Идеальный донор

– Меня зовут Байсо, – и белобрысый отвесил вежливый поклон.

– Забавное у тебя получается имя, Юсо Байсо, зеленый белый, – усмехнулся Шрам. – Ладно, я ставлю вот эту вещицу. Сможешь определить, что это? – и он небрежно швырнул в меня что-то небольшое. Байсо в это время стоял на арене, за металлической сеткой, в то время как я был перед ареной, лицом к зрителям, вместе с остальными мужчинами, прошедшими первый раунд.

Я посмотрел на пойманную вещь. Это был амулет из белого золота с вкраплениями небольших магических кристаллов. По идее, из кристаллов можно вытянуть энергию, но сколько в этих частичках ее может храниться? Крохи. Значит, амулет используется для чего-то другого.

Я выпустил свою Ки для исследования и внезапно ощутил все пространство вокруг себя.

Не то чтобы до этого я ничего не видел и не слышал, но с амулетом у меня словно появился еще один орган чувств, который видел-ощущал мир с магической точки зрения. Я почувствовал все магические кристаллы и мог видеть их объем, чувствовал другие магические предметы, видел примерный талант каждого из зрителей. Самый высокий, к моему удивлению, оказался не у Бритого и не у того, кто проводил первый раунд, а у неприметного худенького торговца, сидящего с краю. Если сравнивать с талантом Шрама, то у этого парня цифра была раза в два выше, то есть не меньше пятидесяти четырех. Больше, чем у мэра города!

Я втянул Ки обратно, кивнул Байсо и передал амулет и топор Бритому на сохранение. Мальчишка встрепенулся:

– Ставка принята. Прошу начинать второй раунд, – и торжественно сошел с арены, уступая место Красному Перу.

– Благодарю, – улыбнулся Красное Перо. – Во втором раунде вам нужно продержаться минуту на арене с диким животным. Для вас мы подготовили двадцать шесть зверей. Вы можете пользоваться чем угодно: оружием, магией, амулетами, можете убегать или сражаться. Условие только одно: через минуту самостоятельно сойти с арены. Если вопросов нет, прошу подойти ко мне для участия в жеребьевке. Чтобы не было сомнений в честности отбора, вы сами выберете своего противника.

Участники по одному подходили к Красному Перу и вытаскивали деревянные круглые пластинки с выгравированным изображением животного. Я получил пластину с круглым силуэтом, из которого с одной стороны высовывался какой-то шип – то ли нос, то ли хвост.

Байсо подошел ко мне, посмотрел на картинку и задумчиво почесал затылок:

– Не припомню такого. Эх, сюда бы Пинь, она бы точно его узнала и назвала слабые места.

– Это было бы нечестно.

Мальчишка только фыркнул, но я продолжил:

– Как думаешь, что они проверяют в этом раунде? Силу? Магию? Скорость? Нет, Байсо, они хотят увидеть, что мы будем делать при столкновении с неизвестным животным, как быстро адаптируемся к его повадкам. Заметь, мы не обязаны драться или убивать. Вряд ли караван уничтожает всех зверей и птиц, с которыми сталкивается по дороге. Понимаешь?

– А-а-а, – протянул Байсо, – теперь я понял. Хитро! А если бы ты уже знал такое животное? Ну представь, что ты Пинь?

– Знание – это тоже преимущество. Если ты хорошо знаком с повадками разных животных, то тем более не растеряешься.

Мы с Байсо решили не торопиться с выходом на арену и сначала посмотреть на выступления других участников. Студенты яростно замахали нам, приглашая к себе.

Я молча сел на свободное место, а Байсо зацепился языками с другими ребятами. За пару минут они обсудили и наши шансы на выигрыш, и прочих участников, а также наградили их хлесткими прозвищами. Словом, мальчишка сразу влился в коллектив.

Тем временем на арену вышел первый участник, Шрам с массивным копьем в руках. На другом конце арены открыли дверь, подтащили к ней клетку и выпустили необычного зверя. Крупный, размером с лошадь, иссиня-черный зверь, словно облитый металлом, яростно мотал головой. На кончике тупоносой морды торчал полуметровый рог, и еще два рога находились за ушами, располагаясь параллельно земле.

– Троерогий ешу! – выдохнул сидящий справа паренек.

– Ты что-то про него знаешь? – спросил я.

– Это травоядное, обитает в степях, может иногда забредать в леса, но предпочитает открытую местность. Несмотря на неудобное расположение рогов, ешу умело ими пользуется из-за расположения глаз. Он плохо видит прямо перед собой, зато может видеть все по бокам и сзади. Говорят, он умеет фехтовать боковыми рогами не хуже двурукого мечника. Я впервые вижу его вживую, – похоже, юноша всерьез увлекался животным миром.

– Он агрессивный?

– Очень. Не терпит других животных и очищает до десяти километров вокруг своего пастбища от всех зверей и птиц крупнее курицы.

Шрам не торопился нападать, он осторожно обходил троерогого ешу, держа копье наготове. Животное стояло на месте, водя ушами и всхрапывая. Когда Шрам прошел половину арены, ешу боком прыгнул в его сторону. Выпад копья, глухой стук.

– Он его отбил, – восхитился мой сосед.

Я с замиранием сердца смотрел на поединок Шрама и ешу. Мужчина непрерывно атаковал, умело манипулируя копьем, и оно у него словно летало. Шрам то укорачивал древко, перебрасывая его за спину, то вытягивал во всю длину, перекрывая около трех метров, но ешу отбивал все атаки, всегда держа противника сбоку от себя. Двух полуметровых рогов ему вполне хватало для сражения с опытным копейщиком.

Зверь не замирал ни на секунду, он то отпрыгивал в сторону, чтобы избежать копья, то резко подскакивал к Шраму, используя крошечные паузы при смене хвата. Это был поединок настоящих мастеров.

Я только и слышал глухие удары от столкновений, как дробный перестук капель дождя. Как же долго длилась эта минута! К сетке уже подошли помощники, готовые загнать зверя обратно в клетку, истекали последние секунды боя, как вдруг мелькнуло черное пятно, и Шрам оказался отброшенным к самому краю. На его бедре расползалось кровавое пятно.

Тут же на арену выскочили люди, накинули веревки на рога ешу и затащили его в подготовленную клетку. Шрам, опираясь на копье, с трудом поднялся и доковылял до выхода с арены, но только он сошел с последней ступеньки, как рухнул на землю. Кровь так и хлестала из раны.

Красное Перо объявил, что Шрам прошел в следующий раунд. А к раненому подошел торговец с необычайно высоким магическим талантом, вытащил кристалл и принялся читать заклинание, касаясь покалеченной ноги. Когда кристалл потускнел, торговец что-то шепнул на ухо Шраму и вернулся на свое место. Шрам же осторожно поднялся, раздвинул разодранную ткань, чтобы посмотреть на рану, но на ее месте остался лишь багровый шрам.

– Ого, это же Двойной Шрам, – выкрикнул один из студентов.

– Точно, дяденька Двойной Шрам, вы молодец! – поддержали его другие ребята.

– Ты видел? Нет, ты видел? – паренек схватил меня за руку. – Я читал о таком приеме ешу! Сначала он подстраивается под ритм противника, вычисляет его слабые места, а потом подрубает ноги. Видимо, Двойной Шрам действительно сильный боец, раз смог отделаться только порезом.

– Откуда ты все это знаешь? – не мог не спросить я.

Но ответил мне другой студент:

– О, ты разве не знаешь легенду зеленого факультета – Ян Ксу? Знаменитейшего книжного червя? Знатока земных и небесных тварей? Любителя мохнатых, чешуйчатых и пернатых? Я думал, его знают все в университете.

Я немного заволновался. Эти ребята приняли нас за одноклассников, но ведь мы с Байсо лишь притворялись студентами. Старший Брат мгновенно вмешался:

– А-а-а, так вот как он выглядит! А я думал, что у него из волос будут перья торчать.

– Торчали, но мы их сегодня с утра выщипали.

Ян Ксу ссутулился и опустил голову, не отвечая на насмешки.

– Слушай, а почему ты не хочешь попробовать себя в охране каравана? С твоими знаниями тебя должны с руками оторвать, – спросил я, желая подбодрить паренька. Ему на вид было лет шестнадцать, всклокоченные черные волосы закрывали пол-лица, зеленая форма сидела неловко, воротничок был перекошен и смят.

Парень сконфуженно улыбнулся:

– По правде говоря, я не очень хороший студент. Мой талант слишком низок, да и навыки в магии практически нулевые. Меня не выгнали из университета только потому, что все теоретические предметы я сдаю на высшие баллы, да еще преподаватель зверологии защищает меня.

– Но если бы ты мог давать подсказки охране о нападающих животных, разве это не принесло бы пользы каравану?

– Конечно, нет, – возразил Ян Ксу, – опытные торговцы знают про местных животных и растения гораздо больше, чем я. Многие книги в библиотеке написаны с их слов. Смотри, они даже смогли поймать и содержать в клетках двадцать шесть зверей в течение нескольких дней, а ведь многие из них не переносят неволи.

Я промолчал. Его слова звучали вполне логично. Торговцы, по сути, во втором раунде убивали двух зайцев одновременно. Они оценивали кандидатов и в то же время давали возможность будущим охранникам познакомиться с внешностью и повадками животных, которые встретятся в будущем.

Поэтому я подавил первоначальный порыв показать этому гению пластину с животным. Я хотел узнать свою настоящую силу. Смог бы я справиться с троерогим ешу? Без копья, без меча, с одним ножом, полагаясь на те навыки, что я приобрел на тренировках охотников? Сомневаюсь, ведь я даже движения Двойного Шрама, тьфу, Шрама не всегда мог различить.

– Смотри, это же чешуйчатый волк! – сказал Ян Ксу. На арену вышел второй участник, которого студенты уже прозвали Шваброй. Это был худой высокий мужчина с жесткими, торчащими во все стороны волосами. Одной рукой он удерживал красный посох.

Швабра стоял в центре арены и не двигался. Чешуйчатый волк, как и Шрам в предыдущем бое, пошел по кругу, сохраняя трехметровую дистанцию. Ян Ксу бормотал себе под нос:

– Волк – очень осторожное животное, к тому же предпочитает жить в стае. Если не загонять его в угол, то один он не нападет, скорее убежит и позовет своих друзей.

Целую минуту волк кружил по арене, а Швабра оставался на месте, следя за тем, чтобы волк не пробрался к нему за спину. В итоге мужчина без малейшей царапины прошел в следующий раунд.

Один за другим участники поднимались на арену, Ян Ксу давал бесценные комментарии, которые помогали понять о каждом животном гораздо больше, чем я сумел бы увидеть сам. Девять мужчин выбыли, и все они были из тех, кто проходил со мной первый раунд, то есть с низким магическим талантом. Я удивился такой статистике, ведь никто, кроме меня, не использовал магию для прохождения отбора.

Когда я спросил у Ян Ксу, знает ли он, почему так получилось, студент сразу ответил:

– А ты не заметил ничего необычного в их боях?

Я мысленно прокрутил все выступления:

– Хмм, вроде бы нет. Разве что выбывшим попались очень агрессивные звери, которые нападали сразу после выхода на арену.

– Все верно, только дело не в выбранных животных, а в самих участниках. Дело в том, что леса кишат опасностями, и даже безобидный на вид цветочек может быть смертоносным. Почти все животные для сохранения своей жизни научились определять магический талант. Словом, они видят мир не только глазами, ушами и носом, но и магически. У проигравших талант невысок, поэтому звери считают их слабыми и нападают без опаски. Швабра, к примеру, явно талантлив, поэтому чешуйчатый волк так и не рискнул к нему подобраться.

– А разве не было бы выгоднее каравану набрать в охранники людей с максимально высоким уровнем таланта? И животные держались бы подальше…

– Так-то оно так, – кивнул Ян Ксу. Сейчас он совсем не казался нелепым и зажатым. Стоило коснуться его любимой темы, как он ожил, расправил плечи, глаза заблестели. Он точно понравился бы Мастеру. – Но люди с высоким талантом предпочитают выбирать более спокойные профессии, да и магически талантливые люди могут быть неуклюжими, нерасторопными, могут плохо обращаться с оружием, так что торговцы подбирают людей согласно их навыкам, а не природным данным.

Наконец подошла и моя очередь. Бритый торговец предложил мне взять с собой выигранный топор, но я отказался. Хоть Хион У и учил меня обращению с топором, специалистом я так и не стал.

Небольшая заминка – и на арену выкатился большой меховой шарик диаметром около шестидесяти сантиметров. Ни морды, ни лапок не видно. Кто-то из зрителей фыркнул:

– Повезло этому Шену, какая-то ерунда досталась.

Согласно теории Ян Ксу, этот шарик уже определил, что мой талант на уровне табуретки, и должен напасть, так почему же он медлит?

– Берегись, – услышал я пронзительный крик Ксу и сразу метнулся в сторону. В нескольких сантиметрах от лица что-то промелькнуло и со звоном врезалось в сетку, огораживающую арену. Я ошарашенно обернулся. На полу лежал трехсантиметровый острый шип. Если бы я не отпрыгнул, то уже был бы мертв.

Спустя еще десять секунд шарик выстрелил снова, я только и успел заметить, как он резко крутнулся перед выстрелом. Если он продолжит стрелять с такой же частотой, то мне нужно пережить еще четыре шипа. Но почему бы не попробовать защититься?

Я тихонько подул в сторону шарика и направил поток Ки в воздух, одновременно вытаскивая кристалл – там еще оставалось немного энергии. Сначала шарик еще больше распушился, стараясь устоять, но вскоре его унесло и прижало к сетке. Он трепыхался, поскрипывал, но так и не смог больше выстрелить.

– Юсо Шен прошел, – объявил Красное Перо.

В третьем раунде осталось семнадцать человек. Впереди последний этап.

Глава 10

– Последний раунд проверит ваши боевые качества. Вы должны будете продержаться против охранников. Оппонента выбираете жеребьевкой, – сказал Красное Перо и после небольшой паузы добавил. – Наниматели просили добавить, что людям в охране нет смысла кому-то подсуживать или поддаваться, ведь от того, насколько надежны будут товарищи, зависит их жизнь. Последний раунд проверит ваши боевые качества. Теперь уступаю место Старшему Брату.

– Ха, – Байсо взлетел на арену, – итак, кто готов сделать ставку на вылет моего брата?

Все шестнадцать человек, прошедшие в третий раунд, угрюмо молчали, Двойной Шрам стиснул кулаки до побеления, но ставить ему уже было нечего, кроме копья. Байсо же нисколько не смутился и продолжил:

– Значит, по мнению многоуважаемых претендентов, шестнадцатилетний мальчишка достоин занять место охранника в столичном караване! Тогда рад объявить, что одно из десяти мест занято моим младшим братом Юсо Шеном. Благо…

– Эй, малец, – поднялся один из выбывших кандидатов, Безухий, так его прозвали студенты, – а если я сделаю ставку и твой брат проиграет, смогу я занять его место?

– Ха-ха-ха, – рассмеялся белобрысый, – конечно, нет. Ты уже провалил проверку, и даже если мой брат не сможет выиграть, ты же не повысишь свою квалификацию? Зато у тебя будет на руках отличный топор, который, я уверен, с радостью выкупит твой сосед. Правда ведь, дяденька?

Мужчина, проигравший нам оружие, скривил лицо и плюнул на землю.

– Буду считать это знаком согласия! Ты готов сделать ставку?

– Да, – Безухий вытащил из-за пазухи небольшой мешочек, – я ставлю вот это. Но топора в качестве ответной ставки будет недостаточно.

– Хм, а что это? – удивился Байсо. – Даже если у тебя там заполненные магические кристаллы, то они явно не будут дороже топора.

Безухий довольно рассмеялся, почувствовав, что наконец перехватил инициативу у Байсо:

– Нет, глупый мальчишка, там ничего нет. Я предлагаю этот мешок как ставку.

У Старшего Брата вспыхнули глаза, он стрелой слетел с арены и протянул руку, чтобы потрогать мешок:

– Неужели? Неужели это оно? Откуда? Ты же не аристократ какой-то? – его голос дрожал от восторга и… алчности. – Неужто украл? Хотя… какая разница, – он повернулся ко мне и умоляюще простонал. – Шен, ты должен… просто обязан выиграть. Если не выиграешь, я тебя никогда не прощу! Я больше никогда не назову тебя Братом… я… я…

Я прежде не видел Байсо таким. У меня не было ни малейшей идеи, почему этот мешочек был так важен для мальчишки, но я в любом случае не собирался проигрывать. Как я мог подвести своего Мастера?

– Байсо, я не проиграю. Ставь все, что считаешь нужным.

– Тогда, – он на секунду растерялся, но смог продолжить, – я ставлю топор, амулет, магический кристалл моего брата на пятьдесят единиц и его уход из отбора. Этого будет достаточно?

Безухий усмехнулся:

– Ты и сам понимаешь, что нет. Но раз вы еще дети, с вас и взять-то больше нечего. Разве что…

Байсо нетерпеливо переминался с ноги на ногу, не сводя глаз с мешочка.

– Если твой брат проиграет, то вы оба упадете на колени и отвесите сто земных поклонов. Согласны?

Если бы Безухий попросил всю нашу одежду, кровь и волосы, то я уверен, что Байсо согласился бы не раздумывая. Но после слов мужчины мальчишка очнулся и виновато посмотрел на меня:

– Нет, на такое…

– Мы согласны, – громко сказал я и подошел к бритому торговцу, – снова хочу вас побеспокоить.

– Конечно, – согласился тот и невозмутимо принял топор, амулет и драгоценный мешочек на сохранение.

После жеребьевки начались бои с охранниками.

Первым на арену вышел Двойной Шрам со своим копьем, за ним по ступенькам поднялся кряжистый краснолицый мужчина лет сорока. На его лице также был небольшой шрам, в руках он держал круглый щит и недлинный меч.

– Битва шрамов! – выдохнул кто-то из студентов.

– Двойной Шрам, не подведи! – закричали другие ребята, и трибуны разразились визгами, свистом и хлопками.

Раньше зрители спокойно наблюдали за состязаниями, но на последнем раунде все дружно начали болеть за кандидатов, ведь все они были местные, и каждая победа кандидата поднимала престиж города.