Помоги проекту - поделись книгой:
Белль застонала.
- Простите, - сказал мулат. Я знаю, что это немного сокращает трафик, но это необходимо.
Он повернулся к Мартину, который лежал в своей личной нише. Он применил к нему такое же лечение. Мартин смирился с этим без возражений.
- Через десять минут, - объявил Макс, - устройство будет танцевать джигу и мчаться по звездам.
Мартин вышел из своего молчания
- Думаю, нет смысла менять свое мнение.
- Да нет необходимости. Почему?
Рыжая ухмыльнулась
- У тебя нет ни слова. Ты обещал отвезти нас в Сидуан.
«Я вообще ничего не обещал, - возразил мулат. На самом деле я собирался на Сидоин, когда вы умоляли меня взять вас на борт куда угодно. Казалось, это направление удовлетворило вас так же, как и все остальные. Вам особенно хотелось сбежать с родины. Приспешники реформатского государства недоброжелательны к сыновьям князей-банкиров. Я сжалился над тобой...
- И прежде всего мои деньги! И можем ли мы знать, куда мы идем?
Макс не заметил наглости. Он пожал плечами.
- На Пердиде.
- Не знаю!
- Изолированный мир на краю Гаммы: Гамма двенадцать, если хотите. Жил мой друг. Он мертв, и его сын будет бродить по холмам. Пока ребенок остается в лесу, шершни на него не нападут. Деревья выделяют газ, который сдерживает их. Но... эта ситуация создает массу проблем. Я должен спасти этого ребенка.
- Посмотри на меня, это большое сердце! - пошутил Мартин.
- Мартин, пожалуйста! - сказала Белль.
Макс то смотрел на них пустыми глазами.
«Подожди», - спокойно посоветовал он.
Он вышел из кабины, проверил магнетизм всех дверей и пошел пристегиваться.
Во сне ребенок свернулся клубочком. Микрофон задел его левую руку.
Сверху светящиеся плоды потеряли свой блеск. Розовый день носился среди ветвей леса, ласкал листву, рассыпаясь неровными лучами до земли. Большое насекомое с музыкальным полетом танцевало в свете, собирая пищу то тут, то там. Он приземлился на лоб ребенка.
- Маленький Клод! взорвали микрофон. Ты здесь, маленький Клод?
Ребенок сонным жестом отогнал насекомое. Он открыл глаза. Его взгляд коснулся объекта.
- Ты еще там, маленький Клод?
Ребенок зевнул, оскалив свои белые зубки. Он приподнялся на локте.
- Что ты сказал? он спросил.
- Слава Богу, - сказал объект.
Затем более мягким голосом:
- Ты хорошо спал, Клауди?
- Да и ты? Как вас зовут?
Объект немного подкатился, хихикнул.
- Меня зовут Макс.
Ребенок хитро моргнул. Он пропел:
- Это неправда, неправда, неправда!... Макс, он очень высокий мужчина с очень синими волосами. Папа сказал мне. А ты, ты очень маленький, и у тебя нет волос; вы ясно видите.
Дразня, он бросил в объект горсть песка.
- Я один... Слушай внимательно, малыш. Я очень далеко от тебя и...
- Ты недалеко, отрезанный, дитя. Я могу прикоснуться к тебе. Беги немного, поймаю ли я тебя... Почему у тебя нет ног? Ты не мужчина, ты что?
Микрофон изменил голос и сказал очень тихим, но торопливым тоном:
- Давай, Макс, он не понимает. Вам следует...
Затем более серьезно
-Я знаю, Белль. Это сложно... Послушай, Клауди
- Какая? сказал ребенок. Что ты сказал? Почему ты говоришь маминым голосом?
Повисла печальная тишина.
- Как вас зовут? повторил ребенок.
- Гм... я... микрофон.
- Тебя зовут Микро?
- Я... Да, вот и все. Это мое имя.
- А ног у тебя нет. У вас очень маленькая голова и много маленьких глаз.
«Это не глаза, Клауди, а уши… и рты. У меня нет глаз, я слепой.
Ребенок был удивлен.
- Ты меня не видишь?
- Ничего не вижу, - сказал объект. Но я могу слышать и говорить, вот и все. И я очень образован.
- Очень что?
- Ученый. Значит, я много чего знаю. Ты всегда должен слушать меня, как раньше слушал своего папу.
Ребенок скривился. Его веки сузились.
- Где он, папа?
- Он... он вернется чуть позже, может быть, если ты будешь меня хорошо подчиняться.
- Я хочу, чтобы он вернулся из...
«Послушай меня, Клауди, - настойчиво перебил объект.
Как там у тебя? Есть деревья!
- Да, деревья с огнями. Но свет погас... Не все!
- Я так и подумал, - сказал объект чуть более глухим голосом. Он находится на холмах, граничащих со страной Сонг. Это единственное место в Пердиде, где растут фонарные деревья.
Ребенок не ошибся с изменением тона. Он спросил :
- С кем ты разговариваешь?
Затем, без перехода, охваченный безоговорочной необходимостью:
- Я голоден!
Микрофон издал раздраженное рычание:
«... должно было случиться», - понял Клауди. Слушай, малыш. Есть ли вокруг вас какие-нибудь фрукты, которые все еще сияют?
- Да, но я голоден!
- Конечно, конечно, милый, придет. Можно есть красные ягоды. Не желтки, особенно!
- Мне больше нравятся желтки.
- Нет, привет! Что ты делаешь, маленький несчастный?
Ребенок встал на цыпочки. Ветвь, отягощенная фруктами, наклонилась к нему. Ее мизинцы коснулись желтого фрукта в форме тыквы.
- Я собираю желток, - признался Клод.
- Остановился! ХААА!
Микрофон издал ужасный крик, нарочито оглушительный. Ребенок испугался, отбежал на несколько шагов в сторону и заплакал.
- Ты меня напугал... напугал, икнул малыш.
- Молодец! сказал микрофон. Вы ослушались меня. Быстро сорвите красный фрукт, пока он не погас.
- Для... почему?
- Если плоды потухнут, ты их не узнаешь, зверюга, все они будут одного цвета.
Поддавленный голодом, ребенок сорвал еще один фрукт, споткнулся под его весом, позволил ему скатиться на землю. Он сел на траву и глубоко впился в кору.
*
* *
Макс озабоченно посмотрел на передатчик. Он вдруг закричал:
- Привет всем! Ты знаешь красный цвет, Клауди? Что такое красный?
- Фрукт, который я ем, - сказал тихий голос в устройство.
- Но все равно? - лихорадочно спросил Макс. Расскажите мне о красных вещах?
- Эта... кровь!
Макс откинулся на спинку сиденья. Он вытер лоб.
- Уф! он вздохнул. Не знаю, смогу ли я продержаться три месяца с такими темпами. Малейший жест этого ребенка вызывает у меня холодный пот.
Он посмотрел на Белль.
- Ты попробуешь меня немного заменить? он умолял. Только помешайте ему есть желтые фрукты. Пока больше не о чем беспокоиться.
Белль кивнула и заняла свое место. Макс подошел к Мартину, который дулся в углу. Последний, казалось, о чем-то размышлял. Он лукаво посмотрел на высокого мулата и взглянул
- Что ты говорил раньше? Вы говорили о том, чтобы продержаться три месяца?
«А может, и больше», - признал Макс, садясь рядом с ним.
Мартин наморщил лоб.
«Я не знаю почему, - сказал он, - но ты все еще пытаешься меня обмануть, Макс. Я смотрел карты раньше, и не будучи...
«Заткнись, старик», - устало прервал его Макс. У вас болезнь преследования. И ты знаешь о навигации больше, чем... чем маленький Клауди! Мы не можем пойти прямо в Пердид. Прямая линия - не самый короткий путь из одной точки в космос. Сначала я должен догнать орбиту Сидуна.
Поделиться книгой: