Дорога домой

– Возможно, они вернулись, чтобы мы помирились? – осмелился спросить Давид, украдкой поглядывая на бокалы, в попытке примирения.

– Возможно, – кивнула Марта и протянула Давиду бокал. – На самом деле наша ссора по поводу парковочного места довольно странная, вам не кажется?

Он кивнул. Они чокнулись бокалами и в первый раз взглянули друг другу в глаза и улыбнулись. Марта не только растрогалась, она даже почувствовала легкий зуд в животе. Она никогда не замечала, каким симпатичным был ее сосед. Лед между ними начал таять.

– Если хотите, можете остаться на ужин, – смущенно пробормотала Марта.

Ее предложение уничтожило все препятствия. Разумеется, Давид согласился, и они вместе приготовили ужин. Пока он нарезал овощи, она готовила мясо. Все части мозаики сложились вместе, и теперь спорщики оказались прекрасной командой – во всяком случае, в кулинарном деле.

– Похоже, что собаки знали друг друга раньше, вам не кажется? – пришло в голову Марте, пока она ставила курицу в печь.

– Я тоже так думаю. Мне хотелось бы узнать, откуда они появились, – ответил Давид со слезами на глазах, нарезая лук. – Я не видел никакого объявления о пропаже.

– Если никто их не ищет, мы оставим их себе, – заговорщицким тоном ответила Марта.

Давид был только «за».

– У меня появилась идея относительно проблемы с парковочным местом. Мы можем по очереди возить друга на работу и забирать.

Его предложение Марта встретила одобрительно. Уже на следующий день оба отправились на работу в одной машине. С тех пор путь на работу хоть и занимал больше времени, но казался обоим коротким, потому что они проводили время, беседуя обо всем на свете: работе, футболе, друзьях, мужчинах и женщинах в общем и неудачных любовных романах в прошлом.

Марта добродушно, но четко указала Давиду на его ошибки, которые он совершал со своей прошлой спутницей. Марте также пришлось признать, что за ее слишком высокими требованиями к мужчинам скрывался страх перед отношениями. Эти разговоры по дороге на работу привели к тому, что через несколько дней они прекрасно ладили и приглашали друг друга в гости на ужин. Пока они ужинали и шутили, обе Марии лежали довольные под столом и с равнодушным видом подслушивали разговоры хозяев. Лишь когда мнения людей расходились и те повышали голоса – что случалось довольно часто, – четвероногие подруги рычанием напоминали о себе.

– Я считаю, что вам не мешает помыть свой автомобиль, вы ведь помешаны на чистоте! – заявила Мария через несколько дней.

– Автомобиль – это предмет обихода, и я не помешан на нем! – несколько недружелюбно ответил Давид.

– Меня не волнует, что вы сидите на грязном сиденье, но… меня это волнует! – Внезапно из ее голоса пропала вежливость. Над шатким миром возникла угроза разрыва.

– И это пришло вам в голову именно сейчас? – недовольно заметил Давид. В этот момент Пиппа выпрямилась и положила передние лапы на колени Давиду. При этом она выставила вперед свой левый резец, словно говоря: помиритесь!

– Ладно, ладно, я почищу сиденья! – согласился Давид, взглянув на Пиппу.

– Нам следует брать пример с собак. Ведь они такие разные и все же отлично ладят между собой! – прокомментировала Марта, и Давид согласился с ней.

В конце недели они так прекрасно ладили, что после ужина Давид не попрощался, как обычно, а посетил спальню Марты, но не с целью уборки.

Когда после полуночи они лежали в обнимку в постели, уставшие, но счастливые, они вдруг заметили, что собаки выглядывали в окно. Люди не придали этому особого значения, находясь на седьмом небе от счастья и будучи неспособными размышлять. Иначе они заметили бы тоскливые взгляды своих Марий.

На следующее утро собаки пропали. И в этот раз они не вернулись. Несмотря на продолжительные отчаянные поиски, животных найти не удалось, и Марта с Давидом пролили немало слез. Они горевали не только о потерянных любимцах, но также боялись, что без собак не смогут быть парой.

Браво, Толедо!

– Это наша история. Я думаю, мы ничего не забыли, не так ли? – повернулась Марта к Давиду, который согласно кивнул. Он взял ее за руку и нежно улыбнулся ей.

Довольный, я опустошил свой бокал и бросил взгляд на стол. От тапаса не осталось и крошки, бокалы были пусты. Стрелки часов показывали далеко за полночь.

– И что вы думаете о нашей истории? – поинтересовался Давид и долил мне вина.

– Что двое совершенно разных людей нашли друг друга. Во всяком случае, так считают собаки, – ответил я с улыбкой.

– Это правда, мы действительно совершенно разные. Хоть мы и вместе готовим, и наши вкусы относительно интерьера совпадают, но на этом общие интересы заканчиваются, – заметила Марта и нежно провела по руке Давида.

– Что вы! Разумеется, вы подходите друг другу! Вы из тех людей, которые никогда не уступают в споре. Вы, Марта, темпераментны, а вы, Давид, склонны к флегматичности. Вы дополняете друг друга противоположностями. Ведь противоположные полюсы магнита тоже притягиваются, – попытался я объяснить. – И у вас похожие музыкальные вкусы – по крайней мере, вы назвали своих собак, думая об одной песне.

– Мы надеемся, что наша любовь продержится и без собак, – заметил Давид то ли в шутку, то ли всерьез.

– Иначе собакам придется вернуться, – добавила Марта.

Оба дружно закивали. Но я был уверен, что они были бы вместе и без помощи пушистиков.

Я поднялся. Было поздно, и мне следовало поспать. Мы обнялись на прощание, и я поблагодарил их за чудесное вино, роскошный ужин и, прежде всего, за прекрасную историю о двух Мариях.

Я направился к гостинице пешком, так как хотел насладиться теплым воздухом. Разумеется, эта история не выходила у меня из головы. Все вокруг вращалось: вино оказалось крепким. И все же мне вспомнилась цитата Бернарда Шоу, которую я недавно прочел: «Возможно, наш мир был бы лучше, если люди носили бы намордники, а собаки устанавливали законы!»

Мы идем в политику!

Пиппу – в президенты!

Хоть я и засиделся у Марты с Давидом допоздна, на следующее утро я проснулся рано.

В почтовом ящике меня ожидали два письма от Эллен. Во время разговора с Мартой и Давидом я выключил свой мобильный телефон. Меня все больше раздражал факт, что я не могу сказать Эллен правду. Но еще больше сердило меня то, что мне снова приходилось лгать ей.

– Привет, дорогая! Доброе утро!

– Где ты был вчера? Я уже начала беспокоиться!

– Прости, я работал и, наверно, не услышал звонок.

– А как дела у Пиппы с Бонни?

– Отлично, они такие милашки! – извернулся я, но был уверен, что в гостинице для животных им всего хватало.

– Но ведь ты мог бы перезвонить мне, или ты совсем по мне не скучаешь? – Голос Эллен звучал огорченно.

– Разумеется, я скучаю по тебе, даже больше, чем ты думаешь, – поспешил я заверить ее. – У меня просто голова идет кругом от такого объема работы! А теперь расскажи, как там у тебя дела, все продвигается?

– Да, да, все отлично. Я подумала, что ты, возможно, приедешь ко мне с собаками, когда справишься.

– Звучит заманчиво, но я все еще не уверен, смогу ли вообще выполнить весь объем работы.

– Жаль… Ну, может быть, все-таки получится! Пока! – ответила Эллен и положила трубку.

Она была очень разочарована, и мне было неловко. Я утешил себя мыслью, что она простит все, когда будет держать в руках книгу.

Два часа спустя я еще раз встретился с Мартой и Давидом.

– Мы не хотели так быстро сдаваться, расклеили листовки и дали несколько объявлений! И даже получили два звонка! – рассказала Марта.

А Давид добавил:

– Первый звонок был из места недалеко от Уэски, небольшого городка в Арагоне. Одна женщина повстречала собак, но они покинули ее через пару дней.

– Вот как, это интересно. У вас все еще остался ее номер телефона?

– О, наверняка Марта потеряла его в своем беспорядке! – словно невзначай заметил Давид.

– Беспорядок?! Знаешь, что… – ответила Марта и уже собиралась дать ему достойный ответ, как вдруг заметила, что я вопросительно поднял бровь, и примирительно ответила: – Разумеется, у меня есть номер!

– Мне очень жаль, дорогая, я не хотел тебя обидеть, – поспешил извиниться Давид и бросил на меня беспомощный взгляд. У меня едва не вырвалось: надеюсь, у вас все будет хорошо, вам нужно разобраться в себе, и без третейского судьи, но вместо этого я спросил:

– А второй звонок?

– Да, вот это было странно… Звонок был из Италии, а именно из Губбио, города в Умбрии. Монашка заявляла, что повстречала собак и даже пережила с ними приключение, – заметил Давид с легкой иронией в голосе.

– Но сейчас монашка в Индии, и там отсутствует телефонная связь, – добавила Марта.

Правильно ли я понял Давида? Как собаки могли попасть в Италию? Возможно, монашка была уже пожилой и что-то перепутала.

После того как я распрощался с Мартой и Давидом, я позвонил женщине из Уэски. К счастью, Роза хорошо говорила по-английски. Моей радости не было предела, когда она согласилась встретиться со мной. Я спонтанно решил отложить возвращение домой еще на пару дней. Если все закончится благополучно, я успею вернуться вовремя, до приезда Эллен.

Перед тем как забронировать билет на обратный рейс, я позвонил в гостиницу для животных и спросил, смогут ли Бонни и Пиппа остаться еще на два дня.

– Мы не против, – ответила сотрудница, – обе собаки отлично себя чувствуют у нас!

– Вот как! Значит, они по мне не скучают? – вырвалось у меня.

– Ну, они часто подбегают к воротам и выглядывают на улицу, а когда подъезжает машина, лают, но я думаю, что они привыкают.

В этом я не был уверен, так как надеялся, что они обе привыкли ко мне так же, как и я к ним.

Венера в саду

По дороге в Уэски, который располагался в четырехстах километрах, я думал о Бонни с Пиппой, которые свели вместе Марту и Давида. Мне было ясно, что эти маленькие пушистики обладали прекрасным чутьем относительно людей, хотя раньше я сомневался в способностях Бонни. Прежде чем она повстречалась с Пиппой, она была беззаботной и наивной по отношению к людям – ведь она поверила даже отловщику собак!

Но все изменилось, когда она познакомилась с внимательной Пиппой, которая выросла на улице и каждый день сама находила себе пропитание. Чуткий нос Пиппы служил сейсмографом в опасных ситуациях. И с другой стороны, Пиппа очень хорошо улавливает и человеческие настроения. Она понимает, когда у двуногих проблемы или они находятся в затруднительном положении.

Я не знаю, могут ли собаки чуять эндорфины, гормоны счастья. Но факт остается фактом: эти две маленькие собачки заметили разногласия между Мартой и Давидом и все равно, а возможно, именно поэтому, свели их вместе. В этом случае они не только взяли на себя роль вершителей судьбы, но и доказали, что противоположные характеры прекрасно ладят. Спокойная и пугливая Бонни на первый взгляд также не подходит темпераментной Пиппе. Но тем не менее они дружат и стали неразлучны. Почему же отношения между Давидом и Мартой не должны развиваться так же? Главное, эти люди любят и уважают друг друга, как и собаки, которые никогда не ссорятся. А если все сработает между несговорчивым Давидом и темпераментной Мартой, то почему не может сработать и между другими людьми?

Миритесь! Иначе вам никогда не удастся решить свои проблемы!

Вот именно. Сильны те, кто держатся вместе.

Уже вечером я добрался до провинции Арагон, которая на севере граничит с Пиренеями. Навигатор вывел меня на пригородное шоссе Уэски, которое упиралось в закусочную с неоновой вывеской. Окна были занавешены, и сперва я не мог понять, открыт бар или нет. Что это вообще за заведение?

Но дверь открылась, из помещения вышел мужчина в костюме и поспешил к парковке. Ему вслед махала тщательно накрашенная женщина в нижнем белье и чулках. Теперь мне все стало ясно.

Похоже, навигатор посчитал меня полным идиотом. Я поспешил обратно к машине. Должен признать, что даже остановка у подобного заведения мне показалась постыдной. Я считал себя достаточно раскрепощенным и нескованным, но все же не хотел, чтобы кто-то увидел меня у борделя, что, разумеется, было смешно и глупо, ведь больше чем за тысячу километров от Дюссельдорфа я не мог встретить знакомых.

Из автомобиля я позвонил женщине, чтобы уточнить адрес.

– Где вы сейчас? – спросила Роза по телефону.

– Ну, я стою прямо по адресу, но вряд ли это нужное место.

– И почему же нет?

– Ну, как вам сказать, это здание выглядит как стриптиз-клуб!

– Подождите, я вас заберу! – ответила она мне. И дверь бара снова открылась. Из нее вышла женщина в узком платье с глубоким декольте, чей возраст я не мог определить из-за прически и многослойного макияжа, и помахала мне. Я попытался принять спокойный вид, вышел из автомобиля и протянул ей руку.

– Простите, я не знал, что это все-таки верный адрес, – сказал я и попытался улыбнуться, что мне не удалось, слишком уж неловко я себя чувствовал.

– Это моя вина. Я могла бы пригласить вас к себе домой, но я бываю там лишь по вечерам, – безмятежно заявила она. – Я целыми днями работаю!

Я невольно взглянул на здание, затем на неоновую вывеску.

– Ой, я, наверно, отвлекаю вас от работы! – вырвалось у меня, и только потом я понял, как странно прозвучало это в данной ситуации.

– Сейчас работы мало! – рассмеялась она, а затем настала неловкая пауза.

– Итак, я хотел бы поговорить о собаках, – наконец прервал я молчание и показал парочку фотографий Бонни и Пиппы.

– Да, это они, сладкие! – радостно воскликнула она и закивала.

– Может быть, мы зайдем? Там мы сможем поговорить в более уютной обстановке, – предложил я и сделал вид, что не было ничего естественней, чем входить в бордель с женщиной легкого поведения. Я подумал, что бы сказала мне Эллен, которая предполагала, что я сейчас сижу за рабочим столом в Дюссельдорфе. Как раз в это мгновение зазвонил мой мобильный, а на экране появилось «Эллен». Она что, обладает телепатией? Как бы там ни было, я поспешил сбросить вызов, потому что сейчас разговор наверняка лишь значительно затруднит ситуацию.

По всей видимости, Роза заметила мое беспокойство и попыталась создать непринужденную атмосферу, насколько это было возможно.

– Давайте присядем снаружи на террасе, – предложила она и провела меня через коридор к стеклянным дверям. По пути я осмотрелся. Все было уставлено цветами в огромных горшках. Юкки, пальмы и фикусы Бенджамина. Молодая девушка в довольно откровенном бикини стояла за стойкой и фотографировала себя, выпятив губы.

«Терраса» оказалась аккуратно постриженной лужайкой с бассейном, зонтиками и лежаками. На одном из них на животе лежал долговязый обнаженный мужчина, подремывал и периодически потягивал «Ред Булл» из жестяной банки. Всю его спину занимала татуировка дракона. Похоже, что ее сделали недавно, потому что кожа еще была красной. Рядом с ним присела на корточках полуголая девица и достаточно равнодушно массировала ему пальцы ног.

Чтобы не выдать своего любопытства, я уставился вместо этого на бассейн. Здесь мне придется разговаривать с Розой о псах? За стенами, скрывающими заведение от посторонних глаз, раскинулись величественные Пиренеи.

– Прекрасный вид, не так ли?

– Да, действительно, – вздохнул я и постарался смотреть только на горную цепь, потому что остальное вгоняло меня в краску.

– Было время, когда я не могла смотреть на горы, – услышал я голос Розы.

Я бросил на нее вопросительный взгляд.

– Моя мать жила там, наверху, – объяснила она тихим голосом и вытерла одинокую слезу, которая тонкой линией прорезала ее макияж.

Ну вот. Теперь я вообще не знал, что сказать.

– История, которую я вам расскажу, произошла там, наверху!