Скрывая чувства

Он молча встал и, не прощаясь, покинул кабинет своего друга. Никольский оставил Марка один на один с его мрачными мыслями и решительным настроем.

Мужчина много лет сомневался, не доверял и был насторожен со всеми, кто его окружал. Но сейчас, спустя столько времени, уверен в одном – Лера именно та, кому он сможет доверять, для кого готов раскрыть свои мысли, но нужно время, и Марк будет ждать. А его друзьям не стоит вставать у него на пути и оберегать его, позабыв о своей личной жизни.

Впервые за последние недели я спала крепко, и проснулась только ближе к обеду. Выбравшись из вороха одеял и накинув потертый старый халат, я направилась на кухню, чтобы заварить горький кофе и собрать мысли в голове.

– Да уж, – пробубнила я вслух, обращаясь к своему отражению в зеркале в ванной комнате, – бывало и хуже. Нужно смывать косметику перед сном.

Вооружившись пенкой, тоником и прочими косметическими средствами, я начала оттирать косметику с лица, которая словно впиталась за ночь в кожу. Ирина вчера постаралась на славу, пытаясь замаскировать мои темные круги под глазами. Но сегодня, умываясь, я к своему удивлению, их не обнаружила на прежнем месте, что очень порадовало меня.

Вчерашние приключения пошли мне на пользу, заключила я, потягивая горячий кофе, разбавленный сливками. Не уверена, что стоит продолжать в том же духе, но пора взять себя в руки и двигаться дальше.

Ира права, мне стоит перестать хандрить и выкинуть из головы и сердца бывшего мужа. Стоило мне об этом подумать, как из комнаты раздался звонок мобильного телефона. Решив, что Ирина хочет узнать, как я вчера добралась домой, я рванула за телефоном, но звонившим оказался мой бывший муж. Вот и правда, вспомни…

– Алло, – резко ответила на входящий, слушая бодрый голос Антона.

– Привет. Что там с моими вещами? – поинтересовался он, а я посмотрела в коридор, где второй день его дожидался пакет.

– Все давным-давно готово, – ответила, усаживаясь на край дивана.

– Замечательно. Я заскачу сегодня или завтра, когда вернусь в город, – значит гостит на выходных у своей новой возлюбленной в ее загородном доме, точнее, в доме ее родителей, но это так, к слову.

– Хорошо, ключи у тебя все равно есть. Пакет в коридоре, – ответила я, готовая положить трубку, но Антон перебил меня.

– Лера, слушай, у меня еще вопрос на счет квартиры. Ты же помнишь, о чем мы договаривались?

– Да, помню, – зло бросила я, вспоминая, что Антон уже поднимал этот вопрос два дня назад.

Чем больше проходит время, тем чаще он начинает говорить об этом.

– У нас был уговор, еще две недели у меня есть. Так что пока живу здесь.

– Конечно, конечно, – замялся бывший. – Я не тороплю, просто вдруг надо помочь с переездом, ты же одна теперь, – вот это удар ниже пояса, но я держусь.

– Если у тебя все, то я тороплюсь, – быстро отвечаю ему, и, не дожидаясь ответа, нажимаю кнопку сброса вызова.

Несколько глубоких вдохов и выдохов, и я даже не заплакала. Мой личный рекорд, достижение так сказать. Значит, могу жить и без него и двигаться дальше, просто пора отключить сердце, и включить мозги. А из зеркала напротив на меня смотрит бледное, но решительно лицо той, которая совсем недавно могла разрыдаться от одной мысли о предательстве. Что же произошло вчера, что так кардинально изменило меня?

Подскакиваю с дивана так, словно меня ошпарили кипятком и спешу на кухню. Выливаю уже остывший кофе в раковину, достаю из морозилки мясные полуфабрикаты. Буду готовить обед, плотно кушать и приведу в норму свой вес. Пора меняться. Решительно улыбаясь своим мыслям, прочно засевшим в голове.

– Пора, Лера, пора, – подбадриваю я себя, принимаясь за готовку.

Позже, когда на кухне все кипит и жарится, я отправляюсь в комнату, где переворачиваю кровать, застилая свежее белье, и проветриваю комнату. Ира права, здесь с закрытыми окнами душно. Уборка оказывается действенным лекарством от хандры, и по прошествии пары часов я осматриваю квартиру, радуясь своим достижениям.

Съев практически половину от того, что я приготовила, мне было не так радостно, как от результатов уборки. Пожалуй, обжорство не лучший способ привести тело в порядок. Выкатившись, словно колобок из кухни, я направилась в комнату, где засела за ноутбук.

По плану, теперь пора искать новое жилье и работу.

С подработки я уволилась практически сразу, как начался бракоразводный процесс, а на второй мне дали отпуск, который плавно перетек в неоплачиваемый отпуск и отгулы за свой счет. Возвращаться ни на первое, ни на второе место у меня не было желания, поэтому предстояло срочно регистрироваться на всех сайтах и рассылать резюме. Времени для раскачки у меня не оставалось, счет шел на дни.

Денег в кошельке становилось все меньше, особенно после закрытия кредита за автомобиль, а свой неприкосновенный запас я не хотела трогать, припрятав его на черный день.

Нет, изначально эти деньги копились мной на первоначальный взнос за квартиру, которые мы с мужем, уже бывшим, планировали покупать в следующем году. Он, так же как и я копил деньги отдельно, открыв счет, но теперь не была уверена, что бывший муж хоть что-то откладывал, ведь кредит за автомобиль, который Антон купил три года назад, закрывала в итоге я.

При разводе я могла спокойно претендовать на автомобиль. Тем более оформлен он был на меня. Но я отказалась, заявив, что машина мне не нужна. А когда Антон в гневе, когда наш брак затрещал по швам, признался, что возил любовницу кататься в нем, и в нем же они занимались сексом на природе за городом. Наверное, я брезгливая, хотя изначально было желание разбить в автомобиль, но вовремя мне удалось остудить пыл и не рассказать об этом Ире. Вот она-то могла разнести в щепки машину, не задумываясь о последствиях. Поэтому решение оставить движимое имущество мужу я оставила ото всех в тайне.

За этими мыслями и упорным поиском работы на сайтах я не заметила как пролетел день. Пожалуй, еще один этап начат, и как вопрос с новой работой решится, буду искать жилье поближе, чтобы не тратить много времени на дорогу.

Довольно потирая руками и разминая затекшую шею, я нервно подпрыгнула, когда резко раздался звонок телефона. Мысль, что Антону вновь что-то понадобилось, я быстро отмела, надеясь, что Ира все-таки вспомнила обо мне. Я старалась никогда ее не беспокоить, когда она возвращается со съемок, так как подруга обычно либо отрывается по клубам, либо отсыпается в компании своего очередного кавалера. Однако номер мне был незнаком.

– Алло, – настороженно ответила я, ожидая услышать голос звонившего.

– Здравствуй, Лера, – этот голос я ни с чьим не перепутаю.

Марк. Озноб прошиб меня насквозь, а воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули холодной волной.

– Привет, Марк, – отвечаю, наслаждаясь против своей воли его низким тембром.

– Как спалось? – вот так просто может спросить только он.

И это больше меня не смущает и не злит. Просто нужно расслабиться и продолжать слушать его голос.

– На удивление, замечательно. Сытный ужин и ночные прогулки оказываются благоприятное воздействие на меня, – не лукавлю.

С Марком нельзя лгать, он видит тебя насквозь.

– Я рад, что тебе лучше, – о нет Марк, это я рада, все благодаря тебе, но я ни за что не признаюсь в этом. – Могу я пригласить тебя сегодня на ужин? – вот так просто, сразу вопрос в лоб, без предисловий.

– Нет, – спокойно отвечаю я, понимая, что мой ответ сбил все планы мужчины.

Он замолкает на бесконечно долгие секунды, и я тороплюсь продолжить разговор.

– Могу я тебя пригласить на ужин?

– Да, – стараюсь не засмеяться в голос, услышав облегченный выдох.

Кажется, я только что пощекотала нервы этому невозмутимому мужчине, и дико горжусь собой, расплываясь в глупой улыбке.

– Тогда в семь около моего подъезда. Место и меню выбираю я. И плачу я, – грозно говорю, пытаясь выглядеть убедительно хотя бы в своих глазах.

– Хорошо, – отвечает Марк, – но плачу я.

– Нет, тогда пополам, – понимаю, что Марк может взбунтоваться, но не позволит мне платить и за него и иду на уступки.

– Тогда в семь, около твоего подъезда, – чеканит он и отключается.

– Вот и поговорили, – говорю уже потухшему экрану телефона и тороплюсь сохранить номер в памяти смартфона. – Ну что ж, до вечера, Марк, – ловлю себя на мысли, что так глупо нельзя улыбаться, иначе сочтут за умалишенную.

Глава 4.

Марк пунктуален. Ровно в семь я читаю сообщение на телефоне, спускаясь по лестнице вниз. Ира отругала бы меня за то, что я не задержалась с подготовкой как минимум на полчаса, ведь по ее заверению мужчинам полезно подождать. У меня иной подход к точности, поэтому я тороплюсь к припаркованному напротив подъезда автомобилю, из которого не спеша выходит Марк.

Сегодня на нем черная рубашка и темно-синие джинсы, на руке в свете заходящего солнца блестят часы.

– Кажется, я опоздала на пару минут, – улыбаюсь мужчине, садясь в открытый для меня автомобиль.

– Возможно, мои часы спешат, – парирует Марк. – Какой ресторан выбрала?

– «Четыре сезона», на Новомостовой, – отвечаю я, надеясь, что Марк знает, как туда добраться.

Мужчина кивает головой, уверенно маневрируя в потоке.

Между нами повисает тишина. Я смущаюсь, не зная, как продолжить разговор, на какие темы нам стоит общаться. По телефону, не видя его и не ощущая тонкий древесный аромат его одеколона, мне было проще говорить, а сейчас готова залиться румянцем, только взглянув в его сторону.

– Как день прошел? – спрашиваю я, одновременно чуть не прикусываю свой язык за такой глупый вопрос, словно по учебнику.

– Только вырвался с работы, – отвечает Марк, взглянув в мою сторону.

– Сегодня воскресенье, – уточняю я.

Неужели богатые работают по выходным, или вообще работают. С сомнением взглянула на мужчину, но замечаю, как на его лице появилась слабая улыбка.

– Да, я помню, – кивает мужчина. – Работаю порой всю неделю, с утра и до вечера. А когда необходимо, то и по ночам.

– Как же отдых? – возмущаюсь я, поздно осознав, что совсем недавно была такой же, словно белка в колесе.

– Вот сейчас я отдыхаю, – произносит так, что мне кажется, будто я слышу двойной смысл его слов. – Как прошел твой день?

– Готовка, уборка, – продолжаю украдкой наблюдать за Марком. – Как обычное воскресенье. Всегда занимаюсь домашними делами в выходные, привычка уже.

Мужчина, остановившись на светофоре, в нескольких кварталах от ресторана, резко оборачивается ко мне, ловя меня за разглядыванием. Чувствую, как щеки начинают пылать, и от этого смущаюсь еще сильнее. Что теперь подумает обо мне он? Как маньячка любуюсь его прямым носом и темными, почти иссиня-черными прямыми волосами, небрежно спадающими на лицо. Надеюсь, он не будет смеяться надо мной и никому не расскажет. Вот это беспокоит очень сильно.

Он не произносит ни слова, возвращаюсь к дороге. Я же прячу лицо, прикрыв его ладонью.

– Мы на месте, – остаток пути мы преодолели в тишине.

Справившись со сбившимся дыханием, я уверенно покидаю автомобиль и веду Марка в ресторан.

– Добрый вечер, – приветствуют нас на входе девушка-администратор. – У вас заказан столик или общий зал? – уточняет она.

– Столик, – отвечаю я, – На Беляеву.

– Прошу проследовать за мной, – отвечает администратор, и проводит нас к зарезервированному месту, где уже ожидает меню.

Марк помогает сесть мне, отодвинув стул, и располагается напротив. Я тянусь к меню, замечая, что он сидит неподвижно, наблюдая за мной.

– Ты обещала, что закажешь на свое усмотрение, – напоминает мужчина о нашем разговоре.

– Надеюсь, тебе понравится, – тихо отвечаю я, молясь про себя, чтобы у Марка не было особых предпочтений, тем более пищевой аллергии, иначе не прощу себя никогда.

– Вы готовы сделать заказ? – уточняет официант, подойдя к нашему столику через несколько минут.

– Да, – указывая в меню на несколько блюд так, чтобы Марк не смог увидеть мой выбор до того, как его принесут.

– Надеюсь, я не совершаю ошибку, – тихо проговорила я, нервно вздохнув.

Марк лишь удивленно приподнял бровь, наблюдая за мной.

– Если что-то не понравится, скажи сразу. Закажешь тогда на свое усмотрение, – быстро добавляю я.

– Доверюсь твоему выбору, – лаконично завершает Марк, не давая мне продолжить оправдываться и извиняться за дерзость. – Расскажи о себе, Лера?

– О себе? – нервно тереблю подол юбки, уставившись на мужчину, спокойно сидящего напротив. – Что-то определенное?

– Все, что пожелаешь рассказать, – мягко улыбается он, а вот глаза у него серьезные, словно готовится анализировать мой ответ.

Чувствую себя как на собеседование, где каждое слово нужно обдумать,прежде чем произнести, если хочешь получить желаемую должность.

– У меня нет интересного рассказа о себе, – начинаю я. – Школа, университет, работа, наверное, как у всех. Я родилась и выросла за сотню километров отсюда, в небольшом городке, там и познакомилась в школе с Ириной. Поступать мы приехали вместе, правда цели у нас отличались. Она выбрала творческое направление, я же более точные науки. Закончила с отличием, а вот Ира умудрилась вылететь на третьем курсе, но, кажется, это ее совсем не смущает, – улыбнулась, вспоминаю какую грандиозную пьянку закатила Ира по поводу своего отчисления.

За рассказом о своей жизни я не заметила, как пролетело время, и нам начали приносить заказ. Марк бегло оглядел мой выбор и совершенно буднично принялся за еду, не выражая при этом никаких эмоций.

– А дальше? – спросил он, отвлекаясь от своей тарелки.

– Дальше? – его голос вывел меня из оцепенения. – Как обычно, после университета устроилась работать, а сейчас вот собираюсь увольняться, – просто сообщаю ему, пытаясь не вспоминать о важном аспекте моей жизни.

Кажется, Марк решил проявить сегодня максимально возможный для него уровень тактичности и не спрашивает меня о бывшем муже, за что я ему безумно благодарна.

– Есть предложения по работе? – спрашивает он, впиваясь в меня своим бездонным взглядом.

– Нет, но я начала поиск, – я не лгу, именно этим сегодня и занималась. – Знаешь, словно что-то переключилось у меня в голове, – весело отмечаю то состояние, с которым сегодня проснулась, – и бамс! Пора двигаться дальше. Наверное, мне стоит поблагодарить тебя. За вчера. За то, что не задаешь лишних вопрос, – вот и вся правда.

Марк долго смотрит на меня, ничего не отвечая, а потом просто отворачивается, возвращаясь к своему ужину. Даже за это молчание я хочу его поблагодарить, но не рискую разрушить звенящую тишину, повисшую между нами. Порой, не нужны слова, и он об этом прекрасно знает.

Остаток ужина мы проводим в молчании, наслаждаясь вкусом еды. Украдкой я замечаю, что Марк порой смотрит на меня, потом отводит свой взгляд, словно обдумывая что-то. И я готова отдать все, лишь бы забраться в его голову и прочитать мысли.

В конце ужина к нам подходит официант, уточняя про счет.

– Нам раздельный, – просит Марк, сдержав слово, что платить будет каждый сам за себя.

Официант удивленно посмотрел на нас, оценивая, что такой человек как Марк, не готов платить за девушку. Я стараюсь сдержать смех, представляя как мужчина неловко себя чувствует, оплачивая только свою половину.

– Это первый и последний раз, когда ты платишь сама за себя, – сухо говорит Марк, когда мы покидаем ресторан.

В его голосе сквозит раздражение, но он не зол на меня. Вынужден смириться и терпеливо наблюдать, как на моем лице сияет довольная улыбка.