Только живые ищут выход

– Спасибо, сынок.

Они сели рядышком, прислонившись к берёзе, и потянулись долгие часы ожидания.

**** **** **** ****

В селе беглецов не оказалось. Греков расставлял бойцов, инструктируя:

– Проходу террористов в деревню не препятствовать. Стрелять только по моему приказу. Взрослых зачистить, пацана брать живым. Со связи не уходить! В лес не соваться, внимание не ослаблять! Оцепить периметр. С соседним постом держать визуальный контакт. Не курить и не спать! Вопросы?

– Товарищ майор, визуального контакта не получится – людей столько нет. Периметр слишком большой.

– Используйте индивидуальные средства связи! Рации вам для чего? Установите периодичность контакта и позывные!

– Принято!

– Ещё вопросы?

– А если преступники первыми откроют огонь?

– Стрелять на поражение!

– Ясно!

Часам к двум пополудни все были на позициях. Грек с тепловизором и биноклем расположился на чердаке крайнего дома. Отсюда просматривалось почти всё село. На том же чердаке у противоположного окна, выходившего на поле, майор посадил молодого бойца со снайперской винтовкой. Кто знает этого пенсионера – лучше подстраховаться со всех сторон!

Глава пятая

Молебен закончился. Прихожане покинули храм. Отец Алексей переобулся и вышел боковой дверью. Сквозь дырки в сером небе проглядывало солнце. У церковного забора остановилась полицейская машина. Из неё вышли два полицая с автоматами и человек в штатском с сигаретой в зубах – худой, чернявый, с лысеющей макушкой. Он махнул священнику рукой, подзывая. Отец Алексей подошёл.

– Здравствуйте! Майор юстиции Рабинов, следственный комитет России, – представился штатский, не вынимая сигареты.

– Здравствуйте, – отец Алексей доброжелательно улыбнулся, – могли бы вы не курить возле храма?

Рабинов сплюнул сигарету, придавил ногой:

– Надо быть терпимей к людям, святой отец.

– Я не святой, – ответил отец Алексей, – что вас привело к нам?

– Вы – Алексей Петрович Титов?

– Да. Но можете называть меня отец Алексей.

– Я сам решу, как вас называть, – Рабинов нервно теребил молнию на кожаной папке. – Вам, гражданин Титов, придётся проехать с нами.

– Как официально, – снова улыбнулся отец Алексей. – Куда проехать? Зачем?

– Тут недалеко… В отдел полиции, – Рабинов замялся, – следствию нужна ваша помощь.

– Какая именно? – священник взглянул в глаза майору.

Тот отвел взгляд и приподнял края губ, изображая улыбку:

– Да вы не беспокойтесь, это ненадолго – простая формальность.

– Хорошо, – согласился священник, – только мне надо забрать документы из алтаря.

– Пожалуйста. Мы подождём.

Отец Алексей зашёл в алтарь, достал телефон, набрал номер двоюродного брата.

– Алло, Боря? Это Алексей!

– О-о! Очень рад! Как ты?

– Боря, я коротко: меня везут в полицию. Майор Рабинов из твоего ведомства. Зачем не знаю, но могу предположить, что…

– Ничего не говори, – перебил Борис, – в какой отдел везут?

– Который здесь недалеко. В нашем районе.

– Понял. Не волнуйся и меньше говори. Я приеду.

– Спасибо, брат.

– Держись!

Отец Алексей убрал телефон в карман, взял свой портфельчик и вышел.

Священника посадили на заднее сидение между двух полицаев. Молодые ребята смущённо молчали, пряча глаза.

Доехали быстро. Завели в комнату, заставили надеть маску-намордник. В кабинете уже была Елена. Она сидела, устало опустив голову. «Значит нас действительно подслушивали!» Отец Алексей тяжело опустился на стул напротив Елены. Рабинов сел за стол, нервно покусывая губы.

– Узнаёте эту женщину? – начал майор без вступления.

Священник улыбнулся и спросил:

– Как ваше имя?

– Иосиф…Иосиф Борисович.

– Иосиф Борисович, у меня астма, поэтому очень трудно дышать в этой маске. Позвольте снять?

– Хорошо, снимите.

Отец Алексей снял маску, вытер платком лицо.

– Так вы узнаёте эту женщину?

– Припоминаю.

– Где и когда вы с ней встречались?

– Она вчера приходила в храм на исповедь.

– О чём вы с ней говорили?

– Я не понимаю, с чего этот допрос? – отец Алексей удивлённо приподнял брови. – Что противозаконного в исповеди?

– Что вам рассказывала гражданка Волкова?

– Я не могу вам ничего сказать, – покачал головой священник, – исповедь это – таинство.

– Какое, к чёрту, таинство! – Рабинов хлопнул ладонью по столу. – Вы и гражданка Волкова обсуждали преступные планы, связанные с похищением и незаконным удержанием детей! Аудиозапись вашего сговора имеется!

– Не смейте кричать, – спокойно и твёрдо сказал священник, глядя в глаза Рабинову. – Во-первых, я в два раза старше вас, и, во-вторых, все ваши обвинения голословны и являются плодом выдумки.

– Выдумки? – Рабинов злорадно усмехнулся, но тон сбавил. – Посмотрим, что вы запоёте, когда детей освободят и привезут сюда! Лучше сознавайтесь сейчас…

На столе зазвонил телефон. Рабинов снял трубку:

– Слушаю, Рабинов! Да! Веду следственные действия, товарищ полковник. … В кабинете майора Егорова. Что? – лицо его переменилось. – Понял. Сейчас зайду.

Он раздражённо бросил трубку, зло посмотрел на священника, подошёл к двери, распахнул и крикнул в коридор:

– Эй, сержант!

Вошёл один из полицаев, сопровождавших отца Алексея. Рабинов приказал:

– Побудь пока здесь, с задержанными. Я – к руководству. Смотри, чтобы они тут не шушукались!

Полицай кивнул. Рабинов вышел, хлопнув дверью. Сержант встал у стены.

– Как твоё имя? – спросил священник.

– Андрей.

– Послушай, Андрей… – начал было отец Алексей, но молодой полицай приложил палец к губам: «Тсс!», подошёл к священнику и прошептал в самое ухо:

– Батюшка, делайте что нужно, только быстро и тихо. Здесь всё прослушивается!

Священник кивнул, взял со стола квадратик бумаги, ручку и быстро написал: «Нужен адрес твоей дачи и ключи». Протянул бумажку Елене. Она прочитала, кивнула и на обратной стороне написала адрес, открыла сумочку, достала ключи и передала всё отцу Алексею. В этот момент дверь распахнулась, и вошёл Рабинов. Следом – светловолосый мужчина лет сорока в сером костюме.

– Вот, товарищ полковник, веду следственные действия с задер…

– Здравствуйте, Алексей Петрович! – поздоровался со священником светловолосый.

– Здравствуйте Борис Николаевич, – отец Алексей встал со стула и развёл руками, – вот, записали меня в преступники. Допрашивают.

– Всё в порядке, Алексей Петрович. Сейчас вы и …

– Елена, – подсказал отец Алексей.

– Да. И Елена. Вы поедете со мной.

Рабинов растерялся:

– Но… – начал он.

– Никаких «но»! Алексей Петрович, – светловолосый повернулся к задержанным, – выходите и ждите меня на улице.

В напряжённой тишине священник и женщина вышли. Следом сержант. Он нагнал отца Алексея в коридоре и тихо сказал:

– Уезжайте, батюшка, подальше! Здесь вам жизни не дадут!

– Благодарю! Помогай тебе Господь! – перекрестил священник полицая.

– Борис Николаевич, это моё дело… – начал Рабинов, когда все вышли.

– Иосиф Борисович, – перебил его полковник, – этот священник сотрудничает с нами уже не один год. И я владею информацией о похищении детей. А вы, майор, – он ткнул пальцем Рабинова в грудь, – своими резкими действиями срываете операцию по выявлению коррупционного сообщества.

– Но, мой информатор…

– Неважно. С этого момента все действия согласовывать со мной! Ясно? Вопросы?

– Понял, – Рабинов сдерживал злость.

Полковник вышел.

Когда священник и женщина сели в служебную машину полковника, он тихо спросил:

– Адрес?

Отец Алексей протянул бумажку. Борис Николаевич посмотрел и вырулил со стоянки. Елена хотела что-то сказать, но полковник приложил палец к губам, потом покрутил над головой, показывая, что салон прослушивается. Женщина кивнула.

Через час въехали в дачный посёлок. Остановились у калитки нужного дома. Вышли. Священник бросился к брату, крепко обнял:

– Боря! Я так тебе благодарен! Ты опять выручил.

– Всё нормально, – смутился Борис, – ладно, хватит сантиментов, у нас мало времени.

– Почему?