Иллюзии чистого холста

— Что это? — спросил Войтех, оглядываясь, хотя не видел даже собственных рук.

— Что-то валялось на полу.

Максим снова щелкнул зажигалкой, и оба увидели у стены большую толстую свечу: одну из тех, что привез Нев.

— Откуда она здесь? — нахмурился Войтех. — Мы же осматривали комнату, ее не было.

— Мы осматривали комнату при свете несчастной зажигалки, могли не увидеть, — пожал плечами Максим.

Он потянулся к свече и поднес к ней зажигалку. В тот момент, когда язычок пламени лизнул фитиль, Войтех вдруг ясно понял, что делать этого не следует.

— Нет!

Однако его возглас утонул в яркой вспышке. Когда она погасла, оказалось, что одна из стен комнаты, где они очутились, — стеклянная. За стеклом в ровном круге из горящих свечей стояла Саша, но ни Нева, ни Сидоровых, ни Анны рядом не было. Саша стояла с открытыми глазами и смотрела прямо перед собой, но, казалось, не замечала того, что осталась одна.

И Войтех, и Максим несколько долгих секунд непонимающе смотрели на нее. Максим пришел в себя первым. Поставив свечу на пол, он шагнул к стеклу и постучал по нему.

— Саша!

Она даже не шелохнулась, как будто не услышала.

— Саша, ты слышишь меня?

— Она не услышит, — внезапно сказал Войтех.

Максим обернулся к нему.

— Почему? Это всего лишь стекло.

— Это не стекло. — Войтех покачал головой. Мысль, что именно не так в этой комнате, наконец оформилась в слова, приведя его в еще больший ужас. — Это зеркало.

— Что?

Войтех поднял левую руку, в которой бы зажат пистолет.

— Я правша. И ты, насколько я знаю, тоже.

Максим опустил голову, глядя на собственную левую руку, в которой все это время держал погасшую зажигалку.

Войтех прижал ко лбу руку с пистолетом, но металл почему-то не холодил кожу. Должно быть, он так крепко сжимал рукоятку, что та нагрелась от его ладони. Войтех не понимал, что происходит, знал лишь одно: они каким-то образом оказались по ту сторону зеркала. И зеркало это — Зеркало Смерти. Нев уничтожил его прошлой ночью, но Войтех хорошо помнил ощущение отражения в нем. Он не знал как, не знал почему, но чувствовал, что сейчас отражается в нем. Это было невозможно, нереально, но это было так.

— Даже если это зеркало, а не стекло, его все равно можно разбить, — возразил Максим.

Он снова ударил по стеклянной стене, на этот раз кулаком, но та даже не треснула. Саша тоже не обернулась.

— Если ты поможешь мне, мы справимся быстрее.

Войтех покачал головой.

— Ты не понимаешь. Нам его все равно не разбить. Если это то, что я думаю, никто, кроме Нева, с ним не справится.

— О, прекрасно! — Максим отошел от стекла и раздраженно посмотрел на него. — Слышал я уже про вашего Нева. Он должен был снять с Саши проклятие, но вместо этого она стоит там одна, мы здесь, где остальные и что происходит — вообще непонятно. Ты уверен, что ваш Нев все еще на нашей стороне?

Войтех стиснул зубы.

— Отойди, — коротко велел он, поднимая руку с пистолетом.

Максим послушно шагнул в сторону, и Войтех выстрелил. Раз, второй, третий. Знал, что стекло не разобьется, но все равно старался стрелять так, чтобы не задеть Сашу, если вдруг пуля пролетит насквозь. Все три предсказуемо упали вниз, не причинив стеклу ни малейшего вреда. Какая-то часть него внезапно подумала, что, возможно, нужно целиться как раз в Сашу, тогда он сможет пробить стекло, но проверять эту теорию он не стал.

— Это ведь была твоя идея с ритуалом, не так ли?

Он обернулся. Максим стоял у противоположной стены, прислонившись к ней затылком, и смотрел на него с каким-то незнакомым выражением в глазах. Войтеху почудилась в них смесь ненависти и насмешки.

— Это была идея Нева, — как можно спокойнее ответил он.

— Но ты мог остановить его. Или отговорить Сашу. Не подвергать ее такой опасности. Впрочем, о чем это я? Ты ведь с самого первого дня знакомства с ней подвергал ее опасности.

Войтех прикрыл глаза и медленно досчитал до десяти. Он напомнил себе, что если его ощущения правдивы, и они на самом деле каким-то образом отражаются в Зеркале Смерти или более того — находятся в нем, все их чувства и эмоции усилены многократно. Нечто подобное он испытывал в заброшенном городе под Москвой. Тогда ему никак не удавалось держать себя в руках, он несколько раз срывался. Если сейчас и он, и Максим находятся под воздействием зеркала или чего-то похожего, то им следует как можно лучше себя контролировать.

— Тебе было мало того, что ты увел у меня жену, — продолжал тем временем Максим. — Ты захотел сделать ее нормальной, без проклятия. Понял, что женщина с дефектом не для тебя? И лучше ей умереть, чем быть такой?

Хрустнули костяшки пальцев правой руки, сжатой в кулак.

— Это было ее желание.

— Со мной у нее таких желаний не возникало.

— Хоть какие-нибудь желания с тобой у нее возникали?

Войтех прикусил язык, но было уже поздно. Максим отлип от стены и шагнул к нему.

— Со мной она была счастлива, — тихим, угрожающим голосом припечатал он. — Да, может быть, я не мог дать ей тех приключений, которые дал ты, но я давал ей много всего другого. Я никогда ее не обманывал, никогда не подвергал опасности ее жизнь. Из-за меня она ни разу в жизни не плакала и не страдала. А ты даже не нашел в себе сил извиниться за все.

— Тебе откуда знать?

— Иначе разве она стояла бы сейчас там? Если бы ты смог ее убедить, что любишь такой, какая она есть?

— Саша больше не твоя забота!

Максим усмехнулся, но улыбка эта показалась Войтеху весьма зловещей.

— Помнишь, ты однажды сказал мне: «Продолжай так себя вести, и скоро все станет с точностью до наоборот»? Так вот сейчас я могу сказать тебе то же. И поверь мне, я сейчас к этому гораздо ближе, чем ты был тогда.

Войтех инстинктивно, не отдавая отчета своим действиям, поднял руку с пистолетом и внезапно узнал в этом моменте свое видение. То самое, которое накрыло его, когда он пожал Максиму руку в Сашиной квартире. Тогда он не мог представить себе, что заставит его направить на него пистолет, но сейчас поймал себя на мысли, что готов выстрелить. Максим сказал ему правду. Правду, которую Войтех и так знал, а потому боялся ее.

Он быстро отвел руку в сторону и нажал на спусковой крючок. Пуля вылетела из ствола и мгновение спустя ударила в старую деревянную стену, отколов от нее горсть щепок и разбросав их вокруг. В то же мгновение какая-то ниточка, натянутая как тетива в луке, порвалась в нем самом. Он снова выстрелил — и снова что-то лопнуло внутри. Еще и еще.

— Что ты делаешь? — спросил Максим.

— Пытаюсь сделать так, чтобы эти пули не оказались в тебе, — процедил сквозь зубы Войтех.

У него оставался последний выстрел. Войтех почти успел испытать облегчение от осознания того, что справился с наваждением и не убил Максима. В этот момент сам Максим неожиданно подался вперед и испуганно спросил:

— Это еще кто? Как он там оказался?

Войтех обернулся и проследил за его взглядом.

Саша все так же стояла в круге горящих свечей, но теперь она была не одна. В дальнем углу шевельнулась неясная тень, шагнула вперед и внезапно оказалась некромантом. Скаля зубы в пугающей усмешке, он приближался к Саше сзади. В руках его поблескивал нож. Тот самый, которым Нев делал надрезы у них на пальцах.

— Саша!

Войтех первым оказался у стеклянной стены и заколотил по ней рукояткой пистолета.

— Саша!

Максим присоединился к нему, но что бы они ни делали, Саша их не слышала. Некромант уже стоял у нее за спиной и заносил руку для удара, еще мгновение — и убьет ее. Войтех в отчаянии оглянулся по сторонам, не зная, что можно сделать. Его взгляд зацепился за ровный огонек свечи. Зазеркалье появилось тогда, когда они ее зажгли. Так может быть, все довольно просто?

Не давая себе передумать, он выпустил последнюю пулю в свечу. Как всегда, выстрел оказался точным: пламя мгновенно погасло, а вместе с ним погасли и свечи в соседней комнате.

Темнота снова поглотила весь мир.

2 мая 2015 года, 22.50

Нев чувствовал, что что-то идет не так. Стабильность Печати была под угрозой, словно кто-то мог вот-вот покинуть свою вершину и нарушить течение энергии. Учитывая, что он уже ощущал присутствие Ангела, откликнувшегося на его зов, это едва ли могло быть хорошей новостью. Чтобы все прошло гладко, ему требовалась вся возможная сила. Следовало поторопиться.

Прижимая Книгу Ангелов к груди, он осторожно перешагнул через свечи, образующие круг, и оказался на его внешней стороне. Невзирая на темноту, в которую погрузилась комната после того, как пламя погасло, никто из участников ритуала не шевелился и не подавал голоса. Нев слышал только неровные дыхания да приглушенный шорох одежды, когда кто-нибудь осторожно переступал с ноги на ногу.

Даже в кромешной темноте он видел расплывчатую тень, которая вышла из угла комнаты и медленно приблизилась к кругу в центре Печати.

«Давай же, заходи», — мысленно подгонял Нев, чувствуя, как сердце бьется все быстрее, а тот, кто прячется за дверью, нетерпеливо стоит на пороге, готовый в любой момент переступить его и полностью вытеснить его самого.

Избранник Темных Ангелов. Непобедимое бессмертное существо, наделенное неограниченной силой и способное уничтожить все человечество. Нев чувствовал его предвкушение как свое собственное.

Бесформенная тень шагнула в круг свечей, оказавшись всего в полуметре за Сашиной спиной, медленно обошла ее и остановилась прямо перед ней. Момент настал.

Одним щелчком пальцев Нев заставил вспыхнуть все свечи. На тех, что образовывали круг, языки пламени взметнулись особенно высоко. Они наклонились, коснулись фитиля соседней свечи и замерли в таком положении, снова создав непрерывный круг.

Теперь Ангела увидели все, и в первую очередь его увидела Саша. Она дернулась в сторону и едва не упала, вовремя увидев перед собой горящий круг и резко остановившись. Ей нельзя покидать его, как бы страшно ни было. Она машинально потянулась рукой к шее, но кулон на ней больше не висел. Саша в ужасе посмотрела на приближающуюся тень, понимая, что между ними не осталось ни одной, даже самой призрачной преграды. Она перевела взгляд на Нева, мысленно умоляя мироздание только об одном: увидеть в его глазах уверенность в контроле над ситуацией, однако те были залиты безнадежной и пугающей как сама смерть чернотой.

Но именно в тот момент, когда она повернулась к нему, Нев выбросил вперед руку, и кулон, который она за секунду до этого пыталась нащупать на себе, взлетел в воздух. Едва ли можно было сказать, что Нев бросил его ей. Это больше походило на управляемый полет: цепочка образовала идеально ровный круг и мгновение спустя оказалась у Саши на шее. Старый металлический кулон скользнул вниз по ее груди, оказавшись на том самом месте, где висел последние двадцать шесть лет. Саша едва не согнулась под его неожиданной тяжестью.

Ангел замер на месте, и Войтех, наблюдавший всю эту сцену со стороны, не дыша, явственно почувствовал его удивление и… растерянность. Если эти существа в принципе могли переживать подобные эмоции.

— Саша, не шевелитесь, он не сможет причинить вам вреда, — тихо велел Нев.

Он двинулся по кругу, наступая на пол буквально в сантиметре от горящих свечей.

— Я был избран твоим братом, который даровал мне Смерть в знак своего одобрения. И его именем я приказываю тебе оставить эту женщину и всех, кто родится после нее, и отпустить тех, кто родился до нее.

Бесформенная трепещущая фигура издала какой-то странный звук, похожий на утробное рычание. Никто не заметил, чтобы она шевелилась, но при этом ее лицо — или то место, где у нее могло бы быть лицо, — оставалось обращено к Неву, несмотря на то, что тот перемещался вдоль круга.

— Я был избран твоим братом, который даровал мне Жизнь в знак своего одобрения. И его именем я приказываю тебе оставить эту женщину и всех, кто родится после нее, и отпустить тех, кто родился до нее.

Пламя тех свечей, что были расставлены по комнате, взметнулось вверх. Дом содрогнулся, словно по его стенам ударили чем-то огромным и тяжелым. От этой вибрации несколько свечей упали и покатились к стене. К счастью, не те, что образовывали круг. Плохая новость состояла в том, что они не погасли, а продолжили гореть, роняя на деревянный пол расплавленный парафин.

— Я был избран твоим братом, который даровал мне Перстень в знак своего одобрения. И его именем я приказываю тебе оставить эту женщину и всех, кто родится после нее, и отпустить тех, кто родился до нее.

Теперь дом затрясло так сильно, как будто где-то рядом находился эпицентр землетрясения. В окнах треснули и осыпались стекла, свечи упали и покатились к разным стенам, подчиняясь неведомым законам природы. Даже из круга одна не удержалась, но пламя соседней тут же запылало ярче, и мгновение спустя круг снова замкнулся. Те свечи, что покатились по полу, остановились, столкнувшись со стенами или мусором. Одна лизнула высохший хлам в углу, другая — край почти сгнившей занавески.

— Твою мать, — процедил Ваня, видя, как весело занялся огонь. Одна-две минуты — и они окажутся в огненной западне.

— Я был избран твоим братом, который даровал мне Книгу… — Нев повысил голос, заметив начинающийся пожар и заволновавшись. — В знак своего одобрения. И его именем я приказываю тебе оставить эту женщину и всех, кто родится после нее, и отпустить тех, кто родился до нее.

Саша не знала, что произошло дальше. Все это время она стояла в круге вместе с пугающей до обморока тенью, а потом вдруг оказалась на том месте, где остановился Нев, закончив излагать свои «приказы». Сам же он теперь находился в круге вместо нее.

— Я ваш Избранник, — не дрогнувшим голосом закончил он. — И властью, которую вы мне дали, я изгоняю тебя туда, откуда ты пришел. Твоя сделка с ее прабабкой аннулирована!

Рычание сменилось ревом. Пламя свечей из круга поднялось вверх и взметнулось высокой стеной. И вместе с этим огонь, уже начавший лизать стены дома, тоже пополз быстрее.

— Нев! — вскрикнула Лиля, когда тот скрылся за стеной огня, оказавшись в ловушке.

— Лиля, стой! — приказал Ваня, видя, что сестра готова ринуться в огонь. — Не сходи с места!

— Не сходить с места? — тут же послышался голос Анны. — Мы все сгорим к чертовой матери!

Комната действительно полыхала. Едкий дым поднимался вверх, расстилался в стороны, все ближе и ближе подбираясь к участникам ритуала. Еще немного — и огонь перекроет дверь. Тогда им будет не выбраться.

— Нев, поторопитесь! — пытаясь перекричать треск лопающихся от жара деревянных перекрытий и рев разозленной сущности, попросил Ваня.

Войтех до хруста сжал пальцы в кулаки. Он не знал, что делать. Если они останутся на местах, то, скорее всего, погибнут все. Если сойдут со своих вершин — нарушат ритуал. И тогда вообще неизвестно, чего ждать.

— Саша, уходи хотя бы ты! — без особой надежды потребовал он, поскольку она единственная сейчас не участвовала в ритуале.

Та отчаянно замотала головой, хотя от невыносимого жара пот уже тек по спине и лицу, а инстинкт самосохранения вопил во всю глотку о том, что ей нужно убираться отсюда как можно скорее. Но как она могла уйти, зная, что ее друзья оказались здесь по ее вине? Бросить их и всю жизнь жить убийцей шестерых людей, среди которых ее бывший муж и любимый мужчина? Лучше погибнуть вместе с ними.

— Я не брошу вас, — упрямо заявила она.

— Не будь дурой! — рявкнул Максим, но тут же добавил: — У меня в багажнике канистра с водой, плед и огнетушитель. Принеси их сюда! Быстрее, Саша!

С этим она не стала спорить. Пятью литрами воды и одним огнетушителем огонь не погасить, но выбраться им будет проще, когда Нев закончит ритуал. О том, что этого может не случиться, Саша, выбегая из горящего дома, старалась не думать.

Максим, в отличие от нее, всегда сохранял идеальный порядок в машине, поэтому поиски необходимых вещей заняли не так много времени, но огонь, казалось, играл с ней наперегонки. Пока она дрожащими от волнения и ужаса руками вытаскивала плед и воду, стараясь унести все это одновременно с огнетушителем, пламя уже вырвалось наружу, начав облизывать стены дома с внешней стороны и быстро заползая на крышу. Едва не плача, Саша снова побежала к дому, почти не чувствуя веса своей ноши, но пламя полыхнуло перед самым ее лицом в тот момент, когда она поднималась на порог. Она инстинктивно дернулась обратно и закрылась рукой. Нога соскользнула с разбитого временем порога, и она упала.

В следующую секунду вместе с новым всполохом огня в дверном проеме показался Максим. Он успел стащить с себя куртку и пытался прибить ею огонь, давая возможность выбраться остальным. Первой, кашляя и прикрывая лицо рукой, выбежала Анна, следом за ней Лиля, а потом Войтех и Ваня вытащили Нева. У Вани полыхал рукав куртки, поэтому Саша торопливо вскочила на ноги и набросила на него плед, чтобы погасить пламя.