Кто такие пуритане

В одной из своих статей Джон Пакер назвал пуританизм пробуждением и объяснил, что имеет в виду39. Но если сравнивать пуританское пробуждение с американскими пробуждениями в стиле Уитфилда, то, безусловно, первое не было столь эффектно, как последние. Конечно же, среди пуритан были выдающиеся проповедники, такие как Ричард Бакстер, Джон Беньян, Джон Роджерс, а также менее известные — Сэмюэль Ферклаф из Кедингтона (недалеко от Кембриджа) и его сын Ричард из Меллза (деревушки в Сомерсете). Эти люди привели к обращению многих людей, принесли много добрых плодов. Но если говорить в целом, не всем пуританам удавалось делать то же.

Эра пуританизма произвела на свет целую плеяду проповедников и пасторов, которые верили в необходимость объяснения и практического применения Слова Божьего во всей его полноте и прилагали к этому все усилия. В своем служении они искали тесного взаимодействия Святого Духа и Слова Божьего40. В той или иной степени в их проповедях всегда ощущалось дыхание Святого Духа, пробуждавшее к жизни мертвые души. Пуритане не искали чудес или знамений. Они считали, что духовное благосостояние и здоровье церкви зависят от того, насколько хорошо проповедуется Слово Божье41. Они верили в то, что необходимо поднимать целину. В этом с них берут пример все пасторы, трудящиеся как на родной земле, так и в далеких странах, где люди впервые слышат Слово Божье.

Наследие пуритан

Позднее, когда мы будем говорить о периоде расцвета пуританизма, я обращу ваше внимание на трех величайших служителей: Джона Оуэна, непревзойденного мастера богословских формулировок, Ричарда Бакстера, дерзновенного благовестника и пастора, и Джона Беньяна, великолепного проповедника. Примеры этих людей как никогда актуальны сегодня. Они были такие разные, но делали одно дело. По большому счету все пуритане проявляли терпимость к другому мнению, а этого так не хватает современным евангельским христианам.

Англиканская церковь так никогда и не оправилась от последствий великого гонения 1662 года, хотя время от времени в ней появлялись выдающиеся люди, например епископ Джон Райл (1816—1900). В своем служении Райл следовал примеру пуритан и писал в их стиле. В его знаменитом произведении «Святость» красной нитью проходит пуританская идея о постоянном освящении. Однако англиканская церковь редко проявляет интерес к пуританизму.

Наследие, которое оставили после себя пуританские богословие и набожность, воспитало необычайно талантливых проповедников и духовных руководителей. Таким был Чарльз Сперджен, которого по праву называют наследником пуритан.

Еще одним наследником пуритан является доктор Мартин Ллойд-Джонс, рекомендовавший читать книги пуританских авторов и следовавший их заветам в своих ­богословских взглядах и экспозиционных проповедях. Мартин Ллойд-Джонс, обладая большим авторитетом среди пасторов, брал пример с основателей пуританизма, таких как Уильям Гринем, Джон Дод и Лоренс Чадертон. Как и пуритане, Мартин Ллойд-Джонс превратил свои проповеди в книги, которые сегодня пользуются огромной популярностью и имеют большое влияние во всем мире.

Пример благочестия и здравого учения пуритан особенно важен в наши дни. Пуритане научили англичан строить христианскую семью и соблюдать день Господень. Они были здравыми кальвинистами: они показали, как можно сочетать веру во всевластие Бога и ответственность человека. Благодаря их писаниям сохранилось библейское учение о грехе, которое в наш век постмодернизма может скоро вообще исчезнуть. Они также считали нравственный закон обязательным для исполнения, но при этом четко понимали, что он является не условием получения спасения, а правилом поведения, которому следует сердце возрожденного человека, прославляющего Бога в послушании веры. Пуритане зовут нас к здоровой молитвенной жизни, жизни посвящения Богу. Они напоминают нам о том, что больше всего хранимого нужно хранить сердце свое, и указывают на реальность духовной войны и необходимость бодрствования.

Надежда пуритан на будущий рост церкви утверждалась на Боге и Его незыблемых обетованиях. Их учение о последнем времени возгревало молитву, служило стимулом для практических действий, побуждало к стойкости и укрепляло терпение. Одним из первых, кто претворил их мировоззрение в жизнь, был пуританин Джон Элиот. В 1631 году, когда ему было 27 лет, он отплыл в Массачусетс. Там он стал пастором новой церкви в миле от Бостона. Он горел желанием проповедовать индейцам, поэтому решил досконально изучить алгонквинский язык. В сорок лет он начал переводить Библию на алгонквинский язык и сумел перевести ее всю. Люди обращались к Богу, основывались новые церкви и пасторы-индейцы получали необходимую подготовку. Джон Элиот умер в 84 года. К этому времени было образовано много индейских церквей.

Пуританизм основан на библейском учении, в нем гармонично сочетаются доктрина, чувства и практика. Поэтому он очень привлекателен. Каково его будущее в этом мире? Если пуритане были правы в своем библейском оптимизме, то мы можем быть уверены в том, что вся «земля наполнится познанием Господа, как воды наполняют море» (Авв. 2:14). Другой пророк провозглашает: «Ибо от востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву; велико будет имя Мое между народами, говорит Господь Саваоф» (Мал. 1:11).

2 Robert Oliver, The Recovery of the Reformed Faith in Twentieth Century England, Evangelical Library Lecture for 1997. См. также The Theological Renewal 1950–2000, Reformation Today, 162.

3 Классический труд Джереми Барроуза издан в сокращенном и упрощенном варианте под названием «Учись быть счастливым».

4 J. R. Green, 1878 and 1909, p. 460.

5 M. M. Knappen, Tudor Puritanism, Chicago Press, 1939, p. 380.

6 M. M. Knappen, Tudor Puritanism, Chicago Press, 1939, p. 380.

7 О гонении служителей-пуритан можно прочитать у Дэниела Нила «История пуритан» (Daniel Neal, History of the Puritans, vol. 3).

8 Kenneth Hylson-Smith, The Churches in England from Elizabeth I to Elizabeth II, volume 1, 1558—1688, p. 240, citing Loades, The Mid-Tudor Crisis, p. 161.

9 Michael Watts, The Dissenters — From the Reformation to the French Revolution, Oxford, 1985. Уоттс приводит детальный анализ статистики.

10 Там же, с. 20. Цитата из книги J. Stowe, Three Fifteenth Century Chronicles, под редакцией J. Gardiner (Camden Society, 1880, new series, xxviii. 143).

11 Hylson-Smith, op. cit., p. 61.

12 Patrick Collinson, Godly People — Essays on English Protestantism and Puritanism, Hambledon Press, 1983, p. 1.

13 Spurr, op. cit., p. 17.

14 Nicholas Tyacke, Anti-Calvinist — The Rise of English Arminianism c. 1590—1640, Oxford, 1987.

15 Spurr, op. cit., p. 171.

16 S. T. Bindoff, Tudor England, Pelican History of England, p. 179.

17 Daniel Neal, History of the Puritans, vol. 1, p. 124.

18 William Haller, Foxe’s Book of Martyrs and the Elect Nation, Jonathan Cape, 1963, pp. 220ff.

В лекции, опубликованной в 1975 году Библиотекой д-ра Уильямса, Невилл Уильямс очень удачно подвел итог написанию постоянно дополняющегося труда Фокса и его многочисленных публикаций. Наилучшее издание восьми массивных томов было отредактировано Иосией Праттом и напечатано в 1853 году. Его можно найти в справочном отделе Лондонской евангельской библиотеки.

19 Ibid., pp. 224ff.

20 Ibid., p. 3.

21 Я почерпнул большую часть информации об этом духовном братстве из книги Уильяма Холлера «Возникновение пуританизма» (William Haller, The Rise of Puritanism, Harper Torchbook, 1957, 464 p.).

22 Paul S. Seaver, The Puritan Lectureships, The Politics of Religious Dissent, 1560—1662, Stanford University Press, California, 1970, pp. 172ff.

23 Spurr, p. 61.

24 Tyacke, pp. 47ff, cf. Spurr, pp. 81ff.

25 Spurr, op. cit., p. 86.

26 Macaulay, The History of England, vol.1, Longman, 1856, p. 88.

27 Neal, op. cit., vol. 1, pp. 538ff.

28 Spurr, p. 91.

29 Ibid, pp. 117ff.

30 Cromwell our Chief of Men, 1975, Panther, p. 390.

31 Michael A. G. Haykin, Kiffin, Knollys and Keach, Rediscovering our Baptist Heritage, Carey Publications, 1996.

32 Полное собрание сочинений Джона Беньяна выпущено в трех больших красиво оформленных томах издательством «Баннер оф трус траст». Это же издательство опубликовало популярный труд Томаса Уотсона «Основы богословия» и произведение Ричарда Бакстера «Реформированный пастор».

33 Hylson-Smith, p. 225, cf. Spurr, p. 118.

34 Книга Мартина Ллойд-Джонса «От пуританизма к нонконформизму» весьма красочно описывает гонение пуритан и его последствия. Evangelical Library Lecture for 1962.

35 David L. Wykes, To Revive the Memory of Some Excellent Men, Dr. Williams’ Library Lecture for 1997. В этом докладе наиболее точно описано великое гонение 1662 года и приведены самые точные цифры.

36 Проповедь Томаса Дулиттла «Взирая на вечность» помещена в четвертом томе шеститомного собрания сочинений, называющегося «Утренние упражнения», который включает проповеди пуритан, сказанные ими в Крипплгейте, в Лондоне. Считается, что проповедь «Взирая на вечность» — это самая захватывающая и волнительная проповедь из когда-либо сказанных пуританами. Книга Томаса Дулиттла, посвященная таинству Вечери Господней, была опубликована издательством Soli Deo Gloria в 1998 году.

37 Sinclair Ferguson, John Owen on the Christian Life, Banner of Truth, 1987, p. 19.

38 Martyn Lloyd-Jones, Puritan Perplexities, Puritan Conference Paper, 1962.

39 J. I. Packer, Among God’s Giants, The Puritan vision of the Christian life, Kingsway, 1991, pp. 41ff.

40 Geoffrey F. Nuttall, The Holy Spirit in Puritan Faith and Experience, Chicago University Press, 1992.

41 J. I. Packer, Among God’s Gaints, p. 45.

Часть 2 Жизнь пуритан

Описав эпоху пуритан в целом, сейчас я хочу представить вашему вниманию несколько коротких биографий. При их выборе я руководствовался двумя критериями. Во-первых, я хотел познакомить читателя с теми пуританами, чьи труды переизданы в наше время, показать, что собой представляли эти проповедники. Во-вторых, я хотел проиллюстрировать главные черты пуританизма на примере основных деятелей этого движения, чьи труды, может быть, пока неизвестны, но которые тем не менее оказали существенное влияние на своих современников. Бенджамин Брукс написал трехтомный труд, в котором привел краткие жизнеописания примерно 450 пуритан. Я познакомлю вас с двумя деятелями Реформации, четырьмя пуританами елизаветинской эпохи, пятью пуританами, жившими до 1662 года, и двенадцатью пуританами, пережившими великое гонение 1662 года и служившими Богу после него. Зная общую картину, мы теперь сможем лучше понять те трудности, которые испытывали эти служители Евангелия, и по достоинству оценить их духовное наследие, их пример богоугодной жизни, увековеченный в трудах, разъясняющих смысл Божьего Слова.

Предшественники пуритан

Мы уже знаем, что пуританизму предшествовала Реформация. Из многих мучеников, среди которых были такие выдающиеся люди, как епископы Хью Латимер, Николас Ридли и Томас Кранмер, я решил выбрать Джона Брадфорда и Джона Хупера, поскольку они стали прототипом пуритан. Джон Брадфорд — первый из англичан, кто подробно описал природу евангельского покаяния. Епископ Джон Хупер выделялся своей пасторской заботой о вверенных ему церковных приходах. Состояние невежества, в котором находилось тогда духовенство, ясно указывало, что надо что-то менять. Хупер пылал ревностью по Богу и был чрезвычайно активен в своей пасторской заботе о душах. Трудно поверить, что служитель, обладавший такими выдающимися качествами, был приговорен к сожжению на костре.

Знаменитое выражение «кровь мучеников питает древо Церкви» как никакое другое применимо к пуританам. Мария, взойдя на престол, была полна решимости вернуть Англию в лоно католицизма. Полная предрассудков, лукавая и вероломная, она безжалостно преследовала всех, кто стоял у нее на пути. До того как надеть королевскую мантию, Мария обещала верующим в Суффолке, что в вере после ее воцарения ничего не изменится и она останется такой же, какой была при брате Эдуарде. Когда Мария в первый раз нарушила свое слово, из Суффолка была послана делегация — посланники просили Марию не делать то, что она собирается. В ходе переговоров королева обвинила руководителя делегации в клевете и приказала отрезать ему уши. Неудивительно, что, предчувствуя жестокие преследования, восемьсот протестантов поспешили перебраться на материк.

Народ надолго запомнил, как несогласных сжигали заживо в общественных местах. Люди стали испытывать глубокое отвращение к предрассудкам и жестокости католицизма. Вера, стойкость и мужество казненных постоянно были предметом разговоров. Мы уже знаем, что подробное описание всей этой кровавой истории, которое сделал Джон Фокс в своей «Книге мучеников», оказало огромное влияние на английский народ.

Все мученики своей жизнью свидетельствовали о Христе. Джон Брадфорд и Джон Хупер дали будущим поколениям пример того, к чему надо стремиться. Вместе с другими мучениками они заложили основные принципы пуританского движения.

Джон Брадфорд (1510—1555)

Брадфорд родился в Манчестере в богатой семье. Родители отправили его служить в армию, чтобы он мог набраться жизненного опыта. Позже Джон решил изу­чать право, но в 1547 году пережил яркое, волнующее обращение ко Христу после свидетельства своего друга Томаса Сэмпсона (во время царствования Марии Кровавой он вынужден был бежать из страны). Брадфорд продал некоторые ценные вещи, раздал деньги нуждающимся и поступил в Кембриджский университет в надежде стать служителем. Он быстро возрастал в благочестии. На него в значительной мере повлиял Мартин Буцер, известный деятель Реформации, который в то время преподавал в Кембридже. Джона Брадфорда рукоположили на служение в 1550 году. При молодом короле Эдуарде его избрали быть одним из шести путешествующих капелланов, в чьи обязанности входило проповедовать Евангелие и преподавать учение Реформации. Он был сильным, ярким проповедником. Джон Фокс писал о нем: «Он с дерзновением обличал грех. Его проповеди о Христе распятом были приятным благоуханием. Он умело разоблачал ереси и заблуждения и прилежно старался вести богоугодную жизнь».

Брадфорд писал очень убедительно. Он не только часто проповедовал о покаянии, но и писал о нем. Он написал первое английское толкование о покаянии. Брадфорд побудил пуритан подчеркивать важность покаяния. Он стал родоначальником пуританского постоянства в молитве — он молился утром, перед едой и после еды, перед работой и перед сном. Брадфорд также явил пример ведения благочестивой жизни: он ежедневно отвращался от греха. Он также вел дневник, в котором записывал свои духовные переживания.

Переписка Брадфорда показывает, что он был духовным лидером необычайно высокого уровня. Из его писем мы видим, как известные христиане той эпохи поддерживали и вдохновляли друг друга. В них описано то же духовное единство, в каком пребывали пасторы-пуритане времен Елизаветы.

В 1555 году вместе с Джоном Брадфордом к сожжению на костре был приговорен его молодой ученик Джон Лиф, которому исполнилось всего девятнадцать лет. Во время казни Брадфорд утешал этого юного мученика словами: «Не бойся, брат: сегодня мы будем вечерять с нашим Господом!»

 

Джон Хупер (1495—1555)

Джон Хупер родился в богатой семье, в Сомерсете, в 1495 году. Он был единственный сын у своих родителей. Учился в Оксфорде, в Мертон-колледже. Закончив обучение, он стал монахом ордена цистерцианцев, уклад жизни которых требовал нищеты, простоты и уединения. Когда монастыри были распущены, он поехал сначала в Лондон, а затем вернулся в Оксфорд. Прилежно изучая Писание, особенно послания Павла, Джон начал понимать заблуждения римско-католической церкви и стал ревностным сторонником Реформации. В 1546 году ему пришлось покинуть Англию и провести некоторое время в Страсбурге и Цюрихе. Во время пребывания на континенте Хупер полностью проникся духом Реформации. Ян Лаский (1499—1560), выходец из богатейшей аристократической семьи Польши, стал его лучшим другом. При короле Эдуарде Лаский был пастором церкви в Лондоне, состоявшей из иностранцев. Эта церковь, реформатская по своей сути, оказала на Хупер огромное влияние.

Хупер возвратился в Англию после смерти Генриха VIII. В 1551 году он стал епископом Глостера. Его рукоположение сопровождалось долгой дискуссией, потребовавшей некоторого компромисса, поскольку Хупер отказался следовать порядку богослужения, противоречившему его убеждениям. Он был превосходным и весьма популярным проповедником. Огромные толпы народа приходили послушать его проповеди. Хупера беспокоили невежество и развращенность духовенства, он принял себе за правило объезжать свою епархию и навещать служителей поместных церквей.

Однажды он предпринял попытку реформации на уровне своей епархии. Он разослал анкеты всем 311 служителям. Каждая анкета содержала девять основных вопросов, например: сколько всего заповедей? где они записаны? где записана молитва «Отче наш»? кто автор этой молитвы? В результате данного опроса выяснилось, что девять священников не знали, сколько всего заповедей; тридцать девять не знали, где записана молитва «Отче наш», и тридцать четыре не знали, кто ее автор! Восемь служителей вообще не смогли ответить ни на один вопрос. В таком состоянии пребывала англиканская церковь. Важно знать эти факты, поскольку они наглядно показывают, во-первых, что в Англии назрела необходимость перемен, и во-вторых, что изменения, в результате которых Англия превратилась в страну, где знают и любят Библию, были на самом деле поразительными.

Самоотверженный пасторский труд Хупера, его пылкие проповеди, его горячее желание реформировать англиканскую церковь и его смерть на костре оказали огромное влияние на пуританское движение.

Первая волна

Если считать тех, кто жил во время царствования Елизаветы, первым поколением пуритан, то второе поколение — это те, кто последовал за ними в первую половину XVII столетия, но не дожил до великого гонения 1662 года. Главным событием этого периода была Вестминстерская ассамблея (1643—1647). Третье поколение пуритан — это те, кто пережил великое гонение 1662 года. Именно в этот последний период пуритане написали наибольшее число книг, многие из которых были переизданы в наше время.

Как мы уже убедились, рассматривая историю пуритан, их духовное братство достигло расцвета в 1580-е и 1590-е годы и сформировало условия для появления следующего поколения благочестивых пасторов. Я уже описал жизнь Уильяма Гринема, Ричарда Роджерса, Лоренса Чадертона и Уильяма Перкинса. Благотворное влияние этих духовных руководителей заложило прочный фундамент будущего развития. Спросите себя сегодня, будут ли ваши духовные дети укоренены в основных принципах христианской веры и станут ли непоколебимо им следовать. Мы уже говорили о том, как Ричард Гринем готовил молодых служителей в деревушке Драй Дрейтон, обучая их в «Школе Христа», и как Уильям Перкинс оказывал влияние на многих молодых людей в Кембридже. Книги Перкинса были очень популярны. Мы также помним Лоренса Чадертона и его продолжительное служение в Кембридже. Когда он решил оставить служение и выйти на пенсию, сорок человек, в предыдущие годы обратившиеся через него ко Христу, пришли к нему и стали умолять его продолжить служение. Мы также говорили о том, какую роль сыграл Ричард Роджерс из Уэзерфильда, который ратовал за практическое благочестие и применение его ко всем сферам жизни.

Я начну рассказ с описания короткой жизни Эдварда Деринга. На его примере мы видим, как пуритане боролись за реформацию церкви, в которой так и не преуспели. Затем мы вспомним Генри Смита, который, как и Деринг, был удивительным проповедником.

Далее мы обратим свое внимание на Джона Дода, чья жизнь указывает на основные составляющие духовной жизни служителей, входивших в братство пуритан. Дод был выдающимся руководителем. Он прожил долгую жизнь. Он повлиял на многих, потому что был прекрасным проповедником, благочестивым пастором и странноприимцем, не раз показывавшим, как гостеприимство может служить делу Христову. Многие забывают о том, что одной из характеристик пастора является гостеприимство, но Дод в этом служении преуспел.

Мы также поговорим об Артуре Хилдерсеме, воодушевлявшем и ободрявшем своих братьев-пасторов. Важно заметить, что его жизнь отражает всеобщий отход от католицизма, весьма характерный для того периода. Он был лишен наследства и, несмотря на дальние родственные связи с королевской семьей, много пострадал за свое свидетельство. Некоторые пуритане пользовались защитой и покровительством богатых аристократов. У Хилдерсема таких покровителей не было.

Наконец, мы вспомним Джона Роджерса. Проповеди его были исполнены жизни и силы. Некоторых проповедников вы никогда не забудете; вы просто не сможете их забыть. Нам так нужны проповедники, помазанные Духом Святым. Люди приходили издалека, чтобы послушать проповеди этого человека. Они говорили, что приходят в Дедем «за огнем». Нам также нужен огонь с неба, чтобы наши проповеди всегда были полны жизни и могли оживлять наших слушателей.

Эдвард Деринг (1540—1576)

Эдвард Деринг родился в знатной аристократической семье в Кенте. В 1572 году он женился на Энн Лок, богатой вдове, восхищавшейся проповедями Джона Нокса и прожившей некоторое время в Женеве. Пуританский историк Патрик Коллинсон называет Деринга «образцом пуританина-богослова, жизнь и дела которого послужили образцом для многих, живших после него в XVII столетии» и «несравненным примером превосходных качеств пуританского духа».

Деринг окончил Крайст-колледж в Кембридже. Это произошло в тот период, когда королева Мария только начинала свое царствование, а Кембриджский университет слыл колыбелью пуританизма. Из писем Деринга, адресованных братьям-пуританам, видно, что он был очень ревностен в своей евангельской вере. Его особенно волновал вопрос спасения от греха: как через истинную веру в Христа мы можем обрести уверенность в том, что будем спасены в великий день суда, и откуда верующий знает, в каком положении он находится пред святым Богом.

Деринг считался одним из выдающихся знатоков греческого языка того времени. В 1564 году королева Елизавета посетила Кембриджский университет — Дерингу доверили произнести торжественную речь в честь этого события. Дружба с архиепископом давала ему определенные преимущества, и он получал возможность проповедовать в особо важных случаях. В 1570 году в карь­ере Деринга произошел перелом. Это было связано с тем, что он начал все больше выражать свое недовольство по поводу состояния церкви. По словам друзей, он слишком открыто возмущался в своих проповедях.

Так, в проповеди, сказанной 25 февраля 1570 года в часовне королевы и в присутствии королевы, Деринг обличил ее в том, что она пренебрегает своими обязанностями, не очищая церковь от недостойных священников. Некоторых из священников он назвал негодяями, хищниками, играющими в кости, слепыми вождями и немыми псами, не способными лаять. «И вы, — воскликнул Деринг, устремив взор на королеву, — зная обо всем этом распутстве, вы, с кого Бог строго спросит за все это, сидите сложа руки, не заботясь ни о чем, и попустительствуете людям, позволяя им поступать по собственным похотям». В отличие от Уитгифта (позже ставшего архиепископом), использовавшего свое положение, чтобы производить впечатление на королеву, Деринг не беспокоился о последствиях, к которым могли привести его проповеди, напоминавшие монарху о том, что верховная власть подразумевает верховную ответственность. Возможно, Деринг смог побороть честолюбие и корысть, потому что понимал, что ему не долго осталось жить — он был болен туберкулезом. Действительно, эта болезнь свела его в могилу довольно молодым. Ни одна из проповедей пуритан, живших в елизаветинскую эпоху, не перепечатывалась столько раз, сколько перепечатывалась та знаменитая проповедь Деринга, в которой он напомнил королеве об ее обязанностях.

Такие отважные проповеди, обличавшие ужасное духовное состояние священников, пугали и приводили в замешательство Паркера, архиепископа кентерберийского, и Сесиля, первого министра Елизаветы. Неудивительно, что через некоторое время влияние Деринга пошло на убыль. Тем не менее он не лишился доверия Сендиса, епископа Лондона, который удостоил его чести проповедовать в соборе св. Павла. Там Деринг произнес серию выдающихся, ярких проповедей на Послание к евреям, благодаря которым за ним закрепилась репутация величайшего проповедника своего времени.

В период между 1570 и 1572 годами разгорелся спор о форме церковного правления. Масла в огонь подлили труды Картрайта, Фильда и Уилкокса. Деринга попросили высказать свое отношение к ним. В отличие от Перкинса, он не был силен в систематическом богословии и не придерживался какой-то определенной позиции, касающейся формы церковного правления. Его враги были настроены весьма решительно и были готовы на все, чтобы только Деринга сняли с должности и лишили духовного сана. Однако Деринг имел настолько крепкие связи в высшем свете и его высокопоставленные друзья так хорошо опекали его, что сделать это было очень трудно. Все попытки заставить его замолчать провалились. Но вскоре вмешалась королева Елизавета. Она не только запретила ему проповедовать, но и сместила его с поста преподавателя университета. Однако даже этот приказ не удалось выполнить, так как представители королевы не могли договориться между собой о том, как следует сформулировать обвинение, выдвинутое против Деринга.

Важной частью служения Деринга была переписка, в том числе и с влиятельными женщинами, занимавшими высокое общественное положение. В своих письмах Деринг давал им духовные наставления. Интересно, что женщины в то время очень часто были активными сторонницами пуритан. Некоторые из них от всего сердца следовали учению Реформации, в то время как их мужья не всегда разделяли такой энтузиазм. Одной из женщин, с которой он вел переписку, была миссис Хонивуд. Ее постоянно мучила неуверенность в спасении. Однажды она даже сказала Джону Фоксу, что проклята и уверена в этом так же, как и в том, что держит в руке стакан. Затем она со всей силы швырнула стакан о пол. К удивлению всех присутствующих, стакан отскочил от пола не разбившись!

Деринг умер в тридцать шесть лет. У его смертного одра стояли друзья-проповедники, которые записывали его последние слова. Он покинул этот мир, внеся удивительный вклад в пуританское движение.

Генри Смит (1560—1591)

По своему стилю и манере проповеди Генри Смит бы похож на Деринга. Его служение оказало огромное влияние на жителей Лондона. Смит, учившийся у Уильяма Гринхилла, был призван на служение в церковь св. Клемента данского в Лондоне, куда приходили толпы простого народа — бакалейщики, мастеровые, лавочники, — чтобы послушать его. Он был удивительным проповедником, его прозвали «сладкоречивым Смитом». Его проповеди были такой силы, что он мог пленять сердца своих слушателей и направлять их мысли, куда ему было угодно, и он направлял их к добру и побуждал славить Бога. Он был опытным служителем и преуспевал в деле спасения душ. Генри Смит умер, когда ему был только тридцать один год, но, подобно Эдварду Дерингу, «он прожил долгую жизнь за короткое время».

Джон Дод (1550—1645)

Джон Дод родился в Чешире. Поступил учиться в Кембриджский университет, в Крайст-колледж. Находясь в «природном состоянии греха», однажды, когда его обвинили в том, что он не заплатил управляющему колледжем, он так рассердился, что у него началась лихорадка. Говорят, с того момента «его грехи стали наступать на него как человек вооруженный, и направление его мыслей в корне изменилось». Его обращение к Богу было неподдельным, для него началась новая жизнь. Интересно заметить, что управляющий впоследствии засвидетельствовал, что деньги за обучение были заплачены.

Дод пользовался большой популярностью как проповедник. Он поселился в Хануэлле, в Оксфордшире, и прожил на одном месте двадцать лет. Там он проповедовал, и его яркие, сильные проповеди послужили обращению сотен душ. Вместе с другими четырьмя проповедниками он организовал совместное служение в Банбери. Так же, как и Хилдерсем, он подвергся жестоким преследованиям, начавшимся в 1604 году.

В своей книге «Развитие пуританизма» Уильям Халлер пишет, что Дод был главным святым в духовном братстве пуритан: «Он обладал тонким английским чувством юмора, был остер на язык». Картрайт считает, что Дод «лучше всех в Англии подходил на роль пастора и мог обращаться к людям самых разных интеллектуальных способностей». По словам одного из его учеников, «все его беседы были проповедями и увлекали любого. Они были такими остроумными и яркими, что если бы опубликовать все его высказывания, то они превзошли бы труды Плутарха, изданные на греческом, или труды других философов, изданные на латинском языке». Другой его последователь рассказывал: «Простые, бедные люди, никогда не задумывавшиеся о том, что такое вера, услышав его, уже не могли не обсуждать его проповедь. Тайны Божьи, изъясненные на языке этих бедняков, оказывали на них огромное влияние». Дод любил повторять, что лучше он скажет старую проповедь десять раз, чем будет говорить что-то новое, не подготовившись.

Джон Дод проповедовал дважды каждое воскресенье и один раз на неделе. После каждой проповеди его жена приглашала в гости всех, кто пришел на богослужение. Вот что писали о нем: «Он приводил в свой дом многих, в том числе от четырех до шести вдов, которые помогали ему как диаконисы. Если его жена начинала сомневаться в том, хватит ли на всех пищи, он говорил: „Лучше испытывать нужду в пище, нежели в хорошем обществе. Но в этом доме наверняка осталось еще что-то, что можно было бы приготовить“. Сам он ел мало, но при этом призывал других не смущаться и побыстрее приниматься за еду. В то время как другие ели, Дод говорил. Ему было о чем сказать своим гостям. Если он ослабевал, то просил принести ему стаканчик вина, смешанного с пивом, и затем продолжал беседу до вечера».

Многие обращались к Доду за советом. Двое известных пуритан Джоуб Трокмортон и Джон Престон, понимавшие, что им уже недолго осталось жить, поселились неподалеку от Дода, чтобы получать у него духовные наставления. Джоуб Трокмортон страдал оттого, что постоянно был неуверен в своем спасении, что было весьма необычно для пуритан. Незадолго до смерти он спросил Дода: «Что бы вы сказали о человеке, который скоро покинет этот мир, но не имеет утешения?» «А что бы вы сказали о нашем Спасителе Христе, — ответил Дод, — Который, покидая этот мир, также не имел утешения, но взывал: „Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?“» Эти слова утешили встревоженную душу Трокмортона, и на смертном одре он радовался в Господе.

Поскольку Джон Дод дожил до девяноста пяти лет, то неудивительно, что помимо совершения пасторского служения он давал советы и наставления тем, кто взвешивал все за и против, собираясь покинуть Англию и пересечь Атлантический океан, чтобы начать новую жизнь в Америке.

Артур Хилдерсем (1563—1631)

Хилдерсем находился в родственных отношениях с королевской семьей. Его родители были католиками. Наставленный с пеленок в учении римско-католической церкви, он привык повторять молитвы на латинском языке. Хилдерсем решил получить образование в Кембридже, где через некоторое время испытал истинное обращение к Богу. Его отец был взбешен этим поступком и хотел отправить сына в Рим для исправления. Артур отказался, и тогда отец лишил его наследства. Однако граф хантингдонский, один из его богатых родственников, с сочувствием отнесся к юноше и отправил его обратно в Кембридж, обеспечив щедрой финансовой поддержкой.

В 1588 году Хилдерсема обвинили в том, что он проповедует без официального рукоположения. От него потребовали принести публичное покаяние. До нас дошел напечатанный документ, в котором Хилдерсем умоляет простить его великодушно, однако вряд ли он когда-либо зачитывал эту бумагу публично.