Решала

– Забелин, ты придурок.

– Повторяешься.

– Прёшься опять в жир ногами. Тебе категорично противопоказано связываться с этой семейкой. Снова проблем захотел?

– Послушай, а давай, я сам разберусь, что мне можно, а что нельзя.

– Ок. Но учти, я больше не поведусь на все это. Спасать тебя, вытаскивать из очередной депрессии, слушать нытье о том, как все плохо, тоже больше не буду. Хочешь острых ощущений – на здоровье. Не вопрос. Хочешь оказаться в дерьме – твоё решение.

Марина развернулась и направилась к двери. По ее напряжённой спине я понимал, она ждёт, что окликну или задержу. Хрена там. Раз ставит передо мной своим поведением выбор, дружба и партнёрские отношения в противовес моей увлечённости Моникой, выберу то, что для меня на данный момент важнее. А потому я спокойно вернулся к столу.

– Все нормально? – девочка Берг искренне переживала за сложившуюся ситуацию. Мило.

– Да. Отлично. Были кое-какие семейные вопросы. Забей. Итак. Вернёмся к насущному. Я обдумал твое предложение и готов работать в интересующем направлении. Но, у меня условие.

– Какое?

– Рассказываешь мне всю правду. Всю. До мельчайших деталей.

– Конечно. – Моника смотрела на меня открытым, девственно-чистым взглядом. Ну, вот честно, даже не смешно. Она реально думает, поведусь на подобные манипуляции?

– Так. Ещё раз. С начала. Ты рассказываешь мне всю, – я сделал акцент на этом слове, – правду. Что за отношения у вас были с дядей? Слышал сегодня мнение, будто вы немного...не ладили. Даже, такую версию, будто ты то ли шантажировала его, то ли уже угрожала.

Надо отдать должное, на ее лице не дрогнул ни один мускул. Исключительно полное доверие и внимание к моим словам. Шикарно играет.

– Кто же, интересно, мог сказать тебе подобную глупость?

Мне ужасно нравилось, как она произносит это "тебе", "ты". Мягко, чуть с придыханием. Интересно, отчего так бывает? Почему природа иногда в одной женщине собирает все, что может быть в ней идеального – внешность, сексуальность, ум. Положив руку на сердце, могу сказать, если к Максу Забелину всегда тянуло сук, то Макса Забелина, наоборот, влекло к Принцессам, куклам. Нежным, ранимым, ласковым. Ну, и что греха таить, не очень умным. Но Моника... Не знаю. Для меня это был словно кусочек ароматного, пахнущего счастьем сыра, для голодной, очень долго не видавшей еды мыши. Даже в этот момент, зная ее всего лишь один день, я был уверен на сто процентов, не успокоюсь, пока не получу эту женщину. Возможно, на ночь. Возможно, на месяц. Возможно, на всю жизнь. Не принципиально. Причем, я вполне отдавал себе отчёт, она может стать сильным ударом для меня. Все мое нутро вопило и кричало об опасности. Марина права, эта семейка в очередной раз создаст проблем. Однако, отказаться от Моники никак не мог.

– Да так. Беседовал сегодня с одной интересной дамочкой.

– Наденька...– Принцесса с понимающей усмешкой посмотрела на меня из-под опущенных ресниц. – Она слишком эмоциональна. И ещё обладает богатой фантазией. У нас с Владом был вопрос, в котором возникло лёгкое недопонимание. Не более того.

– Правда? Она рассказала иначе. Будто застала вас в момент, когда ты угрожала дяде поведать всему миру некую страшную тайну, если он не сделает по твоему.

– Ох, – Моника рассмеялась, – Наденька... Я помню этот момент. Она была тогда... как бы сказать культурно...не трезва. Много выпивает. Не знаю, почему. Жизнь у нее вполне достойная. Даже сейчас. Да, Влад все отписал мне, но только одних его подарков хватит, чтоб жить выше среднего уровня. Относился к ней он всегда с уважением. Особенно, если учесть, что взял Надю из...черт. В общем-то, раз уж говорим откровенно... Надя – бывшая эскортница. Приехала в Москву из села. История о том, что не поступила тут отсутствует. Приехала сразу за красивой жизнью. Уж не знаю, как Влад ее выцепил. Хотя... Наверное, очевидно, как... Снял, скорее всего. Заказал. Вы же именно подобным образом находите женщин для утех?

–Не могу сказать. Никогда не пользовался услугами женщин для утех. Господи... Как ты назвала то проституток...

– Серьезно?

– Ага. Я вообще, видишь ли, очень скромный. Честно говоря, и было – то всего раза три-четыре с посторонними. И то по роковому стечению. До брака. А так, только с женой.

– Ты женат? – девочка сделала стойку.

– Это в прошлом. Сейчас я совершенно, полностью свободен. Бог с ним, с моей личной жизнью. Давай вернёмся к Наденьке. Значит, Влад забрал ее из порочного круга и повел к светлому будущему. Странный выбор, однако... И, как я вижу, ни о кого этот факт скрывать не стал. Ещё более странно. Знаешь, будучи мужчиной, могу сказать точно, сколь сильно я бы не любил женщину, но афишировать подобный трудовой стаж не стал бы. В первую очередь ради нее самой. Ради ее спокойствия. Чтоб никто не смотрел косо или, не дай бог, не упрекнул. А тут...

– Возможно, ты прав. Но ответить за Влада не могу. Тем не менее, да, мы все знали, откуда она. А тот случай... Мы немного повздорили. Из-за отца. Дядя связался с его конкурентами. По глупости. Но слушать меня не стал. Поэтому и пригрозила. Мол, если не одумается, расскажу. Что уж там Наденька услышала...

Интересно. Девочка врала. Причем врала искренне и вдохновенно. На самом деле, понять, есть ли в словах собеседника ложь, не так уж трудно. Главное, внимательно за ним наблюдать. Нет, насчёт ссоры – правда. Слова об отце – брехня чистой воды. Моника сначала вскользь убрала взгляд влево, а потом слегка покраснела. Самую малость. Чем себя и выдала. Причиной ссоры стало нечто более личное, относящееся именно к ней самой. И Берг – старший тут совсем ни при чем.

Я увел тему с этого момента. Слушать враньё – бестолково. Нужна правда, а вот ее говорит девочка не хочет. Ну, да и ладно. Сам узнаю. Порасспрашивал о делах дяди, о возможных проблемах с рабочими вопросами. Однако, если судить по рассказу Моники, таковых не имелось. Что выходило по итогу. Владислав Берг – прекрасный человек, у которого все было отлично. Да, немного запутался в связях, выбрав не тех людей, однако в остальном – тишь и благодать. Соответственно, конкуренты убрать не могли, жена не могла, любовницы не было, любовника, прости Господи, тоже. Все факты указывали лишь в сторону Моники, как единственного заинтересованного лица, которое, к тому же, именно той ночью за каким-то чертом попёрлось вести разговоры.

– Ну, а теперь самый главный вопрос. Тема вашей беседы перед его смертью. Настоящая.

Девочка посмотрела на меня, провела языком по нижней губе, а потом улыбнулась.

Марина, как оказалось, работала на себя. Парочка магазинов женской одежды среднего класса и несколько ателье по ремонту вещей. Безнес-леди, которая совсем не леди. Она ругалась матом через слово, пила водку и много курила. Каким стечением обстоятельств ее занесло той ночью в клуб, вообще не понятно. К теме боёв и тотализатора Рыжая не имела никакого отношения. Думаю, реально судьба так распорядилась. Другого объяснения нет. Но именно в момент, когда мне была нужна помощь, она очутилась рядом.

Две недели Марина была мне медсестрой, психологом и мамой. Кормила из ложечки, перевязывала травмы, мазала ушибы. Что ей двигало – не понятно. Как-то не выдержав, спросил:"Почему ты мне помогаешь?" Однако, вразумительного ответа так и не получил. Кроме муторного, запутанного объяснения о левых людях, которые приходят в ее жизнь, забирают свое и уходят. Сказала, рок у нее такой. Пытать подробности я не стал. Захотела бы рассказать детально, в красках, рассказала бы, а если отделывается общими фразами, значит, таково ее желание. Как бы то ни было, благодаря усилиям Марины, я встал на ноги. Странно, но после общения с бравыми ребятами у меня даже не случилось ни одного перелома. Но, не зря говорят, беда не приходит одна. Едва смог перемещаться вне пределов дома, тут же потащил Рыжую в банк. Хотелось налички, чтоб, во-первых, отдать долг Марине за купленные лекарства и потраченные силы, во-вторых, просто для спокойствия. А там – сюрприз. Счёт оказался заблокирован. Денег нет. Совсем. Ноль. Учитывая, какая сумма числилась до моего бунта, минут на пять я забыл, что значит, дышать.

– Девушка, Вы, может, в глаза долбитесь? Посмотрите ещё раз. Как это, ничего нет? Исключено.

Марина, понимая, что меня кроет от злости, извинилась перед работницей банка и, ухватив мою руку, принялась тянуть в сторону выхода. Получалось у нее это с трудом. Не знаю, как меня не заластала охрана. Скорее всего, опять же, заслуга Рыжей, которая направо и налево с трагичным лицом сообщала окружающим, что я ее брат – идиот с диагнозом, подтвержденным справкой из дурки.

– Сука! Тварь! – с силой ударил по панели Марининой тачки.

– Кто-то сделал это специально? – она смотрела на меня внимательно, но, слава богу, без сочувствия или жалости. Хотя, надо признать, Рыжая таких эмоций в мою сторону вообще не проявляла. Даже когда помогала ходить в туалет по первости нашего знакомства. Она вообще была чужда подобных чувств. Мне так казалось на тот момент.

– Нет, блять, случайно они просто исчезли! Испарились в воздухе. Конечно, специально. И я даже подозреваю, кто.

Костик. Константин. Мой "кореш" и "брат". Сто процентов, постарался Берг. Однако, знание виновника случившегося никак не меняло ситуацию. Я не могу высунуть носа. Подозреваю, как только Максим Забелин объявится, к нему снова наведаются те самые парни с битами. А жить, как ни странно, хотелось просто до жопы. Но при этом, внутри все кипело от злости.

– Хорош. Забей. – Марина тронулась с места, выруливая за пределы парковки.

– Забей? Ты издеваешься? Там было больше мульта. Это деньги на "черный "день.

– Значит, не такой он ещё черный. Забей говорю. Бабло не решает все, как тебе кажется. Бабло не сделает тебя счастливым. Оно дает свободу, да. Чем больше бабла, тем человек больше свободен в своих поступках. Но, видишь ли, малыш, ты не возьмёшь до хера денег сам по себе. Не надо так цепляться к ним. Чтоб стать богатым нужны не бумажки и не счета. Нужны люди. Вот люди, которые тебя окружают, они могут помочь получить бабло. И уж только потом ты обретёшь свободу. Но начинается все с людей. Поверь мне. Не цени деньги. Цени людей.

Я слушал ахинею, которую она несла, молча. Просто не было желания спорить. Но для меня исчезновение родных и любимых бабосиков – смертельный удар под дых. Все. Нищий. И никаких перспектив. А во всем виновато семейство Берг. С них началось моё падение в пропасть. Вот только один я не собираюсь оказаться на дне.

– О чем думаешь?

Я покосился на Рыжую. Сказать или промолчать? Не привык как-то делиться своими настоящими мыслями. Вообще особо никогда ни с кем не откровенничал. Возможно, это сложилось с первых лет моего брака. Марика не интересовалась, к примеру, как у меня дела. Не было такого, чтоб я явился с работы, а дома хоть кого-то волновало, как вообще прошел мой день? Может, у меня проблемы. Может, случилась беда. По хер. Главное, что? Во время отдать деньги. Сунуть в клювик моей прекрасной птичке дозу корма в виде более чем приличной суммы. Любимая, жадная кошечка... Я привык быть со своими мыслями наедине. Ни от кого не ждать совета или подсказки. Но в этот момент, сам не знаю, почему, вдруг выложил Марине, что есть на душе.

– Я убью его.

– Кого? – у нее даже интонация не поменялась. Ни одного возмущенного высказывания, страха или сомнения, не являюсь ли я психом.

– Константина Берга.

– Это он забрал деньги?

– Угу.

– Били тебя тоже из-за него?

– Угу.

– Хорошо.

Я повернулся к ней лицом. Реально совершенно спокойна. Будто ей не о предстоящем убийстве сообщили, а поведали абсолютно неважную новость о левом человеке, на которого глубоко и искренне насрать.

– Тебя это не волнует?

Рыжая на секунду отвлеклась от дороги, посмотрела на меня, пожала плечами, а потом поинтересовалась.

– Почему меня должен волновать какой-то левый тип? Ты хочешь отомстить, твое дело. Если так решил, значит, решение правильное.

– Ок... Я попрошу помощи. Конкретной.

– Помогу.

Я замолчала, не имея слов для дальнейшего обсуждения. Очень странная женщина. Отвечаю. Она либо чрезвычайно умна, либо абсолютная дура. Нас не связывает ничего. Вообще ничего. Я ей не брат, не сват, не любовник. Но она, ни капли не сомневаясь, говорит, что согласна помочь мне убить человека. Как такое может быть?

До дома мы доехали в полной тишине. Я размышлял. Костик... Знаю места, где он бывает. Знаю, как выцепить его. Но Берг всегда с кем-то. Если только... Если только его не снимет баба. Телка. С которой этот мудак решит уединиться. Ок. Дальше что? Оружия у меня нет. Задушить его голыми руками? Не знаю... Как бы сильно не хотелось его смерти, но представить, что я вот так лишаю жизни кого-то... Сомневаюсь.

Едва оказался в доме, сразу отправился в спальню, завалился в постель, а потом принялся изучать потолок. Нужно было прикнуть все "за" и "против".

Марина тихо появилась рядом, постояла молча пару минут, а потом забралась на кровать с ногами, скрестив их по-турецки.

– Не заморачивайся. Финансово я помогу на ближайшее время. Ты же не собираешься лететь на Мальдивы или приобрести новую тачку?

Усмехнувшись, я отрицательно покачал головой.

– Ну, вот и чу́дно. Насчёт твоих планов... Есть варианты?

– Думаю. Нужна баба. Чтоб снять этого мудака. Но, есть загвоздка. Использовать колющие, режушие, стреляющие предметы противопоказано. Отомстить хочу, но сидеть за это – нет.

– Ну, собственно говоря, все проще простого, на самом деле. Если, к примеру, сильно пьяный человек окажется в номере, расположенном на высоком этаже, то он, представь себе, совершенно случайно, может свалится с балкона.

Я в изумлении уставился на Рыжую. Опять, второй раз за день. Сидит женщина и спокойно говорит со мной об убийстве левого типа, которого она вообще ни разу в жизни не видела даже случайно. Лично ей он вообще никаким боком.

– Зачем тебе это?

– Уже спрашивал.

– Возможно. Но ответа так и не получил.

– Зачем? – Марина посмотрела мне прямо в глаза, – Потому что, ты этого хочешь.

Все. Занавес. Я не понимал эту женщину. Совсем не понимал. Логика ее для меня находилась в каком-то другом, параллельном мире. Однако, если уж так складывается, зачем ломать голову о причинах поступков. Мы немного более подробно обсудили весь план, а затем приступили к его воплощению.

Прошло достаточно времени, но я помню все до мельчайшей детали. Возможно, потому, что это стало мое первое убийство.

Для начала был выбран отель, куда планировалось привезти Берга. Самое высокое здание в городе. Теперь требовался номер. И вот тут пошли сюрпризы, на которые я даже не рассчитывал. Рыжая сама занялась этим вопросом. Когда она вышла из дальней комнаты, где создавала образ, максимально не похожий на свой родной, я, если честно, стал похож на идиота, сидя с широко открытым ртом. Только слюна не бежала.

Вроде бы та же самая Марина. Волосы – рыжие, глаза – серые. Ничего не изменилось. А все же – абсолютно другая. Впервые встретил женщину, которую столь радикально меняет косметика. Она накрасила тени и ресницы, вызывающим, вечерним макияжем, надела очки в черной оправе, волосы подняла вверх и собрала в круглый пучок. Губы – вульгарные, ярко – красные. Строгая юбка, чуть ниже колена с вырезом до самой задницы, который открывался при ходьбе, блузка, у которой расстегнула верхние пуговицы и торчит заманчиво край кружевного сексуального бюста. Черные чулки с ровным швом по тыльной стороне ноги, высокий, сантиментов двенадцать, каблук классических туфель. Короче – возбуждающая картинка из взрослого порно про учительницу.

– Мать моя... Ты ли это?

Рыжая усмехнулась, причем так, что я невольно ощутил, как Капитан Марвел заинтересованно поднял голову, недоумевая, с чего бы это мы пропустили присутствие женщины, которую, в принципе, можно вполне рассмотреть.

– Не ссы, малыш. Все будет ровно. Сейчас мчу в гостиницу, скину тебе позже, какой именно номер. Чтоб не светить паспорт, договорюсь там с какой-нибудь услужливой девочкой, готовой получить небольшую, но приятную сумму денег, приберечь для меня самый лучший, мол, приеду с любовником, оплачивать будет он. Чтоб знать наверняка, где тебе нас ждать. Потом маякну, к какому времени притащу туда нашего товарища. Далее, в нужный момент открою дверь, ты войдёшь. Постараюсь, чтоб к вашей встрече он был в говно. Ок?

Марина вышла, а я ещё некоторое время таращился на закрытую дверь. Что это было? То есть, она сама, по своему желанию решила сделать все именно так? Я -то думал, озадачится номером и все. Но Рыжая первую, основную честь плана взяла в свои руки, чтоб не впутывать посторонних людей. Ни хрена не понимаю. Ни хрена. Реально, зачем ей это все? Я не встречал Марину в прошлой жизни, мы не пересекались. Откуда эта забота? Не бывает, чтоб всё происходило безвозмездно. Исключено. Рано или поздно придется платить. Большой вопрос, чем.

Вкус крови

Конечно, совсем Моника Берг не разбежалась со мной откровенничать. В течение часа я слушал какие угодно варианты, максимально далёкие от настоящего. Как это понял? Потому что девочка использовала в процессе беседы все возможные способы обольщения и соблазнения. Взгляды из-под ресниц, прикушенная нижняя губа, сто пятьдесят раз облизанная верхняя, наклон вперёд невзначай, от которого декольте становилось глубже, а грудь заметнее. Конечно, уловки имели результат. Я был впечатлён. Еще более впечатлился Капитан Марвел. Он просто откровенно говорил мне, эй, братан, может, хватит трепаться о каком-то убийстве. Грохнули, да и хрен с ним. Тот помер, а ты очень даже живой. Бери девочку, вези ее в отель. Все. Больше ничего от тебя как бы не требуется. Она хочет, это очевидно. Секс будет отменный.

Но тут включился мой характер, а именно, упрямство и твердолобое уперство. Моника считает, будто может манипулировать всеми. В том числе мной. Ну... Ладно. Скажем честно. Реально, всеми. Однако я собрал волю в кулак, думал лишь о чем-то мерзком, противном, вспоминая расчлененку и тем самым отвлекая себя от прелестей девочки. Сначала пусть начнет говорить правду, а потом посмотрим. Серьезно, в конце концов, я должен вести себя как профессионал, а не представлять каждый раз, едва кончик ее языка пробегает по губе, что то же самое можно делать, например...например с Марвелом.

Когда, наконец, вдохновение Моники Берг иссякло, варианты закончились, я, молчаливо выслушивавший весь этот бред, соизволил высказаться.

– Молодец, – поаплодировал ей в ладоши, – сочиняешь ты здорово. Больше не буду задавать тебе вопросы, все равно правды не дождаться. Теперь, значит, смотри, какой расклад. Чтоб разобраться в том деле, для которого ты меня наняла, я должен знать все. Ты упорно отказываешься это понимать и продолжаешь плести небылицы. Так вот, дорогая, сейчас я встану и уйду. А ты ещё раз очень хорошо подумаешь. Мне глубоко срать на твои моральные качества, ровно как на твое прошлое и настоящее. Есть цель, я должен с ней разобраться. Даже, если ты собственноручно убила своего дядю, мне тоже срать. Но я должен понимать все подводные камни. Если, на самом деле ты и тебе нужно алиби, не вопрос. Но, опять же, расскажи правду. Если не ты, но существуют какие -то грязные семейные тайны, милая, мне они по херу. Я всего лишь хочу выполнить свою работу, но при этом не выглядеть идиотом. Так что, думай. Готова быть откровенной, набирай. Нет–сорян. Ищи другого помощника.

Девочка смотрела на меня с недоверием. Она до последнего не осознавала, что могу уйти. Я и сам не верил, по совести сказать. Удалялся от стола, где осталась самая желанная для меня женщина и ругал себя всякими матерными словами. Но, сука, принципы важнее.

Вышел из ресторана и посмотрел на телефон. Время ещё детское. Возбуждение никуда не ушло. Изрядно хотелось секса. Решил, поеду в клуб. Снимать левую телку не собираюсь, но кто-то из знакомых попадется сто процентов.

Собственно говоря, так и оказалось. Компания, с которой зажигал не раз, встретилась в первом же заведении. Девочки обнимали, прижимаясь грудью так, что сквозь ткань одежды чувствовались их соски. Парни жали руку, хлопали по плечу. Все, как обычно. Заказал себе виски. Не знаю почему, но было желание напиться. А я не делал этого давно. Решил не осмыслять и выполнить требование организма. В конце концов, он лучше знает, что нужно хозяину.

Первые два бокала улетели за мое-мое. Я налил третий и собрался было употребить огненную воду, когда мой взгляд упал на танцпол. Очень знакомый силуэт. Очень знакомый. До боли. Смазливая блондинка. Волосы лежат волной. Прикольная фигурка. Откровенное платье с вырезами везде, где только можно. Интересно, ее глаза все такие же зелёные, как и раньше?

Я поднялся из-за стола, не обращая внимания на остальных и решил, подойду. Возможно, во мне говорил алкоголь. Однако, не успел сделать и двух шагов, рядом с Марикой, а это была именно она, нарисовался какой-то хмырь. Не понял... Это что за прикол?

Незнакомый тип подошёл к моей бывшей жёнушке и, приобняв ее за талию, стал весьма откровенно тереться. Эй! Совсем охренел что ли? Не знаю, что в большей мере руководило моими поступками в тот момент, выпитый виски или шок от того, что Марика может с кем-то быть. Я не видел ее два года. Не слышал о ней ничего, не соприкасался. Как только в паспорте поставили штамп о разводе, на который она, кстати, подала сама, я вычеркнул все воспоминания о ней из своей дурной головы. Хотя, надеялся до последнего. Надеялся и ждал, что она осознает. Поймет, как сильно я ей нужен. Ну не дебил ли? Были ночи, когда становилось совсем невмоготу. С того момента, как в моей жизни появилась Марина, я перестал бухать и практически не выходил из дома. Она бдила за мной, как дракон за принцессой. Считала, стоит Максу Забелину оказаться на улице, тут же набегут злые дядьки и мне снова придёт мандец. Но иногда, я вставал ночью с кровати, брал ключи от ее машины и выезжал в город. Просто кружил по улицам и смотрел, как гуляют люди. Особенно парочки. Чувство одиночества было настолько сильным,что при желании, наверно, я мог, придать ему осязаемую форму. Одиночество и понимание того, что никому не нужен. Нет ни одного человека, которого мог бы назвать своим. Правда, когда Марина замечала мое подобное состояние, обижалась. Но суть не в этом. Я на самом деле до последнего ждал Марику. Ее звонка. Сообщения. Думал, ну, если появится, упаду на колени и буду просить прощения. И что? Да, с момента самого развода прошло больше года, но ёпте... Так быстро найти себе кого-то. Странное соотношение, наверное. Сам гулял, встречался с телками все это время, а ее готов упрекнуть за то, что она спустя херову тучу месяцев позволяет чужому мужику себя лапать. Но, тем не менее, для меня так. В моем эгоистичном понимании женщина, когда-то говорившая мне о любви, должна сидеть и ждать, когда я соизволю явиться.

Короче, хватило моего терпения на ещё один танец. За это время я успел оприходовать половину бутылки вискаря, запить это пивом, которое насадил у знакомого, сидящего рядом. Соответственно, кондиция была самое то.

Я решил, а не хера ли вам хера. И пошел к своей ненаглядной бывшей жене.

– Макс? – Марика очевидно никак не рассчитывала на нашу встречу.

– Привет, милая. Как дела?

Мы стояли посреди танцпола, вокруг двигались люди, но я видел только её лицо, не замечая посторонних.

– Нормально. Ты как?

– То, что у тебя все нормально,–я выделил последнее слово, люблю ставить акценты, – Это итак заметно. Смотрю, личная жизнь бьёт ключом. Кто он? При бабках, подозреваю.

– Слушай, – Марика стала в позу, явно реагируя на мою агрессию ответной,–Тебя вообще никак не касается, с кем провожу время. Мы друг другу никто. Забыл? Ты ушел.

– Я ушел?!– злость накрывала меня все сильнее с каждым словом этого разговора, – Проблемы с памятью? Вообще-то ты собрала мой чемодан и выставила его на улицу. Забыла?

– Ты ничего не сделал, чтоб избежать этого. Настоящий мужчина всегда придет и будет бороться. Если он настоящий, конечно, а не безвольная тряпка. Что ты вообще сделал за всю совместную жизнь? А? Чтоб я была счастлива.