— Давай-давай, попробуй задержи, Чарли, — пробормотал себе под нос Болан. — Желаю тебе удачи!

Теперь уже ничто не могло остановить его.

Глава 12

Их засекли слишком поздно. Мощный движок глиссера взревел со страшной силой, как только на узкой полоске берега, где оставалось еще четыре катера, заметались лучи фонарей.

Наклонившись вперед, Болан круто заложил штурвал, направляя перегруженное суденышко через отмель к открывавшемуся водному простору. Вдогонку глиссеру, который, высоко задрав нос, казалось, летит над водой, помчался веер трассирующих пуль.

— Не высовывайтесь, — приказал Болан пассажирам, когда их настиг мощный луч света.

Он скорее даже почувствовал, чем увидел, как солдаты, размахивая автоматами, с криками выскакивают из северных ворот. Палач гибко развернулся всем туловищем, и огромный «отомаг» с грохотом послал свои двести сорок унций горячего свинца прямо по лучу прожектора. Раздался звон разбитого стекла, и ночь снова обволокла темным покрывалом болото и непроходимые джунгли.

Глиссер мчался навстречу свободе, и гул двигателя перекрывал оставшееся позади эхо беспорядочной перестрелки.

Сияя, как медный таз, Холли потянулась к Болану и влажными губами поцеловала его в щеку. Тот ничего не имел против и улыбнулся, но счел своим долгом предостеречь девушку:

— Все-таки оставайтесь в укрытии. Мы еще не отошли на безопасное расстояние.

— Вы были просто ве-ли-ко-лепны! — по слогам выговорила она и поцеловала его еще раз, прежде чем снова растянуться на дне глиссера рядом с отцом, который вполне разделял благодарность дочери.

Великолепен? Болан вовсе не был в этом уверен, но облегчение, тем не менее, испытывал. По крайней мере, пока.

Он уже наполовину выполнил свое задание. Конечно, оставалось еще многое сделать, но это была уже привычная работа. Теперь можно обдумать, как решить и вторую часть стоящей перед ним проблемы...

Он заглушил двигатель и резко развернул глиссер. Поднятые им волны еще некоторое время раскачивали легкое судно и, наконец, успокоились. Болан вытащил из кармана пачку сигарет.

— Что-то не так? Неужели сломался глиссер? — испуганно спросила Холли.

— Вовсе нет. Все в порядке, — заверил девушку Палач. — Помолчите немножко, мне нужно прислушаться.

Он прикурил сигарету, и доктор Брюс тихонько спросил, усаживаясь на корточки:

— Простите, молодой человек, но, может быть, вы угостите меня сигаретой?

Болан молча протянул биохимику пачку.

— А чего мы ждем? — прошептал ученый.

— Преследователей, — хладнокровно ответил Болан. — Желательно, чтобы за нами бросились в погоню.

— О! Боже мой! — испуганно выдохнула Холли и добавила: — Но зачем их ждать? Не понимаю...

— Оставьте тактическую сторону дела мне, хорошо? — не дал закончить девушке Болан.

Она ничего не ответила, и тут Болан их услышал! Преследователи отчаливали от берега. Первый... второй... третий... четвертый двигатели взвыли один за другим, и глиссеры помчались по лаковой глади воды...

— Вот они! — нервно воскликнул Брюс.

— Я надеялся, что они не заставят себя долго ждать, — заметил Болан безразличным тоном.

Видно было, что он думает уже о чем-то совершенно ином, нежели о яростной атаке преследователей.

Мак видел, как вспыхнули сзади прожектора мощных катеров, огибающих отмель.

Холли затряслась, как в ознобе.

— Мне опять страшно, мистер Феникс, — созналась она.

Болан одарил ее спокойной улыбкой:

— Скоро вам совершенно нечего будет бояться, мисс Брюк. Только не оглядывайтесь, не то вам действительно станет по-настоящему страшно.

С этими словами он нащупал на поясе маленький передатчик. Привычным движением откинув предохранитель, Мак плавно нажал на кнопку «огонь».

* * *

Чарли Ужастик больше не мог скрывать беспокойство. Он метался по берегу, словно тигр в клетке, и с руганью набрасывался на всякого, кто осмеливался к нему подойти. Его офицеры пытались собрать экипажи, чтобы погрузиться на четыре оставшихся катера. На берегу царила такая неразбериха, что начальнику штаба хотелось перестрелять всех до единого.

— Черт побери, каков сукин сын! И притом всего один! — орал он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Вы позволили одному-единственному паразиту пробраться в лагерь, освободить пленных и смотаться вместе с ними! У вас нет ни гордости, ни чувства достоинства! Пошевеливайтесь! Скорее отчаливайте и любой ценой приведите мне этого ублюдка! Если ему удастся уйти, мы все — покойники! Давайте, давайте, мать вашу, шевелите своими ленивыми задницами!

Фуско стоял недалеко от Роски. От его подчеркнутого высокомерия не осталось и следа. Оно уступило место выражению страха и растерянности на его буквально за считанные секунды позеленевшем лице.

— Что с тобой случилось, Ники, красавчик? — ухмыльнулся Роски. — Это стрельба на тебя нагнала страху?

— Нечего срывать на мне зло за собственные ошибки, — неуверенно огрызнулся Фуско. — Мне доводилось попадать и не в такие завирухи. Но я думал, что Великий Подонок давно мертв!

Роски схватил за руку проходившего мимо солдата и грубо толкнул его на борт глиссера, затем снова повернулся к Фуско.

— О каком таком Великом Подонке ты говоришь? — устало спросил он, помаленьку остывая.

— Не будем упоминать имя сатаны всуе, — уклончиво ответил мафиози. — Это я так, просто в голову пришла дурацкая мысль. Но черт побери! Стиль нападения на базу здорово напоминает его манеру.

Роски оставил попытки сообразить, что он имеет в виду. Наконец-то боевые группы были собраны и погружены на глиссеры. Полковник поднял над головой сжатый кулак и резко опустил его вниз. Четыре мотора взревели почти одновременно.

Роски расслабился: эти парни, в конце концов, были хорошими солдатами и отлично знали местность... Так что этой скотине Фениксу лучше было не ошибиться протокой в лабиринте Эверглейдских болот. Черт бы его побрал!

— Если понадобится, они будут преследовать его до самого Мексиканского залива, — заверил Роски связного мафии и добавил, словно разговаривая с самим собой: — Дьявол! Не могу дождаться того момента, когда увижу этого парня собственными глазами. Только бы они доставили его живым.

В этот момент случилось нечто ужасное, невероятное и чудовищное. Все четыре катера одновременно взлетели на воздух! Гигантский столб пламени, дыма и крутящихся обломков взвился в темное ночное небо.

Взрывная волна бросила оглушенного Роски на мокрый берег. Он приподнял голову и увидел отвратительный дождь падающих с озаренного пламенем неба кусков человеческой плоти, железа и пластика.

Один из воздушных винтов пролетел над берегом, словно гигантский бумеранг, буквально разрубив пополам зазевавшегося солдата, и врезался в ограждение, пробив в нем брешь, в которую запросто мог въехать грузовик.

Поверхность воды осветилась языками бушующего пламени в том месте, где разлилось горючее из баков. Болото внезапно стало походить на ад, каким изображал его великий живописец Иероним Босх.

На мгновение Роски показалось, что он вновь перенесся во Вьетнам. Голос Фуско вернул Ужастика к действительности. Мафиози лежал поперек Роски и повторял прерывающимся голосом:

— Это Болан!.. Болан!.. Болан!..

Чарли Ужастику на мгновение показалось, что итальянец сошел с ума. Он не знал, что те мафиози, которым посчастливилось уцелеть после кровавых рейдов Болана, с ужасом вспоминали об устроенных Палачом страшных бойнях, ставших для них сущим адом на земле. Ники Фуско был как раз одним из таких. И для него Болан никогда не умирал.

Глава 13

Глиссер шел на малых оборотах по центральной протоке, удалившись на много километров от поля боя. Болан и его пассажиры с нетерпением ожидали встречи с Джеком Гримальди.

Ученый сидел возле приборной доски рядом с Боланом. Вот уже некоторое время они беседовали о проекте, над которым Брюс работал по заданию главы фирмы «Варко». Сидевшая рядышком Холли прислушивалась к разговору, но не принимала в нем участие. Брюс, который уже успел подробно изложить техническую сторону своих исследований, теперь отвечал на вопросы Болана.

— А чем эта бактерия отличается от уже известных человеку? — спросил последний.

— Способом передачи. Своим разносчиком, как мы его называем.

— Объясните поподробнее.

— Разносчик, то есть тот, кто переносит на себе этот тип бактерий, обычно является паразитом на теле человека: вошью, например. Лишенная своего носителя и среды обитания, бактерия погибает. Она может выжить только тогда, когда передается другим организмам, которых, в конце концов, и заражает. Таков механизм возникновения эпидемий, но поскольку он практически неуправляем, эти микроорганизмы не могут быть использованы в качестве бактериологического оружия.

— Так что же вам удалось открыть?

— По правде говоря, решительно ничего нового. Тут скорее вопрос технического решения проблемы, чем научных знаний. Мы добились того, что теперь бактерия бубонной чумы способна передаваться прямым путем.

Болан натянуто улыбнулся и попросил:

— Объясните это простыми словами, доктор.

— Не угостите ли вы меня еще одной сигаретой? — спросил Брюс.

Болан угостил его и протянул пачку Холли. Девушка пожала плечами, но сигарету взяла.

— Думаю, после того, что мы пережили, от одной сигареты я не заболею раком легких, — сказала она.

Ученый глубоко затянулся и, медленно выпустив дым, продолжил рассказ:

— Мы открыли это явление совершенно случайно, в процессе исследований с целью обнаружения веществ, способных поглощать нефтесодержащие отходы. Для фирмы очень важным направлением работы является устранение последствий от крушения танкеров и так называемых «черных приливов». Возвращаясь к нашей теме, хочу повторить, что открытие было сделано чисто случайно. Как-то раз после уик-энда один из моих сотрудников обнаружил весь свой бактериологический материал в страшном беспорядке. Бактерии размножились в невероятных пропорциях, а их среда перестала оказывать на них какое бы то ни было воздействие. Они просто вышли из-под контроля. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять происходящее. Я несколько раз привлекался к работам по созданию бактериологического оружия, причем задание исходило непосредственно от правительства. Понимаете? Так что я сразу понял, что сделал мой сотрудник и какую мутацию ему случайно удалось получить. Его материал стал опаснейшим бактериологическим оружием. Я, естественно, сообщил о случившемся Тэрстону Ворду и посоветовал ему немедленно сообщить об этом кому следует в Вашингтоне. Он заверил меня, что так и сделает. Несколько недель спустя меня вызвали на сверхсекретное совещание в Вашингтон. Я ничего не заподозрил. Меня сопровождал сам Тэрстон. Сами понимаете, поездка была инсценировкой, но тогда у меня не было никаких оснований усомниться в чем бы то ни было. В ходе совещания меня убедили продолжить работу моего сотрудника, утверждая, что «Варко» подписала весьма выгодный контракт с правительством. В конце концов до меня дошло, что происходит на самом деле. Но было уже слишком поздно. Мои исследования близились к завершению. Конечно, мне следовало занять более твердую позицию, но Тэрстон Ворд способен переубедить любого, особенно тогда, когда угрожает убить самое дорогое вам существо, — ученый отвернулся и полным нежности взглядом посмотрел на дочь. — Не стану отрицать, мне не хватило храбрости перечить ему, — продолжал он, — ведь Тэрстон Ворд — законченный психопат. Я бы даже сказал, что он полностью сошел с ума, мистер Феникс.

Болан с понимающим видом улыбнулся:

— Расскажите мне побольше о вашем пресловутом разносчике чумы.

— В разносчике и заключается суть сделанного открытия. Наши бактерии вызывают заболевание с симптомами, абсолютно идентичными картине заражения бубонной чумой. Все лаборатории мира дадут заключение, что жертвы были инфицированы каким-то невыявленным переносчиком чумной бактерии, в то время как выведенной бацилле никаких переносчиков не требуется, ей всего-то и надо — это наличие кислорода.

— Как это — кислорода?

— Вот именно! Кислорода, который содержится в атмосфере. Заражение происходит при вдыхании воздуха, содержащего бактерии. Бацилла является полностью автономным простейшим организмом, и жертвы будут исчисляться сотнями тысяч, а возможно, и миллионами!

— И где же Ворд рассчитывает применить эту пакость?

— Для начала на острове Доминика. А затем...

— Где, вы говорите?

— На Доминике. Это маленькое островное государство, затерянное, среди Антильских островов. Страна эта пережила период политической нестабильности после того, как получила от Англии независимость приблизительно лет десять назад. Именно тогда Ворд и начал проявлять к ней интерес. Он ведь сказочно богат. В то время он вообразил, что сможет купить Доминику на корню и устроить там для себя рай земной. Но не получилось. Едва получив независимость, жители острова избрали президента и попытались сами распоряжаться своей судьбой. Много лет подряд Тэрстон пытался купить главу исполнительной власти острова, но безуспешно. Президент не был дураком и понимал, что в тот день, когда Тэрстон Ворд получит возможность вложить громадные средства в Доминику, остров потеряет независимость.

— Так почему же недовольство Ворда проявилось только сейчас? — перебил его Болан.

— Я как раз подхожу к этому моменту. Это, действительно, невероятная история. Два года тому назад президент Доминики был убит, а правительство низложено неким движением, которое, как заявляли его лидеры, придерживалось левых взглядов. Вам известны политические воззрения Ворда: это ярый ультра, фанатизм которого граничит с безумием. От государственного переворота на Доминике он окончательно рехнулся. Воспользовавшись тем, что новые руководители государства не так проницательны, как их предшественник, миллиардер внедрился во все жизненно важные отрасли экономики острова, создав тем самым все условия для превращения его в собственную вотчину. А открытие нами нового штамма бактерии явилось той каплей, которая переполнила чашу: мания величия Ворда сменилась буйным помешательством. У него в распоряжении вдруг оказалось опаснейшее бактериологическое оружие. Этого уже не мог переварить его поврежденный разум, и он окончательно рехнулся.

— Уж не хотите ли вы сказать, что он собирается устроить эпидемию на Доминике? — выдохнул Болан.

— Как ни странно, но вы угодили в точку.

На лице великана отразилось крайнее изумление, а с губ сорвалось одно-единственное слово:

— Почему?

— Прежде всего, чтобы вызвать состояние хаоса. Но план Ворда предусматривает и второй этап, так как мы лабораторным путем получили вещество, из которого можно выделить антитела, необходимые для нейтрализации чумной бациллы. Когда три четверти населения острова будут истреблены, появляется Великий Тэрстон Ворд со своей армией ангелов-спасителей, чтобы излечить несчастный народ и наставить его на путь истинный! Но маньяк на этом не остановится, Феникс, смею вас уверить. Он ведь ненормальный человек, страдающий манией величия и к тому же располагающий ужасающим оружием. Такие, как Тэрстон Ворд, никогда не остановятся, единожды вступив на путь разрушения. Доминика, естественно, станет его штаб-квартирой, и мало-помалу человечество станет свидетелем того, как эпидемии бубонной чумы спонтанно возникнут на Кубе, в Никарагуа и повсюду, где господствует идеология левого толка. Я не удивлюсь даже, если эта чудовищная эпидемия распространится и на Советский Союз.

— Вы дали правильную оценку этому человеку, — мягко промолвил Болан, — мистер Тэрстон Ворд в самом деле законченный психопат.

— Абсолютно! Вот уже неделю я стараюсь тянуть время, умоляя Господа, чтобы он совершил чудо! Мне кажется, что ваше появление на базе в некотором роде и есть то самое чудо.

— Проект уже готов к запуску?

— Я закончил свои работы уже три недели назад. Оставалось только провести несколько контрольных анализов, чтобы доработать антитоксин. Я заканчивал писать свой отчет, когда случайно обнаружил, что правительство США не имеет к проекту никакого отношения. Вот тогда-то я начал прозревать и повсюду совать нос, чтобы разузнать побольше об обстоятельствах дела. Только не думайте, что я с самого начала был посвящен в эту чудовищную аферу! Я бы ни за что не позволил втянуть себя в такое...

Болан не дал биохимику закончить и успокаивающе положил ему руку на плечо.

— Я догадываюсь, что вам пришлось пережить, и ценю вашу помощь. Но у нас остается мало времени. Вертолет вот-вот прибудет. Скажите мне, как выглядит емкость с культурой чумы, которой собирается воспользоваться Ворд? Где она сейчас? Как с ней обращаться, когда я ее разыщу?

— Выглядит оружие очень просто: это стеклянная колба с аэрозолью, которую можно подключить к любому стандартному распылителю. Например, к бытовому пылесосу. Бацилла остается абсолютно безобидной до того момента, пока не вступит в контакт с кислородом или не поселится на живом организме. Материала, который вас интересует, достаточно, чтобы заразить приблизительно миллион человек. Находится этот флакон у самого Ворда.

— И Ворд все время держит его при себе?

— Этого я не знаю, но полагаю, что он возит драгоценный груз с собой, если отправляется в многодневные поездки.

Болан вытащил из кармана фотографию агента ФБР, скончавшегося от бубонной чумы, и протянул ее Брюсу.

— Вы уже видели этого человека?

Ученый посмотрел на фото и, нахмурив брови, ответил:

— Не думаю. А где я мог с ним повстречаться?

— Здесь или в вашей лаборатории, причем совсем недавно. Этот человек умер в больнице Форта Мейерс от болезни, по всем признакам похожей на бубонную чуму.

Брюс даже подскочил и с живостью сказал:

— Пока меня держали взаперти, кое-какие слухи все-таки доходили до меня. Похоже, кто-то проник в мою лабораторию. Этому человеку удалось отключить систему охранной сигнализации. Возможно...