– Это… Фуражку у лейтенанта ветром снесло. Искали. А тут фрицы, огонь открыли. Ну, мы взлетели и того… гранатами их.
Последовала многозначительная пауза.
– Говорил я тебе, Аркадий, что когда ты летишь, обязательно проблемы. Фуражки сносит, немецкие колонны летают, – вставил Гоша, продолжая их вечную пикировку.
– Головы у вас снесло вместе с фуражкой! – наконец обрел дар речи командир. – У них секретные документы, а они, видите ли, в поле сели, фуражку ищут! Бомбометание гранатами производят! Да вас обоих под трибунал!.. Ты наводил на точку? – без всякого перехода закончил он вопросом.
Притихший Аркадий кивнул.
– А этот, штабной, нормально рулил? Хорошо. Эти вот фотографии, да? Гранатами, говоришь?
Аркадий опять кивнул.
Крылов несколько секунд профессиональным взглядом оценивал изображенные на снимках подбитые, горящие бронетранспортеры и валяющиеся на дороге трупы немцев. Потом поднял глаза и посмотрел на однополчан:
– Так, экипаж, слушай мою команду. За бомбардировщиков! За Победу!
– За победу! – откликнулся экипаж.