Носитель Искры. Тигр в волчьей шкуре

Глава 8

— Профессор Сван, можно с вами переговорить? — когда Лаз вышел с очередной лекции, его неожиданно перехватил ректор Си’Прак.

С начала учебного периода и его встречи с ночным гостем прошло чуть больше недели и за это время в его сторону не предпринималось никаких действий. Даже соглядатаи, которых глава академии приставил к Лазу, думая, что тот не заметит, исчезли. Вряд ли это была вежливость, скорее уж Си’Прак не хотел, чтобы с его людьми произошло то же, что с наёмным специалистом культа. Потому что не приходилось сомневаться: прежние злоба, недовольство и презрительность, что ректор испытывал к мелкому профессору, благодаря какому-то удачному шансу получившему шанс шантажировать его, Си’Прака — всё это обратилось дымом. Теперь глава академии чувствовал в адрес Лаза лишь удивление, густо замешанное на страхе. Потому что, даже если молодой человек не сам обладал способностью по-тихому справиться с ночным гостем, то эта сила принадлежала кому-то, стоящему за профессором магии изменчивости.

Всю эту неделю Си’Прак старательно избегал Лаза, а если они всё-таки случайно сталкивались где-нибудь в коридоре или столовой, престарелый алкарн тут же опускал глаза и спешил пройти мимо. Так что подобная инициатива могла означать лишь одно: в глобальной игре, в которую играли Лаз и культ Зверя, его противники сделали очередной ход.

— Да, конечно, господин Кармал. О чём вы хотели поговорить?

После того, как ночной гость отдельным пунктом настоял на подобном обращении, что, очевидно, не могло быть приказом культа, а исходило лично от Си’Прака, Лаз не обращался к главе академии никак иначе. При этом, хотя другие могли и не замечать, сам ректор просто не мог не ощущать пропитывающий эти слова сарказм. И теперь от каждого: “Доброе утро, господин Кармал!” и “Приятного аппетита, господин Кармал!” — Си’Прак дёргался словно от удара током.

— Следуйте за мной.

— Как угодно господину Кармалу.

Через несколько минут они вошли в кабинет ректора и алкарн привычным движением активировал блокировку помещения. Теперь никакое магическое восприятие, не обладающее силой Мастера не смогло бы проникнуть сквозь стены и окна кабинета. Си’Праку, естественно, было невдомёк, что в самый первый раз, когда Лаз здесь был, грубо вломившись в святая святых академии, он уже расставил по кабинету несколько электронных жучков. Чтобы перестраховаться он не сделал их передатчиками, так что до поры записанная на них информация была ему недоступна. Но потом, если будет нужно, Лаз сможет быстро изъять все жучки. Даже если для этого нужно будет вновь вломиться в кабинет ректора, добытый компромат точно будет стоить того. Как минимум маленькие шпионы уже записали разговор Си’Прака с наёмным убийцей, а теперь, похоже, запишут и кое-что даже более интересное.

— Присаживайтесь.

— Спасибо, господин Кармал.

Лаз опустился в гостевое кресло, закинул ногу за ногу и улыбнулся Си’Праку. Ему больше не нужно было играть из себя взбалмошного и глуповатого персонажа. Главной цели — недооценки его противником он уже добился. Теперь, после смерти ночного гостя, даже если бы он продолжил строить из себя дурачка, в это вряд ли бы кто-нибудь поверил. Однако и свои настоящие личность и характер показывать было рано. Прикормка была заброшена и съедена, но на крючок рыбка ещё не клюнула. Начни Лаз вести себя в своей обычной манере и тем более используй он на Си’Праке давление ауры Хаоса — и культ, вероятно, не пожалеет никаких средств и даже отправит по его душу Мастера немалой силы, лишь чтобы избавиться от столь явной угрозы. Так что Лаз перешёл от личины неуравновешенного везунчика на нечто лишь чуть более привычное.

— Признаться честно, при нашей первой встрече я вас недооценил, профессор Сван, — улыбнулся в ответ ректор, после чего достал из стола пару бокалов и бутылку рома, точно такого же как тот, что Лаз “экспроприировал” в первый раз. — Будете?

— Спасибо за комплимент, — Лаз вежливо кивнул, принял из рук Си’Прака бокал и сделал большой глоток. — Дайте угадаю, именно вам сказали пообщаться со мной в качестве чего-то вроде компенсации. Так как де-юре именно вы — тот, кто нарушил наше первоначальное соглашение, отдавая вас мне на откуп культ хочет… — он пощёлкал пальцами, словно пытаясь ухватить ускользающее с языка слово, — умаслить меня. Дать выместить на вас гнев, чтобы уменьшить вероятность нежелательного исхода. Я прав?

Си’Прак выглядел так, словно за раз разжевал и проглотил целый лимон. Строить хорошую мину при плохой игре, улыбаться в лицо, пока в мыслях поливаешь собеседника помоями — это было то, в чём глава Национальной Академии был чертовски хорош. Всё-таки без этого навыка продержаться на подобной должности было крайне сложно. И немалая часть тех, с кем Си’Прак обычно вёл переговоры, также владели этим умением на очень высоком уровне. Более того, обычно оба собеседника прекрасно понимали, что творилось в голове у другого, но при этом оба продолжали вежливо улыбаться. Нераскрытие этого занавеса было сродни тому, как любезничают парень и девушка на первом свидании, прекрасно понимая, что в итоге всё выльется в секс. То есть это было фактически ключевым элементом, без этого ничего не получится. Скажи молодой человек в первые пять минут после встречи о своих планах на грядущую ночь — и неизбежно сорвёт всё свидание. Ровно также и в переговорах. Как бы ни была велика пропасть между шириной улыбки снаружи и количеством воображаемых клинков, что вонзились в тело собеседника в мыслях, нельзя было демонстрировать даже намёк на существование этой пропасти, иначе будет невозможно продолжать. Но теперь Лаз сделал именно это. Выложил все карты на стол и, образно говоря, ткнул Си’Прака лицом в его же грязь.

— Можете не отвечать. И вы должны понимать: я не считаю посланного вами ночного гостя чем-то заслуживающим внимания. На самом деле, если бы никто так и не появился, я был бы разочарован. Это означало бы, что вы и культ не соответствуете тому впечатлению, что на меня произвели. К тому же теперь мы разом перескочили все вопросы касательно моей квалификации о вступлении в культ. Мои условия остаются прежними: я хочу стать частью культа, а также хочу долю в вашем бизнесе. Однако, если бы я оставил всё как есть, вы бы наверняка сочли меня… излишне терпеливым. Я прекрасно понимаю, что в тех кругах, куда я стремлюсь, подобная черта характера считается как минимум слабостью, а как максимум — уязвимым местом, в которое можно бить без зазрения совести. А потому условия немного меняются. Вместо десяти процентов ваших доходов я хочу двадцать пять. И на этот раз о торге не может быть и речи. Также вместо вашей рекомендации меня культу я бы хотел получить приглашение от них самих, будем считать это своего рода компенсацией за причинённые мне неудобства.

Си’Прак, уже успевший убрать бутылку рома обратно в стол, теперь сидел, откинувшись в кресле, глядя на Лаза из-под полуприкрытых век.

— А ещё что? Может быть моё место ректора академии? А может титул лидера культа?

— Господин Кармал, давайте без ёрничества. Эти изменения — целиком и полностью результат ваших ошибок и нетерпения, вы не можете этого не признать. Если бы вы сразу приняли моё предложение, ничего подобного бы не произошло.

Глава академии вновь скривился. Легко сказать: “сразу принять”. Естественно он не собирался раздавать свои собственные деньги и пользоваться ради первого встречного своими связями с культом. Но на этот раз Си’Прак был вынужден признать: его обвели вокруг пальца. Когда Лаз в первый раз забрался к нему в кабинет, ректор испытывал кое-какие опасения, но потом, после их разговора, перестал ощущать от молодого профессора даже толику угрозы. Просто очередной жадный до власти идиот, которому повезло наткнуться на “клад”. Но смерть наёмника культа и то, как Лаз говорил сейчас… глупостью и инфантильностью там даже не пахло. Перед престарелым алкарн сидел тонкий манипулятор с неизвестной поддержкой за плечами. Не было никаких сомнений: предыдущее торопливое и наивное поведение — искусная маска. Словно волк, облачившийся в овечью шкуру. Вот только вместо того, чтобы отправиться в стадо овец, где он смог бы пировать без забот и хлопот, этот человек решил приманить самих волков. И только глупец не сказал бы, что ему это не удалось. Определённо, он и те древние интриганы из культа, о которых Си’Прак не мог думать без дрожи, были одного поля ягодами.

— Возможно, мы всё-таки обсудим… — начал было ректор, но Лаз прервал его, поднявшись из гостевого кресла.

— Тут нечего обсуждать, господин Кармал. Четверть ваших доходов и приглашение из культа — передайте им мои слова. Уверен, они в итоге согласятся, зная, что стоит на кону. Как и вы. А теперь, прошу меня простить, но у меня следующее занятие.

* * *

Лаз бы покривил душой если бы сказал, что ему не нравится играть роль эдакого преступного кукловода навроде Мориарти из рассказов о Шерлоке Холмсе. В подобном амплуа была своя бесконечно притягательная романтика, особенно когда возможность вести себя так имела под собой крепкое основание. Определённо, такой способ ведения дел был куда медленнее и сложнее, чем то, как Лаз обычно решал вопросы. К тому же Мастеру Метаморфоз было куда привычней использовать прямые угрозы и власть, исходящую от его истинной силы, а не завуалированные намёки и шантаж. Но в отсутствие других вариантов так тоже было неплохо.

С его разговора с Си’Праком прошло несколько дней, однако никаких сообщений от ректора или культа не было. Это могло означать одно из двух: либо в культе ведутся активные споры по поводу того, как ответить на, без сомнений, провокационное требование молодого профессора, либо же они ищут нового киллера. В любом случае Лазу это было выгодно, так что он не собирался торопить события. Несмотря на то, что каждый новый день без новостей — это лишний день в рабстве для Айны и Фауста, нетерпение также было проявлением слабости, лучше было потерпеть чем дать культу зацепку о способах давления на него.

Наконец наступили выходные второй учебной недели. Занятия в эти дни проводились, но необязательные, студентам нужно было договориться с преподавателем о дополнительных часах. Лаз также получил два запроса о внепрограммных лекциях для младших курсов, но смог организовать всё так, чтобы лекции прошли с утра и у него остался свободный день. Сегодня он собирался в кои-то веки выбраться в город. Не потому что ему было что-то нужно в Элторе, скорее просто немного развеяться и привести в порядок мысли. Из-за того, что он уже несколько месяцев не спал, его мозг уставал куда быстрее обычного и даже усиленная энергией Хаоса душа в какой-то момент могла не выдержать накопления стресса. Раз уж в “переговорах” с культом появилась пауза, ей стоило воспользоваться хотя бы для частичной разгрузки головы. Надо сказать, в столице Эрда было много мест, на которые стоило посмотреть. Огромная империя, безраздельно занимавшая целый континент, была до абсурда богата и имела одну из древнейших историй во всём мире Сфарры.

Старше Эрда была лишь империя Седьмого Крыла, вторая по силе на планете, целиком занимавшая западный континент Ксорт, исконную прародину алкарн. На самом деле, даже если сложить сроки жизни всех шести других империй Сфарры, это время всё равно не будет равным возрасту Седьмого Крыла. Причина была в том, что, если сделать пару допущений, выходило, что империя алкарн родилась вместе с цивилизацией крылатой расы много тысяч лет назад. Тогда у неё ещё не было статуса империи и называлась она страной Первого Крыла. С тех пор эта страна видела и взлёты, и падения, а правящая династия сменилась уже шесть раз, как и название государства: из Первого Крыла оно стало Вторым, потом Третьим и так далее до эры Мастеров. Тогда в стране произошёл последний государственный переворот, так что де-юре Седьмое Крыло было ненамного старше Леракии, Маира или Ратаана. Но де-факто империя Седьмого Крыла как в названии, так и по сути, до сих пор являлась прямым наследником древних эпох и смотреть на неё свысока не мог даже Эрд.

Тем не менее, титул первой империи Сфарры не был пустым звуком. Эрд был не только самой многочисленной нацией с населением, стремительно приближающимся к шестистам миллионам, но и продолжал постоянно наращивать военную мощь. Наёмники Эрдской империи часто нанимались другими странами для участия в их мелких войнах, именно через Эрд происходила торговля между Седьмым Крылом и Убнурром, поддельной родиной Саймона Свана, а также Эрд часто выступал в роли посредника между “младшими братьями” в разрешении внутренних споров. Естественно, со всего этого огромная империя имела не менее огромную прибыль, продолжая наращивать мощь год от года. Не приходилось сомневаться: даже без культа Зверя они рано или поздно задумались бы об экспансии на другие континенты.

К тому же, в отличие от довольно консервативных Седьмых Крыльев Эрдская империя активно поддерживала любые инновационные технологии и магию, тратя порядочную часть бюджета на зачастую бесперспективные разработки. Могло показаться, что это бесполезная трата денег. Однако, теряя девять раз на провалах, в десятый раз они натыкались на золотую жилу и многократно компенсировали все потери. Не говоря уже о множестве мелких открытий, стоило лишь упомянуть, что технология стабильной левитации, что сейчас использовалась во всех без исключения летательных машинах и глайдерах Сфарры была разработана и доведена до ума именно в Эрде. Было страшно представить, какие деньги империя получала ежегодно просто за то, что остальные пользовались их изобретением.

Так что было не удивительно, что богатство столицы Эрда не поддавалось никакому объективному подсчёту. И если уж весь Элтор был смехотворно богат, то про центральный район, где находились императорский дворец и Национальная Академия, располагались особняки аристократии, центральные представительства всех крупнейших гильдий, предприятий и фирм империи, а также множество памятников архитектуры и наследий более чем полутысячелетней истории Эрда, не стоило и говорить. Без сомнений, даже за неделю Лаз бы не смог осмотреть все достопримечательности центра Элтора, не то что за половину дня. На одно только гостевое посещение императорского дворца стоило отвести как минимум часов пять-шесть.

Но носиться в поту и мыле по улицам только чтобы увидеть на один-два храма больше Лаз и не собирался. Наоборот, он выбрал довольно расслабленный маршрут, огибавший большую часть самых популярных туристических мест. Толкаться в толпах праздных гуляющих он совершенно точно был не в настроении. За день он по-настоящему посетил лишь четыре или пять мест, которые можно было назвать “достопримечательностью”, в том числе главный монетный двор Элтора и государственную художественную галерею. Там он присоединился к довольно интересной экскурсии, рассказывающей об истории развития искусства Эрда, во многом схожей с земной. На большее его не хватило.

Ближе к вечеру, когда осеннее небо уже стало тёмно-синим и на улицах зажглись десятки фонарей, Лаз и вовсе покинул главные улицы постоянно обновляемого и перестраиваемого центра, углубившись в извилистые переулки старых районов. Где-то здесь, если верить купленному им путеводителю, должен был находиться старейший бар Элтора. Лаз, никогда не отказывавший себе в удовольствии выпить чего-нибудь горячительного, естественно, не мог пропустить подобную “достопримечательность”. Проплутав по кривым улочкам больше получаса и в конце концов даже использовав магическое восприятие, чтобы определить цель, он наконец-то обнаружил совершенно неприметную дверь без какой-либо вывески или иных опознавательных знаков. Определённо, это место было исключительно “для своих”. Не зная, что тут находился бар, обычный прохожий никогда бы его не отыскал. Более того, пройдя сквозь дверной проём, Лаз отчётливо ощутил на себе чьё-то восприятие. Старейший бар столицы определённо был не просто питейным заведением.

Впрочем, сегодня молодой человек не собирался участвовать ни в каких сомнительных предприятиях, он пришёл сюда просто выпить. В баре, несмотря на вечер выходного дня, было почти пусто. Занято было лишь три столика и ещё двое сидело за барной стойкой. Так что новому гостю было уделено немало внимания. На Лаза поднялись полторы дюжины глаз, но, не узнав в молодом человеке никого знакомого, большинство посетителей быстро вернулись к своим кружкам. Лишь один человек продолжал пристально разглядывать вошедшего. И Лаз, в свою очередь, также не мог отвести взгляд от этого мужчины.

Длинные рыжевато-коричневые волосы, сравнительно небольшой рост, смуглая, словно у аборигена с островов, кожа и опущенные уголки глаз, создававшие впечатление перманентной грусти. Красные перчатки и сапоги пропали, как и мешковатый балахон и шарф с кисточками, уступив место вполне обычному костюму, популярному среди официальных лиц и чиновников Эрда, но серьги в форме игральных костей всё ещё были на месте. Никаких сомнений быть не могло. Напротив Лаза, с любопытством изучая молодого человека, сидел Ашадин.

От Автора: спасибо, что продолжаете читать мои книги. Помните, что ваши оценки, отзывы комментарии, при чём даже не обязательно положительные — это невероятная мотивация для меня писать как можно лучшие истории.

Глава 9

По словам Даата, а врать главе “Крыльев” тогда было незачем, хотя Ашадин и освободил Сиору от магии подчинения, участвовать в похищении продаже Айны и Фауста Мастер Закона отказался. Более того, узнав о том, что старый алкарн решил предать своих спасителей, мужчина вышел из группировки и разорвал все связи, что строил много лет. В результате от Ашадина у Лаза было исключительно положительное впечатление. Несмотря на то, что он приложил свою руку ко многим довольно сомнительным вещам, у него оставалось понятие о чести и благодарности. С таким человеком было не стыдно быть друзьями.

Однако, понятное дело, сейчас Лаз не мог раскрыть Мастеру Закона свою маскировку. Хотя шансы на то, что за ним шпионят без его ведома были мизерными, они никогда не были нулевыми. А знать о том, кто он на самом деле, не должен был никто во всём Эрде. С другой стороны, подобную встречу сложно было назвать как-то иначе кроме как судьбоносную. Да, бар, который Лаз выбрал, был в каком-то смысле уникальным во всём Элторе и Ашадина, также большого любителя выпить, в таком месте встретить было куда более вероятно, чем в каком-нибудь музее или просто на улице. Однако это всё равно было огромное совпадение…

Или нет? Лаз вдруг задумал о том, что могло привести Мастера Закона в Эрдскую империю. “Одиннадцать Крыльев Даата” были расквартированы в Леракии, что находилась в каком-то смысле на другом конце мира относительно Эрда, в северном регионе северного континента. Ашадин состоял в “Крыльях” много лет. Даже если он и покинул группировку, в Леракии у него должно было остаться большинство друзей и знакомых. Его путешествие в Эрд в таких обстоятельствах казалось странным. Тем более, что с учётом довольно напряжённых отношений между империями, после предательства “Покоя” сложность путешествия от Акилона до Тэрна должна была вырасти ещё больше.

Возможно, конечно, что Ашадин решил просто уехать подальше от территорий “Крыльев”, как можно дальше. Лаз такой мотив прекрасно понимал, сам в прошлой жизни уехал в другую страну, оставив квартиру, машину и работу, лишь бы не пересекаться с тяжёлыми воспоминаниями. Однако всё-таки ему не верилось, что Мастер Закона решил сбежать от своих ошибок. За несколько месяцев знакомства Лаз успел неплохо понять характер Ашадина. Хотя тот казался несерьёзным и импульсивным, особенно когда дело касалось игр и ставок, это была лишь удобная маска, примерно такая же, какой были для самого Лаза серый костюм-тройка и вечная вежливая улыбка. А под этой маской скрывались твёрдый характер и железная воля.

Тогда, возможно ли, что Ашадин прибыл в Элтор, потому что также, как и Мастер Метаморфоз, искал проданных в рабство? Это казалось логичным: его чувство вины перед Лазом, Айной и Фаустом было очевидно уже по его выходу из “Крыльев”, не было бы удивительным, если бы Мастер Закона решил не ограничиваться только угрызениями совести.

В таком случае объединиться с Ашадином было бы великолепным бонусом. Лаз не сомневался в своих навыках, но он не был настолько самоуверен, чтобы считать, что ему в принципе не нужна помощь. Тем более что две головы куда лучше одной, да и силу Мастера Закона не стоило сбрасывать со счетов. Хотя в прямом столкновении даже пять Ашадинов ничего Лазу бы не сделали, его уникальная магия была чем-то, что Мастеру Метаморфоз было неподвластно.

Вот только как ему выяснить, зачем Ашадин прибыл в Элтор и, если их цели совпадали, как сообщить о своей готовности к сотрудничеству, не раскрывая своей истинной личности? Сейчас он был Саймоном Сваном, преподавателем магии изменчивости в Национальной Академии, человеком довольно талантливым и с определённым статусом, но не более того. С Мастером, а тем более с таким сильным, как Ашадин, его нельзя было и сравнивать.

Пока Лаз думал, Мастер Закона решил проявить инициативу.

— Доброго вам дня, уважаемый. Прошу прощения за мою наглость, но у меня к вам есть один очень важный вопрос. Скажите пожалуйста, не знакомы ли мы с вами каким-нибудь образом? Просто ваше лицо кажется мне странно знакомым, словно мы раньше уже встречались, но я забыл, где именно.

Лаз улыбнулся: словоохотливость Ашадина никуда не делась. После чего, состроив удивлённую физиономию, повернул голову и посмотрел в небольшое зеркало, висевшее на стене рядом со входом. Саймон Сван не только имел совершенно иное лицо, он также был ниже, более худощавым, и его аура также полностью отличалась от ауры Мастера Метаморфоз. Даже если кто-то видел Лаза раньше и в деталях запомнил его облик, найти сходство было невозможно. Однако определённые манеры и особенности поведения изменить было куда сложнее, к тому же, даже сменив облик, Лаз не отказался от своей излюбленной одежды. Крой костюма стал совсем иным, по моде Эрда, но цвет и строгий стиль остались теми же. В итоге Ашадин, довольно часто видевшийся с Лазом на протяжении нескольких месяцев, вероятно, ощутил нечто сродни дежавю.

— Прошу прощения, но я вас не знаю. Чем вы занимаетесь? Вы маг-исследователь? Мы могли встречаться на какой-нибудь конференции.

Ашадин, неловко усмехнувшись, покачал головой.

— Нет, к большому сожалению к исследованию магии я имею очень косвенное отношение. Прошу меня простить, судя по всему, я просто обознался, такое случается.

— Да ничего страшного, — Лаз подсел за барную стойку к Мастеру Закона. — В любом случае это хороший повод для знакомства.

— И то верно. Ашадин, приятно познакомиться, — мужчина протянул Лазу руку.

— Саймон, мне тоже приятно.

— Саймон. Какое необычное имя для Эрдской империи.

— Я родился в Убнурре и только потом переехал в Эрд. Кстати, то же могу и про тебя сказать… ничего что на ты?

— Как будет угодно. Ты полностью прав, дело в том что я тоже не из этих мест.

— Ну тогда это точно судьба! И за это надо выпить. Что тут хорошего наливают?

— Могу лишь посоветовать: мне, признаться, очень нравится один местный коктейль, называется Око Бури, — Ашадин жестом подозвал бармена.

— Красиво звучит. Пожалуй, попробую.

— Два Ока Бури, будьте так любезны.

Пока они ждали свои коктейли, “новые знакомые” успели обсудить Элтор и парочку местных достопримечательностей, а также поразглядывать стоящие в глубине бара странные бутылки с разным алкоголем. Наконец, им принесли высокие бокалы с медленно вращающейся густой жидкостью цвета сумрачного неба. При этом на поверхности плавал тонкий слой более светлой фракции, благодаря чему, если смотреть на бокал сверху, коктейль походил на крутящийся вихрь.

— Действительно красиво, — кивнул Лаз. — Как его? Залпом?

— Ну, можешь попробовать… — усмехнулся Ашадин, пригубливая коктейль. Судя по тому, как сморщилось его лицо, Око Бури было довольно крепким.

В принципе, Лаз вполне мог бы выпить весь этот бокал и ничего не почувствовать. Человеку, который спокойно пил медицинский спирт подобные “вызовы” казались просто смешными. Но дело ведь было не в увеличении количества алкоголя в крови, а в приятной атмосфере и общении, так что он тоже просто немного отпил из бокала. Густая жидкость с приятным послевкусием каких-то ягод мягко скользнула в горло.

— Ну как оно на вкус?

— Одобряю, — удовлетворённо кивнул Лаз. Око Бури действительно было хорошим.

— Я очень рад, что этот коктейль тебе пришёлся по вкусу.

— Ну, тогда давай за знакомство!

Они аккуратно чокнулись тонкими дутыми бокалами и сделали ещё по глотку.

— А ты вообще в Элторе по делам или так, погулять? — Лаз, причмокнув, задал главный вопрос. Понятно, что Ашадин не сказал бы ему правду, но кое-что можно было понять и просто по реакции. И она Лаза не разочаровала.

— Да так… — Мастер Закона немного тяжело вздохнул. — Ищу кое-кого.

— С друзьями разминулись? — “понимающе” спросил Мастер Метаморфоз.

— Что-то вроде того.

— Да, бывает…

Немного посидели молча.

— А ты сам, если это, конечно, не секрет, по какому делу в городе?

— Я работаю в Национальной Академии преподавателем. Приехал в середине лета из Заргана, может знаешь, это на востоке от Элтора.

— К сожалению не знаю, прошу прощения.

— Да не важно. Приехал, устроился, уже почти два месяца проработал и только сподобился в город выбраться погулять, представляешь? Всё работа, работа, работа… учить, оказывается, не так просто, как я думал, ошибаюсь пока довольно часто. Несколько раз даже было по-настоящему стыдно. К счастью, у меня сложились неплохие отношения с ректором академии, так что особо никаких санкций не применяют, один раз только зарплату за неделю урезали…

— Серьёзно? С самим ректором Си’Праком Кармалом?

В мыслях Лаз широко улыбался. После его слов о том, что он “ищет кое-кого”, Мастер Метаморфоз уже почти не сомневался, что Ашадин в городе ради Айны и Фауста. А это значило, что Мастер Закона должен был иметь определённое представление о том, куда продали жену и друга Лаза, по крайней мере страну и город он выбрал правильно. Можно было предположить, что Ашадин знал и кое-что сверх этого. И Лаз, упомянув Си’Прака, закинул удочку, решив выяснить, была ли известна мужчине причастность главы академии к работорговле. Судя по его заинтересованности, определённо была. И, возможно, он знал даже что-то также, чего не знал сам Лаз… нужно было придумать способ либо тайно сообщить Ашадину о его истинной личности, либо втереться в доверие настолько, что он сам расскажет всё, что Лазу было нужно знать. Второе казалось куда менее вероятным, но зато более безопасным. Тем более что Лаза, вероятно, скоро должны были побеспокоить из культа Зверя и нельзя было допустить ни одной осечки.

В этот вечер они, если и касались темы академии, то делали это очень вскользь. Ашадин, очевидно уже начавший планировать, как подобраться к ректору через Лаза, не хотел спугнуть столь неожиданно подвернувшуюся удачу. А сам Лаз предпочёл пока оставить Мастера Закона в качестве резервного плана на тот случай, если с культом всё пойдёт не по плану или просто слишком медленно. В результате они разошлись часам к десяти вечера, договорившись встретиться через неделю в этом же баре.

Ашадин, не обладавший телом Мастера Метаморфоз, после нескольких бокалов Ока Бури немного шатался, но пьяным ни в коем случае не был и до дома добраться смог бы без каких-либо проблем. Да и вряд ли кому-либо удалось бы создать реальные проблемы Мастеру. Сам Лаз после коктейлей всё ещё был трезв, как стёклышко, так что в академию сразу не пошёл, ещё где-то час-полтора петляя по городу. Однако когда время уже было к полуночи он всё-таки развернулся в сторону центра. Хотя спать ему было не нужно, лучше было не возвращаться в общежитие совсем уж поздно.

Тем не менее, пока он дошёл до ворот академии, пока перекинулся парой слов с охранником, пока неспешным шагом добрался до преподавательского общежития и поднялся на свой этаж — на часах уже был второй час ночи. Хотя сегодня и был выходной, с улицы Лаз не увидел ни одного освещённого окна, да и из-за дверей не доносилось никаких звуков кроме храпа. Здание погрузилось в темноту и тишину.

И от того тихое шебуршание, донёсшееся из-за двери его, Лаза, комнаты, показалось неестественно громким. Лаз нахмурился. Всё “запрещённое” он хранил у себя в голове, ничего подозрительного или опасного ночные гости найти бы не смогли. Напрягло его то, что люди ректора его комнату уже перетряхивали. Хотя после они постарались вернуть всё на свои места, от фотографической памяти Мастера Метаморфоз обследование комнаты не укрылось. И вряд ли сейчас они вдруг решили повторить свой обыск. К тому же Лаз достаточно хорошо понимал уровень тех людей, что Си’Прак отправлял в прошлый раз. Может быть до уровня его ночного гостя им было как до луны пешком, но они точно не были настолько дилетантами, чтобы шуршать бумагами на весь коридор общежития. И тем более такими дилетантами не были потенциальные разведчики культа, которые теоретически могли проводить своё расследование отдельно от людей ректора. Да даже если бы кто-нибудь случайно смахнул какие-нибудь бумаги, обученные взломщики просто не могли не оставить хотя бы одного человека “на стрёме”, а по-хорошему поставили бы как минимум двоих: одного на входе в общежитие и одного у ворот академии. Суммируя всё вышеперечисленное, можно было сделать вывод…

— Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? — Лаз, резко открыв дверь и включив светильник, окинул взглядом пятерых из восьми мини-Мастеров, до того активно рывшихся у него в столе, шкафу и под матрасом.

— Ой! — испуганный возглас рыжеволосой Геаты, учитывая обстоятельства, звучал крайне комично.

— Твою мать! — бритый налысо Ласиан, державший в руках несколько вешалок с костюмами Лаза, пока пухляш Мэнгон ощупывал карманы, выругался и с силой бросил вешалки на пол. — Я ведь говорил, что надо кому-нибудь у входа стоять!

— Профессор Сван… эм… — Ширу застали в довольно неоднозначный момент: девушка, лёжа на кровати, просунула руки между матрасом и стеной.

— Шира, ну ты-то куда? — стараясь не начать улыбаться, пожурил Лаз. — Ты ведь староста группы!

— Мы можем всё объяснить!

— Очень интересно послушать.

— Чего с ним разговаривать? — гаркнул Ласиан, поднимая к лицу кулаки. — Он наркотики по академии распространяет! Надо напасть всем вместе, на шум точно другие преподы сбегутся! За применение магии после такого нас точно не накажут.

— Наркотики, серьёзно? — Лаз всё-таки не удержался и его губы расплылись в широкой улыбке. — Дайте угадаю, вы тут ищите доказательства и, если повезёт, то вообще заначку?

— А что если так? — в глазах молодого человека не было ни капли страха.

На самом деле, если считать официальный возраст Саймона Свана, то он был ненамного больше, чем у Ласиана. Самому старшему мини-Мастеру скоро должно было исполниться двадцать пять, тогда как вымышленной личности Лаза было двадцать восемь. С учётом того, что “скинхед” был высшим, а также с самого раннего возраста тренировался в боевой магии, будь профессор Сван настоящим, в реальном бою он действительно мог бы проиграть своему студенту. А если бы он не только не проиграл, но и победил бы с большим отрывом, то у кого-нибудь точно возникли бы подозрения. Всё-таки Саймон Сван был магом-учёным, да, специализирующимся на довольно мощной магии изменчивости, но всё равно лишь исследователем. То, как легко он раскидывал мини-Мастеров на их тренировках можно было легко объяснить огромной разницей в опыте трансформаций. Но если бы Ласиан применил все свои умения, это был бы совсем иной разговор. Тем более что их тут было пятеро и каждый в той или иной степени практиковался в боевой магии. Так что конфликт не был Лазу на руку.

Но он просто не мог оставаться серьёзным, глядя на то, как Чиала аккуратно и очень медленно убирает стопки бумаг обратно в ящик стола. С учётом двух жизней Лазу уже было за шестьдесят и за эти годы он пережил много такого, чего этим мини-Мастерам даже не снилось. Любовь и смерть, война и убийства, отчаяние и ярость — ментально Лаз часто ощущал себя куда старше даже этих шестидесяти. Несмотря на то, что пятёрку перед ним уже вполне можно было считать взрослыми, ну, может быть не считая шестнадцатилетнюю Геату, для Лаза они мало чем отличались от копающейся в песочнице малышни. Он прекрасно понимал, что этот ночной налёт не имел под собой никакого злого умысла. Более того, они, скорее всего, реально верили, что делают хорошее дело. А потому он просто не мог на них злиться.

— И кто вам сказал, что я наркотиками торгую?

— Я… не могу сказать, — Шира, уже успевшая встать и разгладить платье.

— Это был ректор? В тот раз, сразу после каникул, когда он вызвал тебя на разговор?

— Н… нет, мы обсуждали… финансирование моего обучения.