Тень алхимика

– А-а-а! А-а-а! – завывали стулья. Люси поняла, что они нагоняют её, и с криком бросилась бежать.

– Люси, быстрее! – крикнула Агата. Она была в двадцати ярдах от неё и уже стояла в дверях в конце коридора. Люси побежала быстрее. Она слышала, что стулья уже нагоняют её, и тут внезапно раздался грохот.

Люси споткнулась и обернулась назад. Огромная хрустальная люстра из прихожей провалилась через потолок и приземлилась прямо на стулья, разбив почти все из них вдребезги. Двое стульев были всё ещё живы, но прежде чем они успели перелезть через люстру и снова броситься в погоню, из факела вылетел столб пламени, и стулья загорелись.

Стулья принялись прыгать во все стороны, объятые пламенем, как Эдгар и его лошадка, а через мгновение превратились в горстку пепла. Толстый столб дыма поднялся в отверстие из-под люстры на потолке, а потом пепел рассеялся, оставив лишь пятно на ковре.

Люси стояла неподвижно, едва дыша и бессмысленно моргая, а Торстен тут же спрыгнул на пол и принялся обнюхивать дымящуюся кучку пепла. Через мгновение в дальнем конце коридора с грохотом возникла стена из солнечного камня, загородив вход в столовую.

Люси услышала за спиной грохот, повернулась и увидела, что другая стена из солнечного камня запечатала дверной проём, в котором стояла Агата.

Но самое ужасное было в том, что Агата исчезла.

Глава 9

Алджернон и несчастный поросёнок

Фенниш обнюхал основание стены и посмотрел на Оливера.

– Это здесь, парень, – сказал он. – Спорю на свой глаз.

Оливер вздохнул и огляделся. Выбравшись из погреба, они сразу же наткнулись на дверь, перегороженную стеной из солнечного камня. Меридиан и Фенниш были уверены, что масляный след продолжался и с другой стороны, но по какой-то причине Блэкфорд-Хаус не пускал их дальше.

Меридиан принялась яростно царапать стену.

– Пропусти нас! – крикнула она дому. Ответа не последовало. Только факелы тихонько потрескивали у них над головой.

Фенниш в отчаянии опустился на задние лапы, а Алджернон сел на пол, положив на колени Кенни и банку со столярным клеем. Оливер с трудом сглотнул. Ему было жаль паренька.

– Надо идти дальше, – сказала Меридиан, отходя от двери. – Если дом не хочет впускать нас, бессмысленно тратить время.

– Мы оба знаем, что эта дверь ведёт к часам, – заметил Фенниш. – Возможно, Блэкфорд-Хаус хочет нас защитить, потому что чудовище рядом.

Как будто в ответ на его слова, из глубины дома раздался рёв Минотавра. Меридиан вздрогнула, а Фенниш прижал ухо к стене.

– Так точно, – хрипло сказал он. – Если Блэкфорд-Хаус защищает нас, тогда он может снова открыть стену, когда опасность минует.

Меридиан раздражённо зашипела.

– Но что если опасность никогда не минует? – спросила она. – Что если чудовище никогда не покинет часы? Ты видел, что случилось в библиотеке. Теперь чёрная магия распространяется через картины, заражая всё, к чему прикоснётся!

Минотавр заревел снова, на этот раз чуть дальше, и Фенниш обратил единственный глаз на Меридиан.

– Прошу тебя, старый друг, подожди хотя бы немного.

Меридиан устало вздохнула, села и принялась облизывать лапу и мыть ей за ухом. Оливер уселся рядом с Алджерноном, который двигал руки и ноги Кенни, как будто сражаясь с невидимыми врагами.

– Самураи классные, – заметил Оливер после нескольких минут неловкого молчания, но Алджернон не ответил и продолжал наносить удары за Кенни. – Твой столярный клей тоже получился неплохим. Как тебе удалось стать таким хорошим химиком?

Алджернон опустил голову, смахнул с лица чёлку, приоткрыв насторожённый зелёный глаз, а потом положил на пол Кенни и банку с клеем и вытащил из-под рубашки цепочку. На цепочке висел медальон. Алджернон открыл его. Внутри была фотография японца и светловолосой женщины, очень похожей на Абигайль Блэкфорд.

– Твои родители? – спросил Оливер. Алджернон кивнул и указал на фотографию матери и банку с клеем. – Хочешь сказать, мама научила тебя готовить клей?

Алджернон сделал рукой жест, как будто хотел сказать «вроде того», а потом указал на себя и на фотографию матери.

– Ну конечно! Какой же я дурак. Твоя мама была химиком, как и ты.

Алджернон улыбнулся и кивнул.

– Здорово, – сказал Оливер. – Моя мама была балериной. До того, как встретила папу. Ещё она немного преподавала в школе. А потом она заболела и два года назад умерла.

Алджернон указал на фотографию родителей, потом на себя и Оливера и поднял вверх два пальца. Оливер понял, что родители Алджернона тоже погибли два года назад.

– Мне очень жаль, – тихо сказал он.

Оливер не знал, что именно он имел в виду: гибель родителей Алджернона, вынужденный переезд близнецов в этот дом, мисс Грейвс. Но внезапно в горле у него появился комок.

Алджернон указал на фотографию мамы, провёл рукой вокруг сердца и указал на Оливера. Мне жаль, что это случилось с твоей мамой, понял Оливер. Потом Алджернон указал на фотографию своего отца и на Оливера, как будто спрашивая «где твой папа?».

Оливер опустил глаза и поправил очки. С самого начала этого кошмара он запрещал себе переживать за папу, но сейчас ком в горле угрожал превратиться в слёзы. И это бы точно случилось, если бы внезапно с другой стороны перегороженного стеной дверного проёма не раздалось чуть слышное царапанье.

Фенниш и Меридиан вскочили и насторожились. Снова послышалось царапанье и сдавленное хрюканье.

Сердце Оливера готово было выпрыгнуть из груди. Это был поросёнок Реджинальд Восемь!

– Реджинальд! – крикнула Меридиан, прижимаясь к стене. – Реджинальд, это я, Меридиан!

– Слава богу, ты жива! – раздался голос поросёнка с другой стороны. – Но ты должна отсюда выбираться, пока ещё можно! Чудовище охотится за нами, хрю-хрю!

– Реджинальд, где остальные? – спросил Фенниш. – Они живы?

– Не знаю, хрю! Но вы должны выбираться отсюда, пока чудище вас не поймало! – Реджинальд хрюкнул и сказал ещё что-то неразборчивое. Он говорил очень быстрым шёпотом.

– Повтори, – попросила Меридиан. – Что значит, ты не знаешь?

Реджинальд обеспокоенно заверещал.

– Чудовище сажает нас в часы, хрю! Несси… Я видел, что оно сделало с ней и с остальными. Бегите, пока чудовище вас не поймало, хрю-хрю!

– О чём ты говоришь? – спросил Фенниш.

– Нет времени объяснять, хрю-хрю! Бегите, пока…

И тут раздался оглушительный рёв!

Дети и животные отпрянули от стены. Минотавр находился по другую сторону, но Оливеру казалось, что чудовище в коридоре. Пол задрожал, и Минотавр приблизился к стене, отбивая копытами барабанную дробь – бум-бум-бум! Реджинальд в последний раз позвал на помощь, а потом его сдавленные крики и топот Минотавра стихли вдали.

Минотавр поймал Реджинальда!

Оливер и животные с хрюканьем и стонами навалились на стену из солнечного камня, отчаянно пытаясь сдвинуть её с места. Меридиан в последний раз позвала своего друга, а потом крики поросёнка затихли, а стук копыт прекратился. Они отошли от стены.

Бедный Реджинальд Восемь исчез.

– Мы должны что-нибудь сделать! – задыхаясь, крикнула Меридиан. Алджернон смахнул чёлку с глаз и беспомощно посмотрел на Оливера, который стоял, застыв от ужаса и растерянности.

Минотавр сажает животных в часы? Что это значило?

– Сейчас мы ничем не можем ему помочь, – сказал Фенниш. Он понюхал воздух, а потом двинулся дальше по коридору. Растерянные Меридиан и Алджернон последовали за ним, но ноги Оливера как будто приросли к полу.

– Фенниш! – позвал он, и все остановились. – Реджинальд сказал, что Минотавр сажает животных в часы. Думаешь, он имел в виду циферблат или часовую комнату?

Фенниш тяжело вздохнул.

– Я лишь знаю, что сейчас Блэкфорд-Хаус не может помочь ни им, ни нам. Наша единственная надежда – найти другой путь к часам, прежде чем чёрная магия навсегда захватит дом.

– А как же Минотавр? – воскликнула Меридиан. – Даже если мы доберёмся до часов, разве чудовище нас не поймает?

– Возможно, это не такая уж и плохая идея, – ответил Фенниш. Его единственный глаз поблёскивал в темноте, и остальные удивлённо посмотрели на него. – Может быть, мы сумеем отвлечь чудовище и заставить его преследовать нас, пока мальчики спасут остальных. И возможно, тогда мы найдём мисс Грейвс.

Оливер и Алджернон переглянулись и шумно сглотнули.

– Мне это не нравится, – сказала Меридиан, качая головой. – Это слишком опасно.

– Лучше, чем бесцельно бродить по лабиринту, – пробормотал Фенниш.

И с этими словами крысёнок заспешил по коридору, а остальные последовали за ним. Никто не произнёс ни слова, но в голове у Оливера роились вопросы. Что имел в виду Реджинальд, когда сказал, что Минотавр сажал животных в часы? И живы ли они? Реджинальд сказал, что не знает!

Оливер глубоко вздохнул и велел себе собраться с мыслями. Стены были похожи на стены коридора с комнатой дворецкого – раньше они располагались под часами – но Оливер не был уверен, что они идут в нужном направлении. Он уже не знал, что и думать, а несколько шагов спустя коридор закончился дверью.

– Это дверь в чулан, – сказала Меридиан. – Но как она здесь оказалась?

Фенниш жестом приказал остальным оставаться на месте и осторожно приблизился к чулану. Все напряжённо молчали, пока крысёнок обнюхивал дверь, а потом прижался к ней ухом и прислушался.

– Чувствую дым, – сказал Фенниш. – И что-то ещё. Что-то затхлое.

– Затхлое? – переспросил Оливер, но не успел Фенниш ответить, как за дверью раздался глухой удар и встревоженный голос.

– Какой же я неуклюжий! – воскликнул кто-то внутри чулана. Дети и животные обеспокоенно переглянулись, а потом Фенниш кивнул Оливеру.

Оливер сглотнул, поправил очки и медленно открыл дверь.

Внутри чулана царил беспорядок, а в задней стене зияла большая дыра. Повсюду валялись щепки и куски штукатурки. А прямо у ног Оливера лежала на спине и безуспешно пыталась перевернуться черепаха.

Глава 10

Провод

Люси с трудом сдержала рыдания и опустила голову. Руки болели от ударов о стену, а горло щипало от крика. Агата исчезла. С обеих сторон коридора возвышались стены из солнечного камня. Люси и Торстен были в ловушке!

– Что нам теперь делать? – воскликнула собачка.

Люси тяжело вздохнула, подошла к одной из стен и принялась искать на панелях потайную дверь. Торстен понял и тут же стал обнюхивать плинтус. Люси удивилась, как он мог учуять что-нибудь ещё, кроме дымящихся стульев.

И тут послышался треск.

Люси повернулась. Даже стоя в тридцати ярдах от стены, перегородившей вход в столовую, она увидела, как кирпичи из солнечного камня начали превращаться в блоки лабиринта. Торстен заскулил.

– Это всё ветки тёмного дерева с картины, – сказал он. – Чёрная магия заражает всё, к чему прикоснётся, совсем как стулья!

Люси подняла глаза на обвисшую цепь люстры и дыру в потолке. Она увидела наверху слабое мерцание огня и обломки дощатого пола среди раскрошившейся штукатурки потолка. Там должна была быть другая комната. Может быть, даже выход!

– Отойди, – сказала Люси, осторожно отодвинула Торстена в сторону и отвязала от люстры цепь. Потом быстро отсоединила провод и оттащила люстру. Она была ещё тёплой от огня. Люси обернула конец цепи вокруг брюха Торстена.

– Что ты делаешь? – растерянно спросил он, когда Люси закрепила цепь крюком от люстры. Цепь была достаточно хорошо натянута, чтобы крепко обхватить Торстена, и вместе с тем позволяла ему касаться пола.

– Я собираюсь забраться наверх, а потом втянуть тебя, – объяснила Люси.

Торстен шумно сглотнул и задрожал, но Люси не могла придумать ничего другого. Стена быстро менялась. Блэкфорд-Хаус не сможет долго их защищать.

Люси погладила Торстена по голове и принялась взбираться вверх по цепи. Через несколько секунд она добралась до потолка и просунула голову в дыру. Её сердце забилось от волнения. Перед ней была гостиная, а свет исходил от огня в камине.

Но Люси знала, что в камине было и кое-что другое. До появления лабиринта там находился вход в потайной подземный тоннель, ведущий к реке. Люси воспользовалась им в ту ночь, когда они спасали животных от Гарра. Если тоннель был по-прежнему на месте, то возможно…

Люси подтянулась повыше и выбралась из дыры. Её сердце сжалось. Вся гостиная была уничтожена огнём, мебель и антикварные безделушки почернели или совсем исчезли. То немногое, что осталось, выглядело почти живым в мерцающих тенях, а на месте портрета её семьи над камином было большое чёрное пятно.

Люси перевела взгляд на цепь и вторую дыру в потолке гостиной. Она видела, что там нет пола и остался только узкий проход из разбитых дощечек, куда тянулась цепь, исчезая в темноте.

Так вот куда ушёл весь дым, догадалась Люси. Может быть, эта жутковатая шахта и есть труба? Что если она ведёт на крышу?

Люси задрожала и огляделась по сторонам. На месте окон и дверей гостиной появились четыре освещённых факелами коридора.

– Мисс Люси, скорее! – крикнул Торстен с нижнего этажа. – Стена откроется в любую минуту!

Люси быстро подтянула Торстена наверх и сняла с него цепь. Увидев, что произошло с гостиной, собачка застонала.

– Но почему? – воскликнул Торстен. Люси ничего не ответила. Она почти обезумела от отчаяния. Если лабиринт не уничтожил Блэкфорд-Хаус, то это сделает огонь!

Люси быстро надавила на три тёмных камня в полу камина – так Фенниш входил в потайной тоннель – но вместо каменной двери прямо ей в лицо вылетели языки пламени!

Люси отскочила и поднесла руки к лицу. Огонь опалил волоски у неё на руках, а потом пламя исчезло в камине и продолжило гореть, как обычно.

– Мисс Люси, всё в порядке? – закричал Торстен, подбегая к ней. Люси похлопала себя руками, чтобы убедиться, что не горит, и закричала, обращаясь к дому: ДА ЧТО С ТОБОЙ ТАКОЕ?

Её голос вернулся к ней искажённым эхо, а потом она услышала далёкий гул открывающейся внизу стены. Люси застонала: она поняла, что это стена в гостиной. Она стала частью лабиринта.