Русский мат. Оды XVIII-XXI вв

VI

Но что, старик, твой дух мятет, Какая злость тебя снедает? Не то ль, что старость хуй твой гнет, Не то ль тебя так разяряет, Что еть жена дает другим? Но вялым хуем ты своим Какую ей подашь отраду? Осьмнадцать лет и шестьдесят— Вовеки вас не согласят, Твой взор теперь ей злее аду.

VII

Пусть всяк, кто может, хуй трясет, Пускай кровати, лавки стонут, Восторг от глаз пусть скроет свет, Хуи в реках заёбин тонут. Закрой от них свой мрачный взор, Младых хуев и пизд собор, Оставь их роскошам на жертву, Иль вынув свой завялый хуй, Беги, мечись, рвись, плачь, тоскуй, Зря плоть свою уже полмертву.

Отцу Галактиону. Ода

I

Отец Галактион Пред утренней зарею Престрашною биткою Заводит сильный звон. Над жопою соседки, Наевшися он редки, Елдою так трезвонит, Что бедна баба стонет.

II

Келейников собор, Монаху подражая И благочинно зная Монашески задор, С дрочеными елдами И с поcными мудами По кельям всякий пляшет, Шматиной своей машет.

III

Отец Галактион, Как человек ученый, Имея хуй дроченый, Им предписал закон: Так борзо не скачите, В смиреньи хуй дрочите, Еть не мешайте нам, То есть честным отцам.

На воспоминание прошедшей молодости. Ода

I

Владычица богов и смертных, Мать всех живущих на земли, Источник дружб и ссор несчетных, Пизда, мою мольбу внемли! Из мрачного ко мне жилища На вопль как сирого вдовища Сквозь лес, сквозь блато взор простри, Склонись, склонись моей мольбою, Смяхчись, зря страждуща тобою, И с хуя плеснеть оботри.

II

О, юность, время скоротечно, Которая теперь прошла, Когда б ты длилась, юность, вечно, Ты б тех забав не унесла, Которыми я наслаждался В тебе, какими восхищался. Приди опять, как ты была! Тогда пизды ко мне толпами С отверстым ротом и губами Слетятся, как на мед пчела.

III

Без слез не вспомню прежни веки. Я в юности когда бывал, Всяк день текли млечные реки, Всяк день я разных пизд ебал, Всяк день они ко мне стекались, Наперстки на хуй мне казались, И я им, сколько мог, служил. Теперь, о лютая судбина, Уже не хочет ни едина, Чтоб хуй в нее я свой вложил.

IV

Признаюсь вам, красы любезны, Что хуй уже мой стал слабеть, И все старанья бесполезны, Нельзя мне столько раз уеть, Колико раз ебал я прежде. Пришел конец моей надежде, Чтоб мог еще я милым быть. Итак, навек прощаюсь с вами, И чем я награжден пиздами— Пиздам же я хочу прожить.

Собранию Пизд. Ода

I

О вы, священницы борделя, Наставницы младых красот, Вы первого обман апреля На весь уже простерли год, Вам таинства везде известны, И ваши хитрости прелестны Так, как волшебством нас мрачат. Вы сделать из старухи целку Щитаете для вас безделку. Мне вас досталось умолять.

II

За что, не знаю, вы в презренье, За что гонимы вы от всех? К вам должно всем иметь почтенье, Вы матери драгих утех, К вам в нуждах ближней прибегает, Отраду в муке обретает Вдовец, женатый, холостой. Где б ярость мы хуев смягчали, Где б разны роскоши узнали, Как не в обители такой?

III

Еще мой хуй не так согнулся, Чтоб вовсе твердость потерял. Не мните, чтоб он не проснулся И чтоб, узря пизду, не встал; Хотя бы вовсе был бессилен, Но ваших смысл красот обилен Его в желанну крепость взвесть. Чего не сделают пиздами, То сделают они руками; Кто может хитрость их исчесть!

IV

Я помню негде чел недавно, Как некакий скупой старик В неделю раз один исправно Ходить в бордели приобвык. За то, кто сделать то возмется, Что у скупого раз зайдется, Велику плату положил. А без того имел все даром И денешки свои с товаром Всегда с собою уносил.

V

Одна сестра за то взялася, Что толко их старик трудил И что еще при том смеяся С собою денги уносил. Схватя подвяску шерстяную И кликнув из подруг другую, Взяла конец, дала другой, Хуй слабый в петлю положила И так его защекотила, Что нехотя вздохнул скупой.

VI

Дошел и я, красы драгие, Дошел и я до сей беды. Бывали времена такие, Когда платили мне пизды, Бывало, все за мной ходили, Бывало, все меня просили, Чтоб раз один хотя уеб; За то меня вы одаряли, Но вы лишь денги проебали, А я вам силу всю проеб.

VII

Теперь, сестры златолюбивы, Я к вам прибегнуть принужден, Щастливы вы и прещастливы, Что вами мир весь населен, Старайтесь мне вы дать отраду, А я за это вам в награду Стараться буду вас проеть, За всякий раз я малакейку, Конечно, дам вам не копейку, Но будут все рубли звенеть.

Победоносному хую. Ода

I

Дела пребодрого героя Потщися, мысль моя, воспеть! Я, громкой лиры глас настроя, Прославлю то, как хуй мог еть. О ты, пребодра животина, О ты, пречудная шматина, Коликих ты достоин од! Ни рвы, ни камни, ни вершины, Ни адской челюсти стремнины Сдержать не могут твой поход.

II

Хоть много в древности прославлен Победоносный Геркулес И не один трофей поставлен В знак бывших от него чудес, Но если бы он был в том внятен, Сколь женщинам твой ствол приятен, То б он страданья не видал, Любовью сильною сгорая, К Амфоле страстно приступая, Тебя бы он ей в руки дал.

III

Когда на брань хуй ополчится И станет в ярость приходить, Когда багряна плешь зардится, То кто возможет сокрушить? Хотя меж ног клади оковы Иль челюсти разверсты львовы, Но он, опершись на мудах, Сквозь дебрь, сквозь страх на бой дерзает, Предметы рвет и раздирает, Отважней тигра он в горах.

IV

Но что за глас, стон слышен крика? Какая б то была беда, Боязнь то хую невелика: Ползёт на брань к нему пизда, Пиздища старая, седая, Пизда уже немолодая, Она ж притом была урод. До старых лет не проебалась И сроду с хуем не видалась, Затем, что был с зубами рот.

V

Чудовища вся тварь боялась, Коснуться ей никто не смел, Она на всех, как зверь, металась, Лишь хуй ее смирить умел. Пизда пришла, скрыпя зубами, Хуй стал ее трепать мудами, Чем зверство в ней тот час пресек, Она с задору задрожала, Она в себе не удержала, И с ней тут сок ручьем потек.

VI

Хуй, видя в ней ту слабость многу, Он щель ее тут в миг пробил, Сей хитростью сыскал дорогу, Отважно к делу приступил: С мудами в пропасть к ней влезает, До дна он плешью досягает, И сладость тут находит вновь. Пизда вкус ебли весь узнала, Пизда яриться уж не стала, Как сильный хуй в ней пролил кровь.

VII

Сей подвиг совершив щастливо, Восстал и ободрился вновь И, видя непонятно диво, Расселины и льющусь кровь, И вспомня все свои работы В пятки, и среды, и субботы, С негодованием сказал: — Почто мя смертны забывают, Почто в псалмах не прославляют, Почто я так на свете мал?