Нескучно жить

Алина вздохнула расстроенно и опять посмотрела на гостя, а теперь он как-то среагирует? Нет. Все также. Молчит и не шевелится. Истукан! Она опять вздохнула. Не хотелось ей заниматься еще и туризмом. Она же в этом ничего не понимает! Но дядя объяснял ей раньше, что создавал фирму для прикрытия своих точек, разбросанных по всему миру. Чтобы было куда прыгать и незаметно растворяться среди туристов. Его турфирма работала в трех направлениях: Азия, Восточная Европа и Западная Европа. И владела недорогими апартаментами во всех крупных городах. Были сформированы турпакеты, в которые кроме билетов, страховок и экскурсий входила бронь отеля или других видов проживания. Вот в других видах проживания и терялись многочисленные дядины «точки». Недорогие, расположенные на многолюдных туристических улочках. Когда нужен был тот или иной город, для дела, дядя связывался с Иржи, узнавал, какие апартаменты свободны, и бронировал их для себя на время, необходимое для выполнения своих замыслов. Неофициально. Иржи, конечно, был не в курсе, для чего это Николасу. И никогда не задавал вопросов. За это Николас и ценил его, они вместе работали уже 20 лет, и не было случая, чтобы дядя пожалел о своем решении тогда, когда нужно было выбрать Генерального из восьми(!) кандидатур. Тогда ему позвонил знакомый из спецслужб. Попросил пристроить «отличного парня», который после тяжелого ранения «при выполнении» был комиссован «по чистой» и теперь не знал, что ему делать «на гражданке». Николас пристроил, и вот уже двадцать лет Иржи платил ему преданностью. Компания сразу ворвалась в пятерку лучших в стране и с тех пор не покидала туристического Олимпа.

Вспомнив все эту историю, Алина вздохнула третий раз и, улыбаясь, протянула руку:

–Мне очень приятно, Иржи, дядя много рассказывал о вас и вашей работе.

–Мне тоже приятно.

И все? Алина внутренне застонала. Ну и как она будет с ними всеми работать? Ну, какой из нее заместитель дяди? Может, дядю все– таки вылечат? И не надо будет ничего этого туристического или контрабандного. Кстати, о контрабандном. Подходил срок, оговоренный дядей для вывоза нефрита и других камней из Китая и Мьянмы. Вот для чего дядя пригласил этого истукана Иржи! Теперь Алина будет доставлять камни, и конечно, ей будут нужны адреса и в Гонконге, и в Янгоне.

Весь оставшийся день Алина и Иржи решали организационные и хозяйственные вопросы. Обменялись контактами. Иржи просил ее приехать при первой возможности в Прагу в головной офис для более детального знакомства. Дядя помалкивал и улыбался. Он был очень доволен племянницей. Очень. Прав был Влад, думал Николас, нам действительно повезло. Она-замечательная.

С той встречи прошел месяц. Сейчас Алина мыла окна в своей московской квартире и, улыбаясь, вспоминала, как она тогда напустилась на Иржи. Алина посмотрела сквозь чистое стекло на город за окном. Стояла на удивление сухая осень. Внизу дворник сгребал сухие листья, пахло дымком, наверное, сразу и сжигал их, на радость дворовой детворе! За этот месяц Алина уже два раза сгоняла за камнями в Янгон. И один раз к ювелиру в Лондон. Денег это принесло немного, по сравнению с прошлым разом, но сейчас они были, что называется, « в подполье», опасались Татумана, предполагая, что он отслеживает все похожие объявления на ресурсах. Поэтому, Алина много путешествовала. Освоила Гонконг, потренировав на нефритовом рынке свой китайский. Она рассказала дяде об этих тренировках, показала целое представление, и он, конечно, смеялся, а Алина была довольна, пусть хоть немного отвлечется от болезни. В Гонконге ей понравилось. Она обосновалась там в апартаментах на «улице сушеной рыбы». Покаталась на двухэтажных трамвайчиках, посетила Пик Виктории. Изучила метро. Да, еще проехалась на этой поразительной подвесной дороге над морем! Но контрабандным нефритом пока не занималась. Дядя не давал команды. Успеется. Побывала на трех дядиных необитаемых островках, освоенных им для «релакса», как он сам говорил, после выполнения заданий. И пару раз на выходных Алина брала туда Алекса, они загорали, купались, жарили рыбу на гриле, в общем, как-то, смеясь, сказал Алекс, есть моменты в ее новых способностях, из-за которых он, пожалуй, даже полюбит ее дядю, а возможно и Влада.

Алина закончила мыть последнее окно и с удовольствием оглядела свою работу. Стекла блестели. Она посмотрела на часы. Все по плану. Она все успеет. Сегодня вечером Валерка устраивал «смотрины». Сказал, что его бизнесом заинтересовался владелец московской сети татусалонов. Какая– то знаменитость. Придет вечером на прием, все посмотрит, оценит. Валерка надеялся, что эта «знаменитость» предложит им войти в его сеть. Это была бы удача. Так он сказал. Вообще, с тех пор, как он вернулся, по его словам, пошла сплошная полоса удач. Во-первых дед, то есть мамин дядя. Своя квартира! Да, небольшая. Да, студия. Но своя! И в таком квартале! Метро рядом, до университета полчаса. До работы вообще 5 минут. И к Новому году родители достроят дом. А дед обещал ему еще машину, чтобы он почаще ездил к родителям. Не новую, конечно. Чешская Шкода-Октавиа. Сказал, попросит, чтобы прямо из Праги пригнали. Трехлетку. А теперь еще и бизнес приподнялся. Надо же! Жизнь бьет ключом! Алина вздохнула. Она так и не сказала Валерке о своих новых нелегальных способностях. Не решилась. Сын совсем взрослый стал. Раньше она контролировала его во всем. А теперь у нее «дело», которое поглощает все ее время. Алекс с головой ушел в проблемы завода. Он же теперь член совета директоров. Сын учится, работает. Нет у нее теперь времени, чтобы все контролировать. Да и не надо, кому был нужен этот ее контроль? Приходится признать, что кроме нее никому. Алина опять вздохнула. Ладно, что там дальше по плану? Душ, укладка волос, выбор платья? Через час она оглядела себя с удовольствием. Придраться не к чему. Подтянутая, благодаря ежедневным упражнениям у дяди, фигурка. Умение пользоваться огромным арсеналом париков и косметики. Масса новых нарядов на все случаи жизни. Ну, вот, она готова. Сыну понравится. Она шла на вечеринку одна. Алекс сегодня будет поздно, там что-то новое испытывается у них на заводе. Он с сыном сам все обговорил. Ну, одна, так, одна. Она теперь часто бывает одна. Алина накинула плащ и вышла из квартиры.

В салоне у сына было не протолкнуться. Надо же. Правильно, что Алекс не пошел. И зачем она здесь? Смотреть эскизы тату, развешенные на стенах, фото моделей, татуированных полностью или частично, ей было неинтересно. Алина подошла к столу с напитками. Пожалуй, бокал шампанского? Для того, чтобы вечер был приятнее? Да, это будет правильно! Мама!-услышала она и повернулась. К ней спешил сын. За ним, раздвигая толпу, двигался высокий и крупный, очень крупный, мужчина, чем-то знакомый ей. Но Валера не дал ей времени на воспоминанья.

–Вот, мама, познакомься, это Арсенев Константин, владелец сети татусалонов, я тебе говорил.

Алина, улыбаясь, протянула руку:

– Очень приятно.

Увидела широкую, как лопата, ладонь, протянутую ей. На руке с такой ладонью хватит места для многих из представленных на эскизах татуировок. Смотрелось бы красиво…И замерла. Она вспомнила, где она видела такие ладони! Когда снимала отпечатки пальцев в фургоне в Испании! О господи! Татуман! Она лихорадочно соображала, что же делать. Не смотреть ему в лицо! Он сразу догадается, что она его знает. А откуда? Ведь он же ее не видел!

– Мне очень приятно познакомиться с мамой Валеры,– как во сне услышала она,– он у вас большой талант.

Валерка довольно рассмеялся, махнул кому-то рукой и ускакал, оставив их вдвоем. А господин Арсенев внимательно взглянул в глаза оцепеневшей Алине, смотревшей на его рубашку прямо туда, где, как она помнила, были постройки, животные и иероглифы. Он напрягся, внезапно сильно потянул носом и сказал неприятным голосом, от которого у Алины побежали мурашки по коже, – Какой редкий парфюм у вас, очень дорогой и совсем не модный… Встречал я однажды этот запах…

И с этими словами, он твердо взял почти потерявшую сознание от страха Алину под руку и с силой увлек во внутренний дворик. И вот здесь Алина внезапно успокоилась. Как волчица, загнанная в ловушку. Они на равных! Да, он теперь знает, что именно она была в его фургоне тогда. Да, ей никак не скрыться, ведь она – мама Валерки. Но, как она попала в его фургон, как ушла оттуда, одна ли она была, кто за ней стоит, как будут использованы сведения из его компа, этого Арсенев-Татуман не знает, и это все ее козыри! Что же делать? Придумала! Если нельзя врага победить, надо взять его в союзники! Китайско-дядина мудрость! Теперь, когда решение было найдено, Алина подняла голову и с вызовом посмотрела ему в лицо.

–Так ты и вправду москви-и-ич,– протянула она насмешливо, – а мы думали, слухи. Какой респектабельный и совершенно легальный, ну кто бы мог подумать…

–А кто это такие – мы-ы? – также насмешливо протянул Арсенев,– это ты мне так угрожаешь?

И тут его взгляд уперся куда-то за спину Алине.

– Вот черт! Еще и эта … Как не вовремя!

Алина оглянулась. Невдалеке стояла миниатюрная, какая-то неопрятная, несмотря на дорогую одежду, женщина. Лет тридцати. В руке у нее была неопределенных размеров и формы сумочка, в которой могла поместиться как косметичка, так и видеокамера. Она не отрываясь смотрела на Арсенева с Алиной

– Проблемы? Надеюсь, это не твоя жена? Действительно не вовремя.

–Нет, конечно. Это… мымра журналистская.. Готовит обо мне какой-то изобличающий репортаж, по ее словам. Ходит за мной неотступно, следит и постоянно что-то нашептывает в свой допотопный диктофон.

–Знает, кто ты?

–Нет, нет. Пришла как-то в офис, сказала, что готовит убойный материал, хочет опубликовать, но может продать. Ну, я ее выслушал и выставил, конечно. Теперь имею личного врага и соглядатая. Мешает ужасно. Мне надо идти. Спешу. Но я не прощаюсь, дорогая Алина Викторовна. Мы же теперь знаем, где найти друг друга, и разговор наш не закончен,– галантно наклонил он голову в прощальном кивке.

И опять Алина почувствовала минутную растерянность, словно все козыри были на руках только у него. Да уж, он умел вести переговоры, зато она умела решать теперь практически невозможные задачи.

–А хочешь заглянуть к ней в сумочку, найти диктофон, и прослушать записи?

– Да. Конечно. Хочу. Но не прослушать, а все скопировать. О да!

–А если я тебе это устрою, обещаешь не преследовать нас, и вообще, оставить нашу заварушку без последствий? Будем здороваться иногда, будто познакомились только сегодня?

–Если ты добудешь мне ее диктофон, пожалуй, я обещаю, что мы не станем врагами. А дальше видно будет. Итак?

Он весь подобрался, его глаза лихорадочно заблестели. Авантюрист, ай-яй-яй, подумала Алина, не спеша доставая из сумочки плоскую пластиковую коробочку с электронными сигаретами, в каждую из которых была встроена трубочка с парализующими иглами. Ноу-хау Влада и его ребят.

– Подойди к ней на расстояние двух шагов. Я смогу отключить ее минут на пятнадцать. Начнет падать, ты ее подхватишь, произнесешь что-то типа: «Как здесь душно, я выведу ее на воздух» и приведешь сюда, вот на эту скамейку. Пока она якобы будет приходить в себя, у тебя будет десять минут, чтобы найти диктофон и скачать оттуда информацию. Ну что?– она посмотрела на него оценивающе, а потом оглянулась на журналистку, прикидывая расстояние до нее.

–Ух ты! Сама сюда идет!– Арсенев весь напрягся, как перед прыжком, и посмотрел смеющимися глазами на Алину.

– Какое приключение! Я согласен на все, потому что мне уже не терпится вывести ее на воздух!

Журналистка действительно быстро к ним приближалась, на ходу расстегивая сумочку.

– Она начнет падать, как только я сделаю первую затяжку, готовься, – и Алина поднесла сигаретку к губам.

…Через полчаса они сидели за столиком в кафе неподалеку от салона Валерки. Пока официант выполнял их заказ (а Алина, перенервничав ужасно, проголодалась и решила, что съест отбивную, огромную…и скворчащую…и…пожалуй… с пивом), Арсенев, вставив наушник в ухо, прослушивал то, что ему удалось скопировать, иногда хмурился, иногда улыбался, качая головой. Прослушав, отложил дивайс в сторону.

–Ну, я впечатлен. Таких врагов не хотел бы за спиной иметь. Чтобы закрепить наш договор о ненападении и взаимовыручке,– Алина удивленно на него посмотрела, какая еще взаимовыручка? – обещаю стать для твоего сына гуру в бизнесе и взять под крыло его салон. И он действительно талант, не сомневайся. Ну, как? Договоримся?

–Только о ненападении. Сын пусть сам решает, что ему нужно.

Они сидели в кафе, не торопясь, ужинали, вспоминая случай, который их свел, обсуждали подробности. Арсенев смешно рассказывал, как он очнулся в том фургоне после нападения, с мышью от клавиатуры в одной руке, со странной запиской в другой. Алина подробно описала официальную версию спасения яхты и капитана. Сошлись во мнении, что тот клиент был общей «ошибкой». Алина поклялась, что архивы Татумана никогда не всплывут, а Арсенев, в свою очередь, пообещал не отслеживать похожие на прошлую операции в сети, никого не искать. Зажглись фонари за окном, причудливо изменяя тени движущихся людей. Позвонил Алекс, интересуясь, как долго она еще задержится. А Алине не хотелось уходить. Ей было комфортно и спокойно. И да, похоже, что у нее появился еще один друг.

**************************

Наутро она, волнуясь, все рассказала дяде и Владиславу. Волнуясь, потому что не хотелось ей войны. Татуман оказался отличным мужиком, с юмором и правилами жизни, которые ей подходили. И с облегчением поняла, что и дядя и Владислав ее поддерживают.

–Ты– молодец, благодарность тебе от нас всех. Наконец-то можно выйти из подполья и погулять вволю по сети. Можно на ресурсе поискать задачку позаковыристее. Не опасаясь преследования и разоблачения. Ну, что, я пошел, порадую своих? Выходим из подполья!

Владислав не скрывал радости и с удовольствием потирал руки. Он ушел, а Алина осталась посидеть с дядей. Николас сильно сдал за последнее время. И Алина уже не надеялась на его выздоровление так, как раньше. Теперь она старалась проводить с ним как можно больше времени, слушая его рассказы. Как потрясающе интересно он прожил жизнь! И все-таки, если бы случилось чудо, и они бы нашли Чеслава! Тогда у них появилась бы надежда. Втайне от дяди Владислав и его ребята весь последний месяц усиленно искали хоть какие-то, хоть самые крошечные упоминания о волшебном докторе. По всем ресурсам, к которым был доступ, и к которым доступа не было. И даже, если бы Чеслав не помог от болезни, дядя мог бы уйти из жизни спокойно. Та, давняя его вина перед Чеславом мучила его все эти годы, как сложилась жизнь у друга? Жив ли? Вот сам он, Николас, смог воспользоваться даром, он благополучен, богат, а почему же нигде нет никаких упоминаний о Чеславе? И Алине хотелось найти дядиного друга, чтобы дядя мог попрощаться с ним и успокоиться. Именно она месяц назад заставила Владислава начать поиски. Владислав отказывался делать что-либо без согласия Николаса, но здесь Алина проявила впервые характер, и Владислав сдался. Сдался, а что толку? Время уходит, а результатов нет.

Вздохнув, Алина поправила провод от капельницы, поцеловала задремавшего дядю и пошла в аппаратную к Владиславу. Действительно, стало как-то «скучно жить» без заданий, может, что-нибудь найдется сегодня? Да и деньги уже кончались, строительство дома съедало огромные суммы. Был вычищен и огорожен участок силами солдатиков участкового Дениса. Дом рос очень быстро, также быстро кончались деньги. На доме уже устанавливали крышу, а в доме окна и двери. Через две недели готовились начать отделку цокольного этажа. Да, цокольный этаж ей удался, Алина довольно улыбнулась. Все, как она хотела, дядин архитектор оказался «на высоте»: и бассейн, и КСАН– несколько комнат в подвале без дверей и окон. Алина продолжала медленно спускаться по лестнице. Она уже предвкушала, как все обставит, и какая у нее там будет гардеробная, с париками, косметикой, дивайсами, оружием, костюмами на все случаи. Случайно посмотрев в окно, она увидела Владислава, который стремительно бежал от своей резиденции в сторону дома. Подумав, что что-то случилось, Алина бросилась ему навстречу.

–Что?!

–Нашли! Нашли Чеслава! Джон нашел.

–Как?! Вот здорово!

–Он же родных все время ищет, после войны в 90-х на Балканах. Он маленький совсем был, когда война началась. Потом в приюте жил, с беженцами. Его с остальными детьми-сиротами переправили через Красный крест сначала в Сербскую Краину, а потом в Югославию. Там я его и нашел. Случайно. Помнит он только, что снаряд попал в их дом, погибли родители, а они с сестрой остались живы, но он ее с тех пор не видел. И другая была многочисленная родня. Он постоянно отслеживает всю информацию по Балканам. Вот и сейчас, он просматривал инфу про нападение в Македонии, про албанцев из Куманово. Там около 40 боевиков перешли границу, погибло много людей. Вот в одном закрытом чате какой-то чел жаловался, что после ранения нога не заживает никак. И ему в чате ответили, что у албанцев в Проклятых горах есть волшебный доктор, который лечит все, и рану его вылечит. Доктор, мол, там живет постоянно, никуда не выезжает. Или они его никуда не выпускают, как раба. Надо только туда добраться и доказать, что ты сражаешься на их стороне.

–Добраться куда?

–Поселение там. Видимо, живут боевики албанские. Рядом деревня Вуйчиче. Труднодоступный горный район и леса девственные.

–А ты уверен, что это Чеслав?

–Ну, волшебный доктор… Это похоже на то, о чем говорил Николас. Помнишь, про китайцев?

Владислав не выглядел уверенным. А вот Алина, наоборот, с каждой минутой все больше верила, да, это он, это Чеслав! Она найдет его, заберет из плена, и он в благодарность вылечит Николаса. Они помирятся! И все будет просто замечательно! Ей уже не терпелось начать претворять свои мечты в действие, прямо сейчас, прямо здесь!

– Ура! – от возбуждения она даже начала подпрыгивать на месте,– какой наш план?

Влад смотрел на нее, и у него теплело на сердце. Она действительно хотела спасти Николаса и Чеслава, как спасла тех девочек из подмосковной деревни. Замечательная, да. Талисман именно у той, у которой он и должен быть. И он, Владислав, ей будет помогать. Всегда.

–Не все так просто и так быстро. Собралась прыгать? И быстрее, быстрее? Нет. Так не будет. Во-первых, нет его фото. Только студенческие, с Николасом. А как он выглядит сейчас, спустя столько лет? Неизвестно.

– Во-вторых, –Влад говорил и видел, как разочарованно вытягивается Алинино лицо, ему даже стало смешно, неужели и вправду собиралась прыгать спасать Чеслава прямо сегодня?– во-вторых, нет фото места, нет камер, к которым можно подключиться, чтобы сделать тебе нужную картинку. И, наконец, а ты уверена, что Чеслав там в плену? Может, ему там нравится жить, и он никуда и не хочет? Он же у албанских сепаратистов, как я понял, и как только ты его сюда без его согласия принесешь, и – вот она, война! Ну, не война, но локальный конфликт, возможно, с применением оружия. Так что, остынь, Алина. Будем тщательно готовиться и думать.

Конечно, Владислав был прав. Конечно. Ну и ладно. Алина вздохнула. Пойду, почитаю в интернете про эти Проклятые горы.

–Но завтра мы начнем, да? Ты уже что-нибудь придумаешь?

– Обещаю.

На следующее утро Алина выдерживала характер. Сначала, как всегда, разминка. Тщательно следя за дыханием, она растягивала мышцы, сгибалась, приседала, а сама следила за временем, ну, когда уже можно будет бежать к Владу, совещаться? Еще нужно по дороге к дяде зайти, поболтать ни о чем, скрывая радостные новости. Она решила, что вообще не будет ему рассказывать, пока не поговорит с Чеславом. И всем запретит. Зачем давать призрачную надежду, а вдруг за годы жизни Чеслав стал жестоким и злым, или вообще, откажется от друга. Зазвонил телефон. Владислав?

– Да, алло!

– Ну, хватит уже выдерживать характер, приходи давай, а то мы тут с Джоном заскучали без твоих авантюрных идей!

– Ура! Бегу! Шутка! Прыгаю!– и Алина через секунду оказалась в аппаратной.

–Что? У нас есть уже план?

– Не план, а так, подготовка к плану. И вот что мы придумали. Там к камерам подключиться нельзя. Но камеры есть, это точно. Все очень автономно. Поэтому ты прыгнешь и поставишь нашу камеру. На аккумуляторе. На сутки хватит, потом заберешь, и так далее. Она передавать инфу не будет, а только записывать, значит, ее не засекут, если ты постараешься и спрячешь ее как следует. Начнем с одной камеры. Если все следующим утром будет спокойно, то потом накидаем этих камер в разных местах, вокруг всей деревни. Будем менять места для камер, просматривать то, что там записано за сутки, так определимся, где этот госпиталь, всех входящих-выходящих, так и определим доктора. Потом его жилище. Его расписание. Вот тогда ты и прыгнешь.

–Нед-е-е-е-ля? –Алина разочарованно поджала губы, но быстро успокоилась, ведь все-таки дело же сдвинулось с мертвой точки!

– Ты прав, конечно. Когда мне прыгать?

– Надо ночью, вернее поздним вечером, как стемнеет. Меньше риска. Мы сейчас тебе картинку будем делать. В восемь вечера тебя перебросим. Так что, готовься.

…Ну, и как готовиться человеку, который, как пионер, всегда готов? Она покачала головой. До восьми вечера была пропасть времени. Алина побывала у дяди, рассказала ему о строящемся доме. Сходила на кухню к Катарине, набрала целую корзинку с едой – это на ужин Алексу. Сегодня он будет ужинать один. Подумала и положила в корзинку бутылку вина. Чтобы не грустил .Они почти всегда ужинали вдвоем. Алина сразу дала себе обещание не делать работу по вечерам, а только в рабочее время Алекса. Так хотя бы создавалась видимость, что в семье все по-прежнему. Муж приходит с работы, дома чисто, на столе горячий ужин, и жена ждет мужа. А то, что ужин готовила не она, а Катарина, Алина только забегала на кухню и брала то, что ей понравилось, об этом знали оба, конечно. Но обоих же это устраивало? Значит, все в порядке. Алина позвонила Алексу, предупредила, что она задержится, работа вечерняя, ничего нельзя сделать, потом расскажет, постаралась не заметить тревоги в его голосе, скомканно попрощалась, положила трубку и облегченно вздохнула. Все, она готова.

*************************

В течение следующей недели она прыгала каждый вечер, иногда по два, три раза, расставляла, снимала камеры, иногда просто сидела за деревьями, смотрела на жителей деревни, на дома, постройки. Кто куда ходил, кто чем занимался. И к концу недели они с Владом знали точно, кто Чеслав, где он живет, во сколько уходит на работу, когда обедает, как проводит вечера. Одинокий худой старик, не вылезавший из лазарета с утра до вечера. Вечером шел в свой дом и не выходил оттуда до утра. Немного информации. Но именно та информация, что нужна было Алине и Владу. Получалось, что, раз вечером он никуда не выходит и к нему никто не заходит, это как раз тот момент, когда Алина может с ним встретиться.

–Я думаю, надо рассказать Николасу обо всем,– поздно вечером перед завтрашней операцией они сидели в аппаратной вдвоем, Влад устало потирал глаза ладонью,– мне было бы легче, зная, что он нас одобряет. И может быть, что-нибудь подскажет, или, наоборот, отговорит. Если с тобой что-то случится….

–Что? – она вскочила и встала перед Владом.

–Даже не думай. Я запрещаю тебе. Ты забыл? Теперь я – твой босс.– Алина зло посмотрела на Влада внезапно ставшими прозрачными глазами.

Влад замер. Это было страшно.

–Я иду спасать Николаса, и даже, если ты упадешь на колени, умоляя не делать этого, я перешагну через тебя и пойду дальше. И больше не будем говорить об этом. Никогда. Даже если что-то случится.

–Сейчас же. Верни. Мне. Мою панду. Белую и пушистую.

Влад встал, упершись руками в стол. Он посмотрел в страшные Алинины глаза, помедлил и добавил, будто плюнул, – Босс.

–Кофе? – как ни в чем не бывало, спросила Алина и побыстрее прыгнула в кухню, где с трудом перевела дух. Вот это да! Они почти поссорились! Что это на нее нашло? Как она так смогла? Нельзя, нельзя, чтобы из-за крутой работы она стала стервой. Влад! Это же ее лучший друг! Она налила из дежурного кофейника, всегда бывшего горячим, кофе в две большие чашки и с виноватым видом предстала перед Владом в аппаратной.

–Прости.

–Забыли.

Молча они пили кофе, перебрасываясь незначительными фразами. Наконец, Алина, решилась.

–Я завтра прыгну?

– Да, думаю, через час после того, как он придет домой. А Алексу-то ты все рассказала?

–Да. И он поддерживает меня. Боится, конечно. Я буду осторожна.

Алина умоляюще посмотрела на Влада.

– Обещаю.

…И вот Алина стояла в доме Чеслава. И смотрела прямо ему в глаза. Ничего себе старик! Яркие синие глаза под слегка нависшими черными бровями. Без единой морщинки лицо. Его сильно старили седые волосы и такая же борода. И сутулость еще. Снимки, которые ребята Влада напечатали с камер наблюдения, были сделаны издалека, вот и получилось, что Алина ожидала встретить старика, а стояла перед молодым, хотя и полностью седым мужчиной.

–Ну, наконец-то! Тебя Николас прислал? Я уж перестал ждать.

Алина опешила, ничего себе! Она всю ночь репетировала речь, думала, как объяснит свое внезапное появление, как будет уговаривать его прыгнуть с ней. А он, оказывается, их ждал!

– Тебя было нелегко найти. Твои друзья об этом позаботились.

Чеслав усмехнулся.

– Особенно, если не искать. А что же сам не примчался? А ты вообще кто?

– Меня зовут Алина. Я – племянница Николаса. И он не знает, что я здесь.

– Нд-а-а… Как интересно… Ну, как меня звать, ты, наверняка, в курсе. Что ж, племянница, я только после работы, мне нужно ужин сделать, поесть, так что я буду хозяйничать, а ты рассказывай все. Не торопись, времени у нас много, до утра никто не побеспокоит.

С этими словами он приступил к готовке, что-то поставил на плиту, что-то на стол, достал из холодильника мясо, а из шкафчика разделочную доску. Он действительно «хозяйничал», не волновался, не звал на помощь, и Алина расслабилась. Присела на табурет возле небольшого кухонного стола, так, чтобы ее не было видно из окна с улицы. Потихоньку оглядела его жилище. Небогато. Кухонька, метров десять квадратных с двумя окнами, на которых висели чистенькие, веселой расцветки, но, похоже много раз стираные занавески. Такой же чистенький плетеный коврик на входе. Стол, два навесных шкафа, электрическая плита, холодильник. Разнокалиберная посуда. Чисто, аккуратно, ничего лишнего, и все под рукой. Из кухни вел небольшой коридорчик. Там, похоже, спальня и… кладовка, может? Санузла не видно, значит, он еще дальше по коридору. Она поймала насмешливый взгляд Чеслава.

–Ну как? Все на месте?

–Все на месте. Но, как-то по-походному. Ты давно здесь живешь? Это твой дом?