Адрес Центавр

— Залезть к тебе на спину, чтобы никто из нас туда не успел? — не согласился Джордан. — Ты что-нибудь на месте придумаешь. Давай, шевелись.

— Я без тебя не уйду, — начал Доччи.

Огромная ладонь легла ему на загривок.

— Слушай меня, — жестко велел Джордан. — Вместе мы оказались лучше пилота — твои ноги и мои руки. Теперь нам надо разделиться, но мы сумеем доказать, что сильнее Кэмерона и всех его ронов.

— Мы не стремимся ничего доказать, — возразил Доччи. — Вопрос безотлагательный и принципиальный. Прямо сейчас имеются люди, способные долететь до звезд, и наша задача — сообщить об этом остальному человечеству.

Тьму прорезал луч яркого света; он заметался под ракетным куполом, выхватывая из мрака колонны и балки опорных конструкций.

— Может, ты лично и не пытаешься ничего доказать, — ответил Джордан. — А я пытаюсь. И остальные тоже. Или пусть они кормят нас с ложечки и укладывают спать по ночам? — Он сердито развернулся и, подтягивая тело на руках, по грунту направился к ближайшей колонне.

— Ты не сумеешь за ней спрятаться, — предупредил Доччи.

— За ней не сумею. Я спрячусь наверху. Без ног мне там самое место. — Обхватив ладонями металл и пользуясь слабой гравитацией, он начал быстро подниматься.

— Берегись, — сказал Доччи.

— Чего мне беречься? — Голос Джордана донесся уже с самого верха ажурной конструкции. Он находился теперь не над головой Доччи, а быстро передвигался от колонны к колонне, свисая с балки. Находящиеся внизу и догадаться не смогли бы, что поверху может кто-то перемещаться. Джордан решил воспользоваться этим, чтобы избежать встречи с ронами.

Дальше размышлять на эту тему было бессмысленно. Джордан еще не достиг ракеты, и что он там будет делать — неизвестно. Но кое в чем он Доччи убедил. Да, теперь у Доччи появилась уверенность. Повернувшись, он зашагал к стартовой площадке, все быстрее и быстрее, пока не перешел на бег. Раньше Доччи не думал, что такое возможно, но оказалось, что он способен увеличивать разрыв между собою и преследующими его роботами.

Когда Доччи добежал до ракеты, времени на размышления почти не оставалось. Одного взгляда на космический аппарат хватило, чтобы преисполниться разочарованием. Пассажирский и грузовой шлюзы закрыты. Нона либо не поняла их инструкций до конца, либо не сумела их выполнить. Скорее всего, первое. Она нарушила работу сетей, осветительных и сканирующих, не используя ничего, кроме собственных рук. Навыки ее обращения с машинами, которые она раньше и в глаза не видела, просто поражали. Но ждать, что она приготовит к их отлету целую ракету — только заходи — было бы слишком. Доччи предстояло проникнуть внутрь самостоятельно. Приходилось полагаться только на собственные усилия. На секунду он пожалел, что не забрал лучевик пилота, а потом отбросил эту мысль. С пистолетом можно попробовать расплавить внутреннюю задвижку на входе. Но подобные размышления указывали, насколько он оторвался от реальности. Рук у него не было, и воспользоваться лучевиком он не мог. И верно и правильно, что Джордан оставил оружие себе. Ему оно нужнее.

Доччи лихорадочно осматривал пусковую установку в надежде найти устройство открывания шлюзов снаружи. Должно быть приспособление, посылающее импульс открывания дверей. Еще лучше, если он сумеет им воспользоваться. Но ему не повезло.

Если кнопка где-то и была, Доччи ее не нашел. Приближающиеся лучи прожекторов говорили о том, что времени у него все меньше, как и шансов попасть внутрь. Даже то время, которым он располагал, стало результатом ошибки Кэмерона — он велел ронам на пути к ракете тщательно обследовать поверхность под куполом. А ведь они могли и настичь его, Доччи. Если Кэмерон допустил одну ошибку, может совершить и другие.

По звукам, долетавшим до него, Доччи догадывался, что Джордан все еще на свободе, даже, возможно, поблизости. Знает ли об этом доктор? Вероятно, нет; он склонен недооценивать инвалидов.

Доччи спустился в неглубокую посадочную яму. В качестве укрытия она совершенно не годилась. Стены гладкие, покрытые какой-то зеленоватой субстанцией; внутри ни дверей, ни ниш. Но ему нужно было находиться поблизости от корабля, и ближе посадочной ямы ничего не нашлось. Отходить нельзя — Кэмерон расставит вокруг ракеты роботов, и назад не вернешься. Надо где-то спрятаться.

Он прислонился к группе кормовых дюз, и металл вдавился в тонкую плоть, покрывающую позвоночник. Прошло несколько секунд, прежде чем Доччи осознал, что нашел решение. Обернувшись, он посмотрел на сопла. Маленький мальчик мог залезть в одно из них и спрятаться. На это способен и взрослый человек без плеч, которые застрянут в узкой трубе канала.

Забраться внутрь оказалось трудно. Доччи выбрал самое нижнее сопло, согнулся и просунул в него голову. Он извивался и проталкивался, упираясь ногами, пока не скрылся почти полностью в трубе. Ступни торчали наружу, поэтому он подогнул колени, снова уперся в стенки канала и толкнул тело выше. Доччи не прекращал усилий, пока не удостоверился, что его никто не увидит, даже специально заглянув в сопло.

Замерев, Доччи прислушался. В посадочную яму шумно спустился рон. Отсутствие каких-либо других звуков говорило о том, что роботом, вероятно, управляют по радио. Механизм лазал по яме и искал. Вскоре шум прекратился, но стало ясно, что уходить рон не собирается. Он остался охранять яму.

Вылезать Доччи не мог. Он оказался в ловушке. Даже пережил легкий приступ клаустрофобии. Пугаться нечего: можно закричать, и его спасут, вернее, схватят. Робот сразу вытащит.

Но это не единственный выход. По трубе можно ползти и дальше. Она выходит в камеру сгорания и имеет крышку зажигания, которую сейчас наверняка сняли, чтобы очистить нагар. Ракету не использовали несколько месяцев, и совершенно определенно трубы, ведущие к соплам, сейчас открыты на том конце. Он может попасть внутрь.

Доччи остановился, чтобы перевести дыхание. Металл хорошо проводил звуки, даже усиливал их. В интервале между вдохами он расслышал характерное шипение, как при жарке, которое издает луч пистолета, поражая металл. За ним последовал грохот.

— Ловите его. — Это кричал Кэмерон. — Он наверху.

Джордан обнаружил себя и сразу вывел из строя рона. И сейчас Кэмерон поймет, что поймать его не так-то просто. Отвлекающий момент пришелся очень кстати для Доччи.

— Не стрелять, — командовал Кэмерон. — Поймайте его прожекторами. Загоните повыше. Загоните в угол, поднимайтесь и хватайте его.

Доччи ошибся: роны управлялись голосом, а не по радио. Только бы попасть в корабль. Но надо торопиться. Джордан не может убегать от роботов бесконечно.

Уже не осторожничая, Доччи принялся проталкиваться дальше. Рои, находившийся в яме, ушел к остальным, можно не бояться обнаружения. Но двигаться становилось все труднее. Он этого ожидал, но не представлял, насколько будет трудно протискиваться по сужающейся трубе.

Ноги скользили, и все равно он всякий раз продвигался на несколько дюймов вперед. А когда, наконец, выглянул из трубы и увидел внутренности корабля, кровь толчками зашумела в голове.

Доччи с тоской посмотрел на крышку, лежавшую в нескольких футах от него. Будь у него руки, он ухватился бы за нее и подтянул тело. Но с руками он не пролез бы в трубу. Закрыв глаза, Доччи мгновение отдыхал, а потом продолжил извиваться, от старания выгибая спину дугой. Он почти вылез, только ноги оставались в трубе. Доччи в последний раз сильно оттолкнулся и вывалился на пол.

Он лежал, пока в голове не прояснело и не успокоилось дыхание. Перевернувшись, Доччи согнул колени, поднялся и, шатаясь, побрел по коридору в отсек управления. Ракета принадлежала ему, но завоевывал он ее не только для себя, да и использовать в одиночку не мог.

Внимательно изучая панель приборов, он думал о том, как долго не управлял кораблем. Последний раз Доччи летал много лет и две руки назад. Когда он решил, что разобрался достаточно, то наклонился и прижался подбородком к диску настройки. Старательно работая шеей, установил его в нужное положение, потом сел в кресло и ударил по кнопке ногой. Корабль вздрогнул и приподнялся на несколько дюймов.

Доччи мог бы поспорить, что Кэмерон ничего не заметил. Доктор, вероятно, слишком увлекся поимкой Джордана. Но если бы Кэмерон и увидел, что происходит, у него оставалось тридцать секунд, чтобы остановить Доччи. Своим шансом доктор не воспользовался. Похоже, все благоприятствовало их плану.

— Посадка ракеты, — объявил Доччи, когда положенные тридцать секунд истекли. — Аварийная ситуация. Повторяю, аварийная ситуация. — Формально корабль находился в состоянии полета, хотя и очень непродолжительного, но относительная редкость его использования служила порукой тому, что объявление услышат и обратят на него внимание.

— Все включенные роны привлекаются на помощь. Данный приказ отменяет все предыдущие команды. Для подготовки к возможной аварийной посадке необходимо дополнительное снаряжение. — Он зачитал перечень нужного оборудования, уселся в кресло и хохотнул.

Выждав несколько минут, Доччи коленом включил наружное освещение ракеты. Потом встал и, направляясь к пассажирскому шлюзу, задел кнопку открывания двери. Вниз скользнул пассажирский трап, и Доччи отвалено остановился в проеме, обозревая окрестности. Ракетный купол заливало светом, отчетливо виднелась каждая балка, каждая колонна. Конструкция смотрелась впечатляюще и даже красиво, хотя, когда его привезли сюда впервые, Доччи возненавидел ее.

— Все в порядке, Джордан. Можешь спускаться, — позвал Доччи.

Свесившись с балки вверху, Джордан, перебирая руками, добрался до колонны и соскользнул на землю. Усиленно работая руками, он переместил тело к подножию трапа, поднял голову вверх и, ухмыльнувшись, сказал:

— Ну, что, монстр? Как тебе это удалось?

— Сам ты монстр, — ответил Доччи. — Я пролез в сопло через трубу.

— Я видел, как ты начал, — сообщил Джордан. — Но особой уверенности не испытывал. Даже когда корабль приподнялся, у меня еще были сомнения, пока ты не показался на входе. — Джордан поскреб щеку. — Меня вот что смущало: как ты избавишься от Кэмерона?

— Доктора обычно в механизмах не разбираются, — пояснил Доччи. — Кэмерон не исключение. Он забыл, что аварийная посадка космолета отменяет любые устные распоряжения. Поэтому я приподнял корабль на несколько дюймов. Роны не слишком сметливы, но даже сообразительность им не помогла бы. Если корабль в воздухе, и я сообщаю, что собираюсь совершить посадку, они должны повиноваться.

Джордан удовлетворенно кивнул.

— Бедный док, — вздохнул он. — И не то чтобы тупой. Просто ничего не мог сделать, ты его переиграл.

— Кэмерон должен был это предусмотреть, — возразил Доччи. — Мог поддать жару гравитационным генераторам. Это создало бы чрезвычайную ситуацию в главном куполе, искусственную, конечно, но его приказы перевесили бы мои команды. Он, а не я, получил бы приоритет и мог управлять роботами из гравитационного центра.

— Я бы до этого не додумался, — признался Джордан. — Но все равно, как ты добился, чтобы роны умчались прочь, унося доктора с собой?

— Не нужно было ничего придумывать. Как только пилот идущего на посадку корабля сообщает, что может произойти крушение, роны обязаны удалить из опасной зоны всех людей, независимо от их желания. Они бы и до тебя добрались, но помешала команда о доставке необходимого на случай аварии оборудования.

— Это радует, — сказал Джордан. — Не хотелось бы мне услышать, что скажет Кэмерон. К тому же в корабле безопаснее. — Он перебросил тело через порог, ласково коснулся обшивки и благоговейно заглянул в коридор. — Теперь он наш. Но как насчет остальных? Как мы их доставим?

— Об Анти позаботятся. Роны не задают лишних вопросов, а она числится в списке необходимого для доставки снаряжения. Ее и доставят. А Нона должна ждать возле Анти. — Лицо Доччи выражало сомнение и тревогу. — Надеюсь, мы сумели объяснить ей, что надо ждать там.

— А если она не поняла?

— Уверен, что поняла, — ответил Доччи. — Это несложно. А тебе пока лучше заняться подготовкой корабля к старту.

Джордан скрылся в отсеке управления. Доччи задержался у пассажирского шлюза. Он сказал, что инструкции понять было несложно, и вроде бы сказал правду, но это для кого как. Для Ноны мир стоял вверх ногами: простейшие вещи она понять не могла, а со сложнейшими разбиралась в два счета. Оставалось надеяться, что она ничего не перепутает.

Времени для размышления не оставалось. Роны возвращались. Сначала он услышал их, а через несколько секунд увидел. Роны появились в поле зрения, волоча и пихая огромный прямоугольный бассейн. Проявив невероятную сообразительность, они взвалили емкость на спины четырех меньших собратьев — приземистых ремонтных роботов. Механизмы несли на своих плоских панелях громадный вес.

Бассейн заполняла голубая жидкость. Скрученные трубки свисали из-под днища — их вырвали из ямы вместе с емкостью, когда снимали ее с фундамента. Из комьев влажной земли, прилипшей к узкому выступу на верхней кромке гигантского бака, еще торчали изломанные растения. Слегка покореженная и перекошенная, емкость осталась в нормальном состоянии и не протекала. Пять ронов быстро толкали ее к кораблю, не обращая внимания на растрепанного человека, ругавшего и пинавшего их; очевидно, он вышел из себя от ярости.

— Джордан, открой грузовой шлюз.

В ответ корабль приподнялся еще на несколько дюймов и замер, подрагивая. В кормовой части одна из секций обшивки упала наружу и вниз, образуя грузовую аппарель. Груз прибыл, и корабль приготовился принять его.

Доччи оставался у пассажирского шлюза. Кэмерон оказался идиотом. Ему следовало остаться в главном куполе, когда роны доставили его туда. Он даже представить себе не мог, до какой степени ему здесь не рады. Что ж, они избавились от него один раз, сумеют избавиться и в этот.

Только Нона беспокоила Доччи. Она не явилась с роботами, ее нигде не было видно. Не похоже, что Кэмерон обнаружил Нону и запер в госпитале. Все происходило слишком быстро; доктор сразу пустился вслед за роботами. Доччи нерешительно шагнул на трап, но тут же вернулся обратно. Поблизости Ноны нет, он сам это видит, а времени на возвращение в главный купол не осталось.

Бассейн доставили к кораблю, передний край уже скользнул на платформу аппарели. Но тут усилия ронов ослабли, емкость почти перестала перемещаться и замерла. Озадаченно выпрямившись, роны совсем остановились.

Емкость покатилась назад. Вибрируя и жужжа, роны бросились врассыпную, вопросительно оглядываясь по сторонам. И тут они заметили Доччи, который сразу понял их намерения и скользнул внутрь корабля, закричав:

— Закрывай пассажирский шлюз!

В дальнем конце коридора появился Джордан.

— Ладно. А что случилось?

— Фогель, инженер. Должно быть, увидел ронов на сканере, когда они прибыли в главный купол. Пытается сделать то, что следовало сделать Кэмерону, только у доктора ума не хватило.

Джордан исчез, и пассажирский трап, тяжеловесно поднявшись, с металлическим грохотом захлопнулся. Убедившись, что опасность с этой стороны не грозит, Доччи поспешил в отсек управления.

— Теперь мы не видим, что делать, — пожаловался Джордан.

— Может, и увидим, — успокоил его Доччи. — Попробуй поймать обзор по телекому.

С боковых камер рассмотреть что-либо было трудно. Объективы располагались слишком близко к корпусу, и закруглявшаяся обшивка заполняла большую часть экрана. Поворачивая камеры, они сумели поймать угол бассейна. Похоже, он оставался там, где его в последний раз видел Доччи. Казалось, он нисколько не сдвинулся.

— Не представляю, как мы его затащим, — сказал Джордан, явно нервничая. — Может, оставим. Справимся сами.

— Улететь без бассейна? Ни за что. Фогель пока не получил полного контроля над роботами. — Похоже, Доччи говорил правду. Роны сбились в кучку поодаль от корабля, посматривая то на емкость, то на ракету, но вели себя безучастно, словно парализованные.

— Да, но скоро получит. Взгляни на них.

— Я вижу, потому и думаю, что у него трудности. Дай мне полную мощность на аварийной радиосвязи.

— Какой смысл? У него приоритет.

— Это так, но может ли он донести до них свой приказ? Моя идея в том, что не может, что он под невыгодным углом и расходует слишком много энергии на сигнал. Между ним и роботами слишком много стали, и она ослабляет радиолучи.

— Может, ты и прав, — согласился Джордан. — Я сожгу аварийный передатчик. Даже если он выйдет из строя, все равно нам больше не понадобится. — Он принялся вертеть ручки настоек, пока огоньки над ними не замерцали тревожным светом.

— Требуется помощь всех включенных ронов. Аварийная ситуация. Поместить емкость в корабль. Немедленно. Сейчас же.

Ронов разрабатывали не для того, чтобы они анализировали противоречивые команды почти одинакового уровня важности. Мыслительные способности у них были слабые, но механизм, позволяющий думать вообще, — весьма сложный. В одном отношении они очень напоминали людей: пограничные решения давались им с трудом. И корабль терпит бедствие, и астероид в опасности. Обе команды велели роботам погибнуть, если потребуется. Похоже, только на самоуничтожение они сейчас и были способны.

— Добавь мощности, — прошептал Доччи.

— Больше нет, — ответил Джордан, но каким-то образом выжал еще каплю резервов.

Марионетки. Но они и создавались такими — куклами на невидимых ниточках. И теперь одна из ниточек оказалась натянутой сильнее. Другой, более важный по сути, приказ звучал не так напористо, и он отодвигался на задний план. В электронных мозгах перегревались микросхемы. Микроволновая оптика вибрировала от напряжения. Они не знали, что делать. Просто не знали.

Но, в конце концов, сделали выбор.

Скованно двигаясь, роны приблизились к бассейну и вцепились в него. Решение далось им с невероятным трудом. Они толкали больше друг друга, чем емкость, но дюйм за дюймом огромный перекосившийся бак вползал на аппарель.

— Когда окажется полностью на аппарели, поднимай ее. — Доччи шептал себе под нос, не осознавая, что Джордан может его и не услышать.

Аппарель начала подниматься. Набирая скорость, бассейн скользнул внутрь корабля.

— Роны, работа выполнена. Спасайтесь! — закричал Доччи и увидел, как металлические тела посыпались с рампы.

Джордан с облегчением перевел дух.

— Получилось. Не думаю, что теперь они сумеют как-то навредить нам.

— Еще ничего не кончено. Дай связь корабль-станция, если у нас еще есть радио.

— Удивлюсь, если есть, — проворчал Джордан, скептически качая головой. Но он ошибся — радиопередатчик функционировал. Джордан настроил его.

Доччи заговорил без обиняков.

— Фогель, мы улетаем. Не пытайтесь остановить нас. Откройте купол, чтобы уберечь его от повреждений.

Ответа не последовало.

— Он блефует, — заметил Джордан. — знает, что шлюзы в главном куполе закроются автоматически, если мы прорвем ракетный.

— Конечно, — согласился Доччи. — Все в главном куполе останутся в безопасности. Если там все. Фогель, вы знаете, где сейчас Кэмерон? Уверены, что сюда не забрела медсестра или инвалид — посмотреть, что случилось? Мы даем вам время подумать.

Им снова приходилось ждать. Каждая секунда казалась осязаемой, вещественной протяженностью, которой измеряют жизни и события, причем измеряют очень медленно. Джордан тем временем включил телеком и осмотрел ракетный купол. Он никого не увидел; даже роны не попались на глаза. Доччи бесстрастно глядел на экран; мысли и переживания не отражались на его лице.

Но ответа от инженера с гравитационной станции они так и не дождались.

— Ладно. Мы вам давали шанс, — сказал Доччи. Голос его звучал сухо. — Вы знаете, что мы собираемся сделать. Если кто-то пострадает, вы несете ответственность. — Он отвернулся от экрана. — Джордан, давай. Пробивай оболочку носом ракеты.