Вторая мировая как битва народов. Страны войны

К этому времени Япония уже стала союзником Германии, подписав в 1936 году Антикоминтерновский пакт, и твердо рассчитывала на ее помощь. Японцы хотели получить германские технологии прежде всего для сухопутных войск – морские технологии в Японии были на очень высоком уровне, а сухопутные несколько отставали, поскольку японская армия была классической армией начала века, и после Халхин-Гола японцы несколько остыли. А в 1937 году началась полномасштабная Японо-китайская война.

Началось массовое убийство китайского мирного населения, что до сих пор является чрезвычайно серьезным раздражителем в японо-китайских отношениях. Случился конфликт на мосту Марко Поло, во время которого японская армия наступала, а китайская отступала. Китайские силы были раздроблены.

Советский Союз достаточно активно помогал китайцам, но никак не мог выбрать для себя, кому помогать больше. Одно время Чан Кайши был главным другом Советского Союза – его сын учился в Москве, женился на русской девушке, даже был секретарем парторганизации на заводе в Свердловске.

Приступив к дальнейшей экспансии в Китай, японцы хотели элементарно захватить весь Китай. Война затянулась, а потом все закончилось тем, что Япония посчитала для себя безальтернативным морскую экспансию, войну с Соединенными Штатами Америки, и фронт на материке стал второстепенным. С того момента, как началась война с США, все было определено, и следующий этап так и не настал.

Военный потенциал Великобритании был сопоставим с японским, потенциал Соединенных Штатов – намного выше. В тот момент, когда было принято решение об атаке Перл-Харбора, главной базы Тихоокеанского флота США, уже было введено нефтяное эмбарго, и военно-морской флот Японии, подсчитав запасы горючего, пришел к выводу о том, что если немедленно не начать войну с США, не нанести удар, то флот просто-напросто останется без горючего.

К моменту принятия решения о нападении на США Япония научилась переоценивать свои силы. Японцы пребывали в эйфории, у них выросла вера в свой боевой дух, который, как считалось, может одолеть техническое и экономическое превосходство США. Также Япония рассчитывала на эффект неожиданности. За всю свою богатую историю Япония ни разу никому не объявляла войны – сначала нападала, а потом уже оформляла это. Так случилось в Русско-японскую войну, так случилось в Японо-китайскую войну 1894 года, и так же случилось и здесь. Кроме того, японцы к этому времени имели договор о нейтралитете с Советским Союзом. Он был важен для Советского Союза, а Япония в данном случае продолжала линию, которую проводила Германия, заключившая с Советским Союзом договор о ненападении.

Все хотели избежать второго фронта. Но принципиальная важность была в том, что Германия имела с Советским Союзом договор о ненападении, а Япония – договор о нейтралитете. Инициатива снизить уровень договора исходила от Советского Союза, который надеялся, заключив этот договор, восстановить утерянные права России на Южный Сахалин. Японцы на это не шли. В итоге им предлагали даже продать южную часть Сахалина, но они отказались. Тогда с советской стороны было заявлено, что в таких условиях Советский Союз может подписать с Японией только пакт о нейтралитете.

Разница на первый взгляд семантическая, но при ближайшем рассмотрении существенная. Договор о ненападении предполагает, что стороны ни при каких обстоятельствах не нападут друг на друга, а договор о нейтралитете предполагает только, что если одна из сторон станет жертвой агрессии, то другая договаривающаяся сторона сохранит в этом конфликте нейтралитет. Когда японцы напали на Соединенные Штаты Америки, то стали агрессорами, и в этом смысле Советский Союз и не был связан договором о нейтралитете. Именно потому, что не Япония стала жертвой агрессии, а сама стала агрессором.

Японцы долго колебались. Германия требовала от Японии наступления на Советский Союз, но в итоге японцы воздержались от этого шага в значительной мере потому, что к этому времени уже понимали, что альтернатив удару по США, именно с учетом нефтяного эмбарго, у них нет. Кроме того, они не были уверены в том, что германо-советская война закончится так быстро, как предполагалось.

Для обороны Москвы советское правительство перебросило дивизии с Дальнего Востока, и расчет был именно на то, что японцы не нападут. Отчасти эта информация поступила благодаря Зорге, отчасти из других источников, и эти дивизии сыграли роль в победе под Москвой. Было немало свидетельств того, что японцы определили для себя возможность вступления в войну с Советским Союзом после падения Москвы. Потом уже случился Перл-Харбор, и все покатилось по накатанной.

Агрессия против Китая, категорическое нежелание Японии обсуждать с кем-то вопросы урегулирования ситуации с Китаем вынудили принять сознательное решение американцев и британцев наказать Японию.

При бомбардировке Перл-Харбора погибло огромное количество людей. Всего же в тихоокеанской войне погибло 109 тысяч американских военнослужащих. У японцев погибло и пропало без вести порядка миллиона человек военных и около 600 тысяч гражданских лиц. Для американцев война с Японией была самой кровопролитной, и тем не менее по сравнению с японцами их потери составляли ничтожное количество.

Американский флот в значительной мере был более старым, чем японский. Американские линкоры уступали японским по мощи артиллерии, скорости хода, общему состоянию. Авианосцы у японцев были лучше, подводные лодки, морская авиация в целом у японцев к этому времени тоже были лучше, чем у американцев.

При Рузвельте был принят знаменитый Victory Act, закон о победе, и все ресурсы Америки были брошены на войну. В США развернули огромный военно-промышленный комплекс, гигантское производство оружия, судов, самолетов. Американцы были уверены в том, что при необходимости сумеют очень быстро ликвидировать любое отставание, что и случилось.

К 1943 году уже было ясно, что быстрой победы не получилось. К этому времени японцы, в отличие от американцев, уже не могли возмещать потери. Так или иначе, японцы нанесли удар по Перл-Харбору, и это стало трагической историей для Соединенных Штатов. Более тяжелого поражения Соединенные Штаты нигде и никогда не терпели. И после этого началась полномасштабная война.

Какое-то время, примерно до середины 1942 года, японцы шли триумфально, это был настоящий блицкриг. Они шли на Филиппины, Юго-Восточную Азию, бомбили север Австралии, Индию, прошли Таиланд, захватили Бирму, Сингапур – главную крепость британцев. Сингапур стал не самой лучшей страницей британской военной истории, поскольку 100-тысячный гарнизон Сингапура был отрезан, не имел снабжения водой и сдался 25-тысячному оккупационному корпусу Японии.

Конец 1942-го стал триумфом японского оружия, когда японцы выигрывали битвы, захватывали целые архипелаги, проходили целые страны. Даже вишистская Франция фактически предоставила в пользование японцам свои колонии в Индокитае. Японцы вышли на границы Индии со стороны Бирмы и одновременно перерезали в тот период пути снабжения китайцам. Китайский театр военных действий в этот момент окончательно ушел на второй план, серьезных боевых действий там уже не было.

В Индии японцы нашли себе союзников в лице сторонников независимости Индии, которые были готовы на все и среди которых был Субхас Чандра Бос – откровенный боевик, идеолог независимости от Великобритании любой ценой, в том числе и военным путем. В 1945 году он при каких-то невыясненных обстоятельствах очень удобно для всех умер, но сохранился в истории Индии как национальный герой. Он был горячим поклонником нацистской Германии, собирался формировать индийский легион СС и даже сформировал его на бумаге. Индийцы и сегодня его по-прежнему чрезвычайно почитают. В России Субхас Чандра Бос также фигурирует как борец за независимость Индии.

Что касается войны на море, сражение у атолла Мидуэй стало переломом. Японцы понесли катастрофические потери, потеряв сотни высококвалифицированных летчиков. Собственно, квалифицированных пилотов для авианосной авиации у японцев к этому времени не было. Идея камикадзе родилась именно из того, что пилоты должны взлететь, а садиться им было не надо. Япония к этому времени уже вела сражение за свою собственную судьбу, вопрос о победе по-настоящему не стоял. Каждый исполнял то, что ему предначертано. Каждый был готов умереть. Камикадзе насчитывались тысячи, даже не десятки и сотни. Так, на южнокурильском острове Итуруп есть аэродром «Буревестник», который использовался и используется сейчас российскими военными и который строили именно как аэродром для камикадзе. Предполагалось, что с этого аэродрома они будут взлетать, защищаясь от американского наступления. До сих пор этот аэродром расположен так, что с него очень удобно взлетать и совершенно неудобно садиться, потому что такой задачи у него не было.

Япония воевала уже просто за почетный выход из войны. Это понимало и военное правительство Японии, и премьер-министр Японии генерал Тодзио. Первые попытки встретиться, наладить контакт, договориться, провести мирные переговоры японцы стали предпринимать только после разгрома Германии, после мая 1945 года. Японцы рассчитывали на то, что Советский Союз – нейтральное государство, которому они не причинили никакого зла, и, значит, были попытки зондировать возможность советского посредничества. Эти попытки были отвергнуты.

На Ялтинской конференции США и Великобритания были очень заинтересованы во вступлении Советского Союза в войну. В Потсдаме эта заинтересованность была меньше, потому что к этому времени уже была атомная бомба, войну рассчитывали быстро закончить, и союзникам уже не очень хотелось делить победу с Советским Союзом. Но в этот момент уже Москва была готова к тому, чтобы вступить в войну. В апреле японцам было объявлено, что Советский Союз выходит из нейтралитета.

Японцы до сих пор считают это нарушением договора. Действительно, договор предусматривал, что после уведомления о расторжении он должен был оставаться в силе еще год. И это до сих пор выглядит для японцев как вероломный удар. Здесь Советский Союз должен был скорее говорить о том, что договор о нейтралитете не ограничивает Советский Союз, потому что Япония является агрессором, а не жертвой агрессии. В результате возникла казусная правовая ситуация, с которой Россия сталкивается до сих пор.

9 августа 1945 года, через три месяца после того, как Сталин взял на себя обязательства вступить в войну, и после разгрома Германии, Советский Союз вступил в войну.

К этому времени Квантунская армия была, с одной стороны, на пике своей численности, с другой – была обескровлена, поскольку все лучшие части отправлялись на материк, возвращались в Японию для защиты островов, и их заменяли новобранцы. Тем не менее Квантунская армия и, собственно, в целом оккупационный японский режим в Маньчжурии оставался чрезвычайно прочным, там работали настоящие профессионалы.

Квантунская армия оставалась последним резервом императорской Японии, императорской армии в первую очередь, который можно было бы использовать для обороны японских островов. Но это же с точки зрения логистики было практически невыполнимой операцией. Основная активность американского флота была на Восточном побережье, Западное побережье было в большей степени нетронутым, и тем не менее организовать переброску боевых частей численностью где-то до миллиона человек с материка с их штатным вооружением, было задачей совершенно немыслимой сложности.

Квантунская армия была последним резервом, и то, что ее удалось так быстро, буквально в считаные дни одолеть, было вкладом Советского Союза в разгром Японии. Армия, которая когда-то триумфально покорила Маньчжурию, атаковала остальной Китай, всегда воспринималась как витрина японской военной машины, элитная армия, осенью 1945 года была опрокинута буквально за несколько дней.

Главную роль здесь сыграло то, что армия, которая не воюет, остается оккупационной армией, и даже такая дисциплинированная, как японская, начинает разлагаться изнутри. Когда началось советское наступление, Квантунская армия уже несколько лет стояла гарнизонами, участвовала в карательных операциях против китайских разрозненных отрядов. И собственно, в таком положении ее застало сосредоточенное наступление отмобилизованных опытных боевых частей, которые только что разгромили Германию.

Во-вторых, в Квантунской армии проходила ротация: опытные бойцы отправлялись на те фронты, где велись серьезные боевые действия, их заменяли новобранцы. В-третьих, свою роль сыграл высокий моральный дух, и случаи фанатичного героизма имели место и во время советского наступления в Маньчжурии, поэтому Квантунская армия была обречена на поражение.

Тот факт, что это поражение случилось так быстро, свидетельствовал также и о мастерстве советского командования, и в то же время об утрате многих боевых качеств именно оперативного командования, которые изначально были у Квантунской армии. Численно большая, Квантунская армия оставалась на уровне где-то конца 1930-х годов, и никакой героизм здесь ничем не мог помочь. Советская армия к этому времени значительно превосходила с точки зрения технического оснащения, имела более современные танки, вооружение, самолеты и средства связи.

Теоретически у японцев были неплохие самолеты, но самолетный парк не обновлялся, а лучшее, что они успевали производить на своих заводах, оставалось на островах или направлялось на юго-запад, в район Окинавы, Иводзимы и прочие.

Японцы начали сдаваться практически через неделю. Деваться им было по большому счету некуда. Некоторое сопротивление они оказывали – оставались огневые точки, прикованные цепями к пулеметам пулеметчики, которые так и остались в уничтоженных дотах. Но в целом Квантунская армия не оказала организованного сопротивления.

Помимо атаки на Квантунскую армию Советский Союз шел по Сахалину, островам и двигался на юг. Установкой Сталина были его слова о том, что Вторая мировая война – не такая война, как были прежние, победитель устанавливает в побежденной стране тот общественный строй, какой считает нужным. И в этом смысле первой целью войны на Дальнем Востоке против Японии было превращение Китая в коммунистическое государство. К этому времени Советский Союз уже окончательно определился, поддерживал китайских коммунистов – Мао Цзэдуна, Чжоу Эньлая, и расчет был именно на это. Операция на Сахалине носила локальный характер и в любом случае не воспринималась как какая-то экспансия, расширение своей сферы – брали свое.

На Северных Курилах бои были довольно упорные, а уже на южной части Курил, где расположены не только те четыре острова, на которые сегодня претендуют японцы, но и несколько других островов, боевых действий как таковых не было – там была просто высадка десанта и захват территории, японцы уже не сопротивлялись.

Русско-японская война в итоге закончилась переговорами и мирным договором. Она закончилась, потому что, с одной стороны, Россия терпела военные поражения, потеряла весь свой флот, а с другой стороны, Япония истощила свои ресурсы. Завершение войны было неизбежным и совершенно оправданным.

Для Соединенных Штатов Америки вопрос о вступлении в переговоры и о каком-то перемирии или мире с Японией, страной, которая нанесла предательский удар, не стоял – речь шла о безоговорочной капитуляции. И американцы имели для этого все основания. Они понимали, что если будут беречь жизни своих военнослужащих, то на разгром Японии потребуется больше времени. Они очень боялись высадки на японских островах, потому что понимали, что за свою землю, не за захваченные территории, а за свою собственную землю японцы будут стоять, независимо ни от чего. И появление атомного оружия решило для американцев многие проблемы.

Очевидцы тех событий в Москве, прежде всего западные наблюдатели, описывают, как резко изменилось отношение в Москве к японцам, отношение обычных москвичей, после атомной бомбардировки. Японцам, которых боялись, считали коварными самураями, агрессорами по природе и так далее, после первой бомбежки Хиросимы 6 августа, моментально стали сочувствовать.

Есть еще одна очень болезненная тема и в нашей истории с Японией, и в российской исторической памяти – это военнопленные. 500 тысяч японских военнопленных, последние из которых вернулись в 1956 году. По законам ведения войны после завершения боевых действий военнопленных необходимо отпускать.

Но боевые действия закончились, не успев начаться, и Квантунская армия приступила к организованной сдаче – сдавались полками. Офицеры складывали свои мечи, требовали, чтобы сдачу принимали офицеры того же уровня – японский полковник не сдавался капитану, так требовали правила чести. Очень организованно спарывали знаки отличия и точно так же побатальонно отправлялись в плен.

Пленным было сказано, что их перевезут на советский Дальний Восток, а оттуда отправят в Японию. Но когда их туда привезли, то они попали в лагеря и работали там чрезвычайно тяжело. Не меньше 50 тысяч погибло в плену уже в мирное время, после прекращения войны, остальные находились в плену очень долго.

Японцы не могли ставить вопрос о своих военнопленных, потому что до 1956 года не было никаких дипломатических отношений с Советским Союзом. Состояние войны не было завершено, Советский Союз не подписал Сан-Францисский мирный договор. Поэтому фактически никто не мог никому ничего предъявить. Военные действия были прекращены, но состояние войны сохранялось.

При этом японских военнопленных содержали в чуть более лучших условиях, чем содержали советских заключенных в обычных лагерях. Они издавали свои газеты, слушали политинформации, были ячейки коммунистической партии Японии, а японская компартия была одной из самых боевых в Азии. И репатриировались на родину прежде всего те военнопленные, которые доказали свою преданность делу Ленина – Сталина. Они возвращались целыми эшелонами, а дальше пароходами в Японию, и многие из них до последних дней оставались верными сторонниками коммунистических идей.

Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки до сих пор являются очень дискуссионным вопросом в военно-исторической, исторической литературе и в публицистике. Вопрос стоит о том, в какой степени две атомные бомбы, сброшенные на японские города, сыграли роль в капитуляции Японии.

При бомбардировке Хиросимы на месте погибло чуть больше ста тысяч человек. Сравнимые потери были весной, когда американцы бомбили Токио. Но свою роль сыграл именно психологический эффект невиданного оружия, от которого, как казалось, нет противоядия. Японцы были убеждены в том, что американцы не остановятся и прилетят еще с такими же бомбами и будут бомбить дальше, полная безысходность. Этот психологический момент сыграл свою роль. Военное командование было деморализовано. Командование сухопутных сил намеревалось биться до последнего солдата. Военно-морской штаб, военно-морское командование, по сути дела, поняло, что война проиграна. И в условиях, когда между двумя ветвями военной власти возникли разногласия, активизировалась дворцовая группировка. Группировка императорских бюрократов, которые почувствовали в этой ситуации возможность выступить в роли миротворцев, пацифистов и антифашистов.

Лорд-хранитель печати маркиз Кидо в дальнейшем успешно позиционировал себя как человека, который все эти годы самоотверженно боролся за мир во всем мире. Его не судили, ему удалось избежать суда, он не был признан военным преступником. Именно эта дворцовая группировка, ее называли дворцовая оппозиция, с подачи самого Кидо в итоге убедила императора в том, что пора капитулировать. Император выступил с декларацией – впервые в истории Японии подданные услышали голос императора.

Императору, по японской традиции, положено быть немного в астрале, отстраненным от всего земного. И эта роль императору Хирохито очень подходила. Он действительно был очень тихий камерный человек, не очень любил большое скопление людей, жил во дворце, занимался биологией, оказался неплохим биологом.

Еще одним фактором согласия Японии на капитуляцию было возникшее понимание, что американцы не будут добиваться для Японии таких же условий, как для нацистской Германии, не будут требовать полного уничтожения императорской системы. Формально говоря, Япония не капитулировала так, как это сделала Германия, потому что вся система была сохранена. Американцы боялись, что если убрать императора, то это будет способствовать дезинтеграции японского общества и может вылиться в очаги сопротивления, не контролируемые властями.

Император остался, генералов судили, некоторые министры совершили харакири. Во время Токийского процесса над военными преступниками часть из них была казнена, часть получила пожизненные сроки. Собственно, политическая система Японии формально осталась неизменной. Японии дали новую конституцию, но самым главным гарантом были американские военные, которые остались в Японии и остаются там до сих пор. В то время американские оккупационные войска имели свою гражданскую администрацию, управляли всем и, по сути, стали основой японского государства.

Сталин очень рассчитывал на то, что Советскому Союзу будет выделен остров Хоккайдо в качестве оккупационной зоны. Если бы это случилось, то сегодня на Хоккайдо существовал бы аналог Северной Кореи, потому что японские коммунисты были гораздо большими догматиками, чем оказались в итоге северокорейские коммунисты.

Американцы отказали Советскому Союзу категорически в зоне оккупации в самый последний момент – были готовы транспорт, войска для высадки на Хоккайдо, трудности это никакой не представляло. Но к этому времени президентом США уже был не Рузвельт, а Трумэн, который был гораздо менее свободный в части, касавшейся невосприимчивости к влиянию окружения. Рузвельт при своей физической немощи был человек решительный и волевой.

Чисто формально это выглядело так, что оккупационные зоны в Германии делили те страны, которые захватили куски германской территории. И в этом смысле Советский Союз, который разгромил часть японской империи на материке, получил оккупационную зону в Маньчжурии и Корее. Изначально американцы мало интересовались Кореей и были готовы отдать всю Корею под советскую оккупацию. Уже потом с советской стороны им было предложено поделить Корею в расчете на их согласие на оккупационную зону на Хоккайдо.

Когда Советскому Союзу в категоричной жесткой форме отказали в зоне оккупации в Японии с ссылкой на то, что американские войска уже осуществили высадку на Хоккайдо, Сталин был в бешенстве.

В конце концов Советский Союз получил Сахалин, Курильскую гряду, четыре острова, за которые сегодня идет спор, надежду, хотя еще ясности не было, что будет коммунистический Китай, что и случилось в 1949 году. Но Сталин считал, что Советский Союз был обманут в этой ситуации, те трофеи, которые получил Советский Союз, не были адекватны, хотя СССР получил все то, что потеряла Российская империя. На Дальнем Востоке СССР получил гораздо меньше, чем в Германии, но, с другой стороны, и вклад был неизмеримо меньше.

Отказ подписать Сан-Францисский договор со стороны СССР было ошибкой, которую можно понять, только если вспомнить о том, что за год до этого СССР допустил другую ошибку, бойкотируя заседание Совбеза ООН по Корее, в результате чего американские войска получили статус войск ООН. Если бы СССР тогда применил право вето, то этого бы не произошло.

Долгосрочными последствиями этой ошибки стал нерешенный территориальный спор с Японией и незаключенный мирный договор, что стало очень серьезной проблемой. Все это можно было урегулировать в Сан-Франциско.

В первом проекте Сан-Францисского договора, который готовили американцы, было четко записано, что все Курильские острова относятся к Советскому Союзу. После того, как советская дипломатия начала под разными предлогами отказываться от обсуждения проекта, упоминание о том, кому отходят Курильские острова, из договора было изъято. Там уже было написано, что Япония отказывается от всех прав и правооснований на Курильские острова, но не было сказано, в чью пользу. Но зато в договоре было написано, и это нормальная практика любого договора, что преимущества и привилегии получают только участники договора, а те, кто не участвует, ничего от этого договора получить не могут. И поэтому, когда позднее СССР стал заявлять о том, что Япония отказалась от Курильских островов и от Южного Сахалина, и, естественно, они отошли к нам, им всегда возражали, прежде всего американцы, что Япония отказалась от этих островов, но вы на эти острова и южную часть Курил, Сахалина также претендовать не можете.

Сан-Францисский договор – это уже история, и говорить о том, признаем мы его или нет, разумеется, просто не приходится, потому что последующие договоры были заключены в большом количестве, и, в общем, Сан-Францисский договор уже неактуален. Хотя если представить, что Россия и Япония решили все-таки положить конец этому спору и обратились в международный суд, то в этом суде неучастие СССР в Сан-Францисском договоре, как один из аргументов, конечно, будет фигурировать, вне всякого сомнения.

…Значение храма Ясукуни, как символа японского милитаризма и агрессии, в значительной мере сконструировано, в том числе и советской пропагандой. Храм Ясукуни – это не усыпальница, а храм, где поминают всех погибших на войнах. И в этом смысле принципиально не делают отличия между теми, кто погиб в агрессивной войне и в неагрессивной, оборонительной войне. Япония вообще не вела оборонительные войны. Все эти войны были, так или иначе, агрессивны, и японцы не делают здесь различий.

Нынешние поколения меньше помнят о том шоке от последствий поражения, которое Япония пережила очень тяжело, – голод, безработица и другое. Но и сегодня существуют настроения, что Японии необходимо восстановить то, что было утрачено. Сегодня Япония все больше опасается прежде всего Китая, с его территориальными требованиями к Японии на острова Сенкаку, и японцы как никогда близки к тому, чтобы отказаться от своих пацифистских обязательств и создать мощную армию. Психологически общество все эти годы не было к этому готово, но такая готовность постепенно созревает.

20

Китай во Второй мировой войне

Андрей Карнеев, замдиректора Института стран Азии и Африки при МГУ

Китай вошел в число стран-победительниц во Второй мировой войне и стал одним из пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Китай оказался вовлечен в войну гораздо раньше, чем большинство держав. 7 июля 1937 года, после инцидента на мосту Марко Поло, началась полномасштабная война, поэтому для Китая эта война еще иногда называется Восьмилетняя война. Япония думала, что в течение нескольких месяцев нанесет молниеносное поражение армиям Чан Кайши, заставит его или капитулировать, или принять свои условия. Неожиданно не только для японцев, но и для многих китайцев Чан Кайши проявил недюжинное упорство.

Чан Кайши проявил необычайную жесткость, и Япония завязла в этом китайском болоте. Советский Союз также был заинтересован в том, чтобы японцы увязли там надолго и не нанесли бы удар в тот момент, когда он больше всего боялся войны на два фронта. Во многом эту стратегическую функцию Китай играл и для американцев, поэтому практически на всех важных конференциях, которые проводили лидеры антигитлеровской коалиции, Чан Кайши присутствовал как лидер страны, может быть, не имевшей такой сильной боеспособной армии, как у Советского Союза, но имевшей огромный потенциал в этих совместных усилиях. И все понимали, что Китай в перспективе обладает еще большим потенциалом. Несмотря на де-факто гражданскую войну, страшное ослабление, оккупацию японцами значительной части северо-востока страны, Китай все равно воспринимался как великая держава.

Очень многие представители финансовой промышленной элиты США были связаны с Китаем. И в 1919 году Соединенные Штаты воспринимались либеральной общественностью Китая как чуть ли не главный друг китайского народа. Это было не случайно, потому что американцы проводили в то время политику, отличавшуюся от других колониальных держав, той же Британии. Так, контрибуции после «боксерского восстания» многие страны забирали деньгами, США же эти деньги возвращали в Китай и вкладывали в университеты. Они думали на несколько шагов вперед. И до 1947 года американцы считали, что их главный азиатский партнер не Япония, а Китай, и делали ставку на Чан Кайши. Считалось, что он не только сможет объединить весь Китай, но и быть буфером, сдерживающей страной против СССР. Но неожиданно для всех Чан Кайши оказался слишком слаб, власть взяли коммунисты, и вплоть до 1971 года КНР вообще не была представлена в ООН – место Китая занимал представитель Тайваня, хотя гоминьдановцы тогда контролировали лишь очень маленькую часть Китая.

При Никсоне, Киссинджере был совершен новый поворот. Китай уже вошел в ООН как великая к тому времени ядерная держава. При этом советское правительство всегда поддерживало мнение, что это место должен занимать представитель КНР, и в этом отношении китайцы всегда выражали благодарность России за поддержку в вопросе об ООН.

Для России Китай представлял интерес еще со времен Ленина. Было представление о том, что Китай в перспективе может играть роль если не союзника, то какой-то нейтральной страны, которая в Азии может быть опорой советской внешней политики. Советский Союз в то время воспринимал мир как некое подобие осажденной крепости. Есть разные домыслы на тему того, хотел ли в 1945 году Сталин победы Мао Цзэдуна или нет, на самом деле архивные документы показывают, что это все-таки не так: как великий конспиратор он до самого последнего момента делал вид, что поддерживает Чан Кайши. Даже советское посольство переехало в южный город Гуанчжоу, когда уже всему миру было понятно, что режим Чан Кайши вот-вот падет. Тем не менее, даже если бы Чан Кайши остался у власти, Советскому Союзу было важно, чтобы Китай был членом Совета безопасности, являясь одной из ключевых стран мира. Было понимание, что потенциал Китая рано или поздно будет проявлен, хотя в 1945 году в Китае было даже страшнее, чем в Советском Союзе после Великой Отечественной войны – там царили бедность и разруха.

Уже после Ялтинской конференции, когда позиция Советского Союза была поддержана в большей степени Рузвельтом, чем Черчиллем, и Сталин заручился поддержкой ведущих союзников, в августе 1945 года был заключен договор о дружбе и мире между Советским Союзом и Китайской Республикой. Во многом это была победа советской дипломатии, потому что Советский Союз сумел настоять на основных позициях, которые интересовали Сталина, и когда уже подписывался договор, Чан Кайши был поставлен перед фактом наличия договоренности большой тройки.

Речь шла о Монголии, советских интересах на КВЖД, в Синдиане, которые были объяснимы с точки зрения реалий того времени. Сталин поставил вопрос таким образом, что Советский Союз выдержал основную часть войны против фашистской Германии, согласен начать войну против Японии по просьбе США и за это хочет, чтобы были соблюдены его интересы на Дальнем Востоке. Когда уже была создана Китайская Народная Республика, первая поездка Мао за границу произошла зимой 1949/50 годов в Москву. Договор 1950 года был уже гораздо более дружественным по отношению к Китаю, с учетом того, что победила братская компартия. При Чан Кайши все-таки превалировала идея о том, что как главный союзник США, Чан Кайши партнер Советскому Союзу, но не друг.

Когда в 1950 году шли переговоры, Мао Цзэдун признал границы, которые уже были, в том числе и Монголию. Он воспринимал Сталина как своего учителя. Более того, коммунисты у власти были еще только несколько недель, еще шли бои с отступавшими армиями Гоминьдана, Китаю нужна была прежде всего военная помощь, да и вообще по всем отраслям промышленности. Сталин предоставлял ее не очень щедро, уже потом Хрущев принял решение, и советская помощь полилась рекой. Сталин был более прижимистым руководителем, но при этом Мао Цзэдун относился к нему с гораздо большим пиететом, потому что с начала 1920-х годов Сталин, собственно, был творцом политики Советского Союза в отношении Китая.

В конце 1935 года Мао делает важный шаг в своей карьере: он фактически бросает вызов тройке тогдашних лидеров – Чжоу Эньлаю, Бо Гу и коминтерновскому советнику Отто Брауну, которые решали, куда вести армию. Мао впервые заявляет о том, что китайцам гораздо лучше знать, как в китайских условиях вести войну против превосходящих сил Чан Кайши. И его стратегия сработала – это была стратегия ухода от лобовых столкновений, партизанские удары, обман, игра на противоречиях. Китай в то время представлял собой страну, где Чан Кайши на словах подчинялись очень многие местные генералы, а на деле могли оказывать помощь коммунистам.

Считается, что самые большие потери во Второй мировой войне понес Советский Союз, последняя официальная цифра – 27 миллионов человек. Что касается потерь, которые понес Китай, то разброс цифр начинается от 15 до 35 миллионов за период 1937–1945 годы. Но не все историки согласны, что вести отсчет надо с 1937 года.

Агрессия началась 18 сентября 1931 года, когда были подорваны железнодорожные пути и Квантунская армия сразу начала захват Маньчжурии. Территория Маньчжурии больше, чем Франция и Германия, вместе взятые. Эта огромная территория была превращена японцами в индустриальную промышленно-сырьевую базу для японской империи. Китайские войска не оказали сильного сопротивления. Маньчжурией командовал Чжан Сюэлян, у которого было прозвище «молодой маршал» – плейбой, которому эта огромная территория досталась от отца.

Если считать потери Китая с 1931 года, то цифры в действительности значительно больше. В Маньчжурии японцы оставили о себе очень нехорошую память. Достаточно упомянуть отряд 731, который на живых людях испытывал бактериологическое оружие. Поэтому общие потери действительно трудно подсчитать, ведь в основном они были не боевыми. Китайских солдат, погибших на фронтах, было примерно столько же, сколько японцев – около 3 миллионов человек. А потери среди гражданского населения исчисляются от 19 миллионов человек и выше. Официальная цифра составляет 21–22 миллиона человек за все 14 лет войны.

Страшные цифры гражданских потерь были связаны еще и с полной дезорганизацией в тылу у китайцев, потому что была паника, беспорядочное отступление, где люди часто гибли при переправах, и тому подобное. Кроме того, были голод, болезни и варварские бомбардировки японцев. Так, например, столица военного сражающегося Китая город Чунцин – сейчас это самая многочисленная провинция, население которой по численности больше, чем вся Россия, – постоянно подвергался так называемым изнуряющим бомбардировкам, даже сам Чан Кайши в один из моментов чуть не погиб в них.

Все это было следствием того, что к началу Второй мировой войны Китай представлял собой страну, еще только подходившую к процессу поиска какой-то эффективной системы государственного управления. Там соперничали разные социально-политические силы, одной из которых были коммунисты.

До сих пор между Китаем и Японией существует очень серьезное ожесточение. Люди до сих пор помнят о тех зверствах, и это вызывает огромное возмущение в Китае.

В Маньчжурии было создано практически полицейское государство, и еще до 1937 года, до начала войны, Маньчжурия стала крупнейшим в мире производителем наркотиков, которые умышленно поставлялись на территорию, подконтрольную Чан Кайши, вместе с фальшивой валютой. Все это делалось для деморализации и деградации населения. В этом смысле японцы в какой-то степени повторяли опиумные войны XIX века.

До сих пор правые историки в Японии отказываются от слов китайско-японская война. Они называют эти события «китайский инцидент» и говорят, что не было никакой войны, японцы таким образом защищались на территории Китая.

Чан Кайши понимал, что если он снова отступит, то как лидер потеряет в глазах всей нации последние остатки авторитета. Поэтому он принял роковое для себя, но, может быть, важное для Китая решение. Роковое, потому что в конце концов он потерял власть именно из-за того, что начал эту войну. И теперь даже в самом Китае историки начинают признавать, что Чан Кайши – не капитулянт, а национальный лидер, националист и патриот. Это трагическая фигура в истории Китая.

Чан Кайши начал жестокое сопротивление, и первая битва была за Шанхай. Это была мясорубка. Чан Кайши ввел лучшие свои дивизии, которые столкнулись с не менее подготовленными дивизиями японцев, они же могли и высаживать десант с моря, и двигаться с севера. Кроме того, у них уже были многолетние планы и опыт ведения кампании, они все хорошо знали. Но практически весь 1937 год, почти до декабря, Чан Кайши, на удивление всего мира, удерживал Шанхай. Для японцев это был шок.

Следующим важным эпизодом была Нанкинская резня в декабре 1937 года – возможно, самый страшный эпизод во взаимоотношениях Китая и Японии. Сейчас там существует очень много музеев. Самый знаменитый пример происходившего там – фотография, опубликованная в New York Times: два поручика японской армии соревнуются, кто больше зарубит людей, и они рубили, пока не затупилось оружие. За несколько дней там погибло триста с лишним тысяч людей. Есть несколько версий такого невероятного ожесточения японцев. Первая версия – это был психотеррор с целью сломить волю к сопротивлению и заставить Китай капитулировать. Вторая версия – резкое падение дисциплины после захвата столицы гоминьдановского Китая, когда, казалось бы, можно было расслабиться. Японские солдаты не только убивали, но и насиловали и грабили гражданское население.

Впоследствии многие японские историки пытались также не признавать эти факты. В сентябре 2012 года в Китае был пик антияпонских выступлений. Люди просто входили в японские рестораны, заказывали большое количество блюд и уходили, не расплатившись. Как бы анекдотично это ни звучало, это показывает, насколько и сейчас сильны антияпонские настроения, потому что нельзя забыть все то, что совершили японцы. А самое главное, что они никогда не выражали покаяния (в отличие от Германии). Так, на территории Маньчжурии были широко задокументированы факты применения японцами оружия массового поражения.

Изначально цель вторжения Японии в Китай была достаточно ограниченная, она была сформулирована еще в начале 1920-х годов. Япония во многом стала жертвой распространенной в Европе идеи о Lebensraum – жизненном пространстве. Япония – это маленькое островное государство, и уже начиная с 70-х годов XIX века была своего рода паранойя, будто белая раса их рано или поздно раздавит, и они должны этому противодействовать. Геополитическая паранойя была главным мотивом их экспансии.

Цель Японии была создать такую огромную империю в Азии, которая была бы подконтрольна Токио. Она понимала, что Китай невозможно захватить, ведь Китай не только самая многочисленная, но и по территории очень большая страна, поэтому цель была захватить сначала Северный Китай, в 1937 году – заставить Чан Кайши признать Маньчжоу-Го как отдельное государство и целую вереницу таких буферных территорий – Мэнгуго, такое же монгольское марионеточное государство, и еще несколько провинций Северного Китая. И на этом умеренные в японском руководстве хотели остановиться.

Уже когда произошел инцидент на мосту Марко Поло, когда Чан Кайши, на удивление всем, выступил за тотальную войну сопротивления, тогда уже в Японии победили те, кто выступал за то, что китайцев надо стереть с лица земли и уничтожить.

Японцы понимали, что им надо, так или иначе, расколоть Гоминьдан, но оказалось, что даже в расколотом виде Чан Кайши, который в самые худшие годы контролировал в основном провинцию Сычуань и несколько прилегавших к ней глухих провинций, где люди ничего не знали про электричество, и даже там они продолжали сопротивляться.

В декабре 1941 года Чан Кайши пришла телеграмма о том, что японцы напали на Перл-Харбор. С этого момента Чан Кайши уже знал, что теперь войну за него выиграют американцы. В дневниках Жана Моне, который через несколько лет придумал европейскую интеграцию и в годы войны обеспечивал поставки вооружения и сырья Великобритании, как только Япония напала на Перл-Харбор и США через несколько дней объявили войну Японии, появилась запись: «Все, война выиграна». Когда Гитлер объявил войну США, уже тогда многие поняли, что это фатально меняет баланс сил во Второй мировой войне против Гитлера и Японии.

Помощь Советского Союза Китаю была значима именно в период с 1937 по конец 1941 года. Помощь шла через Синдиан, и это была не просто военная техника – примерно двести советских летчиков погибли в небе над Китаем. Помощь Советского Союза летчиками, самолетами, вооружениями, боеприпасами для Чан Кайши была в том числе и важной моральной, не только военной поддержкой. Многие люди, которые изначально не были предателями, коллаборационистами, начали колебаться в эти самые страшные 1937–1938 годы. Потом уже война стала носить позиционный затяжной характер, но первые годы была очень большая вероятность, что Гоминьдан не сможет удержаться под натиском Японии, и помощь Советского Союза сыграла очень большую роль.

Сталин все-таки был геополитиком и лишен каких-то сантиментов. Более того, ведь Чан Кайши когда-то называли «кровавой собакой Чан Кайши» в газете «Правда», потому что он подавил коммунистов, 10 лет вел он гражданскую войну, с 1927 по 1937 год, в которой были казнены десятки тысяч коммунистов. Но в 1937 году эта «собака» стала лучшим союзником Советского Союза, потому что взяла на себя его потенциального врага на Дальнем Востоке, и Япония так и не смогла нанести удар.

Когда в Китае вспоминают эту войну, они говорят о том, что решающий вклад Китая в японской и Второй мировой войне был именно в сковывании сил Японии.

Когда японцы захватили самую большую территорию в Китае, с весны по осень 1944 года, самым важным стал момент, когда они попытались соединить свои коммуникации от Кореи до Вьетнама и практически этого достигли – это был апогей их контроля. Даже в тот момент японцы захватили в лучшем случае две пятых Китая, и даже в тот момент Чан Кайши не утратил контроля, хотя уже был близок к этому, и его армия уже начала рассыпаться.

Если брать соотношение сил, то у японцев была отличная обученная армия, более современное вооружение, и расчет был на молниеносную войну, на слабость режима Чан Кайши, что действительно было реальным фактом. И тем не менее во многом произошло чудо – Чан Кайши и его националисты не пошли на капитуляцию и сохранили лицо китайской нации.

С 1941 по 1945 год Сталин не до конца обескровил дальневосточные рубежи. Там все время происходили какие-то инциденты, Советский Союз держал там несколько дивизий. В основном это была моральная поддержка. Но надо сказать, что китайские коммунисты в тот момент тоже были в сложном положении. Они не вели активную войну против японцев, но формально были частью чанкайшистской армии, и нужно было не допустить, чтобы между коммунистами и Гоминьданом опять разразилась гражданская война, и Москва помогала этому диалогу, пыталась не допустить разрыва.

Американская помощь с 1941 по 1945 год была действительно в большом объеме и критически важна для поддержания боеспособности Китая, в том числе она спасала жизнь американских солдат. Американцы понимали, что помогают сами себе, их помощь не была бескорыстной, как и Сталина, который помогал союзнику, воюющему против общего врага на Тихом океане.

21

Индия во Второй мировой войне

Феликс Юрлов, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института Востоковедения Российской академии наук

Ирина Глушкова, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Центра индийских исследований Института Востоковедения Российской академии наук.

Целая серия исторических событий привела Индию к участию во Второй мировой войне. Начало этому процессу положили мятеж 1857–1859 годов, который индийцы называют Первой войной за независимость, и движение за самостоятельность, которое было связано с разделом Бенгалии в 1905 году, охватившим порядка 80 миллионов человек. Раздел затеял Керзон, который в то время был вице-королем Индии.

Следующим движением было участие Индии в Первой мировой войне. За участие в ней Ганди и после него Тагор получили ордена, а последний вообще стал рыцарем. После окончания Первой мировой войны, в 1919 году, произошло событие, серьезно повлиявшее на дальнейшее развитие ситуации, – расстрел в Амритсаре, после которого индийцы стали еще жестче выступать против Англии. Ганди заявил, что если до этого он был лояльным по отношению к Англии, то сейчас перестал таким быть. Эта идея в той или иной форме, так или иначе, отражалась на его взглядах в период Второй мировой войны и даже до нее. А уже во время самой войны, в 1942 году, он прямо выступил против Англии.

То, что мы сегодня называем Индией, является только частью Британской Индии. Там были еще Пакистан, Бангладеш, и, конечно, никто не спрашивал все это огромное пространство, хотят они или нет вступать в войну. Но Британская Индия была не на всем этом пространстве. Уже на конец войны и момент превращения Индии в соответствующие доминионы существовало порядка шестисот княжеств, и формально князья могли сами принимать решения. Часть страны была Британской Индией, часть страны находилась в разной степени подчиненности княжествам.