Никому тебя не отдам

Слишком хорошо я знала, на что способна женщина, у которой ничего не осталось, кроме мести. И слишком хорошо понимала, к чему это приведет. Вспомнить хотя бы Гженку. Если бы Эжен тогда меня не нашел и не спас, я была бы уже мертва.

– При чем тут профессор Прим? – тихо спросила я.

– Когда-то он был женихом Изольды.

– Даже так? – поразилась Влада.

– Да. А потом она встретила твоего брата и разорвала помолвку.

Гард погладил жену по щеке, поймал мой встревоженный взгляд и сказал:

– Профессор Прим делал для Изольды в свое время артефакты, удивительные по своей силе и свойствам. Возможно, какой-то из них остался при ней и помог сбежать. Или позволяет ей скрыться.

Предположений было много. И одно ужаснее другого.

– Но важно сейчас не это. Среди этих артефактов, которые наверняка создал профессор Прим, есть один особенный, который раньше не имел силу, казался пустышкой, но мог хранить в себе древнюю силу. Если Изольда смогла отправить искру богам, то этот артефакт небесные создатели наделили своей магией. И именно он сыграет решающую роль, когда ты, Риана, отправишься вызволять Эжена, – заметил Лан. – Это наши предположения. Все может оказаться совсем иначе. И тогда мы… не знаем, как действовать дальше. Будем искать выход. Тебе главное выяснить, что это за артефакт, как он может действовать, каким образом его использует Изольда, если у нее будет возможность.

Лан снова хлебнул чая, прикрыл глаза.

– Риана, – позвал Гард. – Я думал, чему-то профессор Прим может научить и тебя. И, возможно, вы сможете найти общий язык, но…

Эжен приревновал. Я помню.

– Я попробую с ним поговорить, – твердо сказала я.

Ведь если кто и знает что-то об Изольде больше, чем мы, то только он. Пусть колдунья с ним и не связывалась, но об артефакте профессор Прим точно знает. Все же талант у него был знатный. И еще наверняка он сможет что-то рассказать об артефактах, которые помогут в поиске Эжена.

Лан после моих слов снова нахмурился, Гард сжал ладонь так, что побелели костяшки. Влада встревожено уставилась на меня.

– Риана, профессор Прим не так прост, как хотелось бы, – мягко заметила она, словно считала меня чересчур наивной и желала предупредить.

Но я и сама уже знала, насколько маг не прост. Ведь знал же, что Эжену угрожает опасность, понимал, какая, но про Изольду и артефакт не обмолвился ни словом. Похоже, его чувства к Изольде не угасли. Как иначе объяснить это его молчание? Впрочем, и помогать Эжену, который вызвал его на поединок, он не обязан.

– Будь осторожней, – сказал Гард.

– Старайся сдержать эмоции.

И почему-то сейчас мне стало казаться, что ревность Эжена в отношении профессора Прима была не такой уж безосновательной. Я и сама не могла объяснить себе это странное чувство, которое возникло. Или я ошибаюсь?

– С вами он даже не стал разговаривать, правильно понимаю? – уточнила я.

Маги вздохнули и отрицать, что уже ходили просить мага о помощи не стали.

Я выяснила, где сейчас профессор Прим и отправилась в нужную аудиторию. Успела как раз вовремя. Пара закончилась, студенты разошлись, а преподаватель готовился к следующему занятию. Я закрыла крепко дверь, наложила заклинание от подслушивания и подошла к профессору Приму, спокойно сидевшему за столом и наблюдавшему за моими действиями.

– Вы ведь знаете, зачем я пришла, – произнесла, стараясь не начать паниковать.

– Догадываюсь.

Он откинулся на спинку стула, убрал челку, что лезла ему на лицо, оглядел меня с ног до головы. И промолчал. Я понимала, что выжидает. И что придется просить. И что у этой просьбы будет цена. И слова почему-то застревали в горле. Если бы Эжен был рядом, он бы просто не позволил мне прийти к профессору Приму. Но его нет. И от этого разговора слишком многое сейчас зависит.

А маг… смотрел выжидающе и изучающе. Есть в нем какая-та жуткая сила, заставляющая цепенеть. Уж чего только стоят рассказы студенток, которым он уже разбил сердце. Но меня в нем привлекала не красота и властность. Скорее, наоборот. Я смотрела в его глаза и видела, что он через многое прошел и многое испытал. И в свое разбитое сердце никого не пускает, оттого и стало оно твердеть, сделалось чуть ли не каменным. И мне оставалось только надеяться на чудо.

– Мне нужна ваша помощь, чтобы найти Эжена.

– Думаешь, соглашусь после всего того, что случилось? Нет, я не об этом глупом поединке. Хотя забавно было наблюдать, как Эжен ревнует. Никогда не думал, что он способен на столь сильные чувства к женщине. Я о том, что он отнял у меня ту, что я любил. Об Изольде.

Умен. Знает, что про его отношения с колдуньей Лан и Гард мне рассказали.

И маску профессора сбросил, перешел на ты легко и просто, будто мы сотни лет знакомы.

Маг испытывающе смотрел на меня, постукивая пальцами по столу.

– Она ведь тогда просто его увидела в коридоре Академии и обо мне раз и навсегда забыла. Я умолял ее остаться, просил уехать со мной, забыть темного мага. Ничего Эжен, кроме горя и боли, ей бы не принес. Так оно и случилось.

– Это она ему изменила.

– А он не простил, навсегда отвергнул. Знаешь, Риана, смотрел я на вас с темным магом за завтраком и думал: смог бы он простить в таком случае тебя?

– Если любишь, как можно изменить, профессор Прим? – поинтересовалась я.

Он ничего не ответил, задумчиво уставился в окно.

– Знаете, почему я выбрала тьму, профессор Прим? – решила я идти другим путем и не сокращать дистанции.

Пусть он играет по своим правилам, а я – по своим.

Профессор Прим уставился на меня, скрестил пальцы под подбородком.

– Когда пришлось делать выбор, все добро, что я видела, дал мне темный маг. И еще я отчаянно хотела защитить Ораса, моего младшего братишку. Но меня никто не принуждал и не заставлял так поступать.

– К чему ты это мне говоришь?

– К тому, что у профессора Изольды тоже был выбор.

– Любовь иногда ослепляет, адептка Лонар. И мы способны на безрассудные поступки.

– Да, профессор Прим. И вы, если нужно, отдадите за любимую женщину жизнь.

Он нахмурился, посмотрел на меня.

– И все же я не понимаю…

– Я к тому, что любви между ней и Эженом никогда не было.

– И откуда такая уверенность? – усмехнулся маг.

– Когда… после того, как я сняла с Эжена последнее проклятие, наложенное охотниками, я даже не подозревала, что являюсь его избранницей. Думала… он меня забудет, мы никогда не встретимся. Да и магии во мне ни капли не осталось.

Я нервно сглотнула, вспоминая, как все было.

– Я снова оказалась в трактире, не зная, как буду жить дальше. Но я понимала… однажды Эжен женится, мы столкнемся… Думаете, я бы стала ему мстить за этот выбор? Я всегда желала Эжену только счастья, потому что его люблю. И я бы предпочла умереть, если бы он отверг меня, но не связалась с охотниками, желая мстить, а Изольда сделала все возможное, чтобы Эжен перестал дышать.

В аудитории воцарилась тишина. Лишь было слышно, как в окна Академии бьется ветер.

Профессор Прим поднялся, подошел ко мне, снова окинул с ног до головы. И я с трудом сдержалась, чтобы не сказать колкость.

– Твой поцелуй в качестве платы за мою помощь сгодится.

Я смотрела в его голубые глаза и молчала, ошарашенная этим предложением.

– Только сама это сделаешь. Я к тебе даже не прикоснусь.

И мысли заметались испуганными птицами. Как я могу прикоснуться к чужому мужчине? Пусть даже и ради спасения Эжена! Он никогда этого не простит и не поймет. Он предпочтет умереть, лишь бы мне не пришлось делать ничего подобного.

Но и это не главное. Как жить с тем, что я предам Эжена ради его же спасения? Я ведь и себя предам. И никогда не прощу.

– Я люблю Эжена так, что готова пойти за ним босой хоть на край света, – тихо сказала я. – И я обязательно найду способ его найти и спасти, где бы он ни оказался и чтобы с ним не случилось. Я готова заплатить любую цену за то, чтобы с ним все было хорошо. Но нельзя спасать, предавая, профессор Прим.

Я сделала шаг назад, развернулась и пошла к двери. Может быть, я сделала глупость, отказавшись от подобного предложения, но на сердце стало легко и спокойно. Просто я чувствовала свою правоту.

– Стой, Риана! Стой же гордая девчонка!

Я замерла возле двери, оглянулась. Профессор Прим оказался рядом, заглянул в мои глаза.

– Я помогу и ничего не попрошу взамен, слышишь?

– С чего такое милосердие? Вы несколько минут назад утверждали обратное.

– Ты достойна этого. Достойна моей помощи и подсказок богов.

Сумасшедший.

Видимо, это мысль отчетливо читалась на моем лице, потому что профессор Прим усмехнулся, сел на парту и изучающее посмотрел на меня.

– Сейчас я расскажу одну историю, и ты все поймешь.

У каждого мага в этом мире есть возможность выбрать свой дар, Риана. А те, кто не прыгает в колодец Фреи, получают его спустя время. В них просто просыпается магия определенного вида. Так случилось и со мной.

Профессор Прим запустил руку в волосы, на мгновение задумался.

– Дар может быть разным. Кто-то варит превосходные зелья, кто-то управляет огнем или водой, кто-то исцеляет… А есть… есть очень редкие дары. Например, как дар предсказания или дар… судьи.

– Вы – светлый маг, не сможете стать судьей, даже если захотите.

– Я тоже так думал, – грустно усмехнулся он, – но боги решили иначе. С того момента, как во мне проснулась эта своеобразная магия, я сталкиваюсь с людьми, которые нуждаются в помощи. И чаще всего я знаю, как решить их проблему, Риана. Но перед тем как это сделать, я обязан проверить, достойны ли они этого.

– То есть предложение вас поцеловать было проверкой? – поразилась я.

– Да. Ты прошла испытание на верность. Полагаю, оно будет на твоем пути не последним, когда отправишься на поиски Эжена.

– Можно было проверить иначе! – все же не удержалась и возмутилась я.

– Это не моя идея, магия так действует. Ищет момент распутья в душе нуждающегося, а потом уже… Мне не под силу ее контролировать.

Сердиться на него не было сил. Все мысли были сосредоточены на том, как спасти Эжена. Да и сдается, подобный дар – сродни проклятию.

– Так вы мне поможете?

– Да. Только я не смогу сказать, где искать Эжена. Не знаю, Риана.

– А что сможете? – нашлась я.

– Скажу, кто тебя к нему приведет. И кто поможет, когда наступит определенный момент. И про артефакт расскажу, что знаю.

Профессор Прим на миг прикрыл глаза, его ладони засветились, а потом он глубоко и часто задышал.

– Тебе нужно выпустить ледяную ласточку на опушке за городом. Она укажет путь к тому, кто поможет разыскать Эжена, – устало сказал маг. – И еще, моя сила говорит, что тебе придется столкнуться с бывшими врагами, но в этот раз они станут твоими союзниками.

Что касается артефакта… Он способен менять пространство, отчасти даже искажать. Полагаю, ты можешь столкнуться с какой-то стихийной магией. Что сделает при помощи него Изольда, какие силы призовет, не знаю. Честно.

– Спасибо, – искренне сказала я.

– Не теряй веры, Риана. Иначе ты просто не выстоишь. И когда вернешься… директору Лонару придется смириться, что у нас будут индивидуальные занятия, – усмехнулся он. – Я видел, какие артефакты ты создаешь. И я дам тебе необходимые знания. Нельзя зарывать свой талант в землю.

Собралась я быстро. Четверть часа ушла на то, чтобы все рассказать Лану, Гарду и Владе. Еще столько же – чтобы попрощаться с Орасом. В походную сумку я положила лишь пару сменного белья, немного еды, денег и несколько флаконов с редкими зельями.

– Нам точно с тобой нельзя? – уточнила Влада.

– Да, – отозвалась я, обнимая ее. – Иначе ласточка просто не покажет путь к Эжену. Так сказал профессор Прим, когда мы попрощались. Искать Эжена я должна одна. Это мое испытание. Наше… На верность друг другу.

И глаза защипало от слез. Как же мне не хватало моего темного мага! Его голоса, теплого взгляда, сильных объятий… Глубоко вдохнула, заставив себя прогнать грустные мысли. У меня все получится. Обязательно!

– Свяжись с нами, как сможешь, – отозвался Лан, надевая на мою руку тонкий серебряный браслет с тремя разноцветными камушками. – Сожмешь любой из этих самоцветов – мы будем знать, где ты и Эжен, откроем портал.

Я поблагодарила светлого мага, крепко обняла. Гард заключил меня в объятья сам.

– Верность всегда окупается, Риана. А если к ней добавляется смелость и любовь – зачастую можно справиться с любой бедой.

И я вдруг осознала, что такие слова однажды сказал мне мой отец. В тот момент никто из нас не знал, что через несколько дней он умрет от чумы, которая придет в Олений Рог. Я никогда не ощущала так остро и болезненно, насколько мне не хватает родителей, как сейчас. Хорошо хоть есть друзья, которые поддерживают и помогают.

А Эжена… Эжена я обязательно найду! И зацелую. Так зацелую, что себя забуду. От этих мыслей стало легко и светло, я даже смогла на прощание улыбнуться друзьям.

Я покинула Академию света и тьмы, быстро добралась до окраины города, пошла через лес к опушке. Идеальное место, чтобы начать поиски. Сжала в ладонях ласточку, а потом распахнула их и позволила ей взлететь. Птица замерла в метре над моей головой, затем медленно, словно понимая, что иначе мне за ней не успеть, стала подниматься. Я материализовала крылья, не думая о том, что кто-то может меня увидеть. Не до этого сейчас.

Поднялась так высоко, насколько это было возможно. Странное ощущение, неправильное. И я сначала даже не поняла почему, пока не вспомнила, что в последние месяцы без Эжена не оказывалась в небе. Для нас совместные полеты стали своего рода ритуалом. Они сближали, дарили небывалое чувство свободы и счастья. И я всегда знала, что Эжен просто не даст мне упасть. Моя надежная скала, гавань, где всегда поддержат. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы это вернулось.

Такие мысли придали сил, и я рванула за ласточкой, не оглядываясь и ни в чем больше не сомневаясь.