Объединение Сонни

-- Не знаю. Она просто вышла из лифта.

...

-- Да сэр!

Один из них соизволил взглянуть на меня: 'Пошли. Попробуешь даже пернуть, я тебя застрелю! Ясно?"

-- Конечно, - отвечаю я.

-- Как, черт возьми, ты сюда попала?

-- Это вы мне скажите, вы же охранники.

Кулак сильно ударил меня промеж лопаток и я споткнулась, чуть не упав.

- Сучка! Мы же все равно выбьем из тебя нужные ответы. Не такая ты и крутая без своего большого дружка!

Мне каким-то образом удавалось сохранять спокойствие. Хотя, честно говоря, я находилась на грани. У меня началась серьезная ломка. Ломка, которая продолжалась все двадцать месяцев с тех пор, как Засранец Саймон и Дебилы Горгоны всё испортили. Искушение - мой демон. Я была более живой на арене, чем когда-либо в 'реальной' жизни. Невозможно вылечиться от такой зависимости, которая дает вам единственный смысл существования. Мой дед рассказывал мне о старых химиотерапевтических методах лечения рака, они на самом деле не вылечивали болезнь, просто добивались ремиссии. Если повезет, ремиссия продлится всю оставшуюся жизнь. Я была полна решимости завязать. Здравствуйте, меня зовут Сонни, и я уже двадцать месяцев никого не убиваю. По сигналу раздаются аплодисменты и на лицах других бойцов застывает притворная эмпатия. Все мы бесповоротно потеряли свое любимое дело.

Без зверобоя я стала никем. Навыки хорошего бойца практически невозможно применить в реальном мире, к тому же мое тело долгое время находилось в ужасной форме. Я умирала. Опять. Второй раз, черт возьми!

Вообще-то, первый раз был случайностью. Я порядком наклюкалась в тот день, когда вела наш фургон, и попала в такую серьезную аварию, что Джейкобу и Кэрран пришлось погрузить меня в резервуар с искусственной кровью и подключенными питательными трубками, который мы использовали, чтобы поддерживать жизнеобеспечение нашего зверя между боями. Но даже это не сильно помогло, мой позвоночник был полностью искорежен, мои легкие и почки серьезно повреждены, поэтому им пришлось пойти на крайние меры, они пересадили мой мозг в Ханивора - идеальный модуль интенсивной терапии. Тогда-то мы поняли: а ведь это дает преимущество!

Все бойцы полны решимости, конечно, они хотят побеждать, тем не менее они не ставят свою жизнь на кон. Но заверните меня в зверя, и я каждый раз буду бороться за свою жизнь. Мы придумали оправдание, легенду, для того чтобы люди не задавались вопросом, отчего у меня так хорошо начало получаться. Видите-ли, меня схватила районная банда, это объясняло многочисленные шрамы, оставшиеся после того, как Джейкоб и Кэрран залатали меня. Люди поверили, потому что видели жестоко избитую девушку, выплескивающую на ринг свой маниакальный гнев. Эта легенда была построена на глубоких предрассудках в их милых маленьких мужланских мозгах. Они хотели верить, что я травмирована и полна ненависти, потому что это давало им возможность считать свой взгляд на мир верным.

Но жадность витает над каждым соревнованием. Вероятно началось это как только первый гладиатор вышел на арену Римского Колизея. Маленький уродец по имени Дикко, управлявший ареной в Баттерси захотел чтобы я сдала бой 'Городским Горгонам', предложив мне за это целое состояние. Но, как вы понимаете, я не могла проиграть. Я проигрываю -- я умираю. Отказ так сильно разозлил его, что он направил ко мне своего телохранителя, чтобы отомстить мне. Ее звали Дженнифер, милашка с действительно убедительной слезливой историей о падении невинного ангела. Я оказалась безмозглой и перевозбудившейся - да, ладно, признаю, я попалась на все сто. Ее когти-импланты проткнули мне челюсть, прорезали яремную вену, как по маслу вошли туда, где должен был находиться мой мозг. Именно тогда она на собственном горьком опыте узнала, что на самом деле пыталась крутить шашни с Ханивором. После этого мне пришлось убить и Дикко, уже просто чтобы замести следы. Вот тогда и пошли слухи.

Хищники Сонни быстро покинули Баттерси, но на этот раз мое тело потеряло море крови перед тем, как Джейкоб и Кэрран смогли подключить его к системе жизнеобеспечения. Им все же удалось реанимировать меня, они насколько могли исправили повреждения. Но к тому времени мои органы находились в отвратном состоянии, были уже в полной отключке. Уэсс собрал новый резервуар жизнеобеспечения, они бок о бок погрузили туда мое тело и тело Ханивора, мы постоянно находились под присмотром медботов, пока мы ехали на следующие несколько боев. Они оживляли нас обоих только на время боя, моё тело стало таким же эскпонатом, выставляемым на обозрение, как и Ханивор.

Так продолжалось ещё четыре боя. А потом случился 'Ковент-Гарден'.

Конкретное попадалово.

-- Мы все скинемся, - искренне сказал Уэсс. -- Отправим тебя в хорошую клинику, они сумеют склонировать необходимые органы.

Я наблюдала за ними через камеру, подключенную к биопроцессору, который, в свою очередь, через 'сближение' привязан к моему мозгу. Я была вся соткана из домашних технологий и органов, и работало всё это исключительно благодаря гению и умению моих друзей. К этому моменту я уже со всем смирилась. Они приложили ради меня огромные усилия, и я бы не задумываясь сделала то же самое для них, если бы обладала хоть каким-то талантом, кроме умения драться. Что ж, это была достойная, хоть и короткая, карьера.

Кэрран боялась смотреть ему в глаза. Она только медленно качала головой. Честно говоря, мне в тот момент было больше жаль Уэсса, чем себя. У нас с ним были отношения... до того как.

-- Но...

-- Слишком большие повреждения, - сказал Джейкоб. -- Её тело сейчас поддерживается исключительно медботами, все основные органы давно вышли из строя.

-- Значит мы их заменим. Чёрт побери, мы строим зверей с нуля. Человек для нас - раз плюнуть!

-- Уэсс, дружище. Ты ведь знаешь, что у зверей нет внутренних органов. Это просто битек-мускулы, натянутые на карбоновый скелет, вспомогательные гематологические модули резервуара временно обеспечивают их обогащенной кровью. Звери за пределами резервуара не могут прожить и пары часов. Клонирование человеческих органов - дело сложное и дорогое, а ей их нужно буквально все заменять. Даже если бы мы могли себе это позволить, я никогда не слышал о случаях полной перестройки.

-- Должно же быть что-то, что ты можешь сделать? Разработай гематологический модуль меньшего размера, переносной. А я его построю!

-- Обогащенная кислородом кровь может поддерживать мозг, но человеческое тело фантастически сложное, наши органы работают в связке, -- мягко объясняла Кэрран. -- Мы все еще мало знаем о вегетативной регуляции. Технология нервных трансплантов вообще в зачаточном состоянии. Вот почему 'сближение' стало настоящим подарком для управления протезированными конечностями, -- она ​​резко остановилась и с любопытством посмотрела на Джейкоба.

Как я уже не раз говорила. Они были мозгом команды. С их знаниями и способностями, они легко могли бы получить работу в любой исследовательской лаборатории, получая неограниченное финансирование. Вместо этого их заманило темное возбуждение ринга. Основная причина, по которой я решила присоединиться к ним, - это щенячий восторг от возможности делать то, что тебе нравится.

Иврина и Уэсс поступили как нельзя благородно. Я не знаю, способно ли было мое бесполезное полуживое тело плакать в резервуаре, но я уверена, что слезы лились из меня ручьем. Они отдали почти все свои деньги и уехали.

Иврина в итоге вполне неплохо устроилась. Как обычно, больницы отчаянно нуждались в лицензированных медсестрах, и агентство, к которому она обратилась, закрыло глаза на подозрительный пробел в её резюме. То же произошло и с Уэссом: с его знаниями и опытом в области инженерии он присоединился к Jovian Sky Power Company и покинул эту планетку. Последнее, что я слышала - он жил припеваючи на Юпитере, добывая гелий-3 для питания термоядерных генераторов Земли.

Джейкоб и Кэрран создали стартап под названием Orgenesis. Мы арендовали промышленный объект в Актоне, прямо под кольцом северного купола. Помещение состояло из двух этажей - подвального хранилища, в котором мы установили резервуары для Ханивора и моего некротического тела и первого этажа, на котором оборудовали лабораторию с фильтрованным воздухом и два офиса, в которых они кинули матрасы на пол и поставили микроволновки, чтобы прямо там разогревать супермаркетовскую еду.

Лучшие замещающие органы клонируются при помощи собственных стволовых клеток пациента. Процесс неплохо работал, но был дорогостоящим и главное слишком кропотливым. На втором месте был битек, но технология все еще находилась на начальной стадии, а стоила еще больше.

Идея Кэрран заключалась в том, чтобы использовать существующие организмы и попытаться модифицировать их - проще, быстрее и дешевле, чем секвенирование битека с нуля. Нужно было выбрать правильный организм. В чем разница между кишечником и змеей на фундаментальном биомеханическом уровне? Оба являются живыми трубками, которые поглощают пищу одним концом и извлекают из нее питательные вещества по мере прохождения через нее. У змеи больше мускулов, мозга и зубов, поэтому насколько возможно избавьтесь от них, и разница станет еще меньше.

Самые эффективные легкие на планете - у дельфина. Это млекопитающее, оно должно вдыхать и извлекать из воздуха огромное количество кислорода, чтобы спокойно плавать под водой, задерживая дыхание на десять минут. Вот вам легкие, которые стоит приобрести.

Через двадцать месяцев Кэрран определила организмы, которые им подходили из огромного числа вариантов. Джейкоб при помощи стволовых клеток научился выращивать модифицированные эмбрионы в обычных куриных яйцах, без необходимости искусственных резервуаров и вспомогательного оборудования, которые обычно требовались для клонирования.

Первая фаза заключалась в упрощении каждого выбранного животного до нужной нам базовой функции, генетически отбрасывая всё лишнее. Получившаяся первая партия организмов была примитивной, но тем не менее рабочей. Много времени и еще больше денег позволили бы их усовершенствовать до чего-то, что можно было бы вывести на рынок. В итоге у нас появился хороший прототип.

Orgenesis собирался не просто воскресить мое тело, он собирался заработать нам состояние. Управляющих инвестиционными фондами по-тихому приглашали ознакомиться с проспектом эмиссии. Микроволновая печь в офисе использовалась всё реже и реже, учитывая что Кэрран и Джейкоба постоянно водили по модным ресторанам.

Был уже составлен договор. Но. За два дня до того, как мы должны были его подписать, к нам пришли.

Я предположила, что они знали обо мне и Ханиворе. Как только они отключили электричество, пятеро крепких парней в броне ворвались в подвал. Я вывела Ханивора из резервуара. Как бы это понравилось моим фанатам: последний бой доблестного зверя. Я чувствовала, что дело было швах, но пошла в бой без каких либо задних мыслей.

Ханивор был по-прежнему великолепен. Трехметровый монстр, стоящий на двух ногах как тиранозавр, цепкий хвост из девиантской мечты, заканчивающийся четырьмя зазубренными металлическими лезвиями, отполированная черная голова, сужающаяся до акульей морды с добавленными бритвенными плавниками. Ужасающее тело, облаченное в сегментированный экзоскелет, дающее мне удивительную ловкость. В последних трех боях мы добавили поры, из которых сочилось масло, что усложняло попытки схватить меня.

Группа вторжения была вооружена карабинами. Но я оказалась проворнее, чем они ожидали. Пули уже решетили мой экзоскелет. Я выпрыгнула из еще практически полного резервуара. Времени на изящное появления уже не оставалось. Я просто шмякнулась на ближайшего нападавшего. Его броня не была рассчитана на столкновение с шестисот килограммовым зверем. Мои когти проткнули его костюм и я не без удовольствия сжала их, почувствовав, как поддалась его грудная клетка.

Оставшаяся четверка теперь уже стреляла непрерывным потоком, разрывая мои внутренние резервуары с кровью и сердечные насосы. Графический интерфейс заполнил моё зрение многочисленными красными предупреждениями. Команда вторжения, накачанная адреналином и яростью, продолжала идти вперед, взрывая всё на своем пути. Я переключила вычислительные мощности с управления ногами Ханивора на биопроцессор, отвечающий за хвост, замахнулась. Удар быстрый, словно кнутом, правда вес кнута - как у добротной якорной цепи грузового корабля. Удар угодил прямо в центр одного из них. Я даже не пыталась проткнуть его острием, целиком положившись на силу инерции. Он пролетел по дуге через комнату и вмазался в бетонную стену. Остальные тут же начали стрелять, целясь мне в глаза, но я успела увидеть, что его костюм разорвало, а гирлянды кишок вылетели наружу, настолько сильным оказался удар.

Я подняла голову, чтобы зарычать, может зацепить одного из трех оставшихся придурков, сонар легко помогал мне определить их местоположение. В этот момент где-то за спиной Ханивора разорвалась осколочная граната. Я тут же потеряла контроль над внутренними системами зверя. Ослепленная и искалеченная, кровь хлестала из многочисленных глубоких ран - связь 'сближения' прервалась, спинномозговой биопроцессор уничтожен шквалом пуль. Даже без 'сближения' я прочувствовала падение своего прекрасного Ханивора, неестественно раскинутые конечности, голова, с глухим ударом падающая на пол, затихающий боевой рык.

Выжившая троица злоумышленников осторожно подошла к трупу. Они сделали еще несколько выстрелов в голову, чтобы уж наверняка уничтожить мозг. Убедившись, что мы со Зверем действительно мертвы, они приблизились ко второму резервуару, в котором мое тело боролось за жизнь после рандеву с Дженнифер. Поздно. Резервуар был пуст.

Я дождалась следующего дня, прежде чем подняться наверх. Лабораторию перевернули вверх дном понаехавшие ищейки. Исчезли все умные яйца-инкубаторы Джейкоба, собраны все флэш-диски с данными исследований Кэрран. Тела Джейкоба и Кэрран свалены на матрас. У каждого огнестрельное ранение в висок, профессионально исполненная казнь.

* * *

ДВОЙНЫЕ ДВЕРИ пентхауса Аластера распахнулись, и мои героические пленители толкают меня внутрь. Это была огромная гостиная открытой планировки с большими толстыми кожаными диванами и восхитительными дикими орхидеями в горшках. Дорогое безвкусное искусство на стенах и скучные концептуальные скульптуры на старинных японских шкафах. Окна фасадной стены смотрели на юг, возвышаясь над зловеще спокойным районом. За ним виднелся огромный изгибающийся геодезический контур купола. Ночь и первые вихри густых облаков, ударяющихся о купол, образовали черную стену, которая в данный момент являлась границей известной вселенной.

Аластер стоял перед окном, его силуэт выделялся на фоне яркого сияния холодной подсветки пустых широкополосных улиц. Я его несколько раз видела на боях, всегда в вип-залах, где промоутеры и их важные гости пили свои дорогие напитки и наблюдали за разбрасываемыми повсюду кусками плоти. Он - человек с лучшими связями в этом городе, точка, где сливаются темные и вполне себе достопочтенные деньги. Мужчина позднего среднего возраста, с округлым лицом и очками в золотой оправе, чьи линзы были заполнены бесконечным потоком живых рыночных данных. На нём был безукоризненно скроенный шелковый костюм, в руке он держал небольшой пистолет.

-- Сонни, -- сказал он. -- Как мило с вашей стороны, что навестили.

В его голосе прозвучала эта убаюкивающая валлийская нотка, которая совсем не подходила этому конченому ублюдку.

- Я полагаю, что это на самом деле ты? - продолжил он. - Это ведь не очередная пустышка, которой ты управляешь через 'сближение'? Ты ведь больше не можешь прятаться внутри Ханивора, не так ли?