Бастардъ

Бастардъ

* * *

Преамбула

Меня зовут Сварог, так прикололась моя маман, доктор исторических наук, абсолютно растворенная в древнерусском эпосе и ведических материях. Она помогала ваять диссертацию, одному олигарху, в результате чего появился, на свет я. Короче, я бастард. Имя я своё изначально не любил и поэтому всегда старался представляться, как Сергей, но прочитав со временем сериал Александра Бушкова о своём тезке, сменил гнев на милость. Честно отслужив в армии, я наконец узнал, о так сказать тайне своего рождения. Со своим папашей я виделся один раз, с братиком мажором столько же, чего мне хватило по горло.

Нет, расчувствовавшийся папаша (я был его полной копией) проявил благородство, и оплатил мне истфак и купил первокурснику однокомнатную квартиру. Ну а братишка, сам вышел на меня и в наглой манере потребовал, что бы я отстал от их семьи, ибо родственники-нищеброды, им ненужны, за что получил по морде, (его охранник кстати тоже), ибо срочную я служил в одном хитром подразделении, где получил множество необходимых в жизни навыков и мог при желании, убить даже куском теста. А через пару дней, когда я переходил дорогу, причем, строго по переходу и на зелёный свет, меня сшиб большой чёрный внедорожник.

Очнулся я внутри огромного белого кокона. Тела я не чувствовал, зато слышал голос, вернее не так, это был ГОЛОС.

Я так толком и не понял, откуда взялся этот Куратор (так он по крайней мере представился), то ли из будущего, то ли из параллельных миров, но ясно было одно, он предложил мне начать жизнь сначала. В тему я врубился сразу, ибо любил литературу о попаданцах, а ля Бушков — Башибузук — Ланцов — Величко. И то что, мне предстояло переместиться в некое позднее средневековье, в шкуру кадета-бастарда*, не вызвало у меня особо отрицательных эмоций. Тем более Голос сообщил мне, что в сбившем меня Гелике, находились мой братик и его охранник (тот самый с битой мною мордой), и сбившая меня тачка, через четверть часа, очень удачно врезалась в бензовоз и сгорела вместе с моими убийцами. Правда на торте второй жизни, помимо вишенок, типа штабелей роялей в кустах, в виде некоей смутного обещания, нычек с сокровищами, оружием и амуницией, была и капелька дёгтя. Я должен был действовать строго по установкам Куратора, а именно… убрать в том Мире, ряд персон и исключительно на дуэлях, и плюс к этому набрать команду, для некоего анабазиса, о котором я узнаю позднее.

Особенно зацепились в сознании то, что этот мир представляет собой не шар, а огромный параллелепипед висящий в пространстве.

А что еще мне показалось интригующим и подозрительным, так это внешность Куратора. Его образ в моих видениях соответствовал рисованному образу Гая Фокса.

Глава 1. Империя Шемеш, как она есть

Уже третий час, я и мой Росинант неспешной рысцой двигались по лесной дороге. Лес был самым типичным для средней полосы, если бы не периодически встречающиеся кедры, на больших полянах и елки усыпанные яблоками и грушами.

Куратор, для вхождения в этот мир, щедро поделился со мной и информацией, и оснасткой, и навыками… На мне был достаточно приличный дворянский костюм, берет с перьями, а ля молодой д 'Артаньян, легкая кираса, в которой, как правило путешествовали местные провинциальные дворяне, тяжелая шпага, больше тянущая на палаш, кинжал, пара седельных пистолетов с колесцовыми замками, и пара коней, на одном из которых гордо восседал ваш покорный слуга, а второй был заводным и плюс мини обозом, навьюченным моими личными вещами и провизией, за что Куратору, мое огромное мерси, ибо неоднократно читывал о коллегах попаданцах, оказывавшиеся в начале своего анабазиса, голыми и сирыми. С походным рационом, Куратор мне конечно удружил, причем в хорошем смысле…консервы в жестяных банках, с рисунками вместо этикеток, и без привычных выдавленных цифр, икра двух сортов (на крышке красная или чёрная стилизованная рыба, среди кружочков такого же цвета), балычок, шпроты, тушенка, каши со свининой и говядиной,(на крышках колосок + силуэт хрюшки или коровы), так же… твердокопченая колбаска, копченое мясо запакованное в пергамент, галеты, а так же несколько фляжек с вином и с водой, и даже сгущенка. Я внутренне хихикнул по поводу жести не соответствующей местному времени, но оказался не прав. После употребления, банка рассыпалась в прах, видимо по этому, банки и не были очень большими.

Плюс, в мое новое тело было заложена куча навыков и знаний, вкупе с привнесенной моторикой и рядом рефлексов. Я умел фехтовать, скакать на лошади, заниматься упряжью и уходом за конём, и владел обоймой знаний, позволявшей не выглядеть тут чужаком.

Планета эта, называлась Лур, что в переводе с местного древнего языка, означало Земля. Времена тут примерно соответствовали эпохе Трёх мушкетёров, но помимо всего тут присутствовала и магия, больше ритуального плана, нежели прикладного, но тем не менее весьма действенная, помимо Магов Совета, следивших за дворянскими ритуалами, в Империи были еще таинственные волхвы, которым принадлежали те самые кедры, и горе было тем, кто покусится на эти деревья. После того как пара деревень промышлявших вырубкой сгорела, а одного купца нашли в лесу, с проросшим сквозь него молодым дубком, дураков рубить кедры больше не было. Были еще колдуны и шаманы на Островах, но хода им в империю небыло. География и политическое положение, были несколько иные, чем на Земле. Стороны света тут назывались: Полуночник, Обедник, Вертовик и Осенник. Империя Шемеш, занимала целый материк который так и назывался Шемеш), омываемый Большим океаном (он так и назывался Большой). Были еще два или даже четыре Малых материка, но где-то в районе полюсов и до них из современников так никто еще пока не добрался, по легендам, эти материки были Древней Родиной неких Предтеч. Вокруг материка метрополии, в дне плавании парусника, при попутном ветре, был круг состоящий из архипелагов, каждый из них имел свое название, по привозимым оттуда товарам, особенно мне понравилось название, «Красные перцы», они считались имперскими территориями, но не все они были с этим согласны. А еще, в Закатном и Восходном направлении, ровно на полпути к архипелагам, было две симметричных группы островов, которые так и назывались — «Острова» и считались экстерриториальными. Они, как уже было сказано выше, хоть и считались землями колдунов, которым въезд в Империю был запрещен, но купцов оттуда радостно привечали, так как с Островов возили редкие и красивые драгоценные камни и прекрасные доспехи. У меня складывалось ощущение некоторой искусственности местной географии, но оставим это конспирологам. Империя возникла после десятилетия войн, в ходе которых король Шемеш Восьмой, присоединил к своему королевству все местные государства и стал Императором Шемешем Первым. Помимо Империи, в центре материка, в области огромного горного массива, сохранилось пара дюжин вольных баронств, и даженесколько графств, которые ввиду их нищеты и отсутствия серьезной логистики в тех местах, император завоевывать на стал, а дал им статус вассалов, что не помешало вольным баронам, пребывать в перманентых военных конфликтах между собой. Но имперский вассалитет бароны охотно признали, так как ненаследных баронетов, набирали кадетов в Отдельный гвардейский Подгорный полк, естественно на полный государственный кошт, что при бедности баронов, было весьма существенным бонусом. И был ещё один интересный нюанс… Территория Вольных баронств, была единственными местом в империи, кроме внутренних вассалитетов, где допускалось взятие маноров по праву Ваганума, но без права объединения с соседними владениями. То есть любой обладатель серебряных или золотых шпор, мог попытаться с дюжиной друзей, захватить горное баронство и стать полноправным бароном (в Империи правила были посложнее). Так что, вторые и третьи сыновья континентальных дворянских родов, неоднократно пытались улучшить свой статус, через Ваганум. Мне тоже возможно это предстояло, ибо в столицу, как особо отметил Куратор, должен был прибыть полноправный барон, а сейчас я был бастардом с простым кинжалом и простыми шпорами (в империи знаками дворянства, были золотые или серебряные шпоры и родовой кинжал) и в берете, вместо бадагара, на который имели право, только титулованные дворяне. А пока, я имел странное звание Кадета, низшее военное звание для дворянина. Бастард кстати означало не незаконнорожденного, а дворянского сына не имеющего наследства, и на местном языке (похожем на старую кириллицу) это писалось как Бастардъ (Кадет кстати, писалось, как Кадетъ). Для инициации в общество, мне нужно было оказать услугу маркизу Драгону, в замок которого я держал путь, в строгом соответствии с инструкциями Куратора. Причем про услугу, я узнаю в нужное время, так сказал Куратор и это меня несколько напрягало.

Мои размышления, были прерваны красными сполохами перед глазами. Это сработала «Чуйка». Ещё одна полезная хрень от Куратора. Я чувствовал любую опасность, причем с цветовой индикацией оной. Красный — вооруженное нападение, чёрный — подлость и предательство, фиолетовый — ложь, синий — яд, золотой — клад. Не поскупился Куратор. Правда, перечислив все это, Голос хихикнув сказал, что чисто из симпатии ко мне, он добавил несколько приятных сюрпризов.

На полянке возле кедра, стояла повозка с распряженной лошадью, у тлеющего костра, с опрокинутым котелком валялось бездыханное тело, а к повозке прижались спинами три человека, явный купец и два то лислуги, то ли охранника. Их теснило пятеро оборванцев с дубинами. У купца был кинжал, у охранников короткие мечи и оба охранника уже были ранены. То есть ситуация стандартная для большинства попаданцев в начале их анабазиса… спасение жертв нападения и натурализация через это, а если среди спасённых окажется Дядюшка Джо, то конечно просвещение оного на счет командирских башенок тридцатьчетверок и Хрущева.

За шумом боя, на меня изначально никто не обратил внимания, и только когда я остановил коня в двух десятках шагов от стычки, на меня заметили. Я же, выхватил свои, уже взведенные пистолеты, и выдал дуплет с двух рук. Тут сработал и мой определенный опыт и привнесенная моторика. Разбойников стало на две штуки меньше, купеческое трио перешло в атаку, вернее в атаку пошли охранники, а купчина, внезапно ловко, метнул свой кинжал попав прямо в глаза одному из супостатов. Охранники взяли в два меча предпоследнего разбойника, а последний, судя по более менее приличному кафтану главарь, бросился бежать, но для меня это было слишком просто. Давайте коню посыл вперёд, я нагнал атамана, и на лету, срубил ему голову. Моя местная шпага, очень этому способствовала. Она резко отличалась от шпаг мушкетёров Людовика, узкое плоское лезвие заточенное с одной стороны, с обоюдоострым утолщением на конце, бритвенной заточки. Это больше походило на какой-нибудь палаш, но тем не менее, тут это называлось шпага.

Купца звали Мастер Газр. Пока он рассыпался в благодарностях, его охранники произвели шмон упокоенных разбойников и принесли мою долю. От лохмотьев жертв огнестрела, я гордо отказался, но вот трофеи с главаря, разложенные на содранном с него кафтане, меня заинтересовали, вернее один из них, дворянский кинжал, причем явно старинный и очень дорогой. Я взял кинжал в руки и стал его рассматривать, но купец впившись в кинжал взглядом хриплым от волнения голосом произнёс: «Вы видите этот герб, Ваша милость? Это же герб маркиза Драгона, чёрный Грифон. Я как раз ехал к маркизу, везя заказанный им бочонок Келимаса и два бочонкаГустого красного. Если вы преподнесете маркизу этот кинжал, он станет вашим лучшим другом».

Глава 2. В гостях у маркиза

Маркиз Драгон, с нетерпением ждали дневного колокола, и следовательно повода, осушить бокал вина, во здравие Единого и его пророков. Уже третий год он был отлучен от столицы, ведь без ритуального дворянского родового кинжала, маркиз не мог войти ни в здание Совета, ни тем более в императорский дворец. Остатки древней магии, четко стояли на страже традиций. А без решения Совета, освятить новый родовой кинжал нельзя. И родственников, которых можно было задействовать посредниками нет, такая вот загогулина. Маркиз повесил и кабатчика, и служанку, которые опоили его сонным зельем и обокрали. Но кинжал так и пропал. Сам конечно виноват, заведя дурную привычку, путешествовать по дорожным кабачкам инкогнито. Так что оставалось только пить между охотами, и охотиться между пьянками, что особо не печалило маркиза, ибо охота, была его главной страстью.

Но события вдруг понеслись бурным потоком.

Сначала слуга принёс поднос с вином, потом дружинник с воротной башни доложил, что прибыл купец Газр, ну а потом, милейший юноша — бастард, сделал ему подарок, не имеющий цены, вернул родовой кинжал.

Замок маркиза потрясал воображение. Стены из валунов, донжон из чёрного гранита, целиком металлические клепанные ворота. Сам маркиз, не смотря на следы глобальной пьянки на лице, был вполне годным к строевой и набор боевого и явно побывавшего в деле оружия висевшего на всех стенах, в помещениях и коридорах, говорил о том, что юность у маркиза была бурной и насыщенной.

Получив от меня свой кинжал, маркиз пришёл в восторг и тут же, объявил меня ленным наследником. Ленное наследство, это была такая местная юридическая хрень, типа усыновления. Я теперь имел право на титул, третьего тана маркиза Драгона), но без права наследования домена и плюс с обязательством в случае войны присоединяться к дружине маркиза, причем в чине зауряд-лейтенанта. (тан, обращение к ленному наследнику, к титулованным дворянам, было принято обращение дон, а простолюдинам, при обращении к любым дворянам, надо было добавлять Ваша Милость)

В деньгах я не нуждался, ибо у меня в переметных сумах было две тысячи золотых имперских соверенов, и пять тысяч, серебряных крон, чего было достаточно для более, чем комфортного выживания, но сам по себе новый статус, стоил дороже любых денег. И тут в процессе праздничного пира, на второй день празднования, после очередной стопки келимаса, маркиз сделал мне еще один подарок…

Он подарил мне баронство, самый настоящий манор, с замком, землями и тройкой деревушек. Но сам подарок, был, как бы сказать, с узорами.

Баронство это было вассальным маркизу, стало оно вассальным, ещё во время имперских собирательных войн, но барон, на этот вассалитет не обращал внимания, от слова никак, но тут согласно закону, применять силу мог только сам маркиз, либо его родственники, ну а маркизу было как то не до этого баронство, родственников у него не было, и тут очень удачно появился я.

Так что когда на другой день в замок прибыли нотариус и нобиль (местный предводитель дворянства), праздник получил продолжение. Ну а потом началось одно из главных местных дворянских развлечений, охота.

В прошлой жизни, я состоял в охотничьем обществе и даже имел двуствольную «Тулку», но за время моей охотничьей карьеры, не пострадало не одного зверика. Я считаю не честным, убивать животных, если ты не кормишь ими семью. Посему, я ценил на охоте стрельбу по бутылкам и естественно застолья, так что принял участие в данном действе, без восторга, но и без раздражения, ибо кухня в замке маркиза, была на высоте.

На охоту собрались все гости кроме нотариуса (упившегося нобиля повезли в повозке с продуктами, всего этих повозок было три, две с вином, одна с едой). Целью охоты, помимо пьянки, были лани и кабаны. Ланей положено было поражать из луков, а кабанов пиками. Охотничьи угодья маркиза, напоминали полигон придворной дивизии, то есть тут было все… Лес с косулями, роща с медвежьей берлогой (косолапых туда привозили накануне охоты), поле для кабаньей охоты и посреди всего этого, холм со срезанной вершиной, где была так сказать почетная ложа и естественно, походные пиршественные столы. Я кстати блистал новым охотничьим костюмом зеленого бархата, расшитого серебром и роскошным бадагаром, на который теперь имел полное право, в тулью было встроена стальная лента, являющаяся аналогом шлема, что было в принципе не лишним, ибо защита, она и есть защита, все это мне буквально навязал в подарок, Газар.

Нобиль наконец пришел в себя, и поправлялся легким белым вином. Мы сидели с ним в деревянных креслах у походного столика, и я в свою очередь, смаковал Густое красное, из бочонка привезенного все тем же мастером Газаром. Нобиль Бардр, коренастый бодрячок лет пятидесяти, отсалютовав мне бокалом и не поскупившись отхлебнув винца, продолжил начатый им же разговор:

«Понимаете, тан маркиз, вам так и так придется отвоевывать свой замок, иначе может пострадать честь рода, и как только в столице, освятят ваш кинжал, отсчет времени пойдет, если не на часы, так на дни. Это старый маркиз может тянуть с наказанием вассала двадцать лет, потому что именно таков срок отсроченного вассалитета, а вы, как вновь назначенный сувереном барон, обязаны в течении года заявить свои права, иначе лен станет не действителен, а это нескрываемый позор, что гораздо хуже, чем даже отбитый штурм. Сейчас в столице происходит знаменитый турнир бастардов, десять победителей турнира, принимают в Императорскую гвардию в Кадетский полк, откуда со временем и при должном успехе, можно попасть в действительные гардионусы. Вы естественно, уже по своему титулу и рангу, не можете участвовать в турнире, но вы можете набрать из проигравших, свою дружину. Вы имеете право на две дюжины бодигардов, и это количество вполне допускается, для вашеговнутреннего Ваганума. У нынешнего барона Панцера, всего восемь запойных стражников, да и сам он давно расслабился. Так что дерзайте тан».

Наше внимание привлек шум с поля, а там развивалось трагикомичное действо. Мастер Газар, которому разрешили участвовать в охоте, чем он был безмерно горд, очень неудачно царапнул пикой матерого кабана, который в свою очередь устроил охоту на незадачливого всадника, причем судя по веселому похрюкиванию, молодой кабан, решил, что то какая то игра, но когда купец метнул пику, поцарапавшую кабану морду, он взялся за горе-охотника по настоящему. Испуганный конь купца носился по всему полю, но мстительный кабан не отставал. Охотники и егеря выбыли из строя, потому что беззастенчиво ржали, и тут коня вынесло на наш холм, на склоне которого он споткнулся и потерял всадника. Кабан увидев поверженного обидчика, включил третью скорость и я понял, что пора вмешаться, тем более, что один из моих седельных пистолетов, был у меня под рукой (ну голым я себя чувствую без оружия). Купец лежал на траве пластом, конь убежал, так что линия огня была свободна. Я картинно завел замок пистолета и всадил в лоб кабану пулю-турбинку, до которой местным оружейникам было лет двести. Кабан взбрыкнул и рухнул на землю, и тут же по нему отработали из арбалетов егеря.

Газар пришел в себя, только после третьего бокала келимаса и стал путанно и велеречиво меня благодарить, на что я ответил фразой, вызвавшей одобрительный смех окружающих: «Мой друг, я так привык спасать вам жизнь, что боюсь в дальнейшем, мне будет этого недоставать».

Потом был большой пир в Охотничьем Доме (назвать этот дворец домиком, не поворачивался язык). Охотничий стол, был прекрасен. Жареный кабан фаршированный перепелами, перепела отдельно запеченные с травами, седло косули по охотничьи, и всевозможные холодные закуски, от ветчины трёх сортов, до всевозможных солений. И огромный диапазон вин и прочих крепких напитков. По традиции, напитки пили из богато разукрашенных кружек, но рыба, на охотничий стол, не допускалась, как не «егерский» продукт. Я, соблюдая традицию охотничьей поляны, выставил на стол несколько баночек с икрой, чем вызвал буквально оцепенение, переходящее в ажиотаж. Оказалось, что эти консервы, являются одним из древних магических артефактов, который находят только в Черном урочище. Главный Егерь и Мажордом маркиза с Поваром, спросив у меня разрешения, дрожащими руками, стали делать крохотные канапе с икрой, причем в каждой банке оставили по икринке, что бы банка не исчезла, и баночки торжественно поместили в специальную витрину, в Егерском трапезном зале, с памятными раритетами прошлых пирушек. Там, например, стоял кубок, из которого некогда пил брат императора и другие подобный раритеты.

И тут купец удивил всех. Заявив, что семья Газар никогда не была неблагодарной, он попросил принять от него в дар, дом в столице. Это был особнячок некоего разорившегося графа, оставившего все состояние в игорных домах и заложившего свой городской особняк в банке, управляющим которого был свояк купца. Так что жизнь потихоньку стала налаживаться и меня ждала столица Империи.

Глава 3. Дорожные приключения

Из замка я выехал целым Конвоем, то есть в сопровождении трех повозок, семьи слуг, выделенных маркизом, для моего городского дома и четырьмя дружинниками охраны во главе с сержантом Бирком, старым и доверенным воином маркиза, которому служил наставником по ратным дисциплинам еще его отец, который сейчас наслаждался почетной и заслуженной синекурой, заведуя одним из охотничьих Домов (как я уже говорил выше, назвать эти строения домиками, не поворачивался язык).

Но как только наш небольшой караван покинул земли маркизата, на нас буквально началась охота, прямо как в одном старом фильме, где играл будущий министр культуры Атурпаткана, помните: «Туда ехали, за ними гнались, оттуда едут, за ними опять гонятся, какая интересная жизнь у людей».

Первые две засады, мы снесли достаточно легко, тем более, я их почувствовал «Чуйкой». Шестерых разбойников мы прижали в рощице, где они по своему наивному разумению незаметно прятались. Мои пистолеты — минус два двухсотых, аркебузы дружинников, еще два трупа и позорное бегство остатков банды.

Следующая засада уже была из семи человек. Тут я выступил с иной тактикой, то есть двух дружинников спрятал в повозках, с парой заряженных аркебуз каждого, а с остальными пошел в обход вдоль дороги. И когда злодеев встретил залп аркебуз охраны и арбалетов слуг, я нанес удар с тыла. На этот раз ни ушел никто, а я сменил бадагар на свой старый берет, наивно надеясь привлекать меньше завидущих глаз, но как оказалось зря.

Третья засада, состояла из кучки непонятной публики, с завязанными тряпками лицами и приличной одежде, причем они порскнули в разные стороны и исчезли из вида, после первого же нашего залпа.

Но вот следующая засада состояла из доброй дюжины человек и распространяла она, весьма серьезные эманации опасности и моя «Чуйка», буквально полыхала, красным и черным. Расположились злодеи по обоим сторонам дороги, и почувствовав засаду, как раз тогда, когда мы выехали на поляну с кедром, я приказал остановиться и стал держать с сержантом военный совет. Я предложил устроить засаду, против засады, а так как единственное правильное мнение на данном моменте было мое, мы приступили к организации данного перформанса. Одну повозку поставили в центре поляны, две вплотную к опушке, в них за опущенными пологами, замаскированными вдобавок ветвями, были мои арбалетчики и аркебузиры, четыре аркебузы дружинников и три арбалета слуг, плюс четыре запасных.

Когда мимо нас в сторону засады пронесся галопом всадник, я понял, что скоро начнется. Но началась атака только через час… Кучка вооруженных холодняком молодчиков, кинулась к центральному фургону, а на заднем плане гарцевало трое всадников. Ударили аркебузы, защелкали арбалетные болты, злодеи начали нести потери, не понимая откуда в них стреляют. Я медлил применять свои колесцовые карамультуки и оказался прав. Один из всадников, со смутно знакомым лицом, держал в руках фустибулу*, а другой держал в руках блестящий шар с тлеющим фитилем. Привнесенная память подсказала мне, что это снаряд с Гаррогельским огнем, местным напалмом, если он попадет в фургон с моими людьми, выживших не будет. Я вскинул оба пистолета, привычно нарисовал в уме траектории и выдал два дуплета. На этот раз у меня была пара двуствольных кавалерийских пистолетов, подарок маркиза. Два ствола были заряжены пулями, а два картечью. Целился я в парочку пращников, и накрытие было настолько удачным, что одна из картечин разбила пиробомбу. Два всадника вспыхнули страшно крича, а пращник, каким-то волшебным образом успел, дав шенкеля коню, отскочить на безопасное расстояние, но ненадолго. У меня в седельных кобурах, были и мои старые пистолеты, мгновение, и одна пуля сразила бедного коня, а вторая баронета Палва, я наконец узнал его и вспомнил, что в конце пьянки по поводу моего свежеиспеченного танства, нобиль Бардр рассказывал мне, что данный баронет, мечтает жениться на дочери мятежного вассала моего суверена и отжать манор, когда подойдут сроки вассалитета. И тут на поляну ворвалась кавалькада разномастно вооруженных всадников, давших залп из арбалетов в одну из повозок, стоящих у опушки, стреляли они на скаку, болты полетели кто куда, и парочка и вовсе попала в кедр.

И тут над поляной раздался давящий, низкий звук, он давил похлеще басов Rolling Stones. На поляне все оцепенели, а рядом с зашелестевшим, от неведомого ветра кедром, появилась фигура высокого, белобородого старца, в зеленой сутане с капюшоном. Он взмахнул рукой, и всех разбойников, и пеших, и конных, буквально окутали шипастые ветви, молниеносно выстрелившие из травы, раненый баронет не был исключением. А Волхв обратился ко мне… «Спасибо тебе молодой тан, за то, что ты спас священный кедр от злобного огня, злых людей и мы за это благодарны. Тебе будет сопутствовать удача, шпага твоя не будет знать промахов и поражений, ты встретишь на своем пути друзей и в твою жизнь войдет девушка, с зелеными глазами и золотыми локонами. Ты можешь ей верить. А зовут меня Буремир. Прощай» —.

И старец исчез. А около меня собрались слуги и дружинники и внезапно преклонили колени. Сержант объяснил мне, что личное обращение Волхва ко мне и тем более первым — это огромная редкость в этих местах и доступно это только по настоящем благородным дворянам и для моих людей великая честь, служить такому господину, и что все мои люди, будут теперь преданы мне до конца, каким бы он не был (типа успокоил). А я только сейчас понял, что меня зацепило в образе волхва… У него в руке был золотой саксофон, я даже подумал, что мне это привиделось, а сержант разъяснил, что «Золотая дудка», это аксессуар высшего ареопага волхвов. Дальше дорога была почти без приключений, не считая еще парочки мелких банд с Большой дороги, и мы наконец взяли пленного, а он и разъяснил наконец, почему мой караван пользуется такой популярностью. Оказывается, был пущен слух, что я везу в столицу казну маркиза и посему, появилось много желающих, поправить за мой счет, свое материальное положение. Слух этот, как я понял, запустил в обращение никто иной, как баронет Палв, который решил для надежности, потрепать мой отряд нападениями и будучи все время рядом, если что просто добить мой ослабленный караван, что характерно, вместе со мной. А перед самым городом, мы обогнали телегу с сеном, которой правила здоровенная, рыжая бабища, что характерно, с зелеными глазами, причем одной рукой она правила, а другой долбила в загривок сидящего рядом унылого мужичка, судя по его лицу, находящегося в состоянии помелья с последней годовщины своей свадьбы. Я притворился собственным дублем и краем глаза, видел, как у сержанта Бирка, трясся подбородок, от сдерживаемого смеха.

Глава 4. Столица

Въезд в одноименную столицу Империи Шемеш, ознаменовался первой для меня на этой планете дуэлью. На мне был пыльный дорожный плащ и мой старый берет, так что дикому дубообразному баронету из Подгорья, я показался хорошим объектом для идиотских шуток. Скорее всего его возмутил мой конь, который слишком заметно превосходил его клячу.

Баронет сострил по поводу цвета моего Росинанта, на что я ответил, что мой визави вряд ли хорошо разбирается в лошадях, ибо стоит только посмотреть на его одра, которого можно отобрать только для живодерни. Надо сказать, что после ряда дорожных приключений, я был несколько раздражен.

Так что придурок баронет, попался мне весьма удачно. Я не молодой д Артаньян, а он так вообще ни сколько не Рошфор. Я сбросил плащ, под которым бы совсем не дешевый дворянский костюм, поменял берет на бадагар, поданный сержантом и представившись, вызвал баронета на дуэль, обвинив его не больше, не меньше, в оскорблении императора, ибо его конь, был такого же редкого тут цвета какао с молоком, как и мой. С дуэлями в империи все было упорядочено, был дуэльный кодекс, и в населенных пунктах были дуэльные площадки, и был список официальных наблюдателей, следивших за исполнением кодекса. Баронет несколько обалдел от моего преображения и от сути обвинения, но дуэли явно не испугался, ибо был выше меня на пол головы и шире в диаметре. К ближайшей дуэльной площадке, нас проводил лейтенант воротной стражи, который и стал наблюдателем. Мне нужен был еще один секундант, и им вызвался стать некий дворянин, представившийся, как виконт Алекс. Он сказал, что для него будет большой честью быть секундантом героя лесных дорог. Он как выяснилось слышал, мой краткий рассказ лейтенанту стражи о дорожных приключениях (кроме истории с волхвом конечно, о ней я приказал своим людям молчать и даже не вспоминать). Его лицо мне понравилось, плюс меня улыбнула его шутка по поводу подорожания белых дессертных вин, что мол, что бы нового не появлялось под этим небом, то это обязательно против нас лично, и я принял это предложение. Согласно кодекса, нам было предложено выбрать уровень поединка, то есть… до смерти или до первой крови, или вообще примирение. Я, официально находящийся в состоянии оскорбленной стороны выбрал второй вариант, ибо решил не начинать въезд в столицу с убийства. Баронет согласился на мой вариант, ибо немного робел перед титулом. Мы вышли на площадку, белея сорочками (вернее в основном белел я) обнажили шпаги, и лейтенант скомандовал — Ангард!

Баронет ринулся в атаку как бык на матадора, стоящего в новых воротах, но я, ловко уклонившись, послал ему вслед элегантный поклон, а когда он вновь попер н меня, но уже помедленнее, я применил к нему удар Зорро, который попросил Куратора заложить в мои рефлексы. Как молния мелькнула моя шпага, и на груди моего противника, появилась буква Z, краснея на глазах. Удар этот был поставлен у меняв трех вариантах… Одежда, кожа и Mement mori, тут я применил естественно второй. Баронет застыл с ужасом себя ощупывая, а многочисленные зрители разразились аплодисментами. А я отсалютовал шпагой и провозгласил здравицу императору, которую воодушевленно поддержали окружающие. Баронет осознав, что он жив, подошел, низко поклонился и принес глубочайшие извинения тану маркизу, и отдельно отдав дань мастеру шпаги, поклялся, что его не правильно поняли и он безмерно уважает лошадей и императора, после чего пришлось идти в трактир и устраивать грандиозную пьянку, которою мы с сержантом покинули довольно быстро, сославшись на неотложные дела. И это была не последняя дуэль на сегодня, но об этом чуть позже. После трактира, мы с сержантом, решили, не мудрствуя лукаво посетить Совет (слуги и дружинники были отправлены в мой новый дом).

Совет представлял из себя ступенчатый комплекс вычурных зданий на холме, на другом берегу озера напротив Императорского дворца. Здания были густо украшены атлантами, кариатидами и прочими химерами, верхушку комплекса венчал золотой купол, смахивающий на купол Пулковской обсерватории. Озеро кстати кишело лебедями и так и называлось, Лебединым (опять дежавю). Нижние уровни занимались рутиной, а выше второго этажа простых смертных уже не пускали. Отловив в приемном зале Совета чиновника с двумя значками серебряных чернильниц на обшлагах, (что означало младшего аудитора второго класса), и сунув ему за обшлаг пару золотых, попросил оного о способствовании в регистрации нового тана. Причем благожелательной мимикой, было дано понять, что безмерная моя щедрость, имеющая разумные пределы, последует и далее. Ответ был не менее благожелательным, и после завтра, меня попросили зайти за документами в комнату номер16, к аудиторы Кныру, мне было при этом незаметно показано пять пальцев, на что я поощрительно кивнул.

При выходе из здания Совета, мы наткнулись на группу дворян, один из которых во всю глотку обвинял чиновную шваль во всех смертных грехах и извращениях, выдав при этом постулат о том, что мол все, кто носит чернильницы на обшлагах, мерзавцы. И что было самым важным для меня в этом доне, это лепестки, черно-багряного пламени над его головой, и означало это то, что я должен его убить, это был первый номер из списка Куратора. Ну что же договор надо выполнять. Вальяжной походкой я подошел к этой группе и смотря выше их голов, самым холодным тоном поинтересовался, кто тут посмел оскорблять императора. И не дождавшись ответа, добавил, что только абсолютный негодяй может оскорблять уважаемых людей, облеченных доверием императора, и носящих на обшлагах золотые чернильницы. Причем судя по всему он еще и трус, ибо говорит это за глаза. Что и говорить, провокация получилась знатная, ведь золотые чернильницы носили на обшлагах ряд Имперских министров и Канцлер. Дон остолбенел и вспылил одновременно, и естественно принял вызов. Ближайшая дуэльная площадка была больше и роскошнее чем предыдущая, и зрителей, там было погуще. Моего противника звали граф Сетти и он был гораздо более сильным противником, чем баронет. Баронет кстати находился среди зрителей, он и его друзья, учтиво приветствовали меня, тут же находился виконт Алекс, развивший некую бурную деятельность. Как выяснилось, тут был не слабый тотализатор, и Алекс и баронет, поставили на меня все свои деньги, хотя граф Сетти, слыл весьма опытным дуэлянтом.

С самого начала дуэли, граф начал резко атаковать, и даже смог поцарапать мне плечо, когда я недостаточно ловко увернулся от его выпада, а его шпага, неожиданно резко отразила мою. Интересный у него был клинок, по форме как мой, но иссиня-черного цвета. Ну я и ответил соответственно, своим ударом Z, в модели несовместимой с жизнью. Граф еще опускался на землю, зажимая кровавую рану, а я уже отсалютовав шпагой, выкрикнул — «Во славу Императора», и отдал гвардейский поклон, резко боднув головой. Публика восторженно взревела. Алекс и баронет сняли на тотализаторе хорошие деньги, а мой сержант мало что поставил свои, но еще и сто казенных золотых, выданных ему на расходы. Он признался, с виноватым видом, что его подбил на это виконт Алекс, но он был уверен в моей победе, и попытался вручить мне выигрыш, на что я приказал сохранить его на будущую дружину.

Шпага графа по праву победителя досталась мне и оказалась она весьма не простой. Когда я впервые взялся за ее эфес, то почувствовал какое то покалывание, а потом жар, но когда я сжал руку сильнее, то почувствовал поток эмоций, тут была и грусть, и опаска, и надежда, я подсознательно понял чего от меня ждут и сказал тихо, не бойся, мы будем дружить, а воевать только со злом. И шпага отозвалась теплой волной, и опять я почувствовал покалывание, но какое-то нежное. А по лезвию, пробежали синие искры. А виконт Алекс увидев это охнул: «Ведь это Черный клинок. Я думал у графа обычная подделка, но у вас тан, он настоящий». А сержант Бирк, добавил завистливо: «И что характерно, клинок вас признал Ваша милость».

Оказалось, что этот мой трофей, родом из того самого Черного урочища, загадочного места, которое осталось после древней магической войны, когда и погибли почти все маги на планете, кроме волхвов, и кто-то из магических существ по легендам остался именно тут. Урочище представляло собой большой дремучий лес, перемежаемый горами и вельдом, окруженный странной кольцевой рекой с бурным течением, (которая так и называлась, Кольцо), река брала начало в озере «Белый сом», в который и впадала. В озере, что подтверждало его название, водились огромный белые сомы. С внешнего берега, ловить их можно было только один раз в году, за порядком на озере следила эскадра *гукоров непонятной принадлежности, но прекрасно стреляющих Гаррогельским огнем и параллельно ведущих активный лов. Базировались они где-то в том же «Черном урочише». Так что браконьеры там закончились уже много лет назад.

В «Черное урочище» вели три древних каменных моста, и только в урочище сохранились древние артефакты. Причем, как выяснилось, мой путь лежал теперь именно туда, так как дружина тана, могла быть официально признана, только после похода в Черное урочище, такова была местная традиция, и мало было туда сходить в рейд, надо еще было принести оттуда какой-нибудь артефакт, но был еще один нюанс … Мосты пропускали в Черное урочище, далеко не всех и по какому критерию идет эта избирательность, не знал никто. Помимо Черного урочища имелось еще Изумрудное озеро, непонятный анклав на берегу океана, куда никто не мог попасть и про который не было ничего не известно, кроме того, что раз в год, оттуда приплывали в подгорье три изумрудных ладьи с экипажем из странных карликов, по описанию похожих на Джавов из Звездных войн. Много лет назад, были попытки нападений на эти ладьи, как на реке, так и на пристани Мельница, куда они привозили свой товар, но маленькие ушкуйники имели на вооружении нечто вроде огнеметов и организованные разбойники быстро кончились, хотя каждый год, хоть один глупый и жадный одиночка, но находился и немудрено… Ведь их товаром были знаменитые Императорские изумруды, и продавали они их только за золото.

На фоне всех этих новостей, очередная дуэль, не казалась мне чем-то из рук вон выходящим. Единственное отличие от предыдущих поединков, было то, что вызвали меня и мой противник изрядно трусил, хотя Злом от него таки разило. Это был племянник графа Сетти, который вызвал меня на дуэль, заявив, что должен исправить ошибку императора, которой он считает то, что по имперским законам, такие личности как я, могут считаться дворянами. Так как его аура, явно гласила о том, что он из тех, кого я должен отправить в бездну, мой ответ был коротким: «Вы оскорбили императора сударь, и теперь я вас убью». Дальше все уже было почти стандартно, за исключением моей новой шпаги, она буквально извергала из себя потоки энергии и казалось сама вела бой. Мой знаменитый ныне удар Z, состоялся при первом же выпаде. Мой выкрик «За Императора», потонул в торжествующем реве зрителей. Недовольны были только мои секунданты, ибо учитывая, что все ставили на меня, выигрыш был гораздо меньшим, чем в прошлый раз. Виконт Алекс, сказал, что мы обязательно должны сходить в казино, дабы не спугнуть удачу. Но я решил первым делом заняться обустройством своего столичного дома, ибо получил уже целую кучу приглашений, и в обозримом будущем, нужно было ждать ответных визитов.

Глава 5. Турнир бастардов

Я выкупил ложу рядом с Императорской, благо в деньгах, я пока не нуждался. Когда я появился в ложе со своим верным сержантом, который щеголял в мундире капитана дружины, и своими отныне вечными секундантами баронетом Вилсом и виконтом Алексом, на трибунах возникло легкое оживление. Я был уже достаточно известен как завзятый и успешный дуэлянт, а особенно был известен мой удар Z. А после того, как император, благосклонно мне улыбнулся и изобразил пальцем Z, трибуны даже немного зашумели. Но боюсь тут виной, не только моя слава бретера, а одна моя дурацкая шутка. Когда на банкете в Совете, (банкет был на мой кошт разумеется), мой сосед по столу стал перечислять виды соревнований на турнире бастардов, и после звучания боя на мечах, конных сшибок, стрельбе из пистолетов, арбалетов и прочих аркебуз, вдруг упомянул борьбу в латах в грязи, я буквально выпал в осадок, а учитывая, что я тут впервые распробовал ликерное крепленое вино Чёрный бархат, то Остапа, как говорится понесло. Я упомянул о том, что борьба в грязи девушек гораздо интереснее, и сказал этот настолько громко, что вызвал этим общее внимание, и кучу вопросов. Я вывернулся, сказав, что мне это поведал какой-то пьяный моряк, но, по-моему, эта версия не прошла. Ибо теперь, меня чуть не каждый день, кто-нибудь спрашивал, а где я все-таки видел эти бои, так что судя по всему, в историю с моряком никто не поверил, зато версия о том, что где-то тайно и для, избранных, устраиваются эти зрелища, бытовала и крепла. Хоть на дуэли по этому поводу не вызывали, ибо про неотвратимость моего удара Z, знали все.

А турнир шёл своим чередом, и мы с моим уже капитаном, помечали возможные кандидатуры в нашу дружину. По традиции, после турнира проводилась так называемая ярмарка рекрутов, традиционно работающая круглосуточно. У каждого участника турнира был личный номер, и заказчики подавали заявки в, ярмарочный стол, откуда рекруты и получали информацию. Мы с капитаном отобрали сорок кандидатур и назначили им явиться в мой особняк, на один из последующих дней. А сегодня, по настойчивому предложению виконта Алекса, мы собирались посетить игорный дом. Виконт объяснил, что по всей совокупности примет, я должен сорвать банк, так как, во-первых, я новичок, во-вторых победил на трёх дуэлях, а в-третьих пролил кровь, так что я могу смело ставить на кон любую сумму. Игры в данном казино были трёх видов…

Самые обычные кости, с зернью от одного до шести, абсолютно тупая карточная игра «Десятка», в которой три крупье, с тремя колодами по сто карт в специальных обоймах, сдавали трем игрокам, каждую десятую карту из колоды, посла каждой сдачи можно было повышать ставки, а в случае выпадения двух одинаковых карт, все игроки добавляли в банк, двойную последнюю ставку, в случае триумвирата совпадений, утроенную сумму, а в финальной игре, участвовали три последних карты, и там побеждала старшая, старшей масти. Старшинство мастей считалось только в последнем пуле, причем мастей было пять. И третья игра под названием «Пятеро в ряд», там пяти игрокам, сдавали по пять карт из колоды в сто двадцать карт, в которой было по четыре комплекта каждой масти, играли только картинки, и начиналась торговля, при которой каждый следующий игрок, должен был добавлять на своей руке в банк сумму, не меньше предыдущего вброса. За цену прохода, игроки могли на своей руке менять две карты. Игрок последней руки, имел право объявить вскрытие карт, так же карты вскрывались, когда кончалась колода, банк срывало наибольшее количество очков, в случае дубля, другие игроки могли вступить в игру внеся по половине банка, и делалась новая раздача. Учитывая особенности колоды, одинаковое количество очков не было редкостью, так что суммы в банке, иной раз набегали не малые. Именно на эту игру и мобилизовал меня Виконт Алекс. Надо добавить, что карты были круглой формы и сделаны из какого-то очень прочного дерева, и раздавались крупье из специальных машинок. Короче не Покер, не Преферанс и даже не Очко.

Казино, которое тут называлось Дом для игр, было шикарным, мрамор, цветной гранит, люстры из горного хрусталя, дворец одни словом. Крупье, напоминающие британских дворецких, женская прислуга, фонтанирующая, порочной красотой, и россыпи золотых монет на игорных столах, фишек тут еще не изобрели.

Прислуга с подносами уставленными бокалами и фужерами, где переливались хмельной мозаикой элитнейшие напитки, буквально кишела в зале. Можно было не глядя протянуть руку, и в ней сразу же оказывался бокал с амброзией. Закусить также было чем… тарталетки, канапе и птифуры десятков сортов, сверкали кулинарной мозаикой и благоухали аппетитными ароматами, и развозились они на изящных тележках или просто пребывали на десертных столиках. Безалкогольные напитки, в виде соков также присутствовали, но особенным успехом не пользовались, разве что эстеты, добавляли сок в келимас. Виконт Алекс кстати, произвел тут фурор. Я ему как-то выдал рецепт Мохито, как вычитанный в древней книге о ритуальных напитках, тем более, что мята и можжевеловая водка, в этом Мире присутствовали, и Алекс, буквально намедни, заказал в, казино этот напиток, а когда сомелье извинившись повинился, что не знает такого, виконт менторским тоном продиктовал его рецепт виночерпию. И теперь, виконту Алексу, Мохито, подавали в этом казино в качестве комплимента от заведения, причем в любых количествах, а дамы были от этого коктейля без ума (и от виконта тоже).

Виконт заранее объяснил мне, как надо вести себя новичку, дабы не спугнуть удачу… Сначала надо проиграть по маленькой в кости и десятку, дабы умилостивить Удачу, а потом уже приступать к основной игре. Я решил потрафить советам профессионала, но что-то пошло не так…

Я поставил десять золотых (по маленькой, начиналось тут именно с этой суммы), и выкинул каре шестерок, снова поставил все на конец, и выкинул каре пятерок, после чего решил продолжить игру «по маленькой» у стола «Десятки», где тоже сорвал банк, так что к столу «Пятеро в ряд», меня сопровождали уже две тележки с моим выигрышем, влекомые очаровательными служанками, усиленно строящими мне глазки. За столом пятерки, мое внимание привлёк дон Григ, как мне рассказали, это был самый знаменитый игрок в столице, известный как большими выигрышами, так и не меньшими же проигрышами. В данный момент он был в ударе, и перед ним сияла груда золотых монет. Один из пяти игроков бросил карты и с печальным раздражением покинул стол, чем я, был вынужден, воспользоваться (под активным давлением виконта Алекса).

Состав игроков был прямо как у незабвенного Хлестакова, помните, конечно: «Министр иностранных дел, французский посланник, немецкий посланник…», за ломберным столом, помимо дона Грига, присутствовал старший нобиль из министерства Новых территорий, второй секретарь посольства Желтых островов, хозяин торгового дома Джуди, ну и Ваш покорный слуга.

Взнос нового игрока составлял пятую долю кона, в данном случае это было четыреста золотых, которые у меня естественно наличествовали, как раз на тележках с моими выигрышами. Карты были сданы, и началась торговля, в которой я принял участие, без всяких сомнений, ибо у меня был Кирасирскийфлэш, из пяти «Кирас»* разных мастей, у дона Грига было тоже самое, остальные игроки вступили в кон, и игра после новой раздачи пошла дальше. Я не стал смотреть на новые карты, и прошел кон в слепую, просто добавив сто золотых, была у меня такая фича в юности, продолжать торговлю не смотря в карты, противники при этом охотно рисковали но один раз из двух я как не странно выигрывал. Игроки стали повышать ставки, и министерский нобиль не выдержал и вскрылся на своей руке, у нас с Григом выпало по четыре «Зеленых ведьмы», и мы ожидающе посмотрели на партнеров, чиновник и дипломат бросили карты, а купец, одновременно побледнев и пойдя красными пятнами, заявил, что хочет продолжить игру, но у него не хватает золота, на половину банка, и он просит уважаемых дона и тана, принять в счет кона, партию дорогого товара, и выложил на стол свиток торговых грамот. Григ развернул его, немного подумал и протянул бумаги мне, изобразив на лице мину ленивого сомнения, я в свою очередь открыл документ, над моими плечами высунулись головы Алекса и сержанта. В свитке шла речь о партии арбалетов с Желтых островов, Бирк зашептал мне на ухо, что это очень редкое оружие и оно пригодится нашей будущей дружине, а купить его у купца, с переплатой в пять раз, было бы не выгодно, а дешевле этот жадный как Гырс* купчина не продаст, а вот, как карточный выигрыш, это самое то, тем более что Ваша милость, всё равно выиграет. И я сделал знак, что согласен, и дон Григ, крякнув, утвердительно махнул рукой. Толпа набежавших вокруг нас любопытствующих ахнула, и бурным шепотом стала обсуждать небывалые ставки, а банк сиял горой золотых монет, которых было сильно за десять тысяч. Новая сдача прошла в полной тишине, а после того, как Григ прошёлся за сто золотых, а я за сто пятьдесят, мастер Джуди, подвинул к крупье последние двести золотых и дрожащими руками вскрыл карты, это был Имперский флэш, как и у меня недавно, но, когда Григ вскрыл Полного Шута, а я предъявил, абсолютно такой же набор карт, зал взорвался воплями восторга. Мой капитан сразу же озаботился транспортировкой золота в банк, я немедленно выкупил у Грига, его долю товара несчастного мастера Джуди, а сам купчина, был унесен служителями в комнату отдыха, где им занялись лекари, купцу стало плохо, что, впрочем, и немудрено.

А всех участников игры, пригласили в варьете при казино. Варьете показалось мне несколько странным, так как зрителей, то есть нас, посадили на куртуазные диванчики прямо не сцене, и только когда сразу две танцовщицы, сквозь изящное па, уселись мне на колени, до меня дошло, что это элитный бордель. Отступать было некуда, да не очень-то и хотелось. Когда мы покинули это прибежище «Высокого искусства», уже смеркалось, но на улице было светло от большого количества фонарей. Ожидающий меня в компании двух громил и какого-то престарелого ботана в очечках сержант доложил, что золото в Имперском банке, на моем счету и мастер Льерд, принес мне чековую книжку. Я предъявил кинжал тана, дворянские кинжалы тут были чем то вроде удостоверений личности, в каждом дворянском кинжале был камень-артефакт, привязанный к конкретному владельцу, при Совете было три Волхва, которые и занимались инициациями камней. Так что я стал обладателем чековой книжки на сумму с четырьмя нулями. Раскланявшись, банкир удалился, вместе с сержантом-капитаном, который отправился на ярмарку, уточнить сколько рекрутов мы будем завтра лицезреть. Я стал отбиваться от Грига и Алекса, которые требовали продолжения банкета, но опять заиграла «Чуйка»…

Светящийся, видным только мне, черно-багряным ореолом дон, презрительно сказал паре своих собеседников, что зря император разрешил Дома для игр, так как теперь на улицах не протолкнуться от подозрительных типов. Ну что-же, оскорбление императора на лицо. Князь Орти, так его назвал Григ который знал в городе буквально всех, был поставлен в известность, что третий тан маркиз Драгон, имеет честь убить его сегодня на дуэли, за оскорбление императора, да и тип название обидное. Но данный тип с княжеским титулом, повел себя совсем не по-княжески, он и его спутники обнажили клинки и бросились на меня, я обнажил сверкнувшую черным Валькирию (так я назвал свою шпагу) и с кличем — «За императора», принял бой. Конечно драться одному против троих было стремно, но деваться было некуда. Но как говориться, слава богу есть друзья, а у друзей есть шпаги. Алекс и Григ выхватив свои шпаги бросились мне на помощь, отвлекая на себя спутников князя. Но я справился раньше, и очередной разрез в форме Z, прервал жизненный путь еще одного номера из списка Куратора. Я привычно отсалютовал шпагой и воскликнул также привычно — «Во имя императора».

Через пару часов после этого…

Император любил работать допоздна и вельможи были вынуждены подстраиваться под график монарха, так что, когда наступало время вечернего доклада, на улицах столицы уже был поздний вечер. Первым на доклад прорвался Начальник департамента Размышлений, так здесь называлась одна из Контор.

— «Ваше величество!», — вскричал низенький пухленький человечек, — «Простите, но что я без доклада, но вы приказали мне докладывать по этой теме, незамедлительно».

— «Выкладывай», — буркнул император. — «Молодой Маркиз Драгон, убил в стычке на улице, князя Орти, который напал на него с двумя компаньонами, после замечания маркиза, о недопустимости, оскорблений имени императора».

— «Экий вспыльчивый, но преданный молодой человек», улыбнулся император.

— «Ваше величество, все складывается так, что все убитые таном дворяне, состоят в тайном обществе „Черная роза“. То ли он что-то случайно узнал о них, то ли их неприязнь к Вашему величеству настолько явна, что это замечает даже незамутненный ум провинциального дворянчика».

— «Присмотри за этим юношей, что бы не погиб по горячности, вне дуэльной площадки».

Глава 6. Учебный конкур

Утро этого дня было весьма насыщенным. Сначала привезли выигранные арбалеты. Сержант-капитан их буквально облизал и с восторгом описывал этот шедевр островных оружейников, под названием «Двойное жало». А машинка была действительно на уровне. Арбалет был двуствольным и даже магазинным. Один ствол, был для ближнего боя, там была мощная пружина, которая взводилась откидным рычагом, к нему имелся магазин на четыре стрелы, а второй ствол был под стандартный арбалетный болт, их в магазине было аж пять штук, но тут тетива взводилась уже воротом, через хитрую передачу. А потом стали пребывать рекруты с ярмарки бастардов и было их гораздо больше сорока.

Я был этому скорее обрадован, так как для похода в Черное урочище, мне хотелось иметь отряд посильнее. «Чуйка» при каждом упоминании об этом походе, буквально взрывалась тревожными сполохами. Арбалеты кстати, попались мне очень удачно, ибо в урочище, согласно древнему заклятию, не действовало ни одно оружие применяющее огонь, созданный под этим солнцем. Плюс думая и о будущем, которое вряд ли будет скучным, я приказал вести учет всех кандидатов в волонтеры, с адресной привязкой на случай будущих возможных контактов.

Мы с капитаном Бирком и зауряд-лейтенантом баронетом Вилсом (он присягнул мне, как вассал), составили призывную комиссию и приступили к отбору рекрутов. Мой новый дом, представлял собой солидный двухэтажный особняк, с огромным винным подвалом, где я благодаря «Чуйке» обнаружио секретное отделение со старыми винами. Особняк окружала достаточно большая территория, куда входила роща апельсиновых сосен (да да, был тут такой ботанический изврат и эти апельсины, растущие на соснах, активно применялись в местной кулинарии), небольшая площадка для конкура, на которой мною и была устроена полоса препятствий, конечно не совсем такая, как была в Советской армии, но близкая к этому. Я, не мудрствуя лукаво, приказал закупить у бочаров большие бочки, которые были расставлены среди барьеров и препятствий, бочки были заполнены землей и в каждую из них была воткнута тележная ось с колесом, на колесе была закреплена слега, с кожаными мешками на концах, мешки так же были наполнены землей. Так что кандидаты в рекруты моей дружины, проходили полосу препятствий, ведя на ходу бой.