— Врешь, — убежденно возразил Кен и убрал нож.

— Пожалуйста, — стрелок рвано, коротко всхлипнул.

— Хорошо, — помолчав, неожиданно согласился Кен. — Храбрость надо уважать.

Он аккуратно разрезал рубашку стрелка и поднял руку с ножом. Стрелок слабо кивнул, булькнул что-то вроде «спасибо» и закрыл глаза, Кен с силой опустил руку, помедлил, резко выдернул нож чуть в сторону, чтоб не окатило толчком крови, очень тщательно вытер нож о рукав убитого и вдвинул лезвие в ножны.

Джой сидела на кочке, подобрав ноги, и мерно постукивала зубами.

— Не нравится? — зло бросил Кен. — Привыкай.

— Пойдем отсюда, — без всякого выражения попросила Джой. У Кена мигом вся злость прошла. Тяжело в первый раз, он-то знает. Зря я на девчонку окрысился. Он подошел к ней и обнял за плечи. Вопреки его опасениям, Джой не отодвинулась.

— Чтоб идти, надо знать куда. Нам нужно посоветоваться. Посиди немного, я сейчас, ладно?

Джой кивнула. Кен взял убитого на руки с предельной осторожностью, почти бережно, и зашагал куда-то. Шаги его были почти беззвучны. Через некоторое время Джой услышала поодаль слабые, еле слышные звуки. Вскоре Кен вернулся.

— Так вот, ясная моя. Даже если нам повезет и парня не найдут, все равно я не знаю, куда нам идти. Мы во что-то влезли. И это что-то запросто может оторвать нам головы.

— Почему? — кратко спросила Джой.

— Кто мог знать о наших планах?

— Никто.

— Хорошо, зайдем с другого конца. Кто мог знать о шелке и стали?

— Это может быть. Какой-нибудь клан. Стервец Лори.

— А что он сделал?

— Пытался кой-что продать.

— Есть хотел?

— Все хотели. Знать бы, с кем торговался. Он же и сам понятия не имеет.

— Не знаю, — протянул Кен. — И кто этот парень, тоже не знаю.

— Ниндзя, он же сказал.

— В том-то и дело, что нет. Поверь ты мне. Я это понял, еще до того как увидел. Стрелу помнишь?

Джой кивнула.

— Не наша стрела. Мы таких не держим. В деле неудобные. Наши вот такие.

Кен показал странную маленькую стрелу длиной в ладонь.

— Охотничья стрела, и лук охотничий.

— Может, для отвода глаз? — предположила Джой.

— Какое там! — махнул Кен. — Что я, коллегу не узнаю? Я же его осмотрел. Тело не катаное, суставы не вынутые.

— Это как? — не поняла Джой.

Кен встряхнул кистью и изобразил ею нечто, по мнению Джой, абсолютно невозможное с точки зрения анатомии.

— Кошмар какой, — содрогнулась она. — Перестань.

Кен рассмеялся и придал запястью нормальное положение.

— Вообще-то у меня не очень получается, — потупив глаза, признался он. — Этим надо заниматься сызмала, и я поздно начал.

— Не скромничай. Может, он тоже поздно начал?

— Исключено, — помотал головой Кен — Он не новичок. Но и не профессионал. Такие на серьезное дело не ходят. И ниндзя не просил бы его добить. Он не ниндзя, не клановый, не бродяга и не отреченный.

— Это еще что за бред?

— Неважно, потом. Главное, он неизвестно кто. И второй — фигура темненькая. Во что мы влезли?

Джой пожала плечами.

— Понять не могу, кому мы нужны. Глупо же. Выходит, появилась еще одна сила в нашем мире. И вдобавок никто о ней ни сном ни духом.

— Что делать будем, флейтист?

— Пожалуй, ехать дальше. Второй, видно, тот еще тип Плохо, что я его не знаю. Длинный, тощий, темноглазый. Далеко с такими приметами не уедешь. Где мой мешок?

— Здесь. — Джой вытащила мешок из-за спины.

— Помоги мне прибрать. Тут и следа остаться не должно.

В поселение ниндзя Джой въехала притихшая и бледная, Кен — гордый и довольный. Все встречные задавали два вопроса: «Откуда такая женщина?» и «Откуда такая лошадь?» — ибо Джой отправилась в путешествие не на прежней заморенной кляче, а на одном из чудесных клановых скакунов. У Кена язык заболел врать направо и налево.

— Какая вам разница? — смеялся он. — Женщина моя, и лошадь моя. Вам нравится, вы себе и добывайте. И к моим лапы не тянуть — отрежу.

Кена знали хорошо. Никто не сомневался: отрежет. Все сказанное со смехом он выполнял безупречно. Руки не тянулись, но взгляды так и оглаживали золотистый круп жеребца и стройное тело Джой. Кен взял ее коня за уздечку, подвел поближе к своему и поехал с Джой совсем рядом, нога к ноге.

— Ничего не бойся, — шептал он, не забывая улыбаться в ответ на приветствия. — Да поласковее со мной. Ты моя добыча или нет, в конце концов?

— Вся твоя, — сквозь зубы процедила Джой. — Только прекрати этот балаган.

— Какой? — деланно изумился Кен.

— Прекрати демонстрацию. Что со мной случится, если я не буду с тобой? Не пойду по рукам, не пугай. Сама эти руки отрежу, не думай.

— Значит, есть чем, — заключил Кен. — Заодно глаза повырывай, чтоб не смотрели. Ведь будут. Ласковей, родная. Без норова. Ты же добыча. Будешь при людях характер показывать, так и мне придется тебя проучить. Для твоего же блага. Иначе не ручаюсь за последствия.

Высокий молодой ниндзя, на удивление добродушный и ясноглазый, поздоровался с Кеном с нескрываемым восхищением:

— Вернулся? Я уж тебя десять раз схоронил.

— Не рано ли, Хасси? — ухмыльнулся Кен.

— Опять упыри появились, — серьезно произнес Хасси.

— Я не суеверен, — фыркнул Кен.

— Ассам не вернулся.

Глаза Кена сузились.

— Вернется, — предположил он. — Не горюй, Хасси.

— Я и не горюю. Я тебе рад.

— Чистая ты душа, Хасси, — вздохнул Кен. — Зря ты здесь.

Через толпу протолкался Лэй.

— Быстро ты обернулся, — процедил он, оглядывая коня Джой.

— Медленно только жилы тянут, — пожал плечами Кен. — Работа не пыльная. Прикончил одного обормота, всего и дел.

— Разговор есть, Кен. Серьезный.

— Говори. — Кен соскочил с лошади и помог Джой сойти. — Пойдем ко мне.

— Разговор серьезный, — повторил Лэй с нажимом.

— Ну нет, так не пойдет. — Кен прижал к себе Джой потеснее. — Девчонку одну не оставлю, и не надейся. Себе вез, никому другому. Говорить будешь при ней.

— Так и не оставишь? И на дело с собой возьмешь?

— А почему и нет? Умная, сильная, визжать не склонна. Таскать на себе не надо, свои ноги есть.

— Ох, Кен, — Лэй покачал головой, — изуродую я тебе рожу, так и знай.

— Вот уж нет. Я тебе смазливый нужнее.

— Оно конечно, — согласился Лэй, небрежным пинком открывая узкую дверь.

Джой по достоинству оценила скромную, но бешено дорогую простоту жилища Кена. Янтарное сияние досок, голые стены, голый пол, ставни с затейливой резьбой. Низкий стол — единственный предмет меблировки. Одна из стен густо увешана оружием — и обычным, и незнакомым, замысловатым. Просторно и красиво.

— Устраивайся. — Кен выволок откуда-то из-за стены кучу пледов, тюфяков и циновок.

— У тебя что, кровати нет?

— По-твоему, она мне нужна? — ухмыльнулся Кен. Джой быстро соорудила уютное лежбище, рухнула на него и блаженно растянулась. Кен сел рядом с ней, выразительно поглядывая на Лэя и поглаживая плечо Джой.

— Что значит: говори и убирайся, мне невтерпеж, — расхохотался Лэй, усаживаясь на пол поудобнее. — Все-таки я тебя изуродую. Погубят тебя девки, Кен.

— Изуродуешь — где другого такого найдешь? Я ведь в любой клан с такой физиономией войду. Она мне вместо отмычки.

— Ладно, пошутили и хватит. Ты вовремя приехал.

Кен не стал спрашивать — почему. Он просто ждал. Лэй такой же, как всегда: большой, обманчиво неповоротливый, хитромордый. Не знать его, так и не поймешь, что обеспокоен. Не стоит задавать вопросы. Сам все скажет.

— Есть работа.

— Помилуй, Лэй. Я только с дела...

— Про Ассама знаешь?

— Слыхал. Запил где-нибудь, по своему обыкновению.

— Конечно. Болотную воду.

— При чем тут болото? — Кен непроизвольно сжал плечо Джой.

— Я его там нашел. Говорить пока не говорил, но думать не запретишь. Упыри.

— А ты веришь в упырей?

— Я верю в Ассама с перерезанным горлом. — Лэй опустил голову.

— Предлагаешь поработать на тебя? — Кену не надо было долго объяснять. — Даром?

— Ну ты и скотина! — Лэй привскочил от возмущения.

— Работа есть работа, Лэй. И меня призраки не беспокоят.

По тону Кена было ясно, что он что-то знает.

— Сколько возьмешь? — Кроме Кена, информацией не располагал никто, и Лэю некуда было отступать.

— Там сочтемся, — туманно заявил Кен. Лэй просиял.

— Значит, возьмешься? Ну и слава богу. Выкладывай.

— Да почти нечего, — пожал плечами Кен. — Видел я упырей. Не далее как вчера. Одного прикончил. Не выкатывай глаза, Лэй. Упыри из плоти и крови. И это был упырь, не сомневайся.

— Быть не может. — Лэй дышал быстро и тяжело. — На бродягу ты наткнулся. Или на отреченного. Или на торговца.

— Стрелял в меня упырь. Упыри — люди, и, кроме них, других упырей нет.