Путешествие в галактику Летта

– Ну как знаешь.

В темноте завозились и чей-то голос сиротливо спросил:

– А страшилки рассказывать будем?

Ванька поднялся на локте и усмехнулся:

– А ты, Антоха, в штаны не наложишь? Страшилки ему подавай!

Из темноты высунулся сам Антон:

– Да, небось не маленький, сдюжу. Я недавно один на чердаке у бабки ночевал. Гости с Урала приехали, места в доме не было, так я вызвался. А там знаешь как одному-то несладко.

– Ну, давай вот и расскажи, – подзадоривал его Ваня. – Домового-то видал? Али чёрта?

Все засмеялись.

– Смейся, смейся, смешно ему, – обиделся малый. – А вот сам бы попробовал!

– Кто в чертей и домовых, Антоха, не верит, тому всё нипочём! – подвёл итог Ванька.

– Чем старые байки слушать, давайте лучше новые! – он повернулся ко мне уже с совершенно серьезным лицом. – Пусть нам Санёк расскажет, кого он в космосе видал и вообще как там.

Я не ожидал такого поворота дела и растерянно сел. Однако, отмалчиваться и мямлить в таком обществе было бы дурным тоном и я понемногу начал.

– Что и говорить, в космосе круто! Такая невероятная особая красота! Довольно суровая с другой стороны. Там, конечно, не расслабишься. Всегда надо быть начеку. Самое большое впечатление – страшно и тревожно. Хочется поскорее домой на Землю, где всё так спокойно и просто. Там в космосе всё кажется каким-то нереальным. Мозг постоянно напряженно работает. Не перестаешь удивляться и спрашивать сам себя: « Неужели это всё на самом деле?!» Вот как-то так.

– А этих – зеленых человечков ты видал? – спросил сразу же Антон.

– Человечков? Нет, не видел – честно соврал я.

– А вообще там что-то живое есть? Насекомые, не знаю, мох? – спросил веснушчатый парень.

Я покачал головой. Все притихли и оглянулись. В головы закралась мысль о том, что им здорово повезло, что они родились на такой замечательной, такой красивой планете.

– А в космос открытый выходил?

– А на какую планету высаживались?

– А что вы там ели?

– Метеориты видели?

– На Марс залетали?

Я еще долго отвечал на самые разные вопросы и всё думал о том, как же хорошо, что мы с дедом сумели вернуться…

Костёр не терял интереса к нашему разговору. Он весело трещал, протягивал к нам свои дружеские руки, смеялся о т души, рассыпая огненные искры. Соловей спел одну арию и улетел. Зато камышовка старалась не потерять ту же тональность и проникновенность и репетировала полночи. Чай пили с большим удовольствием, не спеша. Пряники, ириски, баранки, халва – делали эту трапезу еще приятнее. Сашка кинул в котелок листочки мяты, сорванные прямо здесь у реки. Аромат ее обволакивал и убаюкивал, хотелось спать. Некоторые еще бодрились, другие поуютнее укладывались на куртках у костра. Ваня назначил дежурных. Одного – приглядывать за костром, другого – за табуном. И все остальные легли спать. До рассвета оставалось несколько часов.

Река, казалось, поняла, что мы угомонились и затихла. Не плескалась больше крупная рыба, не пела невидимая камышовка. Река заботливо укрывала нас легкой дымкой молочного тумана. Вот она «молочная река, кисельные берега»…

Только я закрыл глаза, как чувствую, кто меня будит. Оказалось, уже прошел час и пришла наша с Шуркой очередь дежурить. Я поёжился от утренней прохлады и, зевая, почёсываясь, встал.

– Спать хочу!.. – пожаловался шутливо я.

– Дома поспишь, – сердито прошептал Ваня, снова укладываясь на место. – Давай подбрось в костер, а Сашка пока к табуну сходит.

Я быстро справился со своей задачей и пошел по темной тропинке навстречу Шурику в поле. Тёмные деревья неохотно расступались, пропуская меня и перешептываясь. В поле было много светлее. Небо, как шелковый восточный шатёр, сплошь было усыпано звёздами. Я невольно залюбовался. Хорошо-то как! Легкий ветерок заглянул мне в лицо и ближайшие травы согласно кивнули. Множество темных силуэтов лошадей чётко выделялись на фоне светлеющего неба. Вот бы всё это взять и нарисовать: и этот легкий, бегущий по верхушкам сонных трав, ветерок, и темные диковинные силуэты и небо, бесконечное вечное небо…

– Потерял меня? – неожиданно вынырнул Рыжик.

– Напугал.

– Пошли, посмотрим перемёты, – напомнил Шурка. – Если что поймалось, уху на утро сварим.

Мы надели резиновые сапоги и зашли в реку. Я светил фонарём, а Шурка пошел проверять перемёты. На крючках оказались две щуки и жерех. Холодная вода окончательно прогнала остатки сна, и мы с воодушевлением принялись за чистку рыбы. Костер весело потрескивал, вода болтала в котелке без умолку, а в животе уже начало урчать. Антоха сонно выглянул из своей куртки:

– Без меня не варить!

Было бы сказано! Мы начистили ему лука, картошки и оставили его наедине со своим искусством. Остальные еще крепко спали. Укрывшись потеплее куртками, мы сели рядышком и Сашка начал мне шептать на ухо:

– В общем так, на счёт нашей вылазки к Дунькиной горке. Думаю, надо взять с собой рюкзак, два потайных фонаря, веревку, компас, телефоны на всякий случай. Пойдем послезавтра ночью. Я тебя свистну.

Я прихлопнул надоедливого комара на щеке и спросил:

– Послезавтра? Через три дня приезжает моя мама. Приедет – точно никуда ночью не выйду. Она бессонницей мучается. Вот только как-то не по себе, страшновато всё же.

– Оно так, – согласился Шурик.

И мы помолчали. Я нащупал в кармане свой телефон и набрал Олесе смс-ку со смайликами. Проснётся, прочитает, ей будет приятно, что я о ней помню.

Солнце сонно потягивалось и расправляло свои затёкшие за ночь лучики. Ребята понемногу просыпались, умывались, складывали вещи. Антон позвал всех к столу. Посыпанная зеленым лучком, ароматная уха пришлась как нельзя кстати. Куски сомятины просто таяли во рту. Все оживились, болтали, весело переглядывались, шутили над поваром.

– Ты что, Антоха, всю ночь не спал, уху варил?

– Не зря ты, Антон, столько чаю на ночь выпил! Гляди, какую рыбу поймал!

Антон в ответ огрызался незлобно и фыркал.

– Вот и корми вас, леших, после этого! Только зубы скалить. Никакой благодарности!

Живо сложились. Потушили костёр. И верхом на лошадях вернулись с табуном в деревню.

– Ну, как впечатления, Сашка? – спросил с улыбкой дед, усаживаясь на кровати.

– Незабываемо!

– А! То-то! – расцвёл он. – Я вот в детстве в ночное не ходил, не пришлось. Но на ночную рыбалку с мужиками много раз ходил. Представляю.

– Ну, иди отца буди, – добавил дед. – Завтракать будем. Или ты как? Спать?

Я помотал головой:

– Не-а, я бодрячком!

Не успели мы дожевать, как пришли кровельщики, и работа опять закипела. Лестницы, листы металла, скрежет, завывание дрели. Деда мы поставили кашеварить, а я сновал между отцом и рабочими, стараясь помочь, как умею.

На обед был суп с клёцками и сметаной.

– Бабушкин любимый! – проронил с грустью дед.

Я посмотрел на него и вспомнил про Олесю. Какой-то неожиданный ветер промчался по закоулкам души, растревожил, заставил время на минутку остановить свой бег. С супом было покончено в пять минут. И я побежал в конец огорода звонить Олесе. Хвала небесам, что теперь здесь есть связь!

– Саша?

– Олеся… Я хотел сказать…

– Да?

– Привет, я по тебе скучаю! Как ты там? Хорошо у бабушки? Скоро приедешь?

Олеся весело рассмеялась в ответ, и мне почему-то стало всё сразу ясно без слов и так хорошо, по-доброму хорошо стало на душе.

– Приеду, конечно, приеду! Осталось добелить времянку. Я читала твою смс-ку утром, – она помолчала. – Ты такой романтик!

– Я? – интересно это упрёк или комплимент?!

– Чем занимаешься? У тебя такой шум и треск в телефоне, – поинтересовалась Олеся.

– А-а, да это мы у дедушки крышу продолжаем перекрывать. Пылища, жара, шумно. Но ничего, завтра заканчиваем. Домик-то маленький. А мы с ребятами тут в ночное ходили. Сегодня ночью. Ты знаешь, так здорово было. Я на всю жизнь запомню.

Олеся помолчала в трубку.

– Повезло. Я бы тоже хотела, но девчонок не берут.

Я вдруг засмеялся:

– Я на лошади первый раз скакал! На Сметанке!

– На Сметанке? – удивилась Олеся. – Это же наша лошадь! Вот так да! Получилось, Саш? Понравилось?

– Понравилось не то слово! Еле расстался с ней.

– Она у нас такая! – подхватила Олеся. – Послушная, добрая. Ты приходи к нам кататься.

– Приду!

– Саш, до завтра! Иду с бабушкой в сельсовет. Пока. Целую.

Целую?! Меня?

– И я целую…

Вечером я бегал к Сашке держать совет перед разведкой и проверить готовность в техническом плане. Мы залезли к нему на чердак, собрали рюкзак, и стали смотреть в мой телескоп в сторону Дунькиной горки. Звёзды еще только начали появляться на потемневшем небосклоне. Мы по очереди смотрели, и вдруг Сашка как заорёт шёпотом:

– Вот! Вот! Смотри!

Я как пантера прыгнул к прибору. Вот это да! И правда, золотые шары, три штуки, летели с приличной скоростью к той самой горке. Я думал они приземлять там, снизив скорость. Ан нет, они прямо-таки врезались в неё и исчезли! Ни взрыва, ни звука, ни дыма.

– Видал? – восхищенно прошептал Шурка. – Я такое каждую ночь вижу. Они влетают в гору! Я уверен – там двери есть. В общем подземный космодром.

Мы еще немного посекретничали и разошлись. Ночью мне снилась всякая белиберда. Я метался по кровати, несколько раз ходил пить. Короче, нервный мандраж перед походом.

С утра дед заставил меня подметать двор, убирать лишние строительные материалы в сарай, мыть полы в доме. Завтра приезжала мама. Ее ждали вечерним поездом. Дед хотел, чтобы всё было в порядке к приезду любимой снохи. Папа с дедом занесли мебель на чердак. Рабочие доделывали мелкие работы на крыше, и мы были все очень заняты весь день. Вечер подкрался незаметно, но все были ему только рады. Жара так надоела, и сил осталось только помыться и лечь горизонтально. Я так и сделал. Разговор с Олесей вернул мне утраченные силы. Она сообщила, что в субботу она уже будет здесь, и мы встретимся! А я ей сказал, что завтра вечером приезжает моя мама. Мы уже собирались прощаться, как вдруг Олеся меня удивила:

– Я видела сон про тебя. Нехороший. Бабушка сказала, что он нехороший.

Я понял по голосу, что моя подружка расстроена и я пошутил невподад:

– Как меня медведь съел?

– Не угадал, – продолжала Олеся. – Я видела, как ты попал в трясину и она тебя засосала. Ты вначале бился, кричал, боялся. Я никак не могла помочь тебе. Прибежала твоя мама. Но ты исчез в пучине, помахав на прощание рукой и крикнув: « Не волнуйтесь, я в порядке!». В общем, будь эти дни осторожен. Я верю в сны. Они предупреждают человека.

– Слушаюсь, товарищ капитан! – отчеканил я.

Мы еще немного поболтали, и я пошел ужинать. Сразу после этого легли спать. Дедушка и папа сильно устали. И я тоже. Я лежал и очень сожалел, что подписался на Шуркину авантюру. Хотелось спать невыносимо! А ведь я должен потихоньку одеться и идти к концу огорода, где меня уже ждёт друг. И жуткий тёмный лес! Вот так перспективка! Бр-р-р! Может сказать, что я проспал или ангиной заболел? Или, что у деда бессонница, и он меня никуда не отпустил… Пока я перебирал варианты оправданий, до меня донёсся тихий свист. Шурка! Придётся идти. Надо бодриться.

И вот мы уже бежим между дворами. Околица взволнованно позвала нас вернуться пока не поздно. В поле было совсем не страшно. Звёзды и луна украшали наше ночное путешествие. Но вот мы вошли в лес..! Сашка включил наши потайные фонари и мы пошли по еле заметной тропинке. Как же мне было стра-а-ш-но! Я поминутно оглядывался. Ледяные мурашки бежали стадом гигантских слонов по моей спине. А если медведь или волк? Что делать?! Шокер я, конечно, взял и не выпускал его из рук. Жаль, что в магазинах не продают смелость в бутылочках или драже! Любой шорох заставлял нас прибавлять шаг, и мы почти бежали. Не знаю, боялся ли Шурка, мне было не до него. Я боялся! Ветки тянули к нам свои тёмные корявые пальцы и старались схватить за штаны. Несколько раз я видел зеленые светящиеся глаза в густых сумерках леса. Кричала какая-то птица. А мы бежали, спотыкались, спешили выйти к Дунькиной горке.

– Ложись! – шёпотом крикнул Шурка.

Прямо над нашими головами появился внезапный ярко-жёлтый свет. Он слепил глаза, и нельзя было понять, что это. Словно на нас упало само солнце! Мы прижались как можно ближе к земле и замерли. Через мгновение наступила кромешная темнота.

– Сашок, Сашок, ты живой? – позвал меня товарищ.

Я поднял голову и увидел потрёпанное неясным светом фонаря лицо Шурки. Так жутко мне было только в страшных снах, когда не можешь пошевелиться, не можешь бежать или крикнуть.

– Видал? – кажется, шепнул лес.

– Видал, – машинально ответил я. – Далеко еще?

– Дошли. Теперь посидим в засаде в кустах. Посмотрим, куда они залетают.

Мы спрятались неподалёку понадёжнее и стали ждать. Прошло больше часа. Ноги затекли в неудобных позах. Каждый шорох заставлял вздрагивать и хвататься за палку, которую подобрали для обороны. Вопрос «что сидим?» всё чаще стучался в мозг. Хотелось вмиг оказаться дома и забыть всё это как страшный сон. На часах было 2:30. Рыжик решительно схватил рюкзак и начал там копаться, видимо, отыскивая бутерброды.

– Смотри! – крикнул я.

На фоне неба появились три золотистые точки, которые с каждой секундой увеличивались и приближались. Мы бросились животами на землю и погасили фонари. Светящиеся точки превратились в шары и на большой скорости вошли в Дунькину горку один за другим. Мы чётко заметили место входа.