Помоги проекту - поделись книгой:
Глава 6
– Как – отказал? – я был в шоке.
– Мама сказала, что это неформат. – Катин голос звучал расстроенно.
– Это продюсер сказал?! – растерянность постепенно заменялась злостью.
– Да.
– Он все прочитал?! Как это было? Расскажи подробно, что мама сказала?! – я перешел на крик.
– Успокойся, пожалуйста, и не кричи на меня.
– Да, прости, прости. Я не на тебя кричу. Прости.
– Передаю все, что сказала мама. Значит, она пришла к нему в кабинет. Дала флешку, он при ней прочитал все, все семь текстов, и сказал, что такое им не подходит. Мама спросила почему, неужели нельзя как-то это использовать? Он ответил, что их агентство – это коммерческая структура и все, что они выпускают, должно приносить деньги и работать на массы. Твои тексты не массовые. И у них есть текстовики и исполнители, они не искали себе поэта. Тебя рассмотрели только по просьбе мамы.
– Да. Я очень ей благодарен. Я понимаю, она пыталась помочь.
– Кстати, там у них есть одна девка, самая раскрученная. Мама сказала, что, может, тебе попробовать делать что-то типа как она, не помню, как же ее зовут, имя дурацкое, мужское… сейчас вертится на языке…
– Боря Гузова?
– Да! Вот она у них почти все тексты пишет, он сказал, что надо что-то типа такого. Послушай как-нибудь ее, может, тоже получится, но уже, наверно, не в этом агентстве.
– Катя, мне надо пойти прогуляться, или я сейчас разнесу тут все к хренам, – произнес я, пытаясь держать себя в руках.
В этот неудачный момент в дверь позвонили. Стоя и смотря на Катю, я не спешил открывать. Пусть проваливают ублюдки, кто бы там ни был. Но звонок не унимался. Противное дребезжание колебало воздух, а вместе с ним и барабанные перепонки. В конце концов моя психика тоже начала колебаться. Я подскочил к двери, рывком повернул замок и распахнул ее.
– Привет еще раз, – произнес Кешка.
– Что тебе?! – прикрикнул я.
– Оу… – Видно было, что он немного растерялся от такого приема.
– Говори, что надо, только быстрее, я спешу, – протараторил я.
Сосед был одет не по погоде и во все черное: осенний плащ до колен, брюки и туфли. Возможно, и рубашка тоже черная, но ее не было видно. За ним на дороге стоял заведенный автомобиль. Я почему-то подумал, что он вышел из него.
– У меня тут… мать умерла, – произнес он и опустил глаза.
– Мне очень жаль, – сказал я без эмоций.
Честно говоря, плевать я хотел на его мать. Умерла и умерла, я-то тут при чем? Своих проблем гора. У него мать умерла, а у меня надежда на продвижение.
– Можно зайду? Я хотел поговорить, – сказал он, все так же глядя в пол.
– Может, вечером? – предложил я.
– Федь, – сказала Катя, – у человека горе. Пусть зайдет.
Я отодвинулся в сторону, и Кеша прошел в гостиную. Оказавшись возле Кати, он вытащил из-под плаща ружье с обрезанным стволом и приставил к животу девушки. Другой рукой он схватил ее за плечо.
– Ай! Ты чего! Что происходит?! – она попыталась вырваться.
– Стой, или пристрелю, – сказал он Кате, – а ты, Федя, на диван сядь. Дверь не трогай!
Я понял, что он не шутит, и все это из-за того случая на овощебазе. Он узнал меня и пришел… понятия не имею, что ему надо. Я молча сделал, как он сказал. Сел и уставился на него вопросительным взглядом, мол, я тебя слушаю, дорогой соседушка.
– Федя, – произнесла Катя дрожащим голосом, – это розыгрыш?
– Нет, Катюш.
В это время в дом зашли еще два человека, лиц которых я не знал. Один мужчина держал в руках топор, а второй какое-то подобие пистолета. Может, травматический, а может, настоящий боевой, я не разбираюсь. Захлопнув входную дверь, они встали возле Кеши и Кати как раз напротив меня.
– Катя, все в порядке, стой молча и делай все, что они скажут, – я попытался упокоить девушку.
– Зашторь окно, – приказал Кеша одному из своих подельников, – а ты, Федька, слушай внимательно.
Если бы не она, лежали бы эти три идиота уже в луже крови.
– У нас со Степанычем был небольшой бизнес. Степаныч – это тот охранник, дедок. Отгружал он нам овощи за копейки, а мы потом продавали их на рынок. И знаешь, недавно вдруг не стало Степаныча.
– Слыхал. В новостях видел, – сказал я, разглядывая мужчин.
Худые все какие-то. Мало крови будет, жаль.
– Той ночью, когда мы зашли в домик охраны, я и пара моих ребят видели странное существо в темноте. Оно впилось в горло охраннику, а потом, когда увидело нас, бросилось бежать. Я отчетливо запомнил эту морду с торчащими клыками и кровавым ртом. И знаешь, что самое странное?
– Нет. Не знаю, – недовольно произнес я.
– Я полез в интернет искать информацию о вампирах, и мне поиск выдал небольшой канальчик с роликами, якобы от вампира.
Я молча смотрел на Кешу.
– Да уж, герой этих видео утверждал, что он вампир, и рассказывал про свою жизнь.
– Интересно, наверно. Я посмотрю вечером, – сказал я и улыбнулся.
– Жаль только, что вампир наш в маске снимает. Но вот голос, голос чертовски похож на твой.
– Мало ли голосов, похожих на мой.
– Это еще не все. Снимает он на фоне бетонной стены. Хороший фон, вычислить место съемки сложно. Но вот… есть у него в видео на стене в углу трещина буквой М, и у буквы этой левая палочка чуть длиннее и загибается в сторону.
– Палочка? Что ты порешь?
– Мы с бригадой отделку делали в этом доме, для прошлых жильцов. Ты этого, конечно, не знал. Бухали мы как-то в подвале твоем. Васька нажрался и поспорил, что сможет головой бетон вмять. Что в армии он блоки ломал о голову, кирпичи и бутылки. Мы его пытались удержать. Но там такой локомотив двухметровый. Короче, подошел он к стене и как дал по ней лбом. Потом еще раз, потом еще. Уже у него кровь течет с головы, а стене все нипочем. Тогда он психанул, схватил кувалду и с размаху как лупанул по ней, так что осталась эта трещина в виде буквы М. Мы решили, что да и хрен с ней, и не стали заделывать.
– А ваш Васька умен, ничего не скажешь.
– Голос на видео твой. Отпечаток на стене, как у тебя в подвале. Человек, который сосал кровь охранника, был очень похож на тебя, я скажу больше! Я уверен, что видел именно твое лицо. Люди в районе пропадают, и это, скорее всего, тоже твоих рук дело.
– Федя, о чем он говорит? – спросила Катя.
– Любимая, я позже объясню, когда эти товарищи уйдут.
Я понимал, что из моего дома им уже нет выхода. Обескровленные, они останутся разлагаться под полом в под- вале.
– Пойдем, сравним трещину на видео и на стене?
– Давай к делу. Что ты хочешь от меня?
– У меня, у Сереги и Костика СПИД. Я давно болею и чувствую, что дни мои подходят к концу. Ты обратишь нас в себе подобных. Вот и все дела к тебе.
– Что сделать? – я рассмеялся чуть ли не на всю гостиную. – Ну, вы, клоуны, даете! – Я аж прослезился – Прям так и вижу заголовки в новостях «Вампир лечит от смертельных болезней» и очередь ко мне со всего мира. А потом все заканчивается тем, что все люди земли становятся вампирами! Класс!
– Федя, какие еще вампиры? – а вот Кате было не до смеха.
– Ты зря смеешься, пацанчик, – произнес один из товарищей Кеши. Тот, что стоял с топором.
– Пацанчик? Я старше тебя минимум на сотню лет, хрен ты лысый, – я немного успокоился. Уж чего-чего, а такого от налетчиков я не ожидал.
– Нам нечего терять, – сказал Кеша.
– Как это нечего? Есть чего. Драгоценные дни вашей жизни, которые можно было провести с близкими. Вместо этого вы врываетесь сюда и угрожаете мне и моей девушке. Вы умрете. Сегодня же.
– Санька, – сказал Кеша, – связывай.
Санька положил топор на стол и вытащил из сумки, висящей у него на плече, несколько металлических хомутов.
– Если будешь сопротивляться, Катя получит дробью в живот. Скорее всего, она умрет в страшных муках. Мы все этого, конечно же, не хотим.
Я выполнил все их требования – встал, повернулся, свел руки за спиной. Хомуты затянулись на моих запястьях с такой силой, что остановили бы циркуляцию крови, если б она циркулировала. Осмотрев свои оковы, я понял, что снять их теперь можно только кусачками. Кусачки имелись в подвале. Может, не стоило давать себя связывать, но рисковать Катей я не был готов. В конце концов, просто так убивать они ее не собираются. Выжду момент и прикончу ублюдков. Хомуты им не помогут.
– Федя, я сплю? – сказала Катя. – Я под наркотиками? У меня слуховые и тактильные галлюцинации? Если нет, то какого черта вы несете?! Какие еще вампиры?!
– Катя, просто стой молча. Я даю слово, сегодня расскажу тебе всю правду.
– Стоять молча?!
Скованный по рукам и ногам, я сел на диван. Санька выложил на стол чеснок, колья, очевидно осиновые, и тюбик с водой. Как я понял, вода святая. Это уже не очень хорошо.
– Придется тебе пойти на уступки, – сказал Кеша.
Санька взял топор и подошел ко мне.
– Ребят, я понятия не имею, как обращать людей в вампиров.
– Да? Саш, рубани-ка, – произнес Кеша.
Топор вонзился мне в колено, расколов чашечку пополам. Санька замахнулся и нанес еще один удар, но попал по ляжке. Лезвие вошло в плоть на несколько сантиметров, разрезав джинсы. Рывком он вытащил топор и замахнулся в третий раз. Поерзав руками за спиной, я понял, что из хомутов так просто не освободиться.
– Так не получится, – произнес я, не обращая внимания на потуги Саньки.
– Саш, погоди, – сказал Кеша.
Кости колена тут же начали собираться в прежнее состояние, а рана на ляжке стянулась. Конечно же, мои мучители не могли этого видеть. Кешка ни на секунду не отводил ствол от Кати. Как только он это сделает, он умрет.
– Почему ты не хочешь помочь нам? – спросил Кеша. – Какая тебе разница? Обрати нас, и мы исчезнем навсегда.
– Все верно. Мне нет смысла не обращать вас.
– Так в чем проблема?
– Я уже сказал, я понятия не имею, как это делать.
– Я не верю.
– Кого это волнует?
– Ты начинаешь меня злить, Федя.
– Кого это волнует? – я улыбнулся уголком рта.
– Костик, давай водички.
Костик взял флакон воды, отвинтил крышку и вылил содержимое мне за шиворот. Боль растеклась по спине, но я, стиснув зубы и изогнувшись колесом, терпел ужасное жжение, не проронив ни слова. Если б не Катя, я моментально бы освободил руки, разорвав свои запястья железным хомутом, и вскоре трое мужчин лежали бы у меня в подвале, еще живые, с переломанными костями рук и ног, с выдавленными глазами, и умирали бы от жажды! Так и сделаю! Еще и яйца раздавлю! Или вырву. Нет, раздавить больнее. Злость кипела во мне вместе с кожей на спине, а трое экзекуторов с интересом наблюдали.
– Надо было больше воды брать, – сказал Санька.
– Федя, скоро мы проверим теорию осиновых колов. Если все так, как описано в легендах о вашем виде, то сегодня ты умрешь. А вскоре, может даже в этом году, умрем и мы.
– Сделай, что они хотят! – предложила Катя. Только сейчас я заметил, что она плачет.
– Кеша, мы же прекрасно общались. почему ты не подошел поговорить культурно? – спросил я, не обращая внимания на девушку. Сколько раз просить ее стоять молча?! Нашлась советчица.
– Ты шутишь? Где гарантии, что ты не убил бы меня как ненужного свидетеля?
– Зато теперь я убью тебя, можешь не сомневаться.
– На тебя подействовала святая вода. Значит, и кол сработает. Но не волнуйся, нам не нужна твоя смерть. Пока.
– Пока.
– Что?
Поделиться книгой: