Только живые ищут выход

**** **** **** ****

– Придурки! – рычал полковник Керимов. – Вы же знали, что это особо опасный террорист! Боевиков насмотрелись? Крутыми себя почувствовали? Ну и что? Как вам результат – щуплая баба завалила спецназовца! Молодцы! «Герои»! Вам же приказали ждать на краю леса, в месте удобном для перехода ЦКАД. Выманить преступников на открытое пространство, мальчишку взять, остальных ликвидировать. Забыли прошлый прорыв? Помните потери? То-то! Докладывайте детали! – Керимов замолчал, выплеснув раздражение в слова.

Грек кашлянул в кулак:

– Товарищ генерал! Мы расположились на краю зелёнки, как и планировалось. Террористы вышли на нас. Всё шло по плану. Если бы Рэм… лейтенант Петрухин не поторопился…

– «Не поторопился», – передразнил Керимов, – почему не стреляли в террориста? Зачем эта самодеятельность?

– Да какой он террорист, – Грек ухмыльнулся, – тощий пенсионер. Мы его легко взяли. Просто баба начала палить и случайно попала. А так бы мы…

– Ты слишком самоуверен, майор, – перебил Керимов, – ориентировку на него читал?

– Нет.

– Почитай! – Керимов бросил на стол бумагу. – Особенно про боевой опыт и награды этого пенсионера! Радуйтесь, что он вам войну не устроил, а всего лишь пытается уйти в «красную» зону, – Керимов замолчал, наблюдая за майором.

Греков читал и менялся в лице, а потом спросил:

– Рашид Ринатович, разрешите моей группе ликвидировать этого террориста? Это уже дело чести!

Керимов кивнул:

– Разрешаю. Будете со мной на прямой связи. Докладываете лично. Все планы согласовываете.

– Понял! План уже есть!

– Говори!

– Для начала – объявить операцию «Перехват», силами соседней воинской части оцепить район, вызвать вертолёт и в месте предполагаемого прорыва организовать патрулирование ЦКАД. Организовать передвижные блокпосты, усилить группы захвата кинологами, в каждое подразделение выдать тепловизоры.

– Действуйте! – одобрил Керимов.

Грек развернулся и вышел из кабинета.

Глава третья

Вечернее богослужение закончилось. Священник – отец Алексей, переоблачился в алтаре и устало присел на стул. От повышенного давления шумело в ушах, отёкшие ноги ныли, мучила отдышка. Священник вздохнул. На душе было нехорошо. «Что за времена! – думал отец Алексей. – Власть грубо вмешивается в религиозные дела, не разрешает людям ходить в церковь. Останавливает богослужения, запрещает крестные ходы, колокольный звон разрешён раз в месяц только в определённые часы. Всё переведено в виртуальное пространство – проповеди, праздничные службы, даже некоторые требы. Воскресные школы закрыли, встречи с прихожанами запрещены из-за опасности эпидемий, всех обязали вакцинироваться. Без QR-кодов выходить никуда нельзя, все ходят в масках-намордниках. Крупные города объединили с областями в агломерации, а деревни и малые города бросили, объявив чрезвычайно опасными и назвав «красной» зоной. Да-а! Времена… Но люди приняли такой образ жизни, согласились со всеми условиями, предложенными властью, и таких – большинство! Ради чего? Страха ради иудейского…» – священник, кряхтя, переобулся, надел пальто, выключил свет и вышел из алтаря. К нему подскочили несколько пожилых женщин в масках-намордниках: «Благословите, батюшка!». Отец Алексей перекрестил их, они тут же развернулись и покинули храм. Священник пошёл к выходу.

– Батюшка! – из-за колонны вышла женщина в тёмном платке.

Отец Алексей остановился. Лицо незнакомое. Она заговорила тихо, почти шёпотом:

– Батюшка, очень нужна ваша помощь. Или хотя бы совет.

– Да, – священник кивнул, мягко улыбаясь, – как ваше имя?

– Елена.

– Хорошо, Елена, рассказывайте, что случилось, – доброжелательный тон священника придал женщине смелости:

– Я совсем не церковный человек, – начала она, – просто я была соседкой отца Иоанна из Никольской церкви.

– Почему была?

– Он умер, – Елена вздохнула, – а перед смертью посоветовал обратиться к вам.

– От чего он умер?

– Нужен был QR-код, чтобы покупать еду для детей. Он вакцинировался, а через месяц умер от осложнений.

– Не понял, – священник приподнял брови, – какие дети? Он же не был женат!

– В том всё и дело, – Елена приблизилась и заговорила ещё тише, – вы же помните, как это было? Обязательная вакцинация, потом закон об эпидемиологической безопасности, QR-коды, цифровой иммунный паспорт, новая волна вируса, аресты тех, кто не сделал прививки, лишение их родительских прав, изъятие детей для «Сириуса». Помните?

Отец Алексей кивнул, женщина продолжила:

– Так вот, некоторые верующие люди перед арестом приводили своих детей к батюшке Иоанну, и он их прятал.

– А как же полицаи? Они разве детей не искали?

– Нет. У батюшки родственник служил в полиции. Он делал какие-то документы, и детей не искали.

– Где этот родственник сейчас?

– В тюрьме. Его недавно арестовали. По телевизору сказали, что он коррупционер.

– А что с детьми? Где они? Сколько их?

– Перед смертью батюшки мы перевезли детей ко мне на дачу. Это в Новой Москве, недалеко от ЦКАД. Двенадцать детишек от пяти до пятнадцати лет. Я вакцинировалась, чтобы получить иммунный паспорт и QR-код. Иначе нельзя – кругом камеры. Только выйдешь, сразу арестуют.

– Что же делать? – задумчиво сказал священник.

Елена тронула его за рукав:

– Батюшка Иоанн рассказывал, что за Нижегородской агломерацией, двести километров на север, есть монастырь. Рядом – брошенное село. В монастыре живёт старенький монах – священник. Не помню, как его зовут, но к нему в монастырь бегут многие верующие, со всей бывшей России. Отец Иоанн благословил меня отвезти туда детей. Сказал, что вы поможете.

Женщина замолчала, глядя вопросительно. Отец Алексей задумался. Вот так поворот! Как быть? Чем он может помочь? Да, у него есть микроавтобус и QR‑коды, дающие право на перемещение между агломерациями. Священникам пока ещё разрешались паломнические поездки. Но куда в микроавтобусе спрятать двенадцать детей? А если остановят и обыщут? Путь-то совсем не близкий – около семисот километров! Через две агломерации. Это значит, что почти полпути придётся ехать по «красной» зоне, где в брошенных городках и сёлах орудуют банды мародёров и рейдовые отряды Росгвардии, брошенные на зачистку. Неизвестно, что хуже – нарваться на бандитов или попасть к безжалостным гвардейцам. Да-а! Задача! С другой стороны, как выжить с детьми здесь, в удушливой, насквозь провонявшей антисептиком агломерации, под постоянным контролем властей, в положении абсолютно бесправного заключённого концлагеря? Разве это жизнь? Священник тяжело вздохнул, погладил бороду, повернулся к Елене, тихо сказал:

– Я помогу. Только надо подготовиться. Давайте встретимся завтра днём и всё обсудим.

– Спасибо батюшка! – Елена сложила руки под благословение.

Отец Алексей перекрестил её и побрёл к выходу. Впереди возле двери мелькнула тень – кто-то выскочил на улицу. В полутьме было не разобрать, но фигура показалась священнику знакомой. Он оглянулся. Елена стояла возле иконы и крестилась. Затем вышла боковой дверью. «Неужели нас подслушивали?» – подумал отец Алексей и поспешил выйти. От ворот храма отъехала машина.

Глава четвёртая

Стемнело. Сергей сидел на поваленном дереве и наблюдал за дорогой. Здесь она проходила совсем рядом. До колючки – метров десять, и от неё столько же – до бетонки. К ночи поток машин уменьшился, но каждые десять минут на небольшой скорости мимо проезжали патрульные автомобили с включёнными мигалками. Километра три севернее, куда Сергей сначала хотел уходить, весь вечер кружил вертолёт, оставляя за собой мутное серое облако. Надо бы вернуться к месту перестрелки. Вот там их точно никто не будет искать. Сергей обернулся. За кустом на расстеленной плащ-палатке спала Настя с сыном. Вовка, одетый в камуфляжный костюм, свернулся калачиком и улыбался во сне. Настя беспокойно ворочалась и вздрагивала. Сергей укрыл её своей курткой.

Небо затянуло чернотой. Воздух остановился, и пришла духота. Смолкли птицы. Вдалеке громыхнуло. Чувствовалось приближение грозы. Сергей склонил голову и задремал. Через некоторое время проснулся от сильного порыва ветра. Открыл глаза. Воздух посвежел. Ветер гудел, ударяя в деревья, поднимал пыль и уносился, срывая листву. Лес скрипел, недовольно качаясь.

Сергей разбудил спутников. Они молча собрались, переместились за крайнее дерево, залегли, ожидая удобного момента. С неба сыпанули холодные капли. Сергей пополз к колючке. Молния вспыхнула, осветив направление. За громом хлынул дождь. Намокшая одежда стесняла движения, ветер ревел и свистел, мокрая трава щекотала лицо. Ещё немного, ещё пару метров, и Сергей – у цели. Голова упёрлась в бетонный столбик. «Есть! Теперь достаём инструмент, открываем кусачки». Лёжа на боку в кювете, Сергей делал проход в колючке. Холодный дождь лил стеной. Яркие всполохи освещали пространство, гром сотрясал воздух и внутренности.

За работой Сергей не заметил остановившуюся патрульную машину. Из неё вышли два полицая и стали светить мощными фонарями на лес. Сергей увидел лучи и замер. Дождь был такой, что свет фонарей с трудом пробивался сквозь водяную преграду. Фонари погасли, хлопнули двери, и машина медленно, словно на ощупь, поползла прочь. «Слава Богу!» – Сергей перекрестился. Закончив с проволокой, он вернулся к дрожащим от холода спутникам. Перекрывая шум грозы, объяснил порядок следования, и они вместе, держась друг за друга, пригнувшись, пошли к дороге. От тёплой земли поднимался пар. Скрытые туманом и дождём, беглецы перешли бетонку. Зарываясь в грязь, пролезли под колючкой на другой стороне ЦКАД и вошли в «красную» зону. Ориентируясь по внутреннему компасу, Сергей повёл спутников на юго-восток к старой Горьковской трассе. Там была брошенная деревня, где можно укрыться от непогоды. До неё километров пять ходу. Настя сильно хромала, и Сергей понёс её на спине. Вовка с автоматом за плечами плёлся рядом.

Гроза прекратилась так же внезапно, как и началась. Путники, гонимые холодом и страхом, двигались без остановок, не заботясь о скрытности. Главное – уйти подальше, в глубь «красной» зоны.

С рассветом они вышли к полю, за которым виднелись тёмные, неказистые дома брошенного села. Солнце рассеяло холодный туман и начало согревать мокрую землю. Пахло травой и цветами. День обещал быть жарким. Высоко в бездонном небе пел жаворонок. Лес проснулся гудением мух и писком комаров.

Измождённые путники опустились на траву. Сергей расстелил плащ-палатку.

– Ложитесь, – сказал он, – надо поспать. К селу пойдём в обход, краем леса – это ещё километра два. Надо набраться сил.

Настя с Вовкой так устали, что, повалившись на сырое брезентовое ложе, сразу заснули. Сергей, не снимая рюкзака, сел, опёрся о сосну, прикрыл глаза и сказал себе: «Не спать!» Затем поморгал часто, сопротивляясь расслаблению, уронил голову на грудь и провалился в сон. Где-то в глубине сознания по военной привычке оставалась бодрствовать та часть его, которая всегда была настороже и в случае опасности будила всё тело.

**** **** **** ****

Керимов развернул карту:

– Значит, они перешли здесь? – он ткнул пальцем.

– Да, – подтвердил майор Греков. – Чёртова гроза! Но ещё хуже – наша действительность. В самый нужный момент где-то что-то замкнуло, электричество вырубилось, камеры не работали, а тепловизоры забыли выдать!

– Ладно, не рычи, – перебил Керимов, – думай, куда они дальше пошли?

– Предполагаю, в сторону Богослово, – Греков показал карандашом место на карте, – недавно брошенное село. От места перехода в пяти километрах. Дома там ещё не разрушены, в отличном состоянии. Здесь зимовала банда, грабившая фуры на горьковской трассе. Подъезд к селу очень удобный – свернул с шоссе и через сто метров на месте, – Греков водил карандашом, показывая дорогу.

– Ну и?

– Самый ближний населённый пункт. Думаю, этот пенсионер направится туда, чтобы отсидеться пару дней. Он всё-таки не один – с бабой и малолеткой далеко не уйдёшь! А тут – место тихое и трасса рядом. Автостопом можно далеко уехать! Особенно, если имеешь наличные.

– Понятно. Здесь мы его легко возьмём. А если не пойдёт на трассу?

– Можно уйти лесами во Владимирскую агломерацию. Это сложнее. Для такого маршрута мои парни не годятся. Нужны военные… Оно стоит таких усилий?

– Мэр взял под личный контроль. Желает показать всемогущество системы, – Керимов усмехнулся, – планирует подключить телевидение и устроить шоу в прямом эфире. Короче, а ля «Захват Бен-Ладена». Мы, как всегда, крайние, – Керимов погладил подбородок, раздумывая. – Вот что – бери своих людей и дуйте в Богослово. Если эти бегуны там, сразу сообщи, но ничего не предпринимай, пока я не пришлю к тебе подкрепление и телевизионщиков. Вояки обещали дать два вертолёта и группу спецназа. Так что навалимся всей мощью! Понял?

– Так точно!

– Давай, действуй!

**** **** **** ****

Сергей вздрогнул и проснулся. Жарковато! Взглянул на часы. Ого! Почти полдень. Вот это поспал! Сергей встал, разминаясь. Прислушался. С поля прилетел звук – хлопнула дверца автомобиля. До села через поле – метров семьсот. Так не рассмотреть. Сергей достал из рюкзака бинокль и полез на дерево. Забрался почти под самую крону и чуть раздвинул листву. Выглянул. Село как на ладони! Присмотрелся. Так-так! Возле дома, ближе к трассе стояли два автобуса. Из них выбежали люди в камуфляже. Кто это? Приложил бинокль к глазам. Ага – гвардейцы. Как их много! Один, два, три…, а вот и здоровяк, который хотел взять нас в плен. Похоже он здесь старший. Ходит, жестикулирует, даёт указания. Гвардейцы прочесали село, перестроились, окружая периметр, несколько бойцов спрятались в домах. Сергей наблюдал часа полтора, затем спустился. Возле дерева, держа автомат на перевес, стоял Вовка с серьёзным видом. Чумазое лицо и, сдвинутая на бок, зелёная бейсболка, делали его похожим на разбойника. Сергей сдержал улыбку.

– Что там? – настороженно спросил мальчишка.

– Гвардейцы, – тихо ответил Сергей, – окружили село, готовят засаду. Кого‑то из больших начальников мы здорово рассердили, и за нас взялись серьёзно!

– Что делать?

– Пока будем ждать. Как самочувствие? – спросил он подошедшую Настю.

Та потрогала надорванное ухо:

– Нормально, только немного болит.

– Давай рану обработаем, – Сергей достал аптечку.

Настя терпеливо ждала, пока он закончит перевязку. Потом спросила:

– Куда же мы пойдём?

– Пару дней здесь подождём, пока эти уйдут. Потом – по обстановке.

– Есть хочется! – не выдержал Вовка. – И пить!

– Это мы сейчас поправим, – Сергей распаковал ИРП1, – а вот с водой… – он встряхнул почти пустую флягу, – придётся идти на разведку.

– Можно я с вами?

– Нет боец. Ты остаёшься на охране базы… и мамы. Ты забыл, что у тебя автомат?

– Он без патронов, – в голосе мальчишки разочарование.

– Это мы тоже скоро поправим. Но, – Сергей поднял указательный палец, – даже без патронов автомат остаётся оружием! Понял?

Вовка кивнул. Сергей прицепил к поясу флягу, взял бинокль, протянул Вовке складной нож:

– Вот тебе дополнительное оружие.

Мальчишка взял, радостно улыбаясь. Сергей положил руку на Вовкино плечо:

– Будь внимателен. За мной не ходи! Жди здесь. Спать по одному. Если к завтрашнему утру не вернусь, обойдите село и выходите к трассе. В рюкзаке есть немного наличных – хватит уехать в другую агломерацию. А там можно и затеряться. Понятно? Вопросы есть? – Настя с Вовкой удручённо молчали. – Носы не вешать, слюни не распускать! – строго сказал Сергей. – Вы теперь на войне! Не до соплей! Плакать будем потом, – он помолчал и добавил, – от радости! Всё! С Богом! – развернулся и скрылся в подлеске.

Настя дёрнулась следом, но сдержалась, только глаза увлажнились. Она вспомнила, как уезжал на войну её муж Андрей. Он тоже говорил строгим тоном о войне, о слезах, о том, что нужно ждать, не теряя надежды. И Настя ждала. Даже тогда, когда несколько лет назад ей сообщили о геройской гибели мужа, она продолжала ждать ещё целый год. Потом пустота захватила её душу, убивая желание жить. Только забота о сыне, так похожем характером на отца, отвлекала женщину от мрачных мыслей. А когда началась эта ужасная жизнь: пандемия, изоляция, закрытие школ, принудительная вакцинация, аресты, лишение родительских прав – стало не до воспоминаний. Надо было определяться, на какой ты стороне. Настя решила сопротивляться. Она не хотела жить в мире цифры и служить чужестранцам. И вот теперь… Настя взглянула на сына. Как он повзрослел за эти сутки! Осанка, выражение глаз, поджатые губы, напряжённый лоб, решительный вид. Она прислонилась к дереву и всхлипнула.

– Мама! – Вовка поправил автомат. – Командир приказал не плакать! Всё будет хорошо! Надо ждать. Возьми, подкрепись, – он протянул ладонь с несколькими ягодами земляники, – еда разведчика! Так дядя Сережа сказал.

Настя улыбнулась, вытерла слёзы: