Путешествие в галактику Летта

– Пошли, – позвал меня Шурка.

– Домой? – обрадовался я.

– Смотреть вход, куда они залетают.

– Ты что – того? Ума лишился? Я и так со страху чуть в штаны не наделал. Давай домой! – отрезал я.

– Иди, – почему-то спокойно ответил он. – Я не для того в такую даль шёл и так долго ждал этого случая, чтобы ничего не узнать и уйти. Я сюда не бояться пришёл, а разузнать.

Теперь я понял, почему он так спокоен и не бросился меня уговаривать. Он знал, что один я никуда не пойду – струшу.

– Сиди здесь, – шепнул Шурка. – Я один пойду.

Я представил, что с ним что-то случится и …

– Никуда ты один не пойдёшь. Я с тобой.

И мы, как дураки, рванули в еще большие неприятности и темноту. Пока мы пробирались к нужному месту сквозь кусты, я вспоминал все те байки, которые слышал про это странное место. Говорили, что тут птицы не вьют гнезд, здесь кони не щиплют траву, сюда не ходят по грибы-по ягоды, что тут можно в трёх соснах заблудиться. Бред, конечно, но сейчас верилось.

Внезапно Санька дёрнул меня за футболку и гаркнул:

– Ложись!

Что-то ослепительно яркое, как молния блеснуло перед моими глазами и меня куда понесло и закрутило. Ощущение, что тебя засасывает пылесос, как ничтожную соринку! Ма-а-а-ма! Рядом промелькнул Шуркин кроссовок и всё померкло.

Глава 5

«Не люблю зиму. Бр-р-р! Жуткий холод. Вот примерно как сейчас. Спина просто заледенела. Да и ноги не лучше!». Я подхватился и сел. Где я? Почему я так замёрз? Где Сашка? Кругом было сумрачно. Где-то в стороне пробивался слабый свет.

– Саш-ка! – позвал я шёпотом.

Тишина. Я стал ощупывать пол в поисках фонарика. Тщетно. Телефон – там есть фонарик! Тонкий луч беззаботно поскакал в поисках твердой поверхности. Стена нашлась нескоро. Теперь я сообразил, что нахожусь на середине какой-то трассы. Серые высокие безучастные стены ничего мне не рассказали о помещении, где я нахожусь. Ни фонарей, ни надписей, ни оповещающих знаков. Я тщетно искал Сашкино лежащее тело. Пока ничего. Дорога, на которой я стоял, больше походила на автотрек или что-то в этом роде. Очень широкая, длинная, с необычным покрытием. Оно как-то пружинило, как на гидроподушке что ли. Нужно решить куда идти. Я машинально посмотрел на часы. Шесть утра! Скоро дед проснётся! Надо срочно выбираться! Где же Сашка? Где же выход? Фонарик нашел металлические двери неподалёку. Они были овальной вытянутой формы матового стального цвета. Я осмотрел всё вокруг них, разыскивая кнопку или рычаг, который бы их открывал. Ничего! Это уже намного хуже. Главное без паники! А что если Шурка не тут внутри, а там! Вдруг его не засосало. Тогда он может позвать на помощь, спасти меня. Мысли дёргали меня то за один рукав, то за другой, не давая сосредоточиться и выстроить план действий. Интересно, а телефон тут ловит? Я лихорадочно стал вызывать Шурку. И, о радость!

– Сашка, Сашка, ты слышишь меня? – вне себя от радости шептал я.

– Слышу. Ты где?

– Около входа. Вижу двери, но как открыть не знаю. Я внутри большого коридора. А ты-то где?

– Погоди… я тебе перезвоню… сейчас опасно разговаривать.

Я почувствовал, как меня затрясло. Скорого возвращения ждать, похоже, не приходилось. Друг тоже где-то здесь, причём в опасности. А ведь сегодня приезжает мама! Что я натворил! Как быть?! Если мы не выберемся сами, нас начнут искать. Но когда? Я сел у стены на пол и охватил голову руками. Когда?! Думаю, всё же к ночи. Мои могут подумать, что мы с Саньком на рыбалке или в лесу. Потом поедут за мамой. А потом…

Комок подкатил к горлу, и паника обняла меня доброй холодной рукой. Единственным выходом было искать выход! Можно закричать, позвать на помощь, постучать в двери – может они на сигнализации или … идти вперед по коридору к свету. Похоже, фонарику не понравилась такая перспектива, луч задрожал и поблек. Только этого не хватало! Заряда мало! Я быстро выключил свет и еще раз позвонил Шурке. Гудки, гудки, гудки. Ладно, теперь всё по порядку.

– А-а-а-а-а-а-а! По-мо-ги-те! А-а-а-а-а-а! Спа-си-те! Саш-ка-а-а!

Как я и ожидал, тишина осталась непоколебимой. План Б – постучать в двери. Много времени это не заняло. Секунд десять. Не знаю, из чего они их сделали, но как я не старался никакого шума я не произвёл вообще. Значит всё-таки план В – идти к источнику света. Может, Сашку по дороге найду. А может рабочих, которые помогут открыть двери. Я справедливо решил, что двигаться в темноте всё же лучше вдоль стены наощупь. Не успел я пройти и двадцати шагов, как двери, в которые я только что рвался, бесшумно открылись сегментами, и в них ворвалось солнце. Оно неслось с огромной скоростью и слегка шипело. Ма-а-а-ма! Я кинулся в сторону. И …провалился сквозь стену! Думаете, мне было больно, и я весь был в ранах и ушибах? Ничуть не бывало! Я был невредим! Похоже, я умею проходить сквозь стены. Не зря я внук инопланетянина..!

Я обнаружил себя в углу какого-то помещения очень похожего на лабораторию в биологическом институте. Всюду были прозрачные сосуды с какими-то ростками на подставках. А вот аквариум с крупными странными рыбами. Нет, это не рыбы..! Бр-р-р! Какие-то мутанты. Под стеклянными колпаками жутко вырисовывались черепа самой необычной формы. В лаборатории царил полумрак. Я осторожно стал продвигаться вперед и … наткнулся на Шурку! Слава Богу! Печально было лишь то, что он лежал без сознания. Я вначале подумал, что он спит, стал трясти его, дёргать за руку. Но пока безуспешно. Надо найти воду. Я видел в фильмах, что если брызнуть в лицо водой, человек может очнуться. Благо растений было много, значит, вода для полива тоже должна быть недалеко. Я прошел пару рядов с подставками и клетками самого разного колибра и увидел бассейн с чистой водой.

Сашка очнулся почти сразу после того, как я на него побрызгал и умыл ему лицо. Он очумело оглядывался, а я был несказанно рад. Одному в такой передряге ой как несладко!

– Где мы? – первое, что спросил Шурка, усаживаясь на пол.

– Хороший вопрос, – ответил я. – Но, по-моему, Сусанин у нас ты. Ты нас сюда завёл, тебе и лучше знать.

Шурка поднял на меня ничего непонимающий взгляд и я сжалился.

– Думаю, мы внутри горы. Нас сюда засосало, когда тот шар влетал. Я очнулся – темно, тебя нет. Стал искать выход, звонить тебе. Ты помнишь, что я тебе звонил? Ты сказал, что тут опасно. Ты кого-то видел?

– Видел, еще как видел. Тут разгуливает какая-то огромная штука. Не знаю, как описать. Больше похожа на льва. Я искал выход и увидел ее из-за угла. Испугался, конечно, побежал опрометью и ударился обо что-то острое. Шишка теперь на лбу.

Я потрогал. Да уж, шишак так шишак!

– Видимо, потерял сознание, – продолжал он. – Надо отсюда выбираться. Где выход?

Я пожал плечами.

– Я сюда не через дверь попал. Пока я шел наощупь в огромном коридоре, раскрылись ворота и в них влетел светящийся шар. Видимо, меня отбросило ударной волной и я попал сюда.

– Как? Сквозь стену что ли? – удивился Сашка.

– А что ты удивляешься? Сам-то ты как здесь очутился? – шепотом поинтересовался я.

– А шут его знает. Засосало.

– В коридоре не было дверей вообще. Значит, я прошел сквозь стену. Надо попробовать также вернуться. Там будет безопаснее.

Я ощупал стену, в том месте, где первоначально оказался. Ничего необычного. Твердая и холодная.

– Давай попробуем с разбега. Я тут не останусь.

Санька отошел подальше и с разбега кинулся на стену. Результат, конечно, был предсказуемым, но попробовать-то стоило. Теперь у него была разбита не только голова, но и обе коленки. Я сел на пол и задумался. Коридор не связан с этой лабораторией. Но мы попали в нее в момент пролёта шара. Может шар так воздействует на камень? Ведь в другое время стена твёрдая…

– Короче, на часах 7 утра. Надо что-то предпринимать срочно. Достанется мне по первое число, – подытожил Шурка.

Как тут было спорить? Надо было разыскать работников лаборатории и вернуться с их помощью на поверхность. Лишь бы они оказались… людьми. И желательно добрыми.

Мы вооружились, чем нашли, взяли Шуркин рюкзак и осторожно двинулись в путь. Я шёл впереди, а Шурка, по договорённости, всё время оглядывался назад. Так было безопаснее. Мы старались продвигаться бесшумно, дабы не привлечь к себе внимание страшного зверя. Тут явно надо было держать ухо востро. Хищные лианы так и караулили проходящих мимо жертв. Одна из них ухитрилась и обвилась вокруг моего запястья. Этого мало – она ужалила меня, и рука тут же покрылась мелкими красными пузырьками и зачесалась.

– Не чеши!

– Не чешу!

Мы пригнулись и побежали по середине прохода. То там, то здесь раздавалось противное шипение, всплески воды или неясные птичьи крики. Я бы очень хотел рассмотреть всех этих уникальных представителей флоры и фауны поподробнее, но только не сейчас, не при данных обстоятельствах. Скорее добежать до смотрителей лаборатории! Вот он – главный проход. Теперь легче будет сориентироваться. Мы прибавили скорости и уже не оглядывались.

– Саш-ка-а-а!

Ледяные мурашки промчались по моей спине от этого жуткого крика. Я оглянулся через плечо и увидел бегущего Шурку, а позади него…

– Помоги-и-те! – заорал я. – По-мо-ги-те! Шур-ка, бежим!

Не могу описать, видел вскользь, но этого хватило! Большущая собака песочного цвета (может так ближе), на четырёх массивных лапах, с оскаленной мордой мчалась за нами. Ее многочисленные глаза делали чудище только ужаснее.

– По-мо-ги-те! Спаси-те! – голосил я что есть мочи.

Никого. Что же, что же делать?

– Сашка, сюда!

Я моментально среагировал, и мы нырнули в круглое отверстие в стене. Нас понесло по какому-то тёмному желобу. Шуркины ноги поминутно бились о мою голову, нос, я получил по макушке его рюкзаком. И бум… мы на полу. Тут было светло, как днём. Огромный ангар с какими-то аппаратами. Я увидел и те самые шары, которые мчались мимо меня в коридоре, и вытянутые сигарообразные модели и полупрозрачные треугольники. Это летательные аппараты.

– Эй! – закричал я. – Эй! Кто-нибу…

Не успел я закончить слова, как Санька зажал мне рот рукой и показал на жёлоб. В нем раздавались вой и скрежет когтей. Чудище неслось вдогонку. Бежать! Мы стали лавировать между аппаратами и тут я заметил, что крайний сигарообразный аппарат открыт.

– Ныряй! – крикнул я.

И мы оба шмыгнули в открытый люк, который тут же за нами закрылся.

– Хух, – еле дыша, проговорил Шурка. – Ну и детина! В страшном сне не присниться! Еле спаслись.

Он обернулся ко мне и сказал:

– Прости меня, Сашка, что я во всё это тебя втянул! Дурак! Какой же я дурак! Ведь у тебя сегодня мама приезжает.

Я смотрел на его порванный ворот, растрёпанные волосы, красные опухшие от бессонной ночи глаза и понимал, что передряга-то получилась приличная..! Глаза привыкли к полумраку и мы стали осматривать наше убежище. Надо найти кого-то живого и попросить всё же помощи. Или дать сигнал о помощи, если никого нет.

Не успели мы и десяти шагов сделать по отсеку, как пол под нами плавно покачнулся, и мы кубарем покатились в конец отсека…

Глава 6

Почёсывая ушибленные локти и головы, мы с Шуркой переглянулись. В глазах был один вопрос на двоих: « Ёлки-палки, неужели мы куда-то летим?!» Надо было это срочно выяснить!

Мы стали пробираться по стеночке к дверям. Кнопка, слава Богу, имелась. Двери раскрылись и пропустили нас в следующий отсек. Тут были многочисленные полки с какими-то плоскими упаковками. Может с едой. Следующий отсек был заполнен упаковками с прозрачными капсулами. Лекарства? Главное не потерять равновесие. Мы с Шуркой были уже похожи на ёлки – столько шишек было на нас.

В следующий отсек дверь не открывалась и упорно запрашивала что-то на табло. Надпись на непонятном языке ясно намекнула нам, что мы не в российском корабле. Я попробовал наобум, и тут же сработала сигнализация. Пусть, не страшно! Лишь бы кто-то вышел к нам.

И кто-то вышел..! Дверь стала внезапно прозрачной, и мы увидели отсек пилотов. Так я определил на первый взгляд. К нам лицом стоял невысокий, хочется сказать, человек. Он был в светло-зеленом комбинезоне. Глаза маленькие, три штуки. Два – как у нас и один – на лбу. Кожа светло-бежевого цвета. Лицо широкое, неприятное. Рот маленький, узенький. Фигура худая, прямая. Видимо, он удивился не меньше, чем мы. Маленькие глазки собрали кучу складочек на лбу, и он беспомощно оглянулся. В кабине, похоже, находился еще кто-то, но нам было не видно их за спинками кресел. Он пошел спросить, что делать. А мы с Шуркой в ужасе переглянулись. Разговаривать мы не могли. Понимали друг друга без слов. Ситуация стремительно разворачивалась против нас. Я машинально взглянул на часы: 8:00. Когда теперь мы попадём домой? И попадём ли вообще? Шурка с открытым ртом осматривал кабину пилотов. Такого он, конечно, нигде еще не видел. Я, как человек бывалый, рот закрыл намного быстрее.

После доклада пилота, кресла резко повернулись и перед дверью в мгновение ока очутились два его товарища. Один был очень высокий и худой, с широким неприятным хоботом вместо лица. Другой – серого цвета с большими черными глазами и широким улыбающимся ртом. Вместо носа у него были три маленькие дырочки в районе лба. Они посмотрели на нас. Мы – на них. Картина Репина – «Не ждали»!

– Саш-ка, это что, живые инопланетяне? – не поворачивая ко мне голову, спросил Шурка.

– Еще какие живые… Главное , не брейфь!

Товарищи за стеклом явно посовещались, хотя на разговор это совсем не было похоже. Трехглазый пилот, похоже, получил указание и отправился его выполнять. Он нажал что-то на панеле управления, потом что-то взял в руку. Я заметил, что она была трехпалая, с длинными уродливыми пальцами. Бр-р-р! Не знаю, что уж он там сделал, но отсек, где мы находились, стал быстро наполняться едким белым газом и мы с Шуркой почувствовали, что не можем пошевелить ногами и руками. Приехали! Еще и в рабство возьмут! Что же делать-то?!

Ноги под нас больше не слушались и мы упали, как подкошенная трава на пол. Дверь тут же отворилась, и инопланетянин с хоботом, взяв нас под мышки, с лёгкостью занёс в главный отсек. Нас усадили спиной друг к другу и трёхглазый приклеил нам на грудь какие-то стикеры. Как только он это сделал, я услышал в голове вопрос:

– Кто вы такие и зачем вы проникли на наш корабль?

Я хотел было ответить, но рот мой по-прежнему не слушался.

– Говорите мысленно. Ваше тело вам сейчас не служит.

Спасибо, я уже понял! Я сосредоточился и постарался мысленно рассказать всё по порядку. Шурка мне ужасно мешал. Его мысли я слышал тоже, и в результате получилась каша. Трехглазый по команде отклеил Шуркин стикер и я продолжал один.

– Товарищи пилоты, – начал молча я. – Просим у вас извинения. Мы попали сюда из-за своего любопытства. Нам очень хотелось рассмотреть ваши летательные аппараты поближе. Шурка, мой товарищ, он видел их ночью из деревни и уговорил меня пойти в разведку. Нас случайно засосало внутрь горы, в ваш подземный комплекс. Мы не хотели так далеко заходить. Поверьте. Меня зовут Саша. Мы – люди, мальчики. Понимаете?

– Понимаю.

– Мы попали сначала в биологическую лабораторию. А потом на нас напал злобный пёс. Мы спасались от него и попали в ангар с летательным и аппаратами. А он за нами…

– Кло.

– Что – кло?

– Существо, которое за вами бежало, зовут Кло. Эзиклоид. Результат научного генетического эксперимента. Безобиднейшее существо, которое живёт в лаборатории. Имеет глупую привычку – облизывать всех, кого обнаруживает в поле зрения, – сообщил голос.

– Так он что – не съесть нас хотел, а облизать???

– Так точно. Что будем с вами делать? По инструкции нам запрещены контакты с людьми.

– Дя-день-ка! – завопил я что есть мочи.

– Не так громко! – строго заметил голос. – И я вам не дяденька, а командир космического судна. Тру Ста. Я должен принять решение, но перед этим я хочу знать, чего хотите вы.

– Дя…, ой нет! Капитан Тру Ста, мы всего лишь дети. Отпустите нас, пожалуйста, домой. Мы никому ничего не расскажем. А если и расскажем, то нам никто не поверит! У нас принято не верить детям и их байкам. На Земле пока не имеют подтверждений, что вы есть. Наши слова для них ничего не будут значить! Отпустите нас, по-жа-луй-ста! Меня мама ждёт!

– Мама подождёт, а мне надо принять решение.

Стикер у меня забрали. Похоже, снова наклеили Шурке, так как вся компания перешла на его сторону и также молчаливо выслушала его версию. Пока я так сидел, в голову приходили разные варианты разрешения нашей плачевной ситуации. Только один из них мог меня успокоить – нас с миром отпустят домой. Но в него, как назло, мне меньше всего верилось.!

Спустя короткое время нас отнесли к стене и усадили рядышком. Стикеры снова были при нас. Я чувствовал, что руки и ноги постепенно стали двигаться и обретать чувствительность. Действие паралитического газа проходило. Нас не связали, не закрыли – значит не боятся. Хорошая новость. Я повернул голову к Шурке. Он спал!

– Шу-рик! – позвал я тихонечко и толкнул его локтем.

– Не трогай его! – проскочила строгая мысль. – Он слишком устал, мы намеренно усыпили мальчика. Переживания дня повредили его здоровью. Ему нужен отдых.

Как тут будешь противоречить. Лучше не буду терять время и наведу мосты, разведаю информацию. Я приподнялся и сел на корточки. Реакции на меня не было. Все трое членов экипажа были заняты своими делами. Я решился и встал во весь рост. Подвигал руками, ногами, сделал пару шагов. Всё в порядке. Может мне можно ходить по отсеку?

– Можно.

От неожиданности я даже вздрогнул. Неприятное ощущение, когда читают твои мысли. Читают мысли! Меня прямо озарило. Я нащупал в кармане зеленый комочек Соо и прилепил его за ухом. Так получше! Плохо то, что время уходит, а я не знаю, как действовать: то ли напрямик спросить, что с нами будет, то ли не нарываться пока.

Я посмотрел на часы и еще раз горько сглотнул. Они показывали 9 часов. Нас уже вовсю ищут. Похоже , медлить нельзя. Лучше сразу узнать, чем тешить себя надеждой.