Снегурочка без права выбора

Уверенность, не успевшая как следует закрепиться, тут же исчезла. А в голову стали лезть самые дурные мысли: а вдруг у меня юбка треснула по швам? Или отлетели все пуговицы с кофточки, а я и не заметила? Я бросила придирчивый взгляд вниз и ахнула. Мое одеяние, расшитое камушками, стразиками и прочими блестящими штуковинами, в неоновом свете горело и переливалось. Казалось, что я вся закутана в лоскут из света и блеска. Наверняка что-то подобное творилось и у меня на голове. Не даром вон та рассматривающая мою корону высоченная девица никак не может справиться с собственной челюстью, то и дело норовящей упасть к ее ногам.

Я гордо повела плечами и двинулась на поиски своего господина. Пусть видит, какую Жар-птицу сумел поймать.

Игоря Самойловича я обнаружила около барной стоки. Он потягивал напиток из кофейной чашки и смотрел в экран своего смартфона. Видимо, мой взгляд этот злосчастный снегуроквладелец почувствовал спиной. По крайне мере, стоило мне ее немного посверлить глазами, как он оторвался от гаджета, повернулся, посмотрел в мою сторону, вздрогнул и застыл.

Я плыла ему навстречу в своем наряде, в блеске которого скрывались разве что самые сокровенные части тела, а он продолжал сидеть, не сводя с меня глаз.

– Здравствуйте, – сказала я, поравнявшись с ним. – Я пришла.

– Здравствуйте… – растерянным эхом отозвался он и даже мотнул головой, словно пытаясь избавиться от какого-то наваждения.

Глава 15

Вообще, собираясь на это мероприятие, я морально готовилась, что в мою сторону снова посыплются шуточки разной степени остроумия. Но, видимо, в душе у моего феодала что-то перегорело. Он не стал юморить, хотя, в моем представлении, поле для деятельности было огромное. Я бы на его месте точно не удержалась от того, чтобы отпустить критическое замечание по поводу явно сократившейся длины юбки. Но он только пялился туда, где она заканчивалась и ничего такого не говорил.

– Садитесь… пожалуйста, запнувшись сказал он.

Отодвинул для меня огромный барный стул, и, кажется, едва не потерял сознание, когда я поставила ногу на подножку, чтобы моя пятая точка достала до сиденья. Я разместилась, попытавшись натянуть юбку как можно ниже, и огляделась. Лучше бы я этого не видела!

Складывалось ощущение, что я попала на съемки программы «В мире звезд». Лица вокруг мелькали знакомые. То есть, это я их всех хорошо знала, а они все даже не догадывались о моем существовании. Справа расположился ведущий, лицо которого мелькало на экране так часто, что для многих он стал роднее, чем члены собственной семьи. Он бросил на меня быстрый взгляд и отсалютовал бокалом с виски. Слева я приметила музыканта, чьи последние композиции звучали из каждого утюга. И никто не бежал немедленно просить у него автограф. На него даже и не смотрел никто.

Я чувствовала себя как девочка, впервые выбравшаяся на ночную дискотеку тайком от мамы. Все здесь казалось мне головокружительно опасным и удручающе пафосным.

И люди, которые подходили здороваться к снегурковладельцу, казались такими же. Я чувствовала на себе их заинтересованные взгляды и представляла, как, должно быть, они потешаются надо мной, бедной Снегурочкой в нелепо-коротком костюме и громоздкой короне. От этого хотелось заплакать и сбежать роняя туфельки, точнее, сапожки. Но без благословения Игоря Самойловича я этого сделать не могла. А интуиция подсказывала, что он не отпустит меня вот так запросто.

Немного посомневавшись, я приняла компромиссное решение.

– Мне нужно в дамскую комнату, – сказала я ему и, получив в ответ одобрительный кивок, соскочила со стула.

Так-то лучше. Я, конечно, все еще буду в клубе, но хотя бы не на виду у всех. И злобный узурпатор не сможет хвастаться своим трофеем!

Прорвавшись сквозь толпу, я проскочила в помещение, дверь которого была украшена выложенной стразами буквой «Ж». Звуки музыки, шум толпы и ощупывающие взгляды, остались там, за ней. Здесь, к счастью, никого не было. Я взглянула на себя в огромное зеркало, занимающее почти полную стену, и не смогла разобраться, нравится ли мне та девушка, которая в нем отразилась, или нет.

Несомненно, она была очень хороша. Я скользнула взглядом по длинным стройным ногам, тонкой талии, груди, которая так сильно натянула кофточку, что казалась, та вот-вот лопнет, предоставив всем желающим возможность любоваться свободолюбивым бюстом.

Наверное, если бы вот так выглядела бы какая-нибудь другая девушка, я бы оценила и ее прекрасную форму, и смелость образа. Однако в зеркале отражалась именно я. И от этого мне было как-то неуютно. И странно.

Глава 16

Я вышла из дамской комнаты и поплелась обратно в зал. Тесная юбочка мешала идти быстро, так что если какой-нибудь маньяк решится выйти на охоту, идеальная жертва готова!

Не стоило мне об этом думать. Все-таки иногда мысли и правда материальны. Не успела я отойти от кабинок, как где-то совсем рядом раздалось:

– Майя! Это ты?

Вообще-то Майя – это действительно я. Но в последнее время я уже так привыкла, что меня называют исключительно Снегурочкой, что даже вздрогнула, услышав свое настоящее имя. Но все-таки повернулась, чтобы узнать, кто еще помнит, что там написано у меня в паспорте.

Человека с широкой улыбкой на лице, спешившего мне на встречу, я узнала сразу. Сережка, мой бывший однокурсник. Он, конечно, не был маньяком в полном смысле этого слова. По крайней мере, ничего такого я о нем не слышала. Но все же что-то в нем всегда меня настораживало.

Нет, внешне он выглядел совершенно обычным молодым человеком. Вероятно, кто-то даже считал его симпатичным. Эти пухлые щечки и золотистые кудряшки определенно могли нравиться девушкам. Но только не мне! Поэтому когда он на последнем курсе вдруг обратил на меня внимание и начал усиленно ухаживать, я постаралась держаться от него подальше.

– Вот так встреча! – Сережа прошелся по моей фигуре оценивающим взглядом, и я послала еще пару лучей негатива Игорю Самойловичу и заодно производителю Снегуркиных одеяний. – Надо же, как все получилось.

Он приблизился ко мне вплотную и уставился на мою грудь, туго обтянутую блестящей тряпочкой. Я сделала несколько микрошажков назад и наткнулась спиной на стену.

– Привет, – сказала я, не выражая никакой радости от неожиданной встречи.

Но его мой холодный тон Сережу не расстроил. Его глазки блестели ничуть не хуже фальшивых бриллиантов на моей короне, а улыбка уже доходила до ушей. Очень неприятная, надо сказать, улыбка.

– Не думал, что мне так повезет, продолжал он. – Помнишь, как ты меня в институте отшивала? Конечно, ты же считалась королевой курса, а я простым нищебродом. Куда мне было до тебя!

Вообще-то на звание королевы курса я никогда не претендовала, это он что-то напутал. Но разубеждать его сейчас мне не хотелось. Как, впрочем, и вообще разговаривать на какие-то другие темы. Только пьяных воспоминаний мне сейчас и не хватало!

– Ну зато у тебя сейчас, вроде, все отлично! – примирительно сказала я и сделала попытку протиснуться между ним и стеной, чтобы сбежать.

Но он, заметив мой маневр, тут же поставил руку так, чтобы отрезать мне пути отступления.

– Да, у меня все хорошо, – довольно подтвердил он. – А тебя, я смотрю, жизнь побила, раз уж ты древнейшее ремесло освоила, а?

Он что сейчас сказал? От негодования, волной обрушившегося на мой полуобнаженный организм, я даже не сразу нашла такое крепкое словцо, которое могло бы в полной мере охарактеризовать этого противного типа с ухмылкой пялящегося в моей декольте. Я только судорожно вздохнула, а он уже продолжал:

– А я еще не верил, что под новый год чудеса возможны. А ведь правда мечты сбываются! – он нагнулся к моему уху и прошептал: – Сколько?

Будь проклята тесная юбка, которая мешала мне в этот момент поднять ногу и от души заехать ему по самому болезненному месту. Вместо того, чтобы отстоять свою честь при помощи колена, я, захлебываясь от чувств, пробормотала:

– Козел! Да как ты мог! Да вообще! Придурок!

Но Сережа меня не слушал. Вместо того, чтобы извиниться, он вдруг схватил меня, прижал к себе и стиснул мою ягодицу с такой силой, что из глаз посыпались искры.

Глава 17

– На помощь! – сдавленным голосом прохрипела я, ожидая, что сейчас на мой крик сбежится толпа плечистых охранников.

Я видела парочку таких на улице, у входа. Каждый из них мог бы одним мизинчиком нанести моему обидчику травму, несовместимую с жизнью. Ну или хотя бы с дальнейшим распусканием рук. Но вопреки моим ожиданиям, никто не торопился за меня заступаться. Ни одного охранника поблизости не было.

А этот мерзкий тип между тем становился все наглее. Он буквально впечатал меня в стену, так что я не могла пошевелиться.

– Ну давай, милая, исполни мое новогоднее желание, – прошептал он мне в лицо, обдав запахом свежеупотребленного алкоголя.

От этого к горлу сразу подступила дурнота, и я заколотилась в его руках как несчастная рыбка, пойманная жестоким рыбаком и брошенная на берег. Но его это не останавливало. Он схватил мою ногу и попытался закинуть ее себе на бедро. Юбка, и так растянутая до предела, издала жалобный хруст и, кажется, окончательно пришла в негодность.

– Пошел ты, – выплюнула я ему в лицо, решив, что просто так все равно не сдамся. – Отпусти!

– О, какая горячая Снегурочка, – не сдавался наглец, продолжая елозить руками по моему телу.

Ситуация становилась совсем критической. Все мои попытки отпихнуть его, ударить или поцарапать ногтями проваливались. Сил не оставалось даже на то, чтобы кричать. А его губы уже находились в опасной близости от моих. И встретиться им мешало только то, что я отчаянно вертела головой. Но и этот метод становился все менее действенным. Он больно прижал меня коленом, освободил тем самым одну свою руку и схватил за подбородок, удерживая в удобном для него положении. Я зажмурилась, почувствовав его дыхание совсем близко и приготовилась кусаться.

И в тот момент неожиданно пришла свобода. Тело, вдавливающее меня в стену, вдруг исчезло, дышать стало легко, и я, набравшись смелости, открыла глаза. Картина, представшая передо мной, показалась великолепной.

Сережа, вмиг растративший всю свою решительность, выглядел жалко. Выражение лица у него было такое, будто он вот-вот расплачется. Собственно, понять его было можно. Мало кто сохранит спокойствие в тот момент, когда за ворот пиджака его будет держать настоящий богатырь. Сильный, мужественный и уверенный в себе.

А моего обидчика как раз такой и удерживал. И был он ни кем иным, как Игорем Самойловичем.

Несмотря на нестандартность ситуации, он сохранял поразительное спокойствие. Только губы стиснул плотнее. Встряхнув Сережу как нашкодившего котенка, он разжал руку и выпустил его на свободу. Жаль, конечно, что так быстро.

– Лучше притворись невидимым, – тихо, но очень грозно сказал мой босс.

Я бы здорово струхнула, если бы ко мне обратились таким тоном. Насильник-неудачник, видимо, придерживался той же позиции. Он пискнул что-то невразумительное и исчез без следа.

– Спасибо, – прошептала я.

– Вы в порядке? – спросил Игорь Самойлович, критически рассматривая меня.

Я пошевелила руками и ногами, те вроде двигаться не отказывались. Осмотрела юбку, которая каким-то чудом все еще удерживалась на мне. Кое-где она, конечно, порвалась. Один шов разошелся, образовав очень опасный разрез. Впрочем, за рамки приличия удалось не выйти. Все, что полагалось скрывать от посторонних глаз даже на пляже, пока еще оставалось моей маленькой тайной. И я даже подумала, что зря ругала мастеров, сшивших этот снегурочкин наряд. Очень даже неплохие ребята и, судя по всему, на нитках не экономят.

– Могло бы быть и хуже, – я даже сделала попытку улыбнуться, которая, впрочем, с треском провалилась.

Игорь Самойлович вздохнул, снял пиджак и накинул мне его на плечи. И сразу стало тепло и спокойно. Я почувствовала себя защищенной, словно сшит он был не из тончайшей шерстяной ткани, а из бронированной.

– Немедленно уходим отсюда. – он взял меня за руку и потащил к выходу.

Я не сопротивлялась и послушно семенила за ним. Мы уже были у выхода, когда наперерез нам бросился человек в строгом костюме. На лацкане у него был приколот бейджик с надписью «Администратор».

– Игорь Самойлович! – буквально взмолился он. – Что же вы так быстро нас покидаете? Мы готовы загладить вину, предлагаем…

– Не надо ничего предлагать, – резко оборвал его мой босс. – Мы предпочитаем заведения, где нет такого бардака.

Администратор беспомощно опустил руки, продолжая что-то бубнить. Однако мы проигнорировали все его извинения. Игорь Самойлович вообще не удостоил его больше ни одним взглядом. А я удостоила. Презрительным. Пусть знают, как честные девушки относятся к тому, что у них тут творится.

Мы вышли на крыльцо, и декабрьский мороз тут же принялся щипать меня за все неприкрытые места. Босс взмахнул рукой, и перед нами как по мановению волшебной палочки материализовалось такси. Мой спаситель распахнул передо мной дверь, и я с удовольствием нырнула в теплый салон.

Только когда Игорь Самойлович опустился рядом со мной, громко хлопнув дверью, я вдруг поняла, что моя расписная верхняя одежда так и осталась висеть в гардеробе. А я ведь несу за нее материальную ответственность!

– Шубка, – жалобно сказала я. – Мы ее забыли.

– Ничего страшного, – успокоил меня Игорь Самойлович. – Привезут.

И сказано это было таким тоном, что я сразу успокоилась. И пусть непонятно, кто привезет, когда и куда, спрашивать об этом не хотелось. Почему-то я верила в это и так, без дополнительных уточнений.

– Включите, пожалуйста печку на полную мощность, – обратился босс к водителю, а потом повернулся ко мне и спросил: – Вы же не растаете?

Очень смешно! Но даже вечное ехидство снегурковладельца не могло затмить его подвиг.

Я улыбнулась и зачем-то уткнулась носом в воротник его пиджака, который так и оставался на мне.

Тонкий, легкий и при этом очень мужественный аромат тут же ударил по осязанию, искоркой пробежался по нервам и нанес сокрушительный удар по голове, в которой и без того гулял легкий ветерок, насвистывающий романтическую песенку. И как-то от всего этого было хорошо и спокойно. И хотелось довериться этому сильному человеку, сидящему рядом со мной в одной рубашке из такой тонкой ткани, последнем препятствии, скрывающем от меня широкие плечи, железный торс, могучую грудь…

Что за ерунда? О чем я вообще думаю? Точно виноват коктейль, который я успела выпить у барной стойки!

– Куда едем? – услышала я голос водителя.

Игорь Самойлович назвал адрес, который показался мне знакомым. И это точно не был мой адрес. Перед глазами всплыл высокий забор, большой дом, тонущий в огнях новогодней иллюминации, и подсвечиваемая табличка с тем самым адресом. Конечно, я там уже была. И даже чуть-чуть подпортила интерьер, разбив какую-то очень дорогую статуэтку.

Глава 18

Перед глазами сразу встала огромная гостиная, исполинская елочка, под раскидистыми ветвями которой можно свободно воплощать разные эротические фантазии всяких узурпаторов. Нет, на такое я не согласна!

– Извините, но мне пора домой, скажите водителю мой адрес, – робко сказала я.

Робко – потому что еще немного находилась во власти наваждения, в котором присутствовал супергерой, спасший меня от насильника, его пиджак, все еще источающий тонкий аромат дорогого парфюма, и еще какой-то очень важный компонент, но настолько призрачный, что я никак не могла уловить его суть.

– Вы уверены, что хотите появиться во дворе в таком виде? – Игорь Самойлович повернулся ко мне и внимательно посмотрел в глаза.

А об этом я не подумала. Конечно, я не была уверена. Более того, увидев меня, чуть ли не голышом выпрыгивающую из машины, соседки наверняка нажалуются квартирной хозяйке, а это может быть чревато. Она сдавала квартиру милой порядочной девушке, а не полуголой дебоширке с растрепанной косой и короной набекрень.

– Думаю, у меня найдется что-нибудь более приличное для вас, – добавил он.

Мои щеки загорелись. А запах туалетной воды, который только что был приятным и волнующим, вдруг стал приторным и сладким.

Он везет меня к себе переодеться?

– Послушайте… Уже поздно и я… в общем, если водитель притормозит поближе к подъезду…

– Вы собираетесь забрать с собой мой пиджак или заработать пневмонию? Если что, меня не устраивают оба варианта.

С ним вообще возможно спорить? Я сдалась.

– Тогда на минуту. Переоденусь – и вы отправите меня домой!

– Что, даже чаю не попьете? Отчего же такая спешка.

Ну не говорить же ему, что боюсь оставаться с ним наедине! Он, конечно, не ангел, но и не насильник явно. И если мне чего-то и стоит бояться, то это того странного чувства, которое почему-то стало возникать, когда он рядом.

– Да вот, знаете, – начала я искать причины для отказа. – Один снегурковладелец будет очень недоволен, если я завтра опоздаю на работу и не смогу вовремя начать нести радость людям.

– Снегурковладелец, значит, – ухмыльнулся он. – Оригинально. Но вы не волнуйтесь, успеете радость людям донести. И домой уедете. Но не раньше чем согреетесь. И выпьете чаю!

Он снова отвернулся, словно посчитав разговор оконченным.

– А может, я не хочу чаю! – не желала сдаваться я. – Вы не имеете права заставлять меня делать то, что я не хочу. Знаю я, чего вы добиваетесь.

– И чего же? – Игорь Самойлович удивленно приподнял бровь.

– Сами же говорили, – я уже не сдерживала возмущение. – Про свои фантазии со Снегурочкой под елочкой. Так вот, даже не надейтесь!

И тут он рассмеялся, чем окончательно вывел меня из себя. Он что, уже празднует победу что ли?

– Да вы! Вы ничем не лучше, чем тот тип, который… там… у туалета… – выпалила я. – Вам совершенно безразлично, что я чувствую! Лишь бы мечта осуществилась. Отвезите меня домой! Уж лучше пневмония!