Помоги проекту - поделись книгой:
В низком ключе чаще, чем в каком-либо другом, применяют контровой свет. В некоторых случаях (брюнет на черном фоне) он необходим. Фон не обязательно должен быть черным. Если его темная фактура приятна глазу, ее можно слегка выявить и контровой может оказаться необязательным. Не переборщите с подсветкой фона.
Можно сочетать все виды света. Часто в этом виде съемки применяется и моделирующее-бликующий, поскольку портретируемый отворачивается от рисующего света. В качестве ИС рисующего удобен прожектор или софит.
Высокий контраст требует точной экспозиции. На стационаре это не представляет проблемы. При импровизированной съемке приходится проходить между Сциллой и Харибдой: дать достаточную экспозицию для проработки теней и при этом не слишком чрезмерную для светов. Если контраст слишком велик (например, в театре при съемке некоторых сцен), жертвуют тенями.
Очень неплохие портреты можно получить и с естественным светом. Когда у меня не было никакого светового оборудования, я выходил из положения так: заклеивал окно черной бумагой, открывал форточку и снимал лицо в солнечном луче, проникающем в нее. Подходил и пасмурный свет, только при этом человеку приходилось располагаться значительно ближе к окну. Эффекты получались замечательные, особенно в первом случае, но, к сожалению, этот метод пригоден только для съемки крупных планов, да и зависимость от солнца вдохновляла далеко не всегда.
В небольшом интерьере применение схем на рис. 9а, 9б и 9в из-за большого угла между ИС рисующего и ООО может вызвать затруднения — комната покажется Вам тесной; возможно, средний план не удастся взять. Помните, что съемка портретов требует объективов с углом поля зрения не более 28°; для сверхкрупных планов, особенно в 3/4 — не более 24°–18°, и только при съемке в полный рост 45°–40° (да и то не всегда). Все эти три варианта чреваты появлением паразитной засветки. На прожекторы обязательно нужно ставить шторки; штатные наверняка придется удлинить. В профессиональных условиях (большая фотостудия, кинопавильон) прожекторы ставят достаточно далеко от камеры, и засветка не возникает. Можно убить сразу двух зайцев, ставя фотоаппарат за пределами комнаты (рис. 9 г и 9д) и снимая из прихожей или смежной комнаты. Таким образом, вы расширите полезную площадь, а выступающий угол надежно предохранит от засветки. Для укрупнения плана не выходите из тени угла, поставьте длиннофокусный объектив.
Высокий ключ — полная противоположность низкому ключу: площадь теневых участков минимальна. Чтобы снимок не выглядел плоским, нужно выявить объем при помощи теневого контура. Проще всего это сделать, снимая по схеме на рис. 10а. Теневой контур не дает «прилипнуть» светлому объекту к светлому фону. Если волосы модели темнее желаемого, можно включить контровой. Схема на рис. 10б дает более мягкий свет, теневой контур выявляется гораздо слабее, и интервал плотностей может выйти неполным [28]. Поэтому нужен хотя бы один совершенно черный элемент в кадре. Это могут быть ресницы (при крупноплановой съемке) или какая-нибудь деталь костюма. Наличие черного элемента обязательно и для схемы на рис. 10а. Яркость фона ориентировочно должна быть больше яркости лица модели на две ступени — тогда, когда Вы хотите радикально выбелить фон. Сильный фоновый свет в малом помещении действует как заполняющий и снижает эффект теневого контура, поэтому возникает потребность в черных экранах (они показаны пунктирными линиями на рис. 10). Черный экран может понадобиться и в «обычном» ключе, если отражение от стен чрезмерно, а оно именно таково, если Вы снимаете с зонтом в стесненных условиях.
При съемке в сравнительно большой студии экраны используют не черные, а белые, и (или) зачастую рядом с фотоаппаратом располагают с противоположной стороны еще один ИС. В комнате такое решение вряд ли приведет к положительному результату — теневой контур попросту исчезнет. Не исключено, впрочем, что экран справа от камеры не понадобится.
Высокий ключ в техническом смысле — самый сложный вид портретной съемки, хотя бы потому, что нужны мощные ИС и место для их расположения. Электролампы в квартирной сети могут просто вырубить предохранители, да и модели грозит опасность поджариться, как это ни смешно. В высоком ключе хорошо снимать с импульсным светом, но несколько надежно синхронизированных вспышек обходятся недешево. Допустим, у Вас есть возможность приобрести такой комплект, но есть ли в этом смысл, если оборудование понадобится раз или два в год? В скромных условиях приходится работать дедовским способом, используя лампы и удлиняя выдержки. Низкий же ключ не требует большого количества осветительной техники, напротив, можно обойтись очень простым оборудованием, вплоть до торшера или настольной лампы. Начинающему фотографу, стесненному в световых приборах, можно порекомендовать схему, которая выглядит шокирующе примитивной, но дающую, как ни странно, вовсе неплохие результаты (рис. 11).
Здесь применена всего одна лампа на стойке без какого-либо рефлектора (она должна быть матовой, лучше молочной и иметь как можно большую мощность). Отражения от стен создают заполняющий свет. Нужно лишь найти правильное положение ИС, не придвигая его к стенам слишком близко. Тени при этом будут значительно глубже, чем при съемке по схеме на рис. 5. Данная схема (рис. 11) — самый простой способ съемки в низком ключе. Ее недостаток — цветовые искажения из-за отраженного света, что существенно при цветной съемке. Решите снимок без цвета. В противном случае могут понадобиться белые экраны. Эти две схемы можно рекомендовать не только совсем неопытным фотографам, но и опытным, которых необходимость съемки застала врасплох. Мощную лампу можно вкрутить в патрон люстры со снятым абажуром; недостаток этого варианта в том, что в небольшой комнате человека придется снимать стоящим вплотную к стене или к окну. А еще можно вообще ничего не делать со светом, а приспособиться к тому, который есть в наличии: лампа дневного света, бра, карманный фонарик, свечка, спичка… Это не шутка, а творческий подход. Идеальный метод для создания реалистических портретов: с одной стороны, простой, потому что не требует оборудования, а с другой стороны, сложный из-за того, что, как ни странно, имеющийся свет (available light) часто выглядит на снимке нелепым и надуманным. Раньше, когда вспышки имели не все, а встроенный ИФО был экзотикой, на этом накалывались почти все начинающие фотографы. Впрочем, сейчас ситуация ничем не лучше, а даже хуже: практически все «карточки» с ИФО выглядят одинаково. Как-никак отсутствие встроенной вспышки заставляло шевелить мозгами, пусть это и не всегда приносило желаемые результаты. Во многих случаях фотографирование при имеющемся свете — единственный выход: репортажная съемка в театре, большинство видов жанровой съемки и т. п.
Останавливаться более подробно на световых схемах не нахожу нужным. Я прочитал уйму книг перед тем, как начать снимать при искусственном свете — и вышла любопытная история: поначалу получалось вроде ничего, но когда я понял, что ничего — это ничего хорошего, то стал ставить себе более конкретные задачи, и вышел полнейший облом. Я вновь принялся штудировать книги, теперь самым внимательным образом. Ухватил только одно: теорию слитности световых потоков. На практике до всего пришлось доходить своим умом. Резюме: научиться более-менее грамотно снимать при естественном свете можно довольно быстро, если у Вас развито чувство света и наблюдательность, и если Вы соблюдаете элементарные правила (не снимаете в полдень и т. п.), а вот при съемке с искусственным светом неизбежны накладки, потому что его надо тщательно организовать, а это невозможно сделать без опыта. Советую начать с этюдов, то есть не ставьте перед собой каких-то особых творческих задач, просто хорошенько уясните себе, как работать с тем светом, который у Вас есть. Обычно рекомендуют снимать гипсовые бюсты, но если их нет, не тратьте время на поиски — снимайте людей. Съемка бюста может сослужить и плохую службу — бликов на глазах не будет, а блики в портрете имеют очень большое значение. Делайте поначалу статичные снимки, не пытайтесь передать экспрессию, сначала поработайте вдумчиво со светом. Выберите человека с ясной, легко «читаемой» фактурой.
И последнее. Вы отработали какую-то схему, и несколько портретов разных людей вышли хорошо. Не расслабляйтесь — Вам просто повезло. Нет схемы, пригодной для всех случаев. Обычно люди даже с очень похожими лицами требуют хоть чуть-чуть, но разного света. Для накопления опыта обязательно записывайте все данные съемки как можно подробнее. Значение имеет все! Записывайте тип пленки, режим ее обработки, диафрагму, выдержку, экспокоррекцию, если она есть, расстояние от ИС до модели, от модели — до фона, в общем, все переменные факторы. Со временем многие переменные станут постоянными, и потребность в их записи отпадет.
Светотехника
Когда Вы увидите цены на профессиональную светотехнику в солидном фотомагазине, вероятно, у Вас округлятся глаза. За деньги, потраченные на полный комплект оборудования, вполне можно купить не самый дурной автомобиль. Попробуйте подойти к проблеме нетрадиционно. Мощные галогенные софиты можно приобрести в хозяйственном магазине по цене двух-трех пол-литровок [29]. Покопайтесь в кладовке, почти наверняка найдете там что-то полезное. Поспрашивайте знакомых — удивительно, сколько интересных штуковин можно обнаружить в хламе, хранящемся десятилетиями. Цены кусают и профессионалов; у многих из них Вы можете найти какие-то самоделки и скопировать их.
Осветительные приборы крепятся, как правило, на штативах или стойках, покупных или самодельных. Штативы от театральных прожекторов очень громоздки, зато устойчивы. Для легких приборов хороши высокие микрофонные стойки, но на них не поставишь прожектор, разве что «бэбик». Вариант попроще — основание с трубой от торшера. К сожалению, торшеры низковаты. Для прожектора годится массивная стойка от достаточно большого ненужного фотоувеличителя. Стойку необходимо как-то удлинить, а основание утяжелить.
В конструировании осветительной техники и приспособлений для нее почти нет границ. В ход идет практически все. Небольшой старенький диапроектор может работать в роли источника контрового или моделирующего света [30], нужно только экранировать вентиляционные щели (впрочем, не всегда) и надеть тубус на объектив. Тубус можно сделать из неширокого аэрозольного баллончика, спилив торцы и зачернив его изнутри (проще всего оклеить черной бумагой) [31]. Похожим образом можно соорудить тубус для прожектора: в квадратном основании (самый доступный материал — оргалит), вставляемом в фильтродержатель, вырезается отверстие, и в нем крепится пара консервных банок без донышек, соединенных торцами. Идеальны банки от всяческих «Вискасов-Китикэтов» [32]. Бра-«прищепки» удобны возможностью применения зеркальных ламп, но если рефлектор пластмассовый, его лучше удалить.
Вместо вспышки, укрепленной рядом с зонтом, можно поставить мощную галогенку или даже обычную лампу накаливания ватт на пятьсот, а перед ней расположить матовое стекло. Получится прибор комбинированного света, дающий неплохой эффект: часть излучения пойдет напрямую через стекло, а другая часть отразится от зонта.
Предупреждение: если Вы ставите лампы большей мощности, чем предусмотрено паспортной характеристикой прибора, включайте свет только на самое необходимое время и делайте перерывы, чтобы лампы могли остыть. В принципе, такие вещи нельзя рекомендовать, но часто не бывает другого выхода. По возможности смените пластмассовые патроны на керамические или металлические, увеличьте сечение проводов, не пользуйтесь хлипкими вилками и розетками.
Опыт.
Приобретения и потери
Когда-то я думал: хорошо быть крутым фотографом. И таковым себя считал. Теперь, когда я действительно несколько «покрутел», такая точка зрения не представляется мне однозначной. Вспоминаю себя: любая задача казалась по плечу. Я рвался напролом… и многое получалось. Глубоко заблуждается тот, кто думает, что с опытом работать становится легче. Это один из мифов нашей культуры. На самом деле все происходит с точностью до наоборот. С опытом работать все труднее и труднее. «Замыливаются» глаза. Тяжелее делать открытия, и происходит это реже и реже. В композиции тянет на шаблон. Это далеко не все проблемы. Как их избежать? Для этого нужно понять, зачем нам опыт. Если бы мы не имели опыта, у нас и через десять лет занятий фотографией слипалась бы пленка в бачке. В половине снимков был бы кривой горизонт. Недодержка чередовалась бы с передержкой. Et cetera, et cetera. Опыт нам нужен, чтобы уверенно чувствовать себя в море технических проблем. Когда говорят об опыте, обычно имеют в виду опыт такого рода. Гениальности он не прибавляет. Для того, чтобы приобретать творческий опыт, надо научиться прежде всего хранить то, что есть. Но не теряется ли у Вас свежесть взгляда? Если сие проявляется хоть в малейшей степени — это тревожный симптом! Умейте просыпаться каждое утро с новыми глазами!
То и это,
или Шкала приоритетов
«Не любишь ты, Евгений, технику, — сказали мне как-то коллеги. — Нехорошо». — «Я люблю женщин! — рявкнул я, разозлившись не на шутку. — А вы люби́те свою технику!»
На меня довольно круто обиделись. Я на них — тоже, но злость быстро прошла: ведь я давно понял, что они технари, считающие себя творцами. Мне непонятно, как можно полдня мусолить особенности какой-то там заумной «никоновской» программы. Скучища все это! Если только
Творчество и техника — это что-то вроде неудовлетворенных пожилых супругов. Кажется, неплохое сравнение, но если рассуждать дальше в том же духе, придется встать на скользкий путь; неизбежно возникновение вопроса: какое начало, мужское или женское, принадлежит творчеству, а какое — технике? Похоже, творчеству принадлежит мужское начало, а технике — женское, потому что творчество несет идею, техника же помогает творчеству ее воплощать. По крайней мере, так должно быть. Впрочем, сейчас все перепуталось. Эмансипация! (Да вы, батенька, сексист?..) Теперь мало кто знает,
Все помешаны на техническом качестве. Как ни странно, но прогресс технический, открывая невиданные доселе горизонты, нисколько не способствует прогрессу творческому, скорее наоборот. Мерзкое понятие «евростандарт» уже проникло и в искусство. Почему я считаю евростандарт мерзостью? Омерзителен любой стандарт… Образы, психология — сегодня это никого не интересует. Этот кавардак начался не сегодня и не вчера. Массовая культура не знает пощады. Поначалу клиент хотел видеть себя в сочных цветах (при этом будучи не в состоянии объяснить себе самому, зачем это нужно), теперь ему этого мало, хочется еще чего-нибудь эдакого, причем чего именно, он опять же толком объяснить не может. Одним словом, евростандарт ему подавай. Человек всегда хотел казаться лучше, чем есть, но только с появлением евростандарта в искусстве эта лесть стала в некоторой мере утонченной. Действительно, посмотришь на какую-нибудь смачную фотографию и подумаешь: вот это да, великолепно, как тщательно все просчитано, придраться не к чему. Объект съемки приобретает значительность, которой в жизни у него нет. Посмотрите, какие честные у всех депутатов глаза. Какие телячье-радостные — у евангелистов и прочих сектантов. Список можно продолжить. Колдовство длится, пока не одернешь себя: это изображение — пустышка. Я купился, как античный конь, ржущий при виде скульптуры собрата-коня. Наверно, евростандарт придумали древние греки. Просто у них не было возможности тиражировать свои произведения. Этим занялись мы.
Человек уже не в состоянии управлять техникой, которую создал. Это техника управляет им. Свобода, которую она якобы дает — мираж. Случилось то, на чем фантасты когда-то зарабатывали себе на хлеб. Тихая революция, очень похожая на конец света. Раньше техника тоже определяла эстетику, но не в такой мере, как сейчас. Теперь фотография — цветная, глянцевая и строго определенного формата. Безупречно резкая и беззернистая, без каких-либо недоговорок. Нравится? Кровь стала кетчупом — хорошо, правда?
Зачем нам это нужно? Не пора ли прекратить заниматься ерундой, дамы и господа? Опять все то же — глас вопиющего в пустыне.
Выхода нет. Мы тонем в болоте техники. Мы не слышим друг друга. Мы нажимаем кнопки и слушаем мертвые голоса, голоса, которые мы принимаем за озвученные кем-то силлогизмы. Увы, мы обманываем себя. Мы даже не догадываемся, какую чертовскую ловушку сами себе подготовили. Когда догадаемся, будет поздно.
Да-а, технику надо любить. Но как пешехода. Не более.
Процесс и результат
Если Вам доставляет удовольствие технология — что ж, это и плохо и хорошо одновременно. Хорошо — потому что удовольствие. Плохо — потому, что возникает риск работать ради процесса, а не ради результата. Существует немало таких горе-фотографов. Впрочем, если Вы по-настоящему творческая личность, Вам это почти не грозит. Помните об одном, коли Вы снимаете не только для себя, но и для кого-то еще: зрителя нисколько не волнуют технические выверты. Его интересует только результат.
Суть
Суть — это то, что остается, когда отбрасываешь все лишнее.
Достичь сути в абсолюте невозможно. Если откинуть
Снимать
Снимать.
Профессионализм
«Не советую, гражданин… мнэ-э… не советую. Съедят».
Ненавижу слово «фотка». Точнее, ненавидел до недавнего времени, пока не попробовал себя в роли оператора печати на минилабе. Теперь слово «фотка» заняло в моем лексиконе если не почетное, то, во всяком случае, не последнее место. «Ну и лохи», — думал я об операторах, когда получал снимки из печати. «Ну и лохи!», — думал я о клиентах, работая оператором. Все-таки работать на съемке для документов веселее: там хоть общаешься с народом. Тут — один на один с жужжащим минилабом, готовым развалиться в любую минуту; во всяком случае, зажевать пленку — на ура. Общение — в лучшем случае — совместные перекуры с продавщицами (справедливости ради скажу, что среди них попадаются и приятные собеседницы), в худшем — странные беседы с разъяренными клиентами, считающими, что если у них автоматический фотоаппарат, пусть даже за двадцать долларов, то все их фотографии должны получаться прекрасно, а не так, как напечатал этот недоумок Сапожинский. Работа в так называемом фотоателье (некоторые шараги гордо именуют себя фотосалонами), как и в торговле, и вообще в сфере обслуживания, когда Вы непосредственно общаетесь с клиентами — просто цирк. Все это прекрасно, если бы не минусы: смешная, как правило, зарплата, барахлящее или попросту ненастроенное оборудование, и начальственные закидоны. Вот это уже тяжелый случай. Жизнь заставила меня прийти к выводу, что начальникам вовсе не нужны люди, которые работают. За что они могут полюбить своих подчиненных — за красивые глаза? Не исключено и это. Как-то я стажировался в одной фирме, название замнем, чтобы не делать рекламы, с одной пресимпатичнейшей барышней. Похоже, это было ее единственное достоинство, потому что она позволяла себе опаздывать на два часа, а в фотографии понимала меньше, чем я в балете. Вы догадались, кто остался работать, а кому пришлось уйти.
На первый взгляд странно, но бо́льшая часть российских фирм не заинтересована в повышении эффективности своей работы. Напротив, администрация с ним борется, и весьма успешно. Доказательства? Пожалуйста. Каждой мало-мальски уважающей себя фирме всегда кто-то требуется. Но устроиться туда на работу практически невозможно [33]. Зачем же тогда они дают объявления? Как безработный с большим опытом, я долго ломал голову, пока до меня не дошло.
Давая объявления о найме и отказывая соискателям, фирма унижает их и тем самым повышает свой статус. Вы не достойны нас, сударь (или сударыня)! Способ суррогатный; таким же образом пьяница поносит всех и вся, вспоминая старые добрые времена. В те самые старые добрые времена он так же поносил всех и вся. Конечно, поводов для критики всегда достаточно, но дело вот в чем: обругав все, что можно, злодей как бы отмежевывается от этого. И он вроде бы чист. Весь секрет в словах «как бы» и «вроде бы». Но ему становится легче.
Есть второй аспект, тесным образом связанный с первым. Устроившись на работу, очень легко вновь очутиться за бортом. Если раньше люди десятилетиями работали на одном предприятии, то теперь редко кто задерживается на одном месте более чем на два-три года. Мелкие фирмы роятся и прогорают, это закономерно, но почему крупные фирмы не заинтересованы в сохранении и укреплении коллектива? Странно, не правда ли? Нам с детства внушали, что коллектив — это ОГО, а дружный коллектив — ОГО-ГО! Удивительно, насколько глубоко совок пустил в нашей психике корни. Администрации вовсе не выгоден дружный коллектив. Труд организован так, что человек — не более чем винтик, который легко поменять — простите за избитое сравнение. Недружным коллективом легко управлять: все сойдет. А дружный может дать отпор.
Совместный труд — странная штука. С одной стороны, это сила. С другой стороны — при превышении «критической массы» (по моим наблюдениям, это три человека) рано или поздно придется наступить на горло собственной песне. Поэтому я не люблю большие тусовки. Работа в них, может быть, более эффективна с точки зрения потребителя (все знают, что такое «Sony», но мало кто знает «Bahnsen» — даже спеллер подчеркнул это слово! — хотя по соотношению цена/качество он может дать фору японцам), но не приносит такого удовлетворения, как работа индивидуальная или в маленьком коллективе. Единственный способ сплочения коллектива — идейный. Деньги не решают ничего. Чем больше денег, тем больше впоследствии конфликтов. Как же повысить эффективность работы в коллективе? Смотрите фильм «Зигзаг удачи» с Евгением Леоновым… Шутка [34].
Меня потянуло, как всегда, на обобщения, но дела в профессиональной фотографии обстоят именно так. По крайней мере, в Питере. Да и в России, я уверен. Вы возразите: ты, Евгений, шаришься по, как ты сам их называешь, шарагам, что ж ты хочешь? Вот люди снимают в детсадиках… Да то же барахло, даже хуже, я знаю! Или вот гламурщики — живут себе припеваючи. Не мое это! И попробуйте туда еще влезть! Кстати, воткнуться в съемку тех же садиков тоже совсем непросто — там настоящая мафия. Что еще остается? Реклама, календарики, журналистика… Все это лажа. Даже журналистика. Репортаж умер. Да и портрет тоже. Сегодня я шлялся по Садовой и заглянул к коллегам. Как они вылизывали один снимок, используя даже фильтр с жутким названием «Сжижение»! А снимок-то был для документа! «Вы спятили! — возопил я. — Это же не художественная фотография! Да и сами знаете: подобное попросту запрещено…» — «Народу нравится!» — был ответ. И стало мне кисло, очень кисло. И пошел я, солнцем палимый (в январе), и подумал, что пора со всем этим завязывать и идти в гардеробщики.
Расхожий образ суетящегося фотографа-халтурщика не так уж далек от истины. Зачастую претензии клиентов, если копнуть глубже, во многом обоснованны, только неграмотно сформулированы. Не всем нравится быть раскрашенными куклами. Халтурщиков легко упрекать в том, что они потакают вкусам. Нет, понял я сегодня, все гораздо хуже. Они не потакают вкусам, а навязывают их. Эстетика катится ко всем чертям.
Напугал, да?
Я просто хотел Вас предупредить: если Вы действительно любите фотографию, задумайтесь, сто́ит ли становиться профессионалом.
Свобода
Свобода — это круглая пробка в квадратной дыре.
Больше мне добавить нечего.
Пейзаж
Быть пейзажистом странно. Странно, и все. Увлекаетесь этим безнадежным занятием? Можно только посочувствовать. Нормальные люди пейзажем не занимаются. Для этого нужно иметь крышу, повернутую под очень своеобразным углом. Портретом или репортажем может заниматься практически каждый, пейзажем — нет. В пейзаже Вы один на один с собой. С одной стороны, это хорошо, Вы зависите только от себя. Но и работаете тоже только для себя. Лесу или морю фотографию не подаришь. Вряд ли кого-то заинтересует то́, что Вы снимаете, и ка́к, будь Вы хоть трижды гений. В пейзаже Вы ищете прежде всего себя, больше, чем в портрете или каком-либо другом жанре изобразительного искусства. Кому Вы нужны? Никому. Надо ли этим заниматься? Подумайте хорошенько. Ведь есть варианты проще — варианты, которые позволят Вам путешествовать на руках поклонников вместо того, чтобы ходить пешком.
Пейзаж — дело одинокое, и, несомненно, жанр этот наиболее эгоистический. Есть ли в Вас то, что сто́ит выставить на всеобщее обозрение? Если — да, то, может быть, мы идем одной дорогой. Да здравствует пейзаж!
Давать какие-либо рекомендации по съемке пейзажа бесполезно. Что касается техники, то годятся практически любые фотоаппараты (кроме, естественно, дрянных «мыльниц»), самые разнообразные объективы и насадки. Носитель должен обеспечивать хорошую разрешающую силу, поэтому раньше снимали на шестисантиметровую пленку и пластинки. Правда, носить все это с собой (не будет лишним и штатив) нелегко. Теперь многим доступны цифровые аппараты мегапикселей на двадцать и больше, с изрядным зумом [35], легкие и оснащенные прибамбасами для получения изображения без «шевеленки»… Но интересные результаты можно получить, снимая и «Зорким» на зернистую пленку. Это практически все, что можно сказать о техническом вопросе. Надо решить,
Жанр пейзажа всегда был популярен только среди продвинутых любителей и, естественно, среди профессионалов. Обычному любителю пейзаж, тем более без стаффажа, не нужен (потому что непонятен), ему куда интереснее заснять свою жену или любовницу. Такой фотограф может снять пейзаж, если только едет в путешествие, ну еще поснимать в окрестностях дачи.
Мы будем искать пейзаж везде.
Об этом я немного говорил в главе «Съемка без фотоаппарата».
Посмотрите в окно. Если оно упирается в стену противоположного дома, прогуляйтесь куда-нибудь в поисках более интересной точки. Лучше, если она будет высокой. Важно увидеть горизонт. Где бы Вы ни жили, скорее всего, это путешествие не будет слишком долгим. Красивые места есть везде.
Прочитав главу «Съемка без…», Вы должны были сделать открытие. В принципе не существенно, выходите ли Вы из дома или остаетесь, Вам было важно разбудить фотографическое зрение. Я советовал выйти потому, что дома все привычно, глаза «замылены». Теперь Ваша задача иная: увидеть пейзаж.
Смотрите! И не обижайтесь на меня, если у Вас впоследствии что-то не заладится с пейзажем. Если Вы его не увидите, то и снять не сможете, и тут я помочь ничем не сумею.
Спрос на посредственные фотографии в жанре портрета и других жанрах был, есть и будет. Посредственный пейзаж умирает в тот момент, когда Вы видите его на контрольке или на мониторе. Он еще может долго агонизировать, Вы будете пытаться довести его до ума, но если при съемке не была схвачена некая изюминка, пиши пропало. Но может произойти следующее: лежит себе такой негатив (файл) в архиве, и вдруг, спустя много времени, начинает «работать». Случайностей не бывает. Это событие означает, что изюминка была схвачена, просто Вы этого не осознали. Доверяйте своему подсознанию. Кстати, интуиция важна не только в пейзаже, но и в других жанрах тоже.
Если искусственный свет мы выстраиваем как хотим, то естественному полностью подчиняемся [36]. Поэтому, чтобы научиться пользоваться естественным светом, за ним надо наблюдать. Наблюдения могут занять очень много времени, да это, в общем-то, на всю жизнь. Завидую Вам белой завистью: впереди у Вас столько открытий!
Поделиться книгой: