Кредо дракона, или Академия особого наказания

— Но зачем тогда культивировать в личности после рождения такие качества как: ярость, злоба, мстительность и так далее? — в этот раз вмешалась в разговор Уля.

Неужели она рассчитывала отыграть упущенные позиции? И… так и оказалось.

— Отличный вопрос! Эн'Раула Хоркин. — Воскликнул мистер Семиран, вновь обернувшись к доске. — На него мы и ответим в конце занятия, а теперь записывайте.

И он начал своей указкой с белым мелом на конце что-то там черкать и попутно диктовать:

— Вот эта печать — основа для белой магии.

Нет, определенно, увидев ее, я вначале хмыкнула, а потом сделала вид, что закашлялась.

— Что-то не так? Эн'Айри Дрейкон? — спросил у меня преподаватель, полуобернувшись.

— Э, нет! Просто… в горле запершило, — миролюбиво пропела я в оправдание собственного поведения. И даже мгновенно вспотела от страха быть вызванной к доске. Ох, только бы не это!

— Хорошо, значит, в обеденный перерыв обязательно посетите костоправа. — Только и предложил, как оказалось, довольно добродушный старик, поверив моим словам. Хотя, да. Я же и вовсе была близка к обморочному состоянию, потому и поверить наверняка было не трудно.

Молча кивнула, а он продолжил дорисовывать цветочек в кружке. И ведь реально прикольно выходило. Старательно… лепесток за лепестком выводил, симметрично центральной точки.

Обернувшись же, мистер Семиран и вовсе хохотнул:

— Так и знал, что кинетесь срисовывать мою живопись. Эх, неучи, вот если бы вы открыли первые 35 страниц, то непременно бы поняли, как например, Эн'Айри, которая сидит и улыбается, что внутренние линии печати не важны, важны символы и их расположение относительно друг друга. А цветочек — это уж я старик развлекаюсь. Запоминается мне так лучше. А вы вон лучше первые страницы полистайте. И да, Эн'Айри, восемь баллов вам за подготовку к занятию.

О как. Прикольно… Мне тут все больше и больше начинает нравиться. А между тем и самой тоже посмотреть охота, не то вдруг спросит, или еще хуже — к доске вызовет такой зеленой-зеленой, под цвет его в костюма в красную клетку.

Потому незаметно так потянулась рукой и попыталась раскрыть книжечку на начало аккуратно пальчиками. Ага. Я и аккуратно — вещи абсолютно несовместимые. Вот и книжка так подумала, которая вначале как бы выехала своей половиной вперед со столешницы, а потом в раскрытом виде плюхнулась на пол, за спины сидящих на уровень ниже меня. Что естественно, вывалившиеся листы разлетелись по всему полу.

Абзац!

— Что такое? — моментально встрепенулся преподаватель и узрел мой пострадавший учебник. Сказать, что он озверел — нет не сказать. Вот покраснел, как помидор — это да.

А мне же было больше смешно, чем страшно в этой связи. Почему, правда, загадка.

— Дрейкон! Это ваш учебник?! — Я вынужденно кивнула, состряпала скорбную мину. Ну, а Ан'Охри, будто поняв, что отпираться не стану, даже немного посветлел лицом, на пару тонов. Но, все-равно громко припечатал следом: — Живо соберите мою рукопись. И… забираю свои восемь баллов назад! Нет, десять! Минус десять баллов за неуклюжесть и неуважение к чужому труду.

Э… Подождите, так это и правда ручная работа? А еще, разве рейтинг бывает отрицательным?

— Не слышу ваших действий, Эн'Айри, — вывел меня из ступора преподаватель, оборачиваясь обратно к доске.

— Я помогу, — вызвался очаровательно-кудрявый студентик с такими длинными девичьими ресничками и обаятельными глазками, как раз сидящий предо мной получается, только на одну большую такую ступеньку ниже.

— Не нужно, Ан'Хизо, мисс Дрейкок младшая и сама справится.

Я же вздохнула и поднялась со своего стула, отодвинула его от единой парты длиной во весь центральный и третий по уровню ряд. Далее сделала шаг и чуть не взвыла от боли. И что естественно оступилась, планируя вспахать носом лесенку, с надеждой, что выставленные вперед руки как-то помогут».

«Неужели осколок все еще остался в ранке? — пронеслась в моей голове мысль, пока я не очутилась в объятьях этого самого обаяшки». А я только и успела заглянуть в его такие карие под цвет каштановых волос глазки, как вдруг преподавать вновь прикрикнул на нас обоих:

— Ну все! Эн'Айри, мое терпение кончилось…

Но следом он умолк, а я заметила краем глаза за моей спиной какой-то темный силуэт.

— Мистер Семиран, я помогу Эк'Айри собрать обратно ваш конспект? — спросил отпрыск Райхонов, чем немало удивил как минимум двоих, если и вовсе не всю группу. Помниться, он сидел уровне этак на седьмом. А это ничуть не близко. Да и вообще, зачем ему?

— Да-да, конечно, — чересчур быстро согласился преподаватель, оборачиваясь обратно к доске.

— А ты, — Ан'Шуат бесцеремонно взял меня за плечи и буквально впихнул обратно на свое место. — Сиди здесь и не шевелись.

Хоть и говорил шепотом, однако услышал его как минимум весь наш ряд, оттого и растянули лыбы, отчаянно пряча их, кто ладошкой, кто за кончиком пера, которое грызли время от времени все без исключения, походу. А кто, как Раула, прятал беззлобную улыбку за густыми волосами, спадающими на лицо пышной шапкой.

Удивительно, конечно, но мой экс жених действительно быстро и ловко собрал все листы, соблюдая очередность, а после сам открыл, да положил предо мной многострадальную книгу. Ага. Затем он и вовсе скомандовал: — Двигайтесь.

— To есть? — естественно, уточнила я. Однако глядя, как Раула и Сиера пересаживаются на другие стулья, освобождая место справа от меня одному такому наглому дракону, вопрос отпал сам собой. Вот и Шуат об этом понял, потому отвечать даже не стал, а молча сел на свободное место.

— Ну все, перерыв окончен.

Воззвал к порядку Ан'Охри, возвращая всеобщее внимание к своей персоне.

— Смотрите, восемь лепестков в моей печати заполнены знаками, читаем по очереди, как настенные часы сверху — в право, затем вниз, затем через лево вверх до полного круга. Кто первый начнет?

И, не дожидаясь, пока кто-нибудь действительно изъявит желание, выбрал аккурат парня, сидящего предо мной.

— Так, Ан'Хизо, помнится вы недавно проявляли свою активность. Давайте, скажите, что это за знак? А всем остальным подсказываю, двадцать пятая страница.

За что спасибо, конечно, Шуату — он тут же ткнул пальцем в текст уже открытый на нужном месте. И как раз с этой самой печатью. Эта загогулина, которая больше напоминала гамму из греческого алфавита, здесь же транскрибировалась как — «ри». Дальше в пояснении сказано, что этот символ несет в себе смысл — магической устойчивости.

— Это знак магической устойчивости, — ответил студент, сидящий предо мной, без запинки. А я уж было чуть голову не начала ломать, как же ему подсказать.

— Так, хорошо, следующий?

И тут руку подняла Раула. Оно и понятно, хочет заработать баллы. А я же получила легкий тычок от наглого отпрыска Райхонов, решившего с чего-то вдруг мне помочь, причем даже против моей воли.

Волосы ему что ли вечером покрасить в отместку за свою настойчивость? Жаль, не выйдет. Иммунитет к магии. Досадно. А то я бы посмотрела на Шуата с красными волосами.

Невольно скосила взгляд в сторону, на его такие брутально-плюшевые черты… Острый нос, подбородок уже покрытый щетиной при ближайшем рассмотрении. И снова чуть не получила втык от Ан'Охри, потому как напрочь прослушала его вопрос:

Шуат снова ткнул пальцем в книгу, откуда я и зачитала.

— Третья руна «хис» — подчинение стихии.

И тут же в ответ услышала недовольное: — Шесть баллов мисс Дрейкон, правильно читать «хисс». Продолговатое «с». Неужели никто не знает про таинство выбора судьбы ребенка? Ваши имена составляются из магических символов и тем самым полностью определяют ваше будущее.

Я же вновь вернулась к витанию в облаках и так не вовремя вспомнила про наш такой «милый» междусобойчик с Шу в коридоре, завершившийся укусом, а затем и вовсе переместилась в мыслях к странному поцелую в комнате. Потому сама чуть не растеклась розовой лужицей, вконец засмущавшись, стоило только моему соседу слегка повернуть голову в мою сторону.

В отместку за это даже локтем его ткнула, чтобы не смотрел в мою сторону! Особенно на мое смущение… А в голос чуть и вовсе не ойкнула в очередной раз за сегодня. Вот какого… спрашивается он подсел ко мне? Чтобы подсказывать? Наверняка же ему что-то нужно?

Да, так и есть. Потому как Ан'Шуат, будто мысли прочитав, подпихнул мне под нос свой листочек, из аккуратненькой кожаной папочки. Как оказалось, он уже давно на нем что-то намалевал, это я просто внимание не обращала.

«В извинение за укушенную губу я просто хотел применить лечащую печать, но нам помешали».

Побоявшись, как бы цензура вновь не исковеркала мои слова, быстро и коротко написала на листочке лишь:

«Не верю».

А сама между тем только и удивилась. Буквы драконьего языка вот ну совсем не похожи на английский язык, даже прописью, скорее больше греческий или и вовсе арабский со множеством точек над завитушками. Однако, вопреки всякой логике, я все равно умела как читать так и писать на этом языке. Поразительно!

«Как хоче…» — начал было отвечать яркий отпрыск Райхонов, но потом все-таки передумал и зачеркнул свою же надпись. И, немного подумав, настрокал вовсе возмутительное:

«Могу тебе вечером рассказать, зачем поцеловал, только если ты не пойдешь на обеде к моему брату. Успел забежать к себе, взял заживляющую мазь для твоей ноги…»

Вечер — какой такой вечер? Нет уж, не надо. А вот за беспокойство, конечно, спасибо. Правда, Сиера и так уже поделилась мазью, которая по сути только красноту сняла и жжение, как на губе так и на пятке. Еще во время переодевания чулок намазала. Но ему об этом говорить не очень то хотелось. А между тем ранка на ноге откровенно досаждала. Иной раз нет-нет, да кольнет и защиплет.

«Мазь мне не очень помогла, — все-таки написала ему ответ».

«Помимо моего брата, у нас в академии есть еще пять костоправов, могу проводить…»

И тут я не выдержала и все-таки повернулась к нему, недовольно воззрившись. Да что не так-то с этим Ан'Куэном, и почему это я не должна к нему идти по делу или без? Открыла было уже рот, чтобы ляпнуть что-то из разряда: «А иди ты сам к этим костоправам!» Как вдруг до меня донесся громкий голос преподавателя, окончившего опрашивать по всем восьми рунам заклинания, и теперь решившего подвести итог:

— Итак, кто мне скажет, что это за магическая печать?

— Это печать отмены драконьей ипостаси, — с места ответил Ан'Шуат. Кстати, даже руку не поднял. И вообще, кто его просил привлекать внимание к нашей парте, а? Пришлось развернуться и состряпать умное лицо.

— Так, правильно. Вот что значит правнук самого Ан'Дуара. Десять баллов! — похвалил Шуата Ан'Охри.

Да уж. Что-то мне подсказывает, никто из преподавательского состава и не рискнет поставить ему меньше. А между тем твердое намерение посетить его брата — стало теперь уже делом принципа.

И потому я отодвинула от себя листочек и сделала вид, что читаю книгу. Еще же эти Раула и Сиера: «мы своих не предаем», по сути все-таки подставили, взяли и молча отсели, освобождая место тому, кого не просят. Нужно будет сказать, чтобы в следующий раз не бросали меня в пасть ко льву, точнее к одному такому черному дракону.

Но не успела я толком вчитаться в учебный материал, как вдруг строчки поплыли у меня перед глазами. Голова же и вовсе словно налилась свинцом, планируя следующий миг прямо на парту. Последнее, что я почувствовала перед тем как отключиться, это неприятный холод и пульсирующую боль от, казалось бы, маленькой ранки на пятке.

Глава 4. Вот так чайник

Мне снился странный сон, будто Шуат меня, завалившуюся на парту, подхватил на руки, после нескольких неудачных попыток растормошить, и понес прочь из аудитории, минуя растерянного преподавателя. Затем картинка смазалась и оборвалась, а я уже лежала в каком-то странном помещении с перевязанной бинтами ногой. А надо мной склонялся не кто иной, как сам Ан'Куэн, с каким-то металлическим грязно-золотистого цвета треугольным прибором, больше, конечно, похожим на одну из побрякушек магазина моей бабки-экзорцистки.

— Что с ней? — услышала я чей-то голос издалека.

— Смертельный яд, — не думая даже, тут же ответил костоправ. — Повезло еще, что концентрация маленькая и организм молодой. Так что может и оправится.

— Но откуда в академии яд? — удивился было голос, однако следом послышался скрип стула, а после хлопок входной двери. Как будто кто-то стремительно выскочил из комнаты.

В следующий миг вновь наступила темнота, причем надолго. Затем меня и вовсе словно в реку бросили. Если бы только не одно "но". Меня действительно бросили! И действительно в ледяную воду! С моста. Шок от осознания ситуации тут же сменился такой неистовой яростью, что я тут же вновь приняла драконий облик и захлопала своими мощными крыльями, да стремглав взлетела в воздух, желая спалить всех таких смелых к чертовой бабушке!

— Кто посмел?! — взревела взбешенная я, зависнув в воздухе напротив моста. Мои продольные зрачки тот же миг узрели довольную мину моей Дракомутер и бледных Куэна и Шуата. А еще рядом с ними стоял мой братец и двое каких-то взрослых, вроде бы незнакомых мужчин. Темноволосые, но с каштановыми оттенками.

— Я же говорила, подействует, — чуть ли не со смехом выдала леди Дрейкон. И Райан по примеру матушки так же ехидно заулыбался. А Шуат как-будто только сейчас сделал глубокий вдох.

Пришлось подавиться собственным пламенем и чихнуть в воздухе, выпуская вместо огня облако черного дыма, да произнеся после лишь тройное: — Ой!

— Ты где взяла этот чайник, дорогуша? — спросил у меня один из незнакомых мне мужчин, глядя на всю эту веселую, наверняка, картину с полным безразличием.

— Какой из трех? — прогудело мое горло. Пока я тем временем пыталась примериться взглядом, куда бы приземлиться на этом хрупком мосту, хлопая своими мощными крыльями. Ведь если промахнусь, то либо я, либо мы все отправимся вновь поплавать в горную речку ныне как раз половодную.

— А их было три? — спросил этот незнакомец тут же у братцев из семейства Райхон, заслонив свое лицо рукой от ветра. Моего ветра.

— Судя по осколкам, да, — согласился одноклассник. А его старший брат, Куэн — довольно и непринужденно улыбался, глядя на меня в упор.

— Великолепно просто, и как теперь узнать, кто же такой богатенький решил отравить кого-то не чем иным, а мехонарским ядом?

— Говори, где ты их взяла? — моя мамуля после этих слов и вовсе приняла строгий вид, да сделала пару шагов назад, прячась от ветра.

Не знаю, что со мной произошло, но я в кое-то веке честно призналась и ответила прямо:

— Один из нашей гостиной, другой в ректорской, пока ждала аудиенции для зачисления, третий… А, точно! Он стоял в оружейной нашего замка, в пристройке мистера Ан'Клифа.

Мои мощные крылья то и дело хлопали за спиной, позволяя словно висеть в воздухе, правда, это мало кому нравилось, потому маман на меня тот же миг рявкнула:

— Да приземлись ты уже в конце концов!

Что я и сделала. Не очень аккуратно, к тому же. Вначале вцепилась своими когтями за парапет, думая шагнуть на мост, но леди Дрейкон тот же миг призвала печать отмены ипостаси. И я чуть было не потеряла равновесие. Да уж, искупалась бы еще раз, уж наверняка. Хорошо хоть Куэн подоспел, и схватил меня за талию. Затем и вовсе снял и поставил вниз, приговаривая:

— Неужели все еще нога болит?..

Получив достойное оправдание своей неуклюжести, я лишь кивнула в ответ, бросая взгляд на мокрое и к тому же грязное черное платье, которое так и не потрудились снять, кидая меня в воду.

И снова слово взял тот самый допрашивающий незнакомец с темно-каштановыми волосами с синеватым отливом на свету:

— В итоге, Эн'Иссари, что вы предлагаете в качестве наказания? — А его острый взгляд, брошенный в мою сторону, заставил невольно поежиться.

— Наказания? За что? — удивилась я, выпалив следом. Это что же получается, я кому-то жизнь спасла, а они про наказания?..

— За кражу, естественно! — воскликнула мать, ничуть меня не жалея, кстати. Вот, подумаешь, из-за какой-то посуды такая паника… Была в драгоценность там, документ важный, я бы поняла. А тут…

— Думаю, Эн'Айри себя уже и так достаточно наказала, — произнес доселе молчавший мужчина, обращая на себя всеобщее внимание. И я наконец его узнала. Это же наш ректор АнТуэр Райхон, собственной персоной. Неимоверно «занятая» личность, кстати, судя по двум часам моего ожидания сего доблестного дракона. Который к тому же взял и наказал вопреки сказанному: — Но безусловно, минус десять баллов по каждому из предметов послужит молодой и необузданной Эн'Айри хорошим стимулом больше так не делать.

«То есть вот так, да?» — внутренне вознегодовала я, вспоминая про свои между прочем вечерние планы.

Окинула беглым взглядом горные вершины, вздымающиеся впереди настоящими гигантскими стенами, поросшими травой и деревьями, и с удовольствием подметила, что ждать до начала активных действий мне осталось не долго. Закатные лучи уже во всю красили склоны от оранжевого до бурого, красного.

— Я… могу идти, о пылающие? — произнесла елейным голоском, стараясь выдавить из себя еще и улыбку. Получилось не очень убедительно, судя по тому, как скривилась леди Дрейкон. Но тем не менее, в ответ она согласилась, буркнув лишь:

— Да.

А после, опомнившись, бросила:

— Ан'Шуат, проводи, пожалуйста, мою дочь в ее комнату…

— Конечно, — согласился он. Затем еще и выставил вперед локоть. Неужели чтобы я за него схватилась? Ха. Вот еще…