкой проволоки, которая предохраняла переключатель. Его рука выглядела худой и бледной, кожа – полупрозрачной над костями. Что-то нахлынуло на него, вытеснило ярость, так, что через секунду он не мог чувствовать ничего, кроме глубокого сожаления. Плоть была так драгоценна и так хрупка. Он будет цепляться за неё, пока это будет безопасно.
– Нет, прости. Я скверно поступил, – сказал Худой Волк. – Мне пока ещё не нужно твоё тело.
Крепыш с сочувствием посмотрел на него, улыбнулся, закрыл панель доступа.
– Я рад, Джон. Не думай, что я боюсь стирания; я не боюсь. Это моё предназначение. Когда придёт время, я пойду без сожаления; таким меня сделали. И я могу наслаждаться всем, что произойдёт, пока ты не будешь готов.
Худой Волк покачал головой. Он никогда не сможет понять; как что-то может отдать свою жизнь так легко?
– Я не сомневаюсь. Я уже многое тебе должен и вскоре… я буду обязан тебе всем.
– Я всего лишь машина, Джон. Никогда не забывай от этом.
– Все же. Хорошо, ты уже подумал об имени?
– Да. Я бы хотел присоединиться к твоему племени, Джон. Это возможно?
Худой Волк засмеялся, как-то горько.
– Почему нет?
Крепыш не обратил внимания.
– Тогда, могу я зваться Железный Конь?
– Хорошо. Хорошее краснокожее имя. Можно узнать, почему ты его выбрал?
Железный Конь посмотрел на Худого Волка осторожным взглядом.
– Разве это не очевидно?
Поделиться книгой: