Помоги проекту - поделись книгой:
Критериев отбора было несколько… Скорость прохождения, форма прохождения, результат боя с тумбами, а в полуфинальном туре, их проверяли на пригодность стрельбы из арбалета. Ну и в качестве выпускного экзамена, был задуман своеобразный конкур, то есть партия в местное конное поло. Продумав все проблемы будущего похода, я понял, что мне нужны именно драгуны, так что именно подобный контингент, с соответственными навыками я и решил отобрать.
Из семидесяти восьми отобранных на первый этап кандидатов, до конкура дошло ровно шестьдесят человек. Что интересно, наибольшие потери, нанесли испытуемым именно тумбы, были даже раненые (сразу вспомнился старый анекдот про наших футболистов, где у них выиграли тумбы).
Коварное устройство, очень хорошо навострилось наносить удары с тыла, чем внесло в ряды рекрутов грусть и оскудение, но вот скорость прохождения, была почти у всех вполне допустимой, из арбалетов, вообще все отстрелялись прилично. А вот что касается формы прохождения, всех поразил юный бастард Селен, он проходил где-то двадцатым, и было понятно, что юноша умел наблюдать, анализировать и делать выводы, причем быстро. Он быстро перескакивал препятствия, а к тумбам подскакивал снизу, и имитировал удар шпагой в «живот». Я сказал капитану Бирку и зауряд-лейтенанту Вилсу, что уже нашел сержанта разведпатруля, на что баронет ухмыльнулся и сказал, что Моя Милость, будет первым маркизом, произведшим женщину в сержанты. И на мой вопросительный взгляд ответил, что только сейчас узнал шпагу старого барона Гуля, а то что он завещал ее своей бастардке, об этом знали все в графстве, и тут я ее наконец узнал, хотя она и спрятала волосы под шлем, так что вы тан маркиз, произвел в сержанты девушку по имени Селена, впрочем вы имеете на это полное право, так как нет ни одного закона, запрещающего такое действо, а прецедент был сто лет назад, когда герцог Торн, произвел в лейтенанты маркитантку, спасшую знамя его полка. (по официальной версии, маркитантка застрелила из двух пистолетов, захвативших знамя Синих кирасир, а по версии неофициальной, она выкупила знамя у подруги маркитантки с той стороны, которая отжала его у кирасиров за долги). И прочитав в моих глазах вопрос, ответил: «Нет Ваша Милость, она брюнетка с серыми глазами». А на следующий день был Большой конкур…
Я приказал разделить кандидатов на команды, и разыграть турнир в конное поло. По обе стороны поля были обозначены флажками круги, и две играющие команды, должны были попытаться провести огромный кожаный набитый соломой мяч, в мишень за спиной противника. Победители играли друг с другом. Ну а мы выбирали кандидатов. Тут я сделал еще один хитрый ход, бастардам было предложено самим разобраться по командам, и выбрать капитанов, что так же дало материалы для аналитики отбора.
Короче, в результате всего этого, у меня образовалась дружина, из двух драгунских ал и патруля конных егерей, общей численностью сорок семь копий, плюс капитан с лейтенантом, два волонтера, четыре сержанта, девять ефрейторов, старшина и шесть комбатантов. Причем в шевроны и звания, я ввел некоторые мотивы родимой Непобедимой и Легендарной. Комбатанты из хозчасти имели свои нашивки, чем весьма гордились, а волонтеры носили нашивки лейтенантов, чем гордились еще больше.
Штаты конкретно выглядели следующим образом:
Две Драгунские алы по двенадцать рядовых, плюс ефрейтор и сержант в каждой.
Егеря — восемнадцать рядовых, шесть ефрейторов (старших патрульных) и егерь-мейстер (сержант)
Штаб — Капитан, лейтенант два волонтера (Григ и Алекс), сержант и ефрейтор (знаменная группа и ординарцы в одном флаконе).
Хозчасть — старшина, повар, пять возчиков, трое рядовых.
Две недели, мы занимались жесткими тренировками по боевому слаживанию и слава Суворову, с командирами у меня в дружине, все сложилось нормально. Сержанты ал, выделившиеся в ходе отбора, имели опыт сержантства в наемниках, Селена, год была в маноре своего отца, неофициальным лидером алы егерей, и себе в патруль, она отобрала своих земляков, которые о ней слышали и уважали, тем более, что параллельно она исполняла обязанности квартирмейстера манора.
С деньгами у меня, после казино и финансирования Куратора, было все нормально, так что я заказал для всех драгун темно-синие сюрко (цвета баннера маркизата Драгон), патрульным зеленые кафтаны, легкие, но очень прочные вороненые кольчуги-безрукавки с Островов и до кучи, бляхи со своим гербом — грифоном, шпагой и танской половинкой короны маркиза, и плечевые, и для шлемов, плюс шевроны со знаками отличия и рода войск. Еще я, как истинный попаданец, изобрел полевую кухню, плотники и кузнецы, конечно, заломили цену, но заказ сделали в срок и добротно. Я взял за основу, однокотельную кухню кавалерийского образца, с ее устройством я был знаком благодаря своему приятелю, из военно-исторического общества, который обратился ко мне в свое время, как к знатоку военной техники, за информацией по полевым кухням РККА, нужным ему, для очередного перформанс, которую я ему и предоставил, и увлекшись темой, сам принял участие в изготовлении данного девайса. Так что схему железного ящика на деревянной раме, на паре тележных колес с встроенными котлом и топкой, я набросал не напрягаясь. Котел я сделал уставной, на 140 литров, но разделил его на две части 80+60 литров, сделав из одно котловой кухни, двух котловую, так как кипяченая вода в походе вещь далеко не лишняя. Ну и три крытых двуколки, для припасов.
А в одну из ночей, мне приснился волхв Буремир, причем достаточно реалистично. Он попросил, взять с собой в Черное урочище, некую шкатулку, которую мне принесет некий друг, в седельной сумке, и я должен буду положить эту шкатулку, возле корней первого же кедра, который увижу в чащобе, и прежде чем покинуть мой сон, волхв сыграл мне на саксофоне, музыкальную тему из шоу Бенни Хила. Я почти забыл об этом сне, тем более, что обстановка вокруг меня несколько накалялась. Три дуэли подряд, с обычными результатами, меня не сильно напрягли, но то что вызывавшие меня родственники прошлых моих дуэлянтов, тоже судя по ауре, были из списка Куратора, вызывало определенные мысли.
Я как раз думал об этих совпадениях, когда ехал верхом, в сопровождении Селены и баронета, смотреть какие-то хитрые бадагары, для ее егерей. И тут сработала «Чуйка», а с верхнего этажа длинного доходного дома мимо которого мы проезжали, в нашу сторону медленно полетели стрелы. Почему медленно? А потому что, когда включалась «Чуйка», время для меня замедлялось. Я выхватил шпагу, и провел фехтовальный финт «Дождик», (один из привнесенных Куратором рефлексов), я легко отбил летящие в нас арбалетные болты и выкрикнув команду, выпрыгнул из седла и ворвался в подъезд, Селена и Вилс ринулись за мной. Дом был трехэтажный, я на ускорении обогнал своих людей и считая растянувшиеся секунды, ворвался в нужную квартиру вынеся дверь. Арбалетчики не успели перезарядиться, и моя шпага, два раза сказала Z, с финалом не совместимым с жизнью оппонентов. Когда я повернулся к третьему несостоявшемуся убийце, у него в глазу, уже торчал стилет Селены. А четвертого арбалетчика, держал за горло баронет, короче все были при деле. Наемный убийца, а пленный принадлежал именно к этому цеху, рассказал, что его наняли родственники убитого мною на дуэли князя, и его работодатель передающий убивцу заказы, намекнул, что заказ получил не только он. И теперь я точно понимал, что пора выступать в поход.
— «Ваше величество. Молодой маркиз Драгон, уничтожил звено наемных убийц из „Черного шипа“, но у меня есть информация, что заказ на устранение маркиза, проходит, как постоянный, то есть, заплачена огромная сумма, на наем нескольких звеньев, с обязательным конечным успехом. Короче, на нашего молодого друга, объявлена охота»
— «Можно подумать, до этого на него не было охоты» — проворчал Государь — «Пора наконец уничтожить эту шайку убийц, начинайте операцию немедленно, но заговорщиков пока не трогайте, дождемся возвращения нашего героя из Черного урочища»-
— «Вы думаете он туда попадет и сможет оттуда вернуться Государь?»-
— «Я в этом уверен»-
Глава 7. Черное урочище
Вечером, накануне дня выхода в поход, ко мне в дом заявились виконт Алекс и дон Григ. Они заявили, что просят у меня разрешения идти со мной в Черное урочище…
Когда я стал уточнять их мотивы, то выяснилось следующее…
Предприимчивый виконт Алекс, создал развлекательный проект женской борьбы «Куртуаз в грязи», причем из добровольцев. А учитывая, что слухи об подобных боях, после моей оговорки на турнире, достаточно активно муссировались в обществе и коварный виконт объявил, что бои будут вестись в глухих масках, от добровольцев не было отбоя, а учитывая, что взнос за участие в бою был пол сотни золотых, было ясно, что девушки-бойцы были далеко не из самых простых семей. Короче, когда один герцог узнал, что его дочь участвует в этом безобразии (одна из подруг постаралась), папаша, не мудрствуя лукаво, назначил крайним виновником всех бед, естественно виконта Алекса.
Дон Григ, в свою очередь признался, что очень неудачно сорвал банк в казино, обыграв принца крови, на очень солидную сумму. Но главным в его желании, присоединиться к отряду героев, идущих в Черное урочище, было данный некогда обет, посетить Урочище и об этом обете не знал в столице тольтко ленивый. Совет по традиции выделил нам гвардейскую алу Серебряных кирасир и гвардейскую же алу Синих арбалетчиков, дабы сопровождать нас до Моста, причем, когда мы войдем в Черное урочище, арбалетчики и кирасиры останутся нас ждать, чтобы сопроводить потом назад. Гвардейцы намылились было идти в авангарде, но сержант Селена, заявила, что по Уставу Отряда, первыми едут Егеря. Так что наша внушительная войсковая колонна выглядела так: Егерский патруль, во главе с сержантом донеттой Селеной, виконтом Алексом и доном Григом, ала Серебряных кирасир, две моих драгунских алы, и ала Синих арбалетчиков, причем меня поразило то, что их сюрко, были точными копиями мушкетерских плащей, времен д Артаньяна. Просто сплошные Земные дежавю, то римские копья у стражников, то мушкетерские плащи.
По раннему времени, прохожих на улицах не было, но зрителей у окон, обеспечил заместитель командира отряда, зауряд-лейтенант баронет Вилс. Я, как и каждый приличный попаданец, ввел в обиход пару другую песен. Конечно замахнуться на Владимира, нашего, Высоцкого, у меня не хватила совести, тем более, что в этом мире была напряженка, с Яками и Мессерами, но нашу старую курсантскую песню «Белая роза свидание» и Зацепинско-Дербеневскую нетленку «Марусю», я беззастенчиво присвоил, и сделал походно-строевыми песнями своего Отряда (Дружиной он сможет официально называться, только после успешного похода в Черное урочище).
Баронет и Капитан были от этих песен в восторге, драгуны, впрочем, тоже, правда немножко обиделись патрульные егеря, но я объяснил, что по роду их службы, петь в походах и тем более в рейдах им возбраняется, но так как по Уставу, своя музыка и им положена, то так и быть, я дарю им секретную мелодию, которую можно только насвистывать, и выдал «Буги марш». Так что, когда мои орлы, грянули Марусю, проснулось и бросилось к окнам, достаточно много горожан, а попадавшиеся по пути патрули стражников, делали своими пилумами, на караул. Марусю мне пришлось конечно малость подредактировать, вместо Ванюши, получились драгуны, вместо Маруси девицы, слезы капали на кинжал (намек о дворянской крови бастардов), а гусли тут существовали у бродячих музыкантов, так что еще одно дежавю. Саму песню я назвал «Драгунская баллада», причем учитывая, что данного рода войск тут не было, я объяснил любопытствующим, что драгун, это воин из отряда тана, маркиза Драгона.
По дороге к Черному урочищу, было гораздо спокойнее, чем я думал. Только одна засада и только две дуэли. Засада была по обыкновению на лесной дороге, ее одновременно обнаружили егеря Селены и моя «Чуйка». Смешанная группа киллеров-арбалетчиков и придурков с ржавыми мечами и дрекольем.
Мои егеря выбили их на дорогу, а там их элегантно порубили в капусту кирасиры. Я даже не успел никого убить, что весьма удивляет, как «тонко» пошутил виконт Алекс.
А дуэли случились на следующий день, в небольшом городке, возле гостиницы, куда понадобилось заехать донетте Селене, там ее ждали два земляка бастарда, которых она хотела рекомендовать в егеря. Перед гостиницей ошивалась компания донов и что характерно, двое из них были с аурой мортиролога Куратора, а у двух других мерцали оттенки предательства и опасности. Явный предводитель с изумлением уставились на меня, а второй «списочник» достаточно громко, прошелся по поводу развратных девиц в штанах, которые пользуясь попустительством имперских законов, оскорбляют благородные взоры. Его я вызвал на дуэль первым, и располосовал на первом же выпаде, к великому неудовольствию Грига и Алекса, которые назначили себя рыцарями Селены. А я перенес свое внимание на главаря и поинтересовался у него, мол не потому ли дон смотрит на меня таким наглым взором, что не хочет передо мной извиниться за свое наглое поведение, в ответ на что получил немедленную атаку, которую встретил, находясь уже в ускорении. Но не успел я толком пометить противника глубокой Z, как его соратника обнажили шпаги и тоже пошли в атаку, Алекс, Григ и Селена, тоже обнажили шпаги и тут из конюшни, поперла еще дюжина вооруженных типусов. Я с криком — За Императора, бросился вперед и пока мои соратники разбирались со своими противниками, успел провести три удара Z, что привело нападающих в некоторое замешательство, и тут показалась конница из за холмов, в лице капитана дворцовой стражи и дюжины кирасиров. Оставшиеся в живых враги, бросили оружие на землю, и опустили головы в знак покорности. Экспресс допрос показал, что их погибший предводитель, барон Марп, со всей этой бандой, куда входило несколько его танов и наемников, должен был устроить следующую засаду на меня, но приехав в городок, мы смешали все его планы. Капитан, учтиво посетовал, на то что я уехал без его сопровождения, ибо это противоречит воле императора и сказал, что теперь считает своим долгом, сопровождать меня и в само Черное урочище.
Мы все вместе, вернулись набольшую поляну, где обустраивался наш бивак, тем более, что стояло местное лето, длившееся тут четыре месяца. Тут было как таковых три времени года, по четыре месяца в каждом, лето, весна и осень, о снеге, как таковом, тут даже и не слышали, разве что высоко в горах. Месяцы назывались странно знакомо: месяц туманов, месяц цветения, месяц дождя, месяц ветра, месяц жатвы, месяц жары, месяц лугов и тут до меня дошло…термидор, мессидор, плювиоз, вантоз, брюмер, это же аналог французского революционного календаря. Опять эти непонятные совпадения.
Посмотрев, как повар готовится варить к обеду кашу, я вспомнил некий военно-полевой гуляш из некогда читанного сборника военных баек, времён освобождения от демократии, одной «длинной страны», читанного в прошлой жизни, и стал учить повара правильному уставу…
В котел полевой кухни, которую, как истинный попаданец, изобрел ваш покорный слуга, было заложено: мешочки разных круп, несколько куропаток, удачно подстреленный Алексом тетерев, нашинкованное мясо косули, дикий чеснок, несколько банок местных мясных консервов, которые искусно запечатывали в глиняных горшках, разные пряности и.т.д. На запах, помимо гвардейцев прибежало даже несколько диких животных, но ни один барсук, во время этого обеда не пострадал.
К Мосту мы подошли рано утром, ибо только по утрам вход в Черное урочище срабатывал (если срабатывал вообще). Построившись на старинном каменном тет де поне, мы, отдав приветствие провожающим, начали движение. Первыми, в легкую дымку, как мне рассказали, всегда висящую над этими мостами пошли мы, с Алексом и Григом, лошадей мы вели под уздцы. Примерно посередине моста, когда дымка стала переходить в туман, меня в ушах, что то мелодично зазвенело, и сразу же перед нами развиднелось, и мы спокойно вышли на тот берег, все трое, вкупе со скакунами.
За нами двинулись егеря во главе с Селеной и примкнувший к ним капитан дворцовой стражи, которому единственному не повезло, ибо невидимым пинком, он был сброшен с моста в воду, а его конь, с испуганным ржанием помчался назад. Остальной отряд, возглавляемый Бирком и Вилсом перешел мост без каких бы то ни было препон.
На той стороне перед мостом, была такая же площадка из древних плит, размером где-то тысячу, на тысячу шагов, окруженная дугой абсолютно дремучего леса, называемого Пограничным, который прорезало три широких просеки. Не хватало только камня с пояснениями типа, направо пойдешь, коня потеряешь. Не множа частности, я выбрал среднюю просеку и скомандовал егерям выдвигаться на разведку, а командирам приказал готовить колонну к маршу. К тому времени, как вернулся патруль все было готово. Селена доложила, что впереди все спокойно, не считая периодически попадающихся на обочинах человеческих и не очень, костяков. И тогда я скомандовал — «В поход!».
Уже шесть часов мы двигались по широкой просеке без каких бы то ни было событий, кроме того, что среди могучих стволовЮ, все чаще стали попадаться Апельсиновые сосны. Егеря стабильно уходили в поиск и возвращались, и наконец радостная Селена доложила, что патруль наконец вышел на «Лошадиное поле», то есть кончился Пограничный лес, и начиналось большое травянистое поле, буквально усыпанное конными статуями с всадниками и без, тут по рассказам вернувшихся, все путешественники, вошедшие в Черное урочище, останавливались на первый привал, причем это часть пути после любого из четырех мостов, была аналогичной. То есть было три концентрических кольца: река Кольцо, Пограничный лес и Лошадине поле, а вот дальше, в центре этого псевдо-острова и начиналось само Урочище и информация от вернувшихся оттуда смельчаков, очень часто не совпадала.
Когда наш отряд выехал на поле, я объявил привал, тем более что надо было поразмыслить и осмотреться. Лес, из которого мы выехал не изменился, но на дальней стороне Лошадиного поля, клубилось разноцветное марево, нечто вроде стелющегося тумана, над которым торчали деревья. Такое явление упоминалось всего пару раз, так что Урочище явно готовило какие-то сюрпризы. Еще новостей добавили Григ и Алекс, которые устроили себе экскурсию по осмотру местных кавалерийских достопримечательностей. Они на полном серьезе утверждали, что некоторые статуи, это не скульптуры, а окаменевшие кони и их всадники, уж больно филигранны мелкие детали.
Время дня тут не совпадало со временем за рекой, и судя по быстро наступавшим сумеркам, сейчас был вечер. Я приказал разбить бивак, и приготовится к ночлегу. К амуниции своих драгун, я сделал римско-советский подход… Вспомнив, что римские легионеры, несли в походах в своей выкладке, некоторые детали знаменитого полевого римского лагеря, а советская плащ-палатка, была одновременно элементом армейской палатки, я по своим эскизам заказал штатные плащ-палатки РККА образца 1938 года,4х4 локтя, с люверсами, шпеньками и тесьмой, плюс каждый драгун имел в переметных сумах набор металлических клиньев, как для устройства палатки, так и устройства мини-коновязи, и по парочке четырехлоктевых жердей (сумы можно было носить и в пешем строю, это позволяла сделать система ремней). Не забыл я и о котелках РККА образца 1936 года. В каждой але, у восьми самых здоровых драгун, вместо палашей, были топоры типа французских саперных (бороды я кстати велел им отпустить), это были саперные взводы по типу Наполеоновских, и даже шевроны у них ввел те же, в виде скрещенных топориков, от чего по городу пошли слухи, что у меня в дружине, есть даже специальный отряд палачей, после чего в районе моего дома, криминальные сводки обнулились напрочь.
По утру туман рассеялся и оказалось, что за ночь, конные статуи построились в колонну по четыре, которая протянулась через поле, не доходя до опушки урочища, прямо в сторону широкой просеки, мощеной красными грубыми плитами. — «По-моему, это явное приглашение» — сказал дон Григ, «Или явная ловушка» — добавил виконт Алекс. Я приказал баронету и капитану собрать лагерь и выдвигаться в сторону просеки, а Селену с ее егерями отправил на разведку, наказав не отрываться от колонны, больше чем на две тысячи шагов, и идти цепочкой патрулей, находящимися в прямой видимости друг друга.
Но Селена сразу вернулась и доложила следующее… Как только егеря приблизились к началу просеки, в воздухе вспыхнула большая зеленая цифра десять, и по мере выхода на просеку всадников, цифра уменьшалась на количество людей въехавших в Урочище, именно людей кони в счет не шли. И как только Селена, ее сержант и восемь егерей въехали на просеку, в воздухе запульсировал красный жужжащий ноль и дорогу отсекла непроходимая снаружи матовая пелена, причем, как только кто-то пытался выехать назад, пелена его свободно пропускала и ноль сменяла зеленая единица.
Намек был более, чем прозрачный и я приступил к назначению добровольцев… Помимо любимого себя, я включил в группу, Алекса, Грига, Баронета, пятерых егерей и Селену (попробовал бы я ее не включить). Остальному отряду во главе с капитаном Бирком, было приказано возвращаться, разбить лагерь по ту сторону моста, ждать свежих указаний, сохраняя при этом бдительность.
Глава 8. Алекс идет на свидание
План у меня был простой. Найти поляну с кедром, оставить там шкатулку Буремира и параллельно найти пару артефактов, хотя мои спутники, по любому четко нацелились на артефакты для себя ибо вернуться из Урочища без добычи, урон Чести…
Зеленое табло отсчитало десять цифр, мигнуло красным нулем, и мы оказались в «Черном урочище». Лесная дорога прямой не была, она причудливо извивалась и сворачивала под разными углами, а буреломная чащоба, абсолютно не давала возможности сойти с трассы.
А за очередным поворотом показалась наконец поляна с кедром и на этой поляне шел бой. Прижавшись спиной к кедру, рыжая девица (как я уже сразу догадался с зелеными глазами) в костюме наемницы, ловко отмахивалась двумя катанами, от каких-то коренастых мохнатых существ с черно-пегой шерстью, окруживших ее полумесяцем и пытавшихся достать ее короткими дубинками.
«Арбалеты» — скомандовал я и через несколько секунд противники рыжей незнакомки как-то сразу закончились. А она, не обращая на своих спасителей никакого внимания, стала метаться между их телами, и что-то срывать с то ли портупей, то ли лямок (из одежды на этих существах были только кожаные шорты).
А девица, наконец, снизойдя до нас, воскликнула, достаточно мелодичным голосом: «Помогайте снимать бляхи перехода со Шварников, а то пара десятков миллерсов, и они начнут исчезать».
Главные наши джентльмены, Григ и Алекс, кинулись помогать прекрасной даме, на что Селена, только презрительно фыркнула. А я был на стороже, так как аура этой девицы, говорила об опасности, коварстве и элементах магии.
Бляхи перехода, оказались весьма полезными артефактами, они позволяли проходить сквозь любые заросли, так нам объяснила дона Кати, по ее словам, бастардка и наемница, (по крайней мере она так представилась). Их отряд имел такой же жетон, как и у напавших на нее монстриков (Шварники, это были оборотни, продукт деятельности какого-то древнего мага, и были они изначально простыми шакалами), но когда они с этой поляны, попыталисьвзявшись за руки пройти сквозь заросли, вслед за своим командиром, который держал в руках бляху, прямо перед ней включилась непроницаемая преграда и она осталась на поляне одна, потом на нее напали два лесных тролля, она отбилась и сняла с портупеи одного из них эту бляху, и пока она ее рассматривала, вторая бляха растворилась в воздухе, а когда она выронила вторую, то так и не успела ее найти в высокой траве. Все что Кати до этого знала об этих артефактах, это только то, что если путники держаться за руки, то даже одна бляха сработает на проход, и вот теперь, опытным путем она выяснило, что людей использующих жетон, не должно быть больше шести, ибо в отряде она была седьмой и шла последней, ну и то что нельзя было оставлять бляху у мертвого хозяина слишком на долго.
Жетонов оказалось одиннадцать, и мы их по братски разделили. А я вдруг увидел, как на кедре запульсировал искрящийся зеленый прямоугольник небольшого дупла и сразу вспомнил о шкатулке волхва. Я достал ее из переметной сумы и приложил к светящемуся контуру, куда шкатулка буквально нырнула. Ударил гром, сверкнула молния, сильно запахло озоном и перед нами явился Буремир, и первое что он сделал, это погрозил пальцем рыжей наемнице, которая на глазах стала преображаться. Волосы из рыжих стали зелеными, нос заострился, глаза стали больше и были действительно зелеными, вместо костюма наемницы, проявились одежды из матовой листвы.
— «Ты что творишь» — грозно спросил Волхв. Девица рухнула на колени и сказала — «Прости Великий, я не знала, что это твои люди. Иначе, разве бы я посмела» -
— «Больше так не ошибайся. А теперь исчезни» — Буремир махнул рукой и зеленая фигура растворилась в чаще, — «Повезло вам люди, завести знакомство с Дочерью Лесника, улыбнулся волхв» -
После этих слов, Григ радостно выдохнул воздух, а Алекс побледнел. Один я ничего не понимал, но меня просветил баронет. Оказывается, Дочь Лесника, это легендарное существо, обитающее в Черном Урочище. Она единственная, кто может покидать местные границы и славится тем, что заводит путников в ловушки типа болот, а мужчин, которые ей нравятся, очаровывает и выпивает у них душу. Как выяснилось, она уже назначила нашему мачо, виконту Алексу свидание, которого он теперь счастливо избежал (у Грига и баронета, еще долго был любимый вопрос к Алексу, а мол не опаздывает ли он на свидание от чего он содрогался и даже не находил сил отшучиваться).
А Волхв продолжил — «У вас впереди еще две встречи, с настоящей Зеленоглазкой и с моим братом Ефирмаром, у которого будет к вам дело, после чего вы выведете его отсюда, а потом вы сможете выйти к своему лагерю и вот вам проводник» —
С этими словами Буремир раскрыл ладонь и на ней вспыхнуло нечто вроде шаровой молнии зеленого цвета, врученной вашему покорному слуге. А потом он отвел меня, Алекса и Грига в сторону, и начал вводить в курс дела…
Его брат, наследный Хранитель, что присутствие необходимо на Совете, причем срочно, застрял тут, из-за своих дурацких экспериментов и нужен артефакт с помощью которого только и можно его выручить. Артефакт этот мы должны найти в пещере, которую нам укажет некая особа с зелеными глазами, но это точно не Кати дочь Лесника, добавил волхв, лукаво взглянув на смутившегося Алекса. Что это за артефакт не ясно, ибо о нем есть только некое пророчество -
Тут меня как током ударило, ведь в моем Мире, Кицуне, это лиса-оборотень из японского эпоса. Ну что же, будем решать вопросы, по мере их поступления.
А волхв, добавил, что, только спася его братца, мы сможем выбраться из Урочища. И никак иначе. Я хотел спросить у волхва, а почему он сам не спасает своего братца, но посмотрев ему в глаза передумал и спросил, а что мол такое Лалангмамена, на что получил лаконичный ответ — Родина. Ох уж эти магические условности.
Зеленый Сусанин, летел перед нами в десятке шагов, на высоте копья всадника искрясь и шипя. Судя по всему, проводник был не только проводником, так как пару раз, выскакивающие из зарослей непонятные существа, похожие на чудовищ, при виде нашего, сразу же окутывающегося облачком изумрудных искр флагмана, по-быстрому исчезали назад в чащобу.
Заросли постепенно меняли свой цвет на более жизнерадостно-зеленый и на них местами даже стали появляться крупные ягоды, но таких же ядовитых цветов, как рыбы на одной давней рыбалке в Кабинде, так что я отдал строгий приказ к ягодам не прикасаться, а то перед глазами стоял давний пример старшины Тарасюка который вопреки приказу, сварил таки, з циих ризнокольорових рибок трохи Ушици, и заработал себе и Акиму длительное расстройство желудка. А когда дорога пару раз вильнув, внезапно уперлась в гостеприимно распахнутые ворота в высоком частоколе, шар мигнул и свечкой ушел вверх, где и завис, что судя по всему означало привал.
Глава 9. Баронесса с зелеными глазами
Деревня состояла из дюжины круглых домов похожих на юрты, окруженных черными розариями и огородиками с кокетливыми палисадниками. В огородиках росли помидоры величиной с кокос, редиска с кулак и всевозможная зелень. Все это было населена некими существами, как две капли похожими на Мастера Йоду, но не в сутанах, а опять же в тирольских шортах и шляпах. На специально огороженной площадке среди пестрых соцветий чего-то похожего на клевер, паслись чистенькие розовенькие свинки, причем на площадке было настолько чисто, что складывалось ощущение, что эти милые животные питаются цветами и оправляются радугой. Главный Йода указал нам две длинных коновязи к которым его односельчане шустро привязывали мешки с зерном.
Но как же этот Йода похож на настоящего, честно говоря, эти дежавю и совпадения, уже настолько приелись, что перестали вызывать интерес. Еще там были непонятные домашние животные похожие на ящериц с восемью лапами и довольно таки натурально лаявшими, они все были в железных ошейниках, а глаза у них были разного цвета и светились даже днем. Джидаи видимо поклонялись Силе, именно в виде нашего Зеленого Сусанина, так как устроив демонстрацию вселенской любви к шару, они переключили свою благожелательность на нас, включая в оную, в сопровождении нас в отдельные комфортабельные комнаты, выглядевшие гораздо роскошнее, чем местные домики снаружи, и абсолютно пиршественное меню, то есть привал легкой кавалерии удался… Почти… «Чуйка» была полностью нейтральна, только на угощения пейзан откликалась легкой белой дымкой и еще была одна непонятка, мы опустошали блюда с домашними колбасами и жареным мясом, и тазики с салатом, но никак не могли наестся.
Когда я проснулся поутру, от тревожного вопля «Чуйки», лошадей не было, впрочем, как и Мастеров Йод, да и самой деревни джидаев тоже, все окружающее развеялось буквально у меня на глазах. Я гаркнул: «Подъем. Тревога. К бою!».
Хорошо, что по бивачному уставу, вместо подушек у всех отрядников были седла, под которыми были переметные сумки, а оружие и колчаны, были под боком. Как мудро говорил мой старый командир, Устав для того и существует, чтобы хлебалом не щелкать. Зато на поляне присутствовала рыжая девица с зелеными глазами, которая сидела на пеньке и с насмешливым любопытством наблюдала за нашим пробуждением.
Мои друзья опасливо на нее уставились, ибо в памяти еще была свежа сцена встречи с Дочерью Лесника (виконт Алекс даже на всякий случай переместился в арьергадпостроения), а я сразу все понял и представившись, пригласил барышню отойти в сторону для приватной беседы, и вот что она мне рассказала…
— «Меня зовут баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен, я сотрудница секретной службы императора Александра, работала под псевдонимом Лисица. Была опоена сонным зельем на приеме у комиссара департамента Ла-Рош-сюр-Йон, по случаю визита туда генерала Бонапарта. После танца с которым выпила бокал шампанского, присела на банкетку, так как у нее закружилась голова и больше ничего не помнит, вплоть до момента, когда очнулась в Вандейском лесу на костре, где меня хотели сжечь, как ведьму. Среди монахов-оборванцев и шуанов, разглядела своего британского „коллегу“, сэра Эндрю. Голос дал мне надежду на ещё одну жизнь, заодно обещав подменить меня на костре мерзавцем Эндрю. С удовольствием понаблюдав на визжавшего в огне мерзавца, я перенеслась сюда, и моя новая жизнь началась в теле некоей наемницы, бастардки Аннеты, которая должна помогать некоему тану маркизу. Я естественно согласилась, ибо стать верной и что характерно живой соратницей молодого и красивого маркиза („красивого“ я по достоинству оценил и чуть было не зарделся), не в пример лучше, чем быть сожженной ведьмой. Голос много чего мне на рассказывал, но одно я поняла точно, я являюсь неким ключом, причем единственным в своем роде, и без меня к заявленной Голосом конечной точке попасть невозможно, а маршрут до той самой Двери, у меня буквально отпечатан в памяти. Это Мифриловая пещера, куда мы и направимся сейчас. И вот еще что маркиз, изменить вам, причем во всех смыслах, я не смогу физически, как мне объяснил Голос, я строго закодирована и измены просто не переживу» — И тут из ее зеленых глаз хлынули слезы, настолько горькие, что я ей почти поверил (ну чем я хуже Бонапарта, ведь он ей тоже поверил).
У Селены при виде Аннеты-Анастазии, выражение лица, стало как у старой девы, увидевшей в корзинке для вязания дохлую змею, ведь из Прекрасной дамы в отряде, она сразу становилась еще одной из, чем теряла свою уникальность. Григ, уловив своим зорким взглядом игрока, вспышку эмоций, проворчал, что мол и одна женщина в отряде минус, ну а уж две, точно не плюс…На что я ответил, что всё-таки каждый минус — это половина плюса, не меньше, а иногда и больше, особенно если девушки симпатичные, чем вызвал волну мин, гримас и хихиканья, среди своих соратников.
Но большая часть отряда, отнеслась к новой спутницы положительно, тем более, что Аннета, показала нам нычку морлоков с консервами-артефактами, что характерно с маркировкой «Спецрезерв», только без года выпуска, и там были помимо тушенки и каш с мясом, самые настоящие шпроты, которые произвели полный фурор на экспедицию, (было даже допито масло из жестянок).
Как мне потом рассказал Буремир, Морлоки, это была разновидность местных пейзан, из коллекции очередного сумасшедшего колдуна былых времен, которые охотились за конными путниками, заморачивали их и лишали лошадей, после чего исчезали (естественно вместе с лошадьми), а морок естественно развеивался, поэтому мы и не могли насытится их угощением, ибо эта еда была виртуальной. Кстати их домашние ящерки, которые звались Василисками, были ретрансляторами магической энергии, с помощью которой и наводили морок. Такой вот симбиоз. Моя «Чуйка» поздно сработала, потому что по отношению лично ко мне угроза проявилась, только в момент похищения наших лошадок, а до этого «размазывалась» из-за особенностей ретрансляции.
Мы уже заканчивали шпротную трапезу, когда «Чуйка» снова подала сигнал тревоги. К нашему биваку приближалась слабо опасная, но вроде бы не враждебная группа каких-то особей. Это оказались натуральные орки, и по чертам физиономий и цвету, только не очень большие, эдак с половину человеческого роста. Это оказались представители племени Арбакашей, местных извозчиков, о них ходили легенды, но в близи их до нас никто не видел, по крайней мере из возвратившихся. Они управляли большими грузопассажирскими фургонами на огромных колесах, запряженных в самых всамделишных ящеров. Такса на перевозку к любой точке, была две банки консервов с единицы перевоза (я ностальгически вспомнил Тарасюка с его любимой валютой-сгущенкой) а завидя баночки из-под шпрот, Арбакаши снизили тариф вдвое. А я очень кстати вспомнил, что сгущенка у нас имеется, в моем личном НЗ и я решил применить секретное оружие старшины Тарасюка. Завидя бело-синюю банку, орки пришли в дикое возбуждение и после короткого, буквально сорокаминутного торга, мы сошлись на двух банках сгущенки и четырех банках шпрот, за наем двух фургонов до Серого ущелья.
Глава 10. Атака Кентавров
До Серого ущелья, мы добрались почти без приключений, то есть моя «Чуйка» включалась всего три раза. Сначала она предупредила меня о засаде на дубовой аллее, где в кронах гигантских деревьев, нас ожидали странные обезьяны, с серповидными когтями. Мы лихо расстреляли их из арбалетов, не понеся при этом никаких потерь. А второй раз было уже веселее…
Перед нами, и одновременно сзади нас на просеку рухнули деревья, учитывая, что я получил тревожный сигнал заранее, отряд был готов к бою. На этот раз нами заинтересовались натуральные разбойники из сказок Роу и Андерсена, в шкурах, с дубинками и соответствующими рожами. Исключение составил атаман, в ярко желтом сюрко и в рыцарском шлеме с оторванным забралом. Как сказал бы Дарвин, (будь у него мотоцикл): «В стае шимпанзе, обладатель красного мотоциклетного шлемы, становится самой доминантной особью», это я к тому, что шлем атамана, был покрашен в ярко красный цвет, причем явно не в мастерской оружейника, и был этот типус вооружен двуручным мечом, который впрочем он держал весьма неуклюже. Но была ещё некоторая неприятная частность… в тылах банды ошивались два субъекта в дворянском платье, и один из них, светился роковой аурой, то есть подлежал зачистке по списку Куратора… Хлёсткий стук арбалетов, затормозил атаку работников ножа и топора, а когда моя шпага блеснула своей коронной кровавой руной Z, оставшиеся в живых злодеи побросали дреколье и одну шпагу. Правда атаман, зарычав и обнажив свой раритетный меч бросился на нас в атаку, но баронет, с криком — Он мой, элегантным ударом своего тяжёлого палаша, снес ему голову, после чего радостно завладел двуручником, приговаривая, что теперь он настоящий рыцарь меча.
Выживший дворянин, на экспресс-допросе показал, что его, ныне покойный приятель, сподвигнул его на эту авантюру, задуманную и проплаченную герцогом Секстом, который мало что был родственником убитого мною князя Орти, так еще вдобавок папашей девицы втянутой доном Григом в стрип-борьбу. Услышав это, Григ виновато сказал, что он никак не хотел ни чего такого, а просто служил высокому искусству, на что Алекс сострил, что мол благородный дон, всё-таки хотел скорее всего «такое чего». Тут как раз прояснилась судьба, пропавшего в день выхода в рейд сержанта арбалетчиков. Его похитили, и под пыткой выяснили все о нашем отряде. А наш пленник, который все это почти добровольно рассказал, попытавшись бежать, освободил нас от целого ряда забот, так как арбалеты егерей оказались быстрее.
А потом началась степь и там не было опасностей, но было много странностей. Во-первых над нами периодически проносились ковры-самолеты, да-да, самые натуральные ковры самолеты, даже кисти развевались. На большинстве ковров были какие-то грузы, в виде тюков и ящиков, но на парочке восседали в креслах какие-то люди. Когда один такой ковер снизился над нами, занервничавший Виконт Алекс, поднял было свой арбалет, но ковер резко ушел свечкой вверх, и после этого другие ковры, стали летать гораздо выше. Ночь упала на степь, минуя сумерки, мы разбили лагерь около небольшого озерца, а скорее пруда формой в виде вытянутого эллипса, которому скорее всего дал путевку в жизнь родник, ибо вода была прозрачнейшей. Ту были и старые кострища, а в зарослях вокруг пруда, было достаточно сушняка, так что было на чем сварить ужин, тем более, что котелки входили в амуницию отряда.
А ночью началось представление… На небе вспыхнули огромные звезды и дюжина разноцветных лун, а по бокам нашего лагеря, параллельно пруду вытянулось две призрачных дороги. Слева был караванный путь, через самую всамделишную пустыню с барханами и по нему бесконечной чередой шли вьючные караваны, тут были верблюды и слоны, огромные ящерицы и лошади, и вообще непонятные животные, но не было видно не одного погонщика. Не обошлось и без дежавю… Между верблюжьим и слоновьим караванами, тащился конвой из четырех грузовиков «Opel Blitz» и двух броневиков «Sd Kfz 221». Ох где-то я уже видел такой мираж. Что характерно, наши бляхи-пропуска, достаточно явственно нагрелись и мне пришлось даже рявкнуть на Грига, Алекса и Селену, которые собрались проинспектировать какой-нибудь караван. Только наши погонщики фургонов были абсолютно спокойны, видимо это зрелище они видели не впервой. На мой вопросительный взгляд, коричнево-зеленый орк пожал плечами и ответил — «Аль Исра валь Мирадж», и я даже почти не удивился.
Поделиться книгой: