Тень девятихвостой лисицы

Даже Сэт был вынужден поднять тот кинжал с пола, и только потом загнать его мне в грудь. Там, в Чертоге Смерти, я не мог пошевелиться из-за ноги, но сейчас хрен бы он в меня смог попасть. Отсюда вывод: к заклинателям стоит приближаться только наверняка, а на расстоянии они не страшнее чем лучники. Ну а от гипноза или чего-то похожего меня, надеюсь, защитит, подарок богини. Я бережно провел ладонью по висящему на груди оберегу, вздохнул и в который раз окинул взглядом окружающий лес.

Солнце взошло пару часов назад, ветер разогнал предрассветный туман, но трава ещё до конца не просохла. Дышалось легко, дорога ровная, лес просматривается метров на пятьдесят, и в целом все очень даже неплохо. Мои раны за ночь исчезли, еда в корзинке еще осталась, чувствую себя как после чашки хорошего кофе. Одежда, правда, в плачевном состоянии, но это не самая большая потеря. Проблема только в том, что я еще не определился со своими дальнейшими действиями.

Ну да… Ведь, в свете всех последних событий, в Ки мне больше ничего не грозит. После разговора с Каннон, в связях с Тьмой меня никто обвинить не посмеет, а знакомство с братом даймё может открыть нехилые перспективы.

Нет, мне не нужно халявы. Я полжизни провел на службе и готов служить дальше, но в Сато возвращаться уже не буду. Да, конечно, жаль расставаться с ребятами и Иоши, но время, отведенное Духом Горы, скоро закончится, и мне все равно придется куда-то идти.

Есть еще вариант: сразу же отправиться в ущелье Тивата, но не думаю, что это будет умным поступком. Без доспехов, одежды и денег пересечь материк? Херня — вопрос, но все-таки лучше это сделать в каком-нибудь караване. Экипировку и золото можно заработать на службе, да и о мире неплохо бы побольше узнать. Мой боевой опыт и новая тактика несомненно будут полезны Ясудо в их войне против соседей. Осталось только договориться и выбить себе нормальную должность в войсках.

— Таро-доно, а что ты собираешься делать дальше? Куда пойдешь? — словно прочитав мои мысли, как бы невзначай уточнил князь. — Ты говорил, что у тебя есть какое-то важное дело?

— Ну, сначала я доведу тебя до столицы, а там уже буду думать, — пожав плечами, небрежно пояснил я. — Какое-то время проведу в Ки, и если не найду, чем заняться, отправлюсь по тому самому делу. Храм Райдена-самы находится на северо-западном побережье Империи, и чем раньше я выйду, тем быстрее дойду.

— Ты все-таки хочешь найти мать того мальчика? — перешагнув через торчащий из земли корень, Нори обернулся и вопросительно приподнял бровь. — Зачем тебе это?

— Не знаю, — покачал головой я. — Мне кажется, этот парень не умер. Он где-то во мне, но даже если я ошибаюсь, встретиться с матерью — это то немногое, чем я могу его отблагодарить. Его и её…

Нет, понятно, что причина не только в этом, но обо всем остальном князю лучше не знать. Впрочем, эта причина тоже важна. Не знаю, но я часто ловлю себя на том, что думаю о той женщине как о своей матери. Никаких образов и воспоминаний, но как-то оно так выходит…

— Понимаю, — Нори нахмурился и задумчиво посмотрел вдаль. — Моя мама умерла после родов…

— Мне жаль…

— Мне тоже, но я уже привык нести на себе эту ношу, — князь грустно усмехнулся, вздохнул и снова посмотрел на меня. — Скажи, сколько у тебя есть времени?

— Думаю, года два, — пожал плечами я. — Может быть, три… Мне хотелось бы застать ее в здравии.

— Хорошо, — Нори кивнул и, не поворачивая головы произнес. — Думаю, я найду для тебя занятие. Вернемся к этому разговору в городе. Мне просто нужно будет сначала поговорить с братом.

«Ну вот, — мысленно хмыкнул я. — Напросился, и что-то мне все же предложат. Хотя, с другой стороны, почему «напросился»? Нори ведь еще после боя в деревне приглашал меня в Ки. Вот мы собственно туда сейчас и идем. Что же до разговора с братом… Как я понимаю, должности в армии распределяет лично даймё и без его резолюции меня никто никуда не назначит. Думаю, что нужно будет провести не одну демонстрацию, но это не страшно. Щиты можно сделать за десять дней, бойцов обучу за месяц. Мне для начала всего-то надо человек десять — не больше».

— Спасибо, — я благодарно кивнул князю и, поправив ножны на поясе, попросил: — Нори-доно, расскажи пожалуйста о Ясудо. Хотелось бы знать, как у вас все устроено? Служба в армии, мирная жизнь… Я ведь кроме Сато и этого леса не видел тут ничего.

— Да я за всю жизнь не видел того, что повидал ты за месяц, — усмехнулся на ходу князь и, пожав плечами, добавил: — Хорошо, спрашивай, что тебе интересно…

По итогу Нори оказался отличным рассказчиком и историю своего рода знал хорошо. Проговорили мы часов пять: я спрашивал, он обстоятельно отвечал, но некоторые его ответы привели меня в легкое замешательство.

Как выяснилось, клан Ясудо как таковой появился четыре тысячи лет назад, после того как боги прогнали асуров в Кимон. Один из участников той войны — племенной вождь Хидэо Ясудо — отправился со своими людьми охотиться на чудовище, обитающее в Мрачном лесу. То ли недобитый асур, то ли какой-то страшный ёкай — история имени твари не сохранила.

Дальше все как в легендах: чудовище было убито, все воины, кроме Хидэо, погибли, а он, тяжелораненый, привалился к какому-то дереву и приготовился умирать. Тут-то и появилась Каннон… Юная красавица выходила Хидэо и, конечно же, его полюбила. Из леса парень выбрался уже с женой, которая спустя какое-то время родила ему сына. Сам Хидэо прожил недолго и был похоронен в кургане, на котором сейчас и стоит столица клана Ясудо. Это теперь в Империи покойников принято сжигать, но тогда такого обычая не было.

Каменный склеп прародителя послужил фундаментом кланового замка, но войти в него уже невозможно. Со слов Нори, гробницу запечатывала сама богиня и с тех пор никто так и не смог подобрать к той печати ключа.

За четыре тысячи лет замок перестраивали раз пятьдесят, но склеп прародителя до сих пор частично выступает в роли фундамента. За это время гробница первого Ясудо обросла слухами и легендами, большую часть которых можно прочесть в замковой библиотеке. Как я понял, любимым занятием Нори было чтение и до совершеннолетия он сутками пропадал за изучением свитков.

Три года назад, сразу после смерти отца, старший брат — Масаши Ясудо, вытащил младшего за шкирку из библиотеки и пинком отправил во взрослую жизнь. Времени на чтение у князя теперь практически не осталось, но все прочитанное он запомнил надолго.

К слову, в тех легендах не было ничего интересного. Все как обычно. В одних говорилось, что зашедший в склеп обречёт всех Ясудо на смерть, в других — наоборот: станет императором или вознесется к богам. Я таких сказок насмотрелся и наслушался на Земле, но перебивать князя было не лучшей идеей, да и заняться все равно было нечем.

Закончив с историей и легендами, Нори рассказал мне о городе, и эта информация звучала намного фантастичнее всех легенд.

По словам князя, в Ки проживает под сто тысяч подданных клана. В городе есть водопровод, канализация, а некоторые дома имеют от трёх до пяти этажей. Десяток храмов, арена, университет, бани и пара театров — все это как-то не укладывались в мои понятия о средневековых городах. Нет, я не большой знаток истории, но сто тысяч человек! Это же сравнимо с Константинополем! Впрочем, не верить князю было бы глупо. Ну не из головы же он это придумал? Водопровод, канализацию и все остальное. В Сато мне казалось, что на дворе раннее Средневековье, но, выходит, я ошибался?

С другой стороны, посети сейчас какую-нибудь глухую деревеньку в России и попробуй определить год. Двадцать первый век на дворе, ну да… Был, в смысле, двадцать первый.

Я, конечно, не молчал — спрашивал, но, как выяснилось, в устройстве той же средневековой канализации Нори разбирается побольше моего. Если в двух словах, то в мире существуют артефакты, способные накапливать силу и периодически выдавать простенькие заклинания. Они же обеспечивают освещение улиц, очищение воды, работу простейших механизмов и еще целой кучи самых разных приспособлений.

Производство этих артефактов недорогое, ресурс велик, поэтому и в хозяйстве они применяются повсеместно. У Мичи в мастерской было что-то такое, и мне бы спросить — не выглядел бы сейчас идиотом.

Рассказав о городе, князь посвятил меня в политическое устройство, и это было не менее интересно.

Я не совсем понял, кого тут считают близкими родственниками, но, по словам князя, сейчас кровь Ясудо так или иначе течёт в жилах как минимум пятидесяти человек. Точное количество Нори назвать не мог, но его ближние и дальние родственники так или иначе управляют десятком самых крупных провинций.

У князя три родных брата и сестра. Масаши, Керо, Хиро и Аяка. Отец погиб в бою три года назад, и бремя лидера принял Масаши. Самым интересным было то, что в отличие от провинций, власть в кланах напрямую никто не наследовал. Лидера выбирали, и каждый совершеннолетний[1] член клана имел при этом выборе голос. Никакой коррупции и сговоров быть не могло, поскольку каждый, в ком течёт кровь правителей, способен распознать ложь. Нет, обмануть, наверное, можно даже при таких раскладах, но, по словам Нори, существует целых два десятка ритуальных вопросов. Задаются они в Храме Каннон, где всем заинтересованным не нужно брать отвечающего за руку, поэтому соврать достаточно проблематично.

Общее управление кланом осуществляет даймё, старший брат Нори — Масаши. Второй брат — Керо, сидит на торговле и хозяйстве. Третий — Хиро, сейчас с основными силами на границе с Хояси. Спор с соседями произошёл из-за пары приграничных провинций, и тянется он уже лет десять, то разгораясь, то затухая.

Аяка — единственная сестра, целиком отдала себя науке. Девушке двадцать два года и она пока что не замужем, поскольку отшила всех предложенных женихов. По местным меркам, Аяка уже почти старая дева, но поскольку братья обожают сестру, с замужеством её никто не торопит.

Сам князь пока ничем особым не занят.

Полгода назад брат решил сделать из Нори посланника, и теперь парень раскатывает по провинциям. Раскатывал, в смысле, до недавнего времени…

… нет, я подозреваю, зачем это нужно брату, — обойдя поваленное дерево, со вздохом пожал плечами князь. — Даймё хочет, чтобы я побольше общался с разными людьми. У меня всегда с этим были проблемы.

— У тебя? Проблемы? — хмыкнул я, направляясь следом за ним. — Что-то я этого не заметил.

— Сейчас уже не так, как было раньше, — не оборачиваясь, произнёс князь. — Ну а с тобой… Ты другой, и это чувствуется. Не знаю, как объяснить, но ты даже слово «господин» произносил так, словно играл роль в театре.

— Там, откуда я пришёл, было все по-другому, — оглядывая лес, со вздохом произнёс я. — Воины страны, которой я служил, ни перед кем не склоняли голову, и мне просто сложно привыкнуть к местным правилам этикета.

— Твоя страна была больше Империи?

— Думаю, да, — кивнул я. — Восемьсот ри от южной границы до северной, и почти две с половиной тысячи от западной до восточной.

— Ого, — озадаченно хмыкнул князь. — Это примерно как мы вместе со Степью! Теперь я понимаю, почему…

— Тише! — я придержал Нори за руку и указал на деревья, стоящие чуть впереди по ходу движения.

Нет, встреться нам подобное в Подмосковье, и я бы не обратил никакого внимания, но здесь… За весь сегодняшний день нам не встретилось ни одного сухого дерева, а тут — сразу целая роща!

Нет, так-то гниющих стволов и бурелома по дороге встречалось немало, но чтобы ровно торчали из земли и без листвы…

— А что такого в этих деревьях? — посмотрев в указанном направлении, князь перевел взгляд на меня и вопросительно приподнял бровь. — Что тебя так напрягло?

— Они мертвые, но почему-то продолжают стоять.

— И что? — пожал плечами Нори. — Так случается из-за недостатка в воздухе силы, или из-за применения враждебных природе заклятий. Смотри, — князь указал в сторону деревьев рукой. — Под ними так же растет трава, а сухой листвы что-то не видно.

— Хочешь сказать, что эти деревья засохли давно, и нам там ничего угрожать не может?

— Не знаю, — покачал головой князь. — Но враждебные заклятия я почувствую.

— Давай все-таки обойдем это место, — пожал плечами я и, перекинув корзинку в левую руку, пошёл сквозь кусты направо. — Святилище Милосердной осталось далеко позади, так что рисковать нет никакой надобности.

Обойти не получилось. Справа дорогу пересек глубокий овраг, слева в сотне метров от тропы начиналась болотина. Возвращаться показалось не самой лучшей идеей, и мы продолжили путь на север.

Со стороны это место напоминало пожарище, на котором по какой-то причине сгорела только листва. Жуткая и неприятная взгляду картина. Сухие грязно-серые стволы, корявые голые ветки и ничего живого в пределах видимости. Даже кузнечики куда-то все подевались.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — поинтересовался я у князя, когда мы прошли на полкилометра вглубь этого странного места.

— Нет, — покачал головой Нори. — То, что убило эти деревья, уже ушло. Впрочем, я не большой специалист в остаточных следах заклинаний. Могу чувствовать только непосредственную угрозу. Тут же, судя по всему, произошёл разовый выброс Тьмы.

— Храм Сэта? Оками сказала, что защита ослабла, и он вылез из-под земли. При этом мог произойти этот самый разовый выброс.

— Да, возможно, — кивнул князь. — Только странно. Мы ушли примерно на пять ри от дороги, а ты говорил, что крылатые твари раньше так далеко не летали.

— Так говорила волчица, но она могла ошибаться, — я вздохнул и, посмотрев на солнце, добавил: — Если эта мерзость и впрямь где-то здесь, то нам придется серьезно ускориться, чтобы до вечера успеть отойти на безопасное расстояние.

Первый скелет мы нашли минут через пять. Олень. Умер, судя по всему, своей смертью, в том смысле, что его никто не сожрал. Дальше скелеты стали попадаться чаще. В какой-то момент, князь нахмурился и, указав рукой на восток, произнес:

— Он там!

Храм Сэта был похож на огромный кусок дерьма. Не знаю, но у меня сложилось именно такое впечатление. Мрачная постройка из темного камня в высоту достигала пятнадцати метров. Треугольная крыша, портик с фронтоном, на котором был выбит барельеф в виде оскаленной морды змеи. Шесть колонн, которые обвивали такие же змеи, и две небольшие осыпавшиеся пристройки. Наверное, такими же строили свои храмы древние греки, и как же дико это выглядело в лесу.

— И что делаем? — вглядываясь в черноту входа, негромко поинтересовался князь.

— Сваливаем! — хмыкнул я и, не дожидаясь ответа, направился в обход, по широкой дуге.

Не, я, конечно, герой, но мне хватило Чертога Смерти. Днём вроде тут неопасно, но лучше обойти от греха.

Князь спорить не стал, пожал плечами и направился следом за мной.

Ещё минут двадцать мы шли по мертвому лесу, встречая на пути скелеты и постоянно оглядываясь. В какой-то момент сухие деревья закончились, солнышко выглянуло из-за туч, и все вокруг ожило.

Не знаю…. То ли Кина ошиблась, то ли мы шли как-то не так, но к вечеру из леса выбраться не получилось. Хуже того, едва только солнце начало клониться к закату, земля под ногами превратилась в вязкую грязь. Воздух наполнился характерными ароматами багульника, спереди донеслось издевательское кваканье сотен лягушек. Вскоре лес заметно поредел, и минут через десять мы выбрались на открытую местность.

На север, насколько хватало глаз, тянулась заболоченная равнина с редкими островками, на которых росли корявые, уродливые деревца. Все видимое пространство покрывал ковер бурого мха, кое-где виднелись просветы чистой воды, над которыми висела рваная туманная дымка.

На первый взгляд, болото вполне проходимое, но как же не хотелось лезть в эту грязь! Сапог в этом мире еще не придумали, а идти босиком по мерзкой жиже — то еще удовольствие. Впрочем, выбора у нас все равно нет, так что как-нибудь перетерпим.

Князь удивил…Ни слова не говоря и ни на миг не задерживаясь, Нори шагнул на ближайшую кочку и спокойно пошел по болоту на север. Без шеста и веревки, беззаботно поглядывая по сторонам. Интересно… Тут или болота какие-то не такие, или он прекрасно различает твердую почву? Ну да, когда твоя стихия — Вода, наверное, можно и без лодки по океану.

Оглядевшись и найдя взглядом кривую длинную палку, я подобрал ее с земли и, стараясь не отставать, направился следом за князем.

Странное дело…Солнце еще только коснулось верхушек деревьев на западе, но над болотом уже царил полумрак. То ли воздух тут какой-то особый, то ли свет преломлялся как-то не так, но взгляд на окружающую местность настроения не добавлял. Еще любопытнее было то, что над болотом кружили целые тучи мошки, но на меня ни одна тварь не садилась.

Говорить не хотелось. Князь шел достаточно быстро, и я едва за ним поспевал, стараясь идти строго след в след. В какой-то момент участки чистой воды стали встречаться все чаще и чаще, скорость передвижения снизилась, но Нори все так же уверенно шел вперед, и я не особенно заморачивался.

Это случилось, когда мы миновали небольшой островок. За спиной раздался плеск, я вздрогнул, обернулся и почувствовал, как по спине побежали предательские мурашки.

Метрах в тридцати позади из воды вынырнули два трехметровых урода и, крест-накрест размахивая передними лапами, быстро направились следом за нами.

Обезьяны или прямоходящие жабы — хрен разберешь. Грубая коричневая кожа покрыта шишковатыми наростами. Вместо носов — массивные клювы, пальцы на лапах соединены перепонками, в открытых пастях просматриваются тонкие иглы зубов. Идут, почти не поднимая брызг и если ничего не предпринять…

— Бегом! — рявкнул впереди идущий князь и рванул по болоту на север.

Эту безумную гонку я запомню надолго. Не так-то просто бежать, с палкой в руке, придерживая ножны меча и по щиколотку проваливаясь в вязкую скользкую грязь. Хорошо хоть корзинку еще в лесу забрал себе Нори. С ней бы я точно далеко бы не убежал.

Дерьмо случается, и от этого никуда не денешься. Скакать сайгаками по болоту, стараясь удержать равновесие и не зная при этом, как далеко будет тянуться тропа… Что это за твари, на хрена они вылезли из воды, почему не атаковали внезапно?!Вопросов было полно, но спрашивать на бегу было как минимум глупо. Вот куда-нибудь добежим и тогда, а сейчас шаг в шаг, дышать и держать равновесие!

Участок твердой земли мы заметили после пятнадцати минут этого сумасшедшего бега по кочкам. С десяток невысоких деревьев, кустарник и аккуратный домик в японском стиле на самом краю болота выглядели настолько же дико, как и бредущие за нами чудовища, но выбора не было: слева и справа этот участок земли окружала вода.

Выскочив на берег, князь пробежал вперед, громко выругался, поставил корзинку на траву и, обернувшись, положив ладонь на рукоять меча.

— Мы на острове! — коротко проинформировал он в ответ на мой вопросительный взгляд, а затем выругался повторно.

Обернувшись, я посмотрел за спину и, тяжело дыша, опустился на траву. Чудовища исчезли, позади не было ни души — лишь мутный след на воде и примятая на кочках трава. Интересно…

— Кто это был? — отдышавшись, я кивнул на болото и перевел на князя вопросительный взгляд. — И почему ты не атаковал их своими заклинаниями?

— Каппа[2], или кто-то очень похожий, — вздохнул Нори и, придержав ножны, уселся рядом на траву. — Каппа — дети воды и атаковать их я буду только в случае прямой угрозы для жизни.

— Ясно, — кивнул я. — А чего ты ругался?

— Дальше дороги нет, — нахмурился князь и скосил взгляд в сторону стоящего неподалеку дома. — Там глубокая вода и без лодки отсюда не выбраться. Обратно идти, как ты понимаешь, тоже не вариант. Не самая лучшая идея: драться на болоте с его обитателями.

— А тебе не кажется, что эти каппа, или кто там еще, просто загоняли нас на этот остров?

— Да, именно, — покивал князь. — Они словно знали, что я вижу твердый путь и… Смотри, Таро!

Нори указал рукой на болото, я повернул голову и усмехнулся. Со всех сторон к острову быстро двигался серый туман. Он стелился над болотом густым непроглядным одеялом и, не доползая до острова, остановился метрах в двадцати от кромки земли.

Вскочив на ноги, мы приготовились к встрече гостей, но ничего не случилось. Все так же насмешливо квакали из болота лягушки, орали вдалеке какие-то птицы, в траве стрекотали сверчки.

— Тот, кто нас сюда загнал, видимо решил подстраховаться, — наконец нарушил молчание Нори. Князь убрал в ножны меч, вздохнул и, кивнув на дом, добавил: — Ладно, хорошо, пойдем, познакомимся с хозяином этого острова.

[1]

В Средневековой Японии возраст взросления мальчиков — 15 лет, девочек — 13.

[2]Каппа — «речное дитя» (яп.) Японская разновидность водяных. Каппа известен по всей Японии, однако, в зависимости от района страны, его имя или представления о внешнем виде могут немного отличаться.

Глава 8

В доме никого не оказалось, и мы, не зная как поступить, решили для начала осмотреть остров. Наш осмотр не дал ничего, в том смысле, что мы не обнаружили следов пребывания человека.

Ни грядок, ни очага для приготовления пищи, ни так любимых местными декоративных камней.