Избранные места из Евангелия Шри Рамакришны

Я поклялся Божественной Матери, что покончу с собой, если не увижу Бога. Я сказал ей: "О Мать, я глуп. Пожалуйста, научи меня тому, что написано в Ведах, пуранах, тантрах и прочих книгах". Мать отвечала мне: "Смысл веданты в том, что лишь Брахман обладает реальностью, все же остальное иллюзорно". Суть "Гиты" в том, что получишь, если быстро повторишь ее название десять раз. Оно превратится в таги, что означает отречение.

После того как познаешь Бога, Веды, сама веданта, пураны и тантры остаются далеко позади! Когда я в самадхи, я не в состоянии произнести слово "Ом". Почему, спросишь ты? Я смогу сказать "Ом", только когда оставлю самадхи далеко позади и спущусь обратно.

Я изведал все состояния, которые священные книги предписывают тем, кому было дано прямое восприятие Бога. Я уподоблялся ребенку, безумцу, гулю (вурдалаку) и неодушевленному предмету.

У меня были все те видения, которые описывают книги. Иногда мне виделась Вселенная, полная сверкающих огней. Иногда все предметы лучились светом, как если бы мир превратился в озеро мерцающей ртути. Иногда мир казался сделанным из жидкого серебра. Иногда он снова переливался светом, какой бывает от римских свечей. Так что все, что я видел, вполне соответствовало описанному в книгах.

Потом мне открылось, что Бог сам стал Вселенной, и всеми ее живыми существами, и двадцатью четырьмя космическими принципами. Это называется эволюцией и инволюцией[151].

О что это было за состояние, в котором милостью Божьей я тогда пребывал! Едва одно видение подходило к концу, как уже новое завладевало мною

Я видел Бога во время медитации, в состоянии самадхи, и я вновь видел Его, когда мое сознание возвращалось во внешний мир. Глядя в зеркало с одной стороны я видел только Бога, и, заглянув с обратной, снова созерцал Его».

[332-334]

19. Божественная инкарнация

М. приехал в дом Баларама[152], где и нашел Учителя. Окруженный учениками и последователями, тот сидел в комнате для рисования. Ласковая улыбка, сиявшая на его лице, отражалась в счастливых глазах присутствовавших.

Гириш[153]: «Нарендра говорит, что Бог бесконечен; в таком случае мы не можем позволить себе утверждать, что люди и объекты, которые мы воспринимаем, суть Его проявления или части. Разве у бесконечности могут быть части?»

Учитель: «Как бы велик и бесконечен ни был Бог, Его природа все же проявляет себя в облике человека по Его воле. Нисхождение Бога на землю, Его человеческое воплощение невозможно описать через сравнения. Каждый должен сам почувствовать, что это такое, и познать Бога на собственном опыте. Сравнение может дать лишь легкий проблеск понимания. Дотрагиваясь до рогов, ног или хвоста коровы, мы, конечно, можем получить представление о ней, но самая суть коровы заключается в ее вымени и молоке. Так же обстоит дело и с божественной инкарнацией: Господь время от времени воплощается в человеке, чтобы напоить нас молоком божественной любви и преданности».

Гириш: «Нарендра говорит: "Разве можно знать о Боге все? Он же бесконечен"».

Учитель: «Кто может знать о Боге все? Человеку не дано познать все проявления Бога — от малых до великих. Но к чему пытаться знать о Боге все? Нам вполне достаточно просто видеть Его. Созерцая божественное воплощение, мы видим самого Бога. Представьте, что кто-то идет к Ганге, опускает руку в воду и говорит: "Теперь я видел Гангу и прикасался к ней". Чтобы иметь право на такое заявление, вовсе не обязательно проплыть всю реку от Харжвара до Гангасагара». (Смех.)

Если я дотронусь до ваших ног, это будет означать, что я так или иначе дотронулся до вас самих. (Смех.) Если отправишься к океану и зачерпнешь немного воды, можешь быть совершенно уверен, что прикоснулся к самому океану. Огонь — стихия, присутствующая во всем, что есть на свете, но в дереве его больше всего».

Рамакришна принялся петь святое имя Божественной Матери. Взоры всех присутствующих были прикованы к нему. После пения он стал молиться. Какая нужда может быть в молитве человеку, пребывающему в непрерывном общении с Богом? Разве что он хотел научить молитве наши заблудшие души... Обращаясь к Божественной Матери, он говорил:

«О Мать, я прибегаю к милости Твоей; Твои святые стопы да будут мне прибежищем. Я не хочу телесных наслаждений; мне не нужны ни имя, ни слава; я не взыскую восьми магических умений[154]. Будь милостива и дай мне чистую любовь к Тебе, любовь, не замутненную желаниями, не испорченную никакими эгоистическими побуждениями, — любовь, которой жаждут ради самой любви. И не дай мне, о Мать, быть пойманным в сети Твоей колдовской майи; не дай мне привязаться к миру, к "женщине" и "золоту", порожденным чарами твоей непостижимой майи! О Мать, в этом мире нет ничего, кроме Тебя, что я мог бы назвать своим. Мать, я не знаю, как поклоняться Тебе; у меня нет смирения; я не обладаю ни знанием, ни преданностью. Смилуйся, Мать, и по бесконечной милости Твоей дай мне с любовью припасть к Твоим лотосовым стопам».

Каждое слово этой молитвы, идущей из самой глубины его души, отпечатывалось в сознании учеников. Музыка его голоса и детская простота лица влекли к нему все сердца.

[370-371, 373]

20. Достижение милости Бога

Учитель: «Мы не можем видеть Бога из-за нашего эго. Перед дверью в Его дворец лежит бревно. Чтобы войти внутрь, придется перепрыгнуть через него. Это бревно и есть эго.

Некогда был один человек, который обладал властью над призраками. Однажды он вызвал призрака, тот явился и сказал: "Говори, что мне делать. Миг, когда ты не сможешь дать мне никакой работы, станет последним в твоей жизни". У этого человека было много всяких дел, и он заставил призрака переделать их все одно за другим. Но вот дел больше не осталось, и он не мог придумать, что бы еще приказать призраку. "Теперь-то я сломаю тебе шею", — пообещал тот. "Подожди минутку, — попросил человек, — я сейчас вернусь". Он побежал к своему учителю и взмолился: "Почтенный господин, я в великой опасности. Вот что у меня случилось... — и он поведал Учителю о своем горе и спросил: — Что же мне теперь делать?" Учитель отвечал ему: "Сделай вот что: вели своему призраку выпрямить этот вьющийся волосок". Призрак день и ночь бился над задачей и пытался выпрямить волосок. Но у него так ничего и не получилось: он как был вьющимся, так и остался».

Так и эго: кажется, что оно исчезло, но в следующий миг появляется вновь. Пока не отринешь свое "я", не видать тебе милости Бога.

Защитник нужен только тому, кто нуждается в защите. Если малое дитя осталось без родителей, оно не может само защитить то, что ему принадлежит; поэтому царь берет на себя ответственность и попечение о ребенке. Господь не возьмет на себя наши долги, пока мы не отринем свое "я".

Как-то раз Лакшми и Нараяна[155] сидели у себя в Вайкунтхе, и вдруг Нараяна вскочил на ноги. Лакшми в это время массировала ему стопы. Она спросила: "Господин мой, куда же ты?" И Нараяна ответил: "Один из тех, кто верует в меня, сейчас в великой опасности. Я должен спасти его". С этими словами он вышел из дворца, но через мгновение вернулся. Лакшми спросила: "Господин мой, а почему ты вернулся так скоро?" Нараяна с улыбкой отвечал ей: "Тот человек шел по дороге, и сердце его пело от любви ко мне. Какие-то прачки сушили белье на траве, а он не заметил и прошел прямо по белью. Прачки поймали его и уже собирались побить палками. Вот я и помчался спасать его". "Но почему же ты вернулся?" — спросила Лакшми. "Я увидел, что он уже подобрал кирпич, чтобы кинуть в них, вот и вернулся"».[156] (Все смеются.)

Трайлокъя: «Очень трудно избавиться от эго. Люди только думают, что им это удалось».

Учитель: «Гаури[157] никогда не говорит о себе "я", чтобы не сосредоточиваться на себе. Он называет себя просто "это". Я решил последовать его примеру и тоже стал называть себя "это". Вместо того чтобы сказать: "Я уже поел", я говорил: "Это уже поело". Как-то раз Матхур услыхал это и говорит мне: "Отец мой, о чем это вы? Почему вы так говорите о себе? Другие люди сосредоточены на себе, так пусть и называют себя 'это'. Вы же свободны от эгоизма, вот и не делайте, как они".

Выполняя садхану, человек перечисляет все многочисленные свойства и атрибуты Бога. Однажды Хазра[158] сказал Нарендре: "Господь бесконечен, и беспредельно Его великолепие. Думаешь, Ему нужны твои приношения сластей и бананов? Думаешь, Он станет слушать твою музыку? Если да, то ты сильно ошибаешься". Нарендру словно с небес на землю сбросили. Тогда я сказал Хазре: "Ну и негодяй же ты! Куда пойдут эти малыши, если с ними разговаривать в таком тоне? Как жить человеку, если ему некому поклоняться? Конечно, великолепие Господа беспредельно, но все же Ему нужно поклонение верующих. Привратник богатого человека явился в комнату, где тот сидел со своими друзьями, и нерешительно встал возле стены. В руке у него было что- то, прикрытое тканью. Господин спросил его: 'Ну же, привратник, скажи, что у тебя в руке?' Тот, крайне стесняясь, достал из-под ткани прекрасное яблоко, положил его перед хозяином и сказал: 'Господин, скушайте это, сделайте милость'. Хозяин был очень тронут преданностью слуги. Он с нежностью взял яблоко и сказал: 'Что за чудный плод! Где только ты его раздобыл? Должно быть, это было трудно и опасно!"

Человек не в состоянии отказаться от действия как такового, пока его обуревает жажда мирских удовольствий. Пока желание живет в тебе, ты действуешь.

Шри Рамакришна рассказывал: «Однажды Кешаб приехал к нам вместе со своими последователями и остался до десяти вечера. Мы все сидели в Панчавати. Пратап и еще несколько человек сказали, что хотели бы остаться на ночь, но Кешаб отказался и сказал, что у него есть еще какая-то работа. Я засмеялся и сказал: "Ты что, уже и заснуть не можешь без запаха рыбной корзины?" Однажды жена рыбака пришла в гости к садовнице, которая выращивала цветы. Она явилась прямо с рынка, где продавала рыбу, и ее оставили на ночь в комнате, где хранились цветы. Но из-за их запаха она долго не могла заснуть. Хозяйка заметила это и спросила: "Ты чего ворочаешься с боку на бок?" Рыбачка отвечала ей: "Не знаю, подруга. Наверное, это запах цветов гонит от меня сон. Дай-ка мне мою рыбную корзину, может, она поможет мне уснуть". Ей принесли корзину, она сбрызнула ее водой и пристроила у себя под носом. Вскоре она уснула и прохрапела всю ночь». [301-302]

Свами Вивекананда говорил: «Мир — наша рыбная корзина. Не стоит так привязываться к ней» [Vivekananda, The Yogas and Other Works, rev. ed., New York: Ramaklrishna Vivekananda Center, 1953, p. 516.].

Одна рассеянная птичка сидела на мачте корабля, бросившего якорь на Ганге. Неожиданно корабль снялся с якоря и медленно поплыл в открытый океан. Когда птичка пришла в себя, берег уже скрылся из виду. Она полетела к северу в поисках земли, но так и не нашла берега, хотя далеко залетела и очень устала. Что ей оставалось делать? Она вернулась на корабль и немного отдохнула на мачте. Потом она снова полетела, на этот раз к востоку, но и там не нашла земли. Всюду простирался только бескрайний океан. В изнеможении она опять вернулась на корабль и села на мачту. После долгого отдыха она пустилась в путь к югу, а затем к западу. Не найдя земли ни в одном направлении, она вернулась и так и осталась на корабле. Больше она никуда не летала, а просто сидела себе спокойно на мачте. Она больше не чувствовала ни усталости, ни беспокойства и поэтому ни к чему себя не принуждала.

Мирские люди бродят по земле в поисках счастья, но так и не находят его. Взамен они обретают усталость и скуку. Поняв, что "женщина" и "золото" приносят им только горе и страдания, они могут почувствовать стремление к отречению от страстей и благ мира. Но все же

Шри Рамакришна часто повторяет, что ключ к постижению Бога — чувство страстного стремления к Нему большинство из них не могут отринуть "женщину" и "золото", прежде не насладившись ими.

Что в этом мире может принести наслаждение? Удовольствия мимолетны: сейчас они здесь, а в следующий миг уже исчезли. Мир похож на небо, затянутое облаками. Дождь льет и льет, лишь изредка проглядывает солнце. На земле больше страданий, чем счастья. Из-за облаков "женщины" и "золота" не видно солнца. Люди спрашивают меня: "Господин, почему же Бог сотворил такой мир? Неужели для нас нет никакого выхода?" На это я им отвечаю: "Зачем вам выход? Пусть Господь будет вашим прибежищем. Молитесь всем сердцем, чтобы Он послал вам ветер удачи, и удача придет к вам. Если будете взывать к Нему с верой и любовью [5], Он вас, несомненно, услышит"».

[389-393]

21. Кое-что особенное

Учитель: «Кое-кто говорит, что, когда я ухожу в самадхи, моя душа парит, словно птица, в Махакаше, в Бесконечном Пространстве[159].

Однажды сюда приехал садху из Хришикеша[160]. Он сказал мне: "Есть пять видов самадхи, и, я вижу, ты испытал их все. В этих самадхи человек чувствует движение духовной энергии, которое подобно муравью, рыбе, обезьяне, птице или змее".

Иногда духовная энергия поднимается по позвоночному столбу ползком, как муравей.

Иногда в самадхи душа радостно плещется в океане божественного экстаза, словно рыба.

Иногда, лежа у себя в комнате, я чувствую, как эта энергия толкается, словно обезьянка, и весело играет со мной, хотя я и остаюсь неподвижным. И тогда этот духовный ток одним обезьяньим прыжком поднимается в сахасрару[161]. Оттого вам и случалось видеть, как я прыгаю в самадхи.

Иногда движение духовной энергии похоже на птицу, которая скачет с ветки на ветку. Место, где она задерживается, горит огнем. Она прыгает из чакры в чакру, пока не достигает головы.

Иногда она движется подобно змее. Зигзагообразно извиваясь, она идет к голове, и тогда я погружаюсь в самадхи.

Духовное осознание не может пробудиться, пока не поднимется кундалини[162].

Кундалини живет в муладхара-чакре. Когда она поднимается, то проходит по каналу сушумны последовательно через свадхистхану, манипуру и все прочие центры, пока не достигает головы. Этот процесс называется движением махавайю[163], великой духовной энергии, и завершается он состоянием самадхи.

Духовное осознание не разбудишь чтением книг. Нужно еще и молиться Богу. Кундалини начинает подниматься, если твои мысли неустанно обращаются к Богу. О каком Знании можно говорить, если ты только читаешь и слушаешь, что говорят другие? Чего можно достигнуть таким образом? Какое совершенство обрести?

Еще до того, как я сам вошел в это состояние, мне открылось, как поднимается кундалини, как расцветают лотосы центров[164] и как кульминацией всего этого становится самадхи. Это было совершенно удивительное переживание. Я увидел юношу двадцати двух — двадцати трех лет, очень похожего на меня, который вошел в сушумну и стал разговаривать с лотосами, прикасаясь к ним языком. Он начал с центра, расположенного в основании позвоночника, потом перешел к центру половых органов, пупка и так далее. Лотосы этих центров — с четырьмя, шестью и десятью лепестками — совсем завяли, но от его прикосновений вновь наполнялись жизнью.

Когда он достиг лотоса сердца (я прекрасно это помню!), поговорил с ним и прикоснулся к нему языком, этот прекрасный двенадцатилепестковый цветок распрямил свой поникший венчик и раскрыл лепестки. Затем он перешел к шестнадцатилепестковому лотосу горла и к лотосу, расположенному в середине лба и обладающему двумя лепестками. Наконец, распустился тысячелепестковый лотос на темени, я вошел в состояние Божественного осознания и с тех пор пребываю в нем».

Шри Рамакришна опустился на пол и сел рядом с Махи- мачараном. Тут же были М. и несколько других учеников, а также Ракхал.

Учитель (Махиме): «Я уже давно хотел рассказать вам о моих духовных переживаниях, но не мог. Я сделаю это сегодня.

Вы говорите, что, просто исполняя садхану, можно достичь такого же состояния духа, как у меня. Это не так. (Имея в виду себя.) Здесь есть кое-что особенное».

Ракхал, М. и остальные жадно внимали Учителю.

Учитель: «Господь говорил со мной. Это было не просто видение. Да, Он говорил со мной. Я сидел под баньяном и увидел, что Он идет ко мне со стороны Ганги. Как мы смеялись в тот день! Играя со мной, Он пощелкал суставами моих пальцев. А потом он заговорил. О да, Он говорил со мной.

Три дня я непрерывно плакал, а Он рассказывал мне, о чем говорится в Ведах, пуранах, тантрах и других книгах.

Он показал мне иллюзию Махамайи. Маленький огонек, горевший в комнате, стал расти и наконец охватил собой всю Вселенную.

Потом Он показал мне большое озеро, вода в котором была покрыта зеленой ряской. Ветер сдул ряску немного в сторону, и я увидел воду; но в мгновение ока ряска опять набежала со всех сторон и покрыла всю поверхность воды. Он поведал мне, что вода была подобна Сатчидананде, а ряска — майе. Из-за майи Сатчидананда не видна, и стоит только кому-нибудь узреть ее на мгновение, как майя снова скрывает ее.

Господь открывает мне природу ученика еще до того, как тот приходит. Однажды я увидел, как Чайтанья с учениками поет и пляшет неподалеку от Панчавати между баньяном и деревом бакул[165]. Среди них я заметил Баларама. Если бы он не пришел, кто снабжал бы меня сахарными конфетками и прочими сластями? (Указывая на М.) И его я тоже видел.

Я увидел Кешаба и его компанию в самадхи еще до того, как встретил его в действительности. Я увидел, как передо мной расселась целая толпа народу. Кешаб был подобен павлину с распущенным хвостом, который символизировал его последователей. На голове Кешаба я увидел красный драгоценный камень — это был его раджас. Он сказал, обращаясь к своим ученикам: "Послушайте, что он [Учитель] вам скажет". Я спросил у Божественной Матери: "Мать, они все 'англичане'[166]. Зачем мне говорить с ними?" Мать объяснила мне, что так оно и должно быть в эпоху Кали-юги. Кешаб и его последователи пришли, чтобы услышать от меня святые имена Хари и Божественной Матери.

(Указывая на себя.) Должно быть, тут действительно есть что-то особенное... У меня было много удивительных видений. Я видел Безраздельную Сатчидананду[167]. В этом видении передо мной предстали две группы людей, разделенных решеткой. По одну сторону были Кедар, Чуни и прочие ученики, которые верят в личностного Бога. По другую я увидел какое-то блистающее пространство, похожее на облако пыли красно-кирпичного цвета. В нем, погруженный в самадхи, сидел Нарендра. Я позвал его по имени: "О Нарендра!" — и он слегка приоткрыл глаза. В тот же миг я понял, что он принял рождение на земле в человеческом теле в Симле, в семье каястхов. Тогда я сказал Божественной Матери: "Мать, окутай его своей майей, а не то он покинет свое тело, как только войдет в самадхи". В это время Кедар, который верит в личностного Бога, поднял глаза, задрожал и бросился прочь.

Я чувствую, что сама Божественная Мать пребывает в моем теле и играет с учениками. Когда я впервые вошел в возвышенное состояние, мое тело стало излучать свет, а грудь сильно покраснела[168]. Тогда я сказал Божественной Матери: "Мать, не проявляйся снаружи. Пожалуйста, иди внутрь". Вот почему сейчас мое тело выглядит совершенно обычным образом. Если бы оно сияло, как тогда, люди бы меня замучили, и здесь всегда собиралась бы толпа. Отсутствие внешних проявлений держит всю эту сорную траву подальше, и со мной остаются только самые преданные ученики. Знаете, почему я заболел?[169] У болезни тот же самый смысл: те, чья преданность мне на самом деле эгоистична, бегут прочь при виде ее.

У меня всегда было одно заветное желание. Я говорил Матери: "О Мать, я буду царем всех, кто предан Богу".

И другая мысль приходила мне в голову: "Тот, кто искренне молится Богу, непременно придет сюда к нам. Иначе быть не может". Сами видите, именно это сейчас и происходит. Только такие люди приходят ко мне.

Мои родители знали, кто обитает в этом теле. Когда мой отец был в Гайе, у него случилось видение. Рагхувир пришел к нему и сказал: "Я приму рождение в образе твоего сына"[170].

В этом теле обитает один только Бог. Вот вам и отречение от "женщины" и "золота"! Разве сам я мог бы добиться такого результата? Я никогда в жизни не был с женщиной, даже во сне.

Моим учителем веданты был нангта Тотапури[171]. За три дня я достиг состояния просветления. При виде того, как я сижу в самадхи под деревом мадхави, он был совершенно ошеломлен и только и мог повторять: "Да что же это такое! " Потом ему открылось, кто находится в этом теле, и он попросил, чтобы я отпустил его. При этих словах Тотапури я снова вошел в экстатическое состояние и сказал ему: "Тебе нельзя уйти, пока я не постиг истину веданты".

Я проводил с ним дни и ночи; мы говорили только о веданте. Брахмани[172] часто выговаривала мне: "Не занимайся ведантой. Она испортит твою преданность Богу".

В другой раз я попросил Божественную Мать: "Мать, пошли мне, пожалуйста, богатого человека. Если ты этого не сделаешь, как я смогу заботиться об этом теле? Как я смогу удержать подле себя всех учеников и садху?" Тогда-то и появился Матхур Бабу, который вот уже четырнадцать лет обеспечивает нас всем необходимым.

Тот, кто живет во мне, заранее сообщает, какие именно придут ученики. Когда мне является видение Гауранги[173], я знаю, что придут его последователи; когда мне видится Кали, приходят шакты.

Когда-то давно по вечерам после богослужения я взбирался на крышу кутхи[174] и кричал: "Где же вы все? Придите ко мне!" Видите, вот они и приходят, один за другим.

Я выполнял всевозможные виды садханы: джнана-йогу, карма-йогу[175], бхакти-йогу. Я даже занимался упражнениями хатха-йоги, чтобы достичь долголетия. В этом теле обитает иная Личность. Иначе как бы я мог оставаться с вами и наслаждаться любовью Бога после того, как достиг самадхи? Коар Сингх говорил мне: "Я никогда раньше не видел человека, который вернулся из самадхи. Ты, должно быть, сам Нанак[176]".

Я живу среди мирских людей и со всех сторон вижу "женщину" и "золото". Тем не менее я постоянно пребываю в самадхи и бхаве. Вот почему Пратап при виде моего экстаза как-то сказал: "Господи, да он словно одержим духом!"»

Ракхал, М. и остальные сидели в полном молчании, осознавая, что именно только что открылось им.

[400-406]

22. Безумие любви

М. ы беседовали, когда доктор Саркар вошел в комнату и сел рядом с нами. Он сказал Учителю: «Я сегодня проснулся в три утра, беспокоясь, что вы могли простудится. У меня есть и другие соображения на ваш счет».

Учитель: «Я кашляю, и у меня болит горло[177]. Рано утром у меня рот был все время наполнен слюной. Кажется, у меня все тело болит».

Доктор: «Да, мне уже все передали этим утром».

Доктор Саркар поинтересовался, не собирается ли кто-нибудь спеть.

Учитель (Нарендре): «Не хочешь немного спеть нам?»

Нарендра запел:

«О Мать, дай мне обезуметь от любви Твоей!

К чему мне рассудок и знанья?

Напои меня вином любви Твоей;

О Ты, что восхитила сердца всех Твоих бхактов;

Дай мне потонуть в бескрайнем океане Твоей любви!

Вот сей мир, дом тех, кого Ты лишила рассудка, —

Кто-то смеется, кто-то рыдает, кто-то от радости пляшет:

Иисус и Будда, Моисей с Гаурангой —

Все пьяны от вина Твоей нежности!

Мать, когда же сподобишь меня Присоединиться к числу сих блаженных?»[178]

Странное превращение случилось с учениками. Все они словно сошли с ума, погрузились в божественный экстаз. Пандит вскочил, позабыв о своей ученой гордыне, и вскричал:

«О Мать, дай мне обезуметь от любви Твоей!