Ин и Яла

После этих слов Ин замолчал. Меня же взволновал еще один вопрос. Мое происхождение. Мастер Шэн сказал лишь однажды про то, что меня подбросили в додзе.

– Что ты знаешь о моем появлении в додзе Воздушной листвы?

– Немногое, только то, что ты спустилась в перевал Енхо и сама вышла к нам в деревню из Тысячелетнего леса. Мастер Ань, насколько мне известно из рассказов отца, тяжело скорбел об утрате Умии и ухода сына в отшельники, поэтому сам лично принес тебя в додзе, как только узнал о судьбе маленькой девочки, спустившейся с гор. Никто из деревни не решался тебя принять, боясь заражения. Поговаривали, что ты принесла с собой чуму. Но слухи быстро улеглись, как только люди увидели тебя здоровую и розовощекую, начинающую ранние тренировки с пробежки по деревне.

– А сколько мне было тогда? – спросила я, тут же силясь вспомнить хоть что-то.

– Четыре или пять, или около того. Сейчас я уже не вспомню.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, сложив кулак с ладонью и кланяясь в знак уважения к рассказчику.

– За что? – удивился тот, судя по голосу.

– За еду и за доверие, – честно призналась я, вставая из-за стола.

– Что ж, самое время перейти к тренировкам, – сказал Ин, поднимаясь следом и разминая, похоже, затекшие ноги.

ГЛАВА 7. Духовная техника

Стоя напротив меня, Ин сверкнул глазами, и произошло странное: дверь открылась сама по себе. Внутреннее зрение подсказывало, что в коридоре никого нет. Заметив мою настороженность, он пояснил:

– Отец ушел в горы постигать новое мастерство, поэтому обучить Духовной технике, о чем попросил Мастер Ань, могу только я.

Смирившись с неизбежным, я лишь повторно сложила кулак с ладонью и склонила голову, демонстрируя повиновение.

– Твоей выдержке можно только позавидовать, – усмехнулся Ин и вышел из комнаты. Я поспешила следом. Босиком покинув дом, Ин остановился на лестнице и кинул через плечо:

– Нет нужды обуваться, чувствуя землю ногами, ты сможешь уловить даже скрытые духовные техники.

– Так это ты открыл дверь? – догадалась я, вспоминая легкое, еле уловимое колыхание пола под ногами.

Вместо ответа он развернулся и на ходу добавил:

– Быстро учишься.

Осознав, что техника действительно позволит мне превзойти многих Мастеров обеих школ, я поспешила за ним, внимая каждому слову своего нового учителя. Ин лишь раз улыбнулся, затем собрался и, дойдя по тропинке до деревьев, запрыгнул на ближайшее. Я повторила его движения точь-в-точь, за исключением выбора верхушки, приземлилась на соседнее.

– Первым занятием будет медитация, – начал было он, а я мысленно взвыла. Мастер Шэн в начале обучения заставлял медитировать неделями. У меня нет столько времени. Но все же промолчала в надежде услышать что-то новое. И действительно, учитель меня не разочаровал:

– Во время медитации дух блуждает вдали от тела, но никто не догадался заставлять его делать полезную работу, например, носить воду в баню, колоть дрова, на худой конец, просто пытаться воздействовать на физические предметы.

– А как же тело? – не удержалась я.

– А тело может в это время отдыхать, восстанавливая силы.

– Но… но как? – Меня искренне удивляло озвученное Ином, разрывая внутренние устои и миропонимание на кусочки: – Как духовная материя может воздействовать на физическую?

– Ты не задумывалась о том, какую материю используешь, когда пускаешь скрытого воздушного змея?

– Да, внутреннюю энергию Ки, – ответила я машинально, заученными словами.

– А это и есть духовная сила, – сказал Ин несколько простых слов, наводивших на столь сложные размышления. – Расслабься и освободи свой дух. Сегодня ты лишь попробуешь угнаться за мной в лесу, воздействие на предметы оставим на завтра.

После этих слов он закрыл глаза и встал на одну ногу в позиции цапли, сложив ладони друг с другом, замыкая свою внутреннюю энергию на себя, закрывая доступ к сознанию. Как пояснял мне мастер Шэн, делать это необходимо во время отсутствия духа в теле, иначе в него могут вселиться Йома – злые духи. Сейчас только я осознала: он что-то недоговаривал. Вот что именно – понять не могла. Пока не смогла.

Сделав так же, я сомкнула ладони и отпустила свой дух блуждать. И действительно увидела внизу в лесу дух Ина, дожидающийся меня. Устремилась за ним. Но, пытаясь приблизиться, поняла, что лишь удаляюсь от него.

Лесное эхо принесло мне слова нового Мастера:

– Не анализируй. Хочешь – преодолевай расстояния в сотню лиг за одно мгновение… Дух – это материя, не имеющая физических ограничений.

Сосредоточившись на своих желаниях, я поняла, что над искренностью чувств стоит еще поработать. В действительности я боялась к нему приближаться и подпускать его слишком близко.

Как будто прочитав мои эмоции, Ин сыграл на моем интересе, предложив:

– А хочешь увидеть свою деревню, из которой ты пришла?

С этими словами он протянул ко мне свои руки, и я, не задумываясь, устремилась к нему. В этот раз порыв был искренний, поэтому успешный. Оказавшись рядом с Ином за долю секунды, я заглянула в смеющиеся глаза моего извечного соперника. Как же я раньше этого не замечала: на свету они были почти зеленые. Схватив меня за руку, Мастер устремил нас через лес на вершину горы. Пологий подъем мы преодолели в несколько прыжков. Устроившись на вершине высокой пихты, Ин указал на угловатые крыши домов, выглядывающие из листвы, припорошенные снегом.

Страх сковал мои движения, и я не смогла двинуть и пальцем. Ощутив неладное, Ин обернулся, его зрачки сузились, подхватив меня на руки, он переместил нас обратно к моему телу, которое перестало удерживать равновесие и теперь раскачивалось в разные стороны, чудом не падая с дерева.

– На сегодня хватит, – прошептал он, помогая прийти в себя.

Увидев мир опять глазами своего физического тела, я поспешила спуститься на землю, после этого ноги попросту отказали, и я свалилась на колени. Звать на помощь не хотелось, гордость не позволяла, но ощущение легкого озноба предвещало будущую хворь. Глаза мои сомкнулись, и я, похоже, растянулась на земле.

Приоткрыв отяжелевшие веки, заметила отблески огня, играющие на лице Ина, склонившегося надо мной, обтиравшего меня каким-то сильно пахнущим травяным настоем. Я лежала на тростниковом матрасе, судя по ощущениям, и тому, что успела увидеть, практически голая, не считая набедренной повязки.

– Никогда больше не перетягивай свое тело бинтами, – ворчал Ин, заметив мое пробуждение.

Во рту пересохло, язык прилип к небу, и я не смогла ничего ответить из тех колкостей, которые были готовы вырваться в ответ на это замечание. А потом Ин перевернул меня на живот и начал обтирать уже спину. Там, где он водил рукой, прохлада остужала горящую плоть, принося хоть какое-то облегчение. После, похоже, я опять уснула.

Проснулась, уже опять лежа на спине. Ин сидел на коленях подле меня с закрытыми глазами. Моя рука была зажата в его ладони. Сам же он не двигался, похоже, медитировал. Окинув себя взглядом, поняла, что одета в чужую одежду на несколько размеров больше моего, но чистую, пахнущую свежестью и еле уловимо цветами.

Там, где он прикасался пальцами, тепло разливалось по всему телу, наполняя энергией. Он зажимал центр Ки на моем запястье! Я знала только одну подобную технику. Но та наносила смертельный урон при активации семи из восьми центров Ки. То, что применял Ин – нечто иное. Нас такому не учили. И вряд ли кто-то из мастеров вообще знал что-то подобное. Энергетическое лечение? Удивительно!

– Проснулась? – произнес Ин, не открывая глаз.

– Да. – Мой голос звучал глухо. Жажда мучила все тело.

– Еще немного, потерпи, – попросил он.

– Ты делишься со мной энергией? – не удержалась от уточнения я.

– Можно сказать и так, – прошептали его губы.

– А эта техника тоже древняя? – спросила, ощущая в очередной раз покалывание в груди.

– Не сказал бы. После смерти моей матери Умии отец стал изучать лекарство и акупунктуру, делясь со мной всеми своими знаниями.

Я не удержалась и, повернувшись на бок, накрыла его руку своей, гладя костяшки его пальцев. Не знаю, что творю, но Ин, кажется, вздрогнул всем телом, передавая мне какой-то странный импульс, заставивший мое сердце ускорить свой ритм.

– Теперь достаточно, – произнес он, открыв глаза и освободив свою руку, другой ероша мои непослушные волосы.

После помог мне приподняться и протянул чашку с зеленым чаем.

– Стол накрыт, можешь поесть. А я подготовлю баню.

– Ведь тренировки же?.. – Вспомнив про предстоящие испытания, я чуть не взвыла из-за потерянного времени, но чай отпила с удовольствием.

– Завтра будет тяжелое испытание, поэтому сегодня отдыхай и поправляйся.

Наспех перекусив, так как аппетита не было никакого, я вышла во двор как раз в тот момент, когда мимо меня пролетело два ведра со студеной водой из колодца, как будто их кто-то нес. Удивившись поначалу, я быстро смекнула, что это Ин упражняется с духовной техникой, и ведь правда, мой нынешний мастер обретался на ближайшем дереве в стойке журавля.

Это что, получается, дух и подглядывать умеет? Удобно, наверное, кому-то. И вообще, чего это я вдруг смутилась, ранее меня эти вещи не заботили вовсе. Ох уж эта древняя техника.

Зайдя внутрь, я ощутила жар от разогретой каменной печи. В набранную ванную были опущены раскаленные булыжники. Так что от поверхности воды аж пар шел. Осмотрительный Ин оставил полное ведро ключевой воды, чтобы можно было убавить градус. Но, окунув свою руку, поняла, что температура мне нравится.

Поэтому наспех разделась, налила в таз воду из ванной черпаком, взятым из стопки ванных принадлежностей, расположенной рядом с деревянным мостком, на котором я стояла, обмывая себя мылом. Прежде чем лезть в ванную, всегда необходимо как следует помыться, золотое правило для каждого жителя нашей деревни.

Ополоснулась, смывая пену, и окунулась в воду с головой. Жизнь прекрасна. Никогда еще не чувствовала себя так… Здорово, что ли? В додзе всегда присутствовала атмосфера напряженности, конкуренции и конфликта. Тут же, наоборот, уединенно и даже приятно. Как всегда, заняв свою излюбленную позу у бортика, распластав руки и плечи на камне, я просто лежала в горячей воде и наслаждалась.

Вначале я почувствовала легкую вибрацию на камне, ага, Ин здесь. И действительно. В следующий момент что-то плюхнулось в воду и, судя по смутным ощущениям, оно приблизилось ко мне вплотную.

– Тоже решил искупаться? – спросила я своего нового компаньона, продолжая обнимать бортик. В ответ лишь ощутила приятное прикосновение воздуха к своим плечам. Затем нажим усилился, и мне уже мяли мышцы, заставляя постанывать от удовольствия. Никогда (скоро я привыкну к этому слову) и никто не делал для меня ничего подобного.

Массаж в сочетании с горячей водой быстро привел меня в состояние молочного киселя. Не дождавшись того, что дух Ина перестанет меня мять, равно как и подглядывать за мной, смутившись, вылезла из ванной и быстро завернулась в полотенце. Хотя теперь-то уже какая разница, я просто уверена, что до этого голой меня уже видели и не раз, с такими-то способностями. Но все равно нервничала.

С некоторых пор меня стал интересовать мой внешний вид: низкий рост по сравнению с моим извечным соперником, худая структура тела, взгляду не за что зацепиться, не то что у Мастера Шинки. Поэтому чистую рубашку, лежавшую на полке у стены, надела быстро и поверх полотенца, чтобы лишний раз не оголяться. Изловчилась, намотала нижнюю перевязь, затем натянула штаны, вытаскивая полотенце из под одежды. Положила его рядом, чтобы потом забрать и повесить сушиться на улице. Тут же накинула чужое кимоно, которое было велико минимум на четыре размера, завязала его поясом. Вспомнив про свои вещи, мысленно взвыла, вспоминая про валяние их на снегу да на земле. Стирка ждет, а времени осталось мало.

Обув стоявшие тут же пробковые тапочки, собралась было выходить. Открыла дверь и наткнулась на Ина собственной персоной. Удивлению моему не было предела. Я не почувствовала его приближения!

– Ванна свободна? – И зачем он только спросил, ведь знал же, что да.

Не найдя, что ответить, кроме благодарности, вымолвила лишь:

– Спасибо.

– Должна будешь, – нахально произнес он. Протиснувшись мимо меня, вошел внутрь. Рядом с ним сразу стало как-то жарче, поэтому поспешила выйти, не забыв забрать мокрое полотенце.

– Это что же? – С удивлением обернулась, поздно осмыслив услышанное. Зря я это сделала. К тому моменту он уже успел снять рубашку и кимоно. Голая спина Ина и рельефы ее мышц притягивали, заставляя заливаться стыдливым румянцем. А-а-а, что я творю! Когда же он повернулся ко мне передом, я не сумела отвести от него взгляд и просто-напросто разглядывала.

– Мне подождать, пока ты налюбуешься? – хмыкнув, уточнил он, откровенно забавляясь над моей реакцией.

Пересилив себя, я все же закрыла дверь, так и не получив ответ на вопрос: «Что же буду должна?» Опять какую-нибудь древнюю технику на мне испытает?

ГЛАВА 8. Зов

Ничего не оставалось, кроме как повесить полотенце на деревянный бортик бани и зайти обратно в дом. Пройдя в комнату к очагу, я уселась у огня, так как за то короткое время, что провела на улице, успела продрогнуть. Влажные волосы заледенели и превратились в сосульки, жар, источаемый костром, заставил их таять и каплями стекать на кимоно. Поежившись, придвинулась ближе к каменной кладке и испытала жуткую сонливость. Дух против воли владельца покинул мое тело, устремляясь на чей-то зов.

Среди белого снега и черных, почти голых стволов хвойных деревьев, распускающихся ветками ближе к верху, заметила до боли знакомый силуэт в сером балахоне и с деревянным посохом. Лица его было не разобрать, человек стоял ко мне спиной. Он звал меня своим хриплым, противным голосом:

– Яла… Яла. Пришло твое время. Пробудись.

– Отец? – непроизвольно отозвалась я.

– Не называй меня так! – грозно прокричал силуэт. Обернувшись ко мне, мужчина снял капюшон.

Выстриженные узкой полосой по центру темные волосы спускались на плечо и оканчивались заплетенной косичкой. По всему лицу, начиная от глаз, расползлась противная тату, острыми угловыми линиями уродуя облик мужчины.

– Простите, Мастер. – Новое внутреннее я, спавшее доселе во мне, пробудилось и приняло управление духом на себя. Почувствовав себя марионеткой в руках кукловода, я попыталась сопротивляться, но тщетно.

– Убей его! – приказал мужчина. Лицо его исказила гримаса ненависти и злобы. Глаза закатились. Аура чистого безумия проступила сквозь духовную оболочку, образуя шарообразный кокон.

– Яла! – позвал меня знакомый голос. Очнувшись, первым делом заметила голый торс накачанного мужчины, смутно напоминающий мне кого-то. И вдруг я все вспомнила, где нахожусь и кто сейчас предо мной. Даже после того, как я открыла глаза, Ин продолжал меня трясти за плечи, сидя на корточках в одном полотенце, повязанном на бедрах.

– Хвала Огненному, – с облегчением произнес он, прижимая меня к себе.

Только сейчас почувствовала запах паленого. И поняла, что, засыпая, чуть не свалилась в огонь.

По воздуху проплыл кухонный нож, и Мастер, перехватив рукоять, принялся обрезать обуглившиеся концы моих волос. Так вот откуда запах! Однако вместо того, чтобы испугаться, я ощутила острую жажду убийства. Облизав губы, вовремя одернула себя, заставив руку вернуться на пол. А мгновением ранее хотела выхватить нож и вонзить его в сердце Ина. Зачем?.. Как я могу?!

– Замерзла? – Мой извечный соперник беспокоился обо мне. Испытав жуткий стыд из-за чрезмерной кровожадности, я отстранилась, забирая копну своих волос назад, и отползла подальше от холодного оружия, сверкающего в руках практически голого мужчины.

– Что случилось? – не преминул уточнить он, глядя на мою странную реакцию. Опустив взгляд, он нахмурился и уточнил: – Все дело в том, что я раздет?

– Нет, – тут же выпалила я, отползая еще дальше. Рука чуть опять не дернулась в сторону ножа. Прикусив губу почти до крови, процедила: – Убери, пожалуйста, оружие.

– Боишься меня? Да я тебя не трону! – ошарашенно произнес Ин, но нож все-таки убрал. Отправил его в полет, вонзив в дальнюю балку в углу комнаты.

Полегчало, да не совсем. Кровожадное желание жгло душу изнутри.

– Я хочу тебя убить. – Признание вырвалось непроизвольно. Схватившись за грудки кимоно, я попыталась унять свое тело.

– Что происходит? – серьезно произнес Ин.

– Я услышала зов отца. – Уронив лицо на руки, распростерлась на полу. Жажда убийства только усилилась. Судорогой свело сразу обе ноги, и я стала корчиться на полу.

– Что он тебе приказал? – Кажется, Мастер начал понимать происходящее.

Вспомнив приказ, тут же устремилась к нему с одним-единственным желанием – задушить!

– УБИТЬ! – проорала я, теряя контроль.

– Сопротивляйся, – только и произнес Ин, распахивая свои объятья мне навстречу. Мои пальцы, кажется, сомкнулись на его шее, и я начала его душить. Он же, обняв меня на талию, лишь улыбнулся и поцеловал меня в лоб.