Ловушка, или Правильное желание

Сейчас, когда ко мне неожиданно отнеслись с такой теплотой и заботой, стаскивать нитку из зачарованной ткани казалось кощунством. Но Лигал умел мстить. И скажи я Каю правду, все обернется плохо. Договора, подписанные кровью и закрепленные магией, нарушать нельзя.

Почему же мне так противно и мерзко от себя самой?

Одна из наставниц однажды сказала, что пока не совершен плохой поступок, шанс всегда есть. Исправлять ошибки труднее.

Маг неожиданно подхватил меня на руки и усадил прямо на ворох тканей, лежавших на столе, чуть сдвинув в сторону почти законченное платье. Затем отошел, взял со стула сверток, который явно принес с собой, развернул.

— Вы ужинать не пришли.

И протянул еще теплый мясной пирог. Пока я ошарашено жевала, наблюдая, как маг при помощи заклинания призыва добывает ароматный чай, совсем стемнело.

Кай уселся рядом со мной на стол, оглядывая заваленные поверхности, но ругать за беспорядок не стал. И когда с пирогом и чаем было закончено, призвал бутылку вина и хрустальные бокалы.

— За тебя, Ярослава. За твой талант. И за совместное счастливое будущее.

Маг разлил по бокалам темный напиток и выпил. Я слегка пригубила, но вино оказалось вкусным. Ягодное послевкусие, разливающееся внутри тепло. А говорят, не бывает лета среди зимы. Но я смотрю в пронзительные глаза Кая, пью вино и тянусь к нему — самому желанному на свете.

Останавливаюсь.

— Мне кажется, вы преувеличиваете, когда говорите про успех.

Маг усмехнулся и заметил:

— Пожалуй, я преуменьшаю. Или вы не знаете, кто купил одно из тех платьев со снежными розами?

Я уставилась на мужчину, пожимая плечами. Мое дело — творить, а не назначать цену и выяснять, кто покупатель.

— Принцесса Селения.

Я поперхнулась вином, закашлялась и попыталась осознать сказанное.

— Первая красавица нашего королевства? Да быть такого не может!

Кай убрал бутылку, забрал у меня пустой бокал.

— И почему же вы так неуверенны в себе, Ярослава?

Спрыгнул со стола, притянул и накрыл мои губы своими. Решительно и жадно. Сопротивляться было бесполезно. Поцелуй тек, словно жар от вина по венам, пьянил своей откровенностью, дразнил. Если бы случайно со стола не скатился рулон ткани, мы бы не остановились.

— Завтра будет трудный день, моя ведьмочка, — прошептал он. — Выспись, как следует.

И отпустил, словно ничего и не было. Если он каждый день так будет благодарить меня за работу, кажется, я соглашусь брать оплату за нее поцелуями.

День перед Ледяной Полночью не задался с утра. Лигал прислал записку с напоминанием о выполнении договора, я нервничала. Ночь выдалась тоже выматывающей. Вспоминая произошедшее и размышляя о Кае, так и не определилась, как поступить.

Напоминание Лигала жгло руки, отвлекало. И так необходим совет хоть кого-то! Но девушки, прознав, что я — ведьма, сторонились меня. Тимка куда-то исчез. Я не волновалась, зная, что он — самостоятельный. Но из рук все продолжало валиться и сыпаться.

Когда за обедом швеи стали обсуждать любовниц Кая, гадая, кто падет следующей жертвой, настроение испортилось окончательно. И наряды, которые я создала, вышли мрачноватыми. Черные кружева на насыщенно-голубом атласе, расшитом серебряными снежинками. Синий шелк с морозными узорами по откровенной линии декольте. И лишь когда остыла… на белоснежное платье самого простого кроя легли нежно-сиреневые снежноцветы.

Ближе к ужину, узнав о возвращении Кая, я решительно отправилась к нему. Поговорить. Я отчетливо поняла, что не хочу становиться его любовницей, а ставки швеями делались теперь именно на меня. Я, конечно, ведьма, и не такое о себе слышала, но почему-то внутри все протестовало против такой постановки вопроса. Только сплетен не хватало!

Дверь в кабинет была приоткрыта, но самого хозяина не оказалось на месте. Я прошла внутрь, провела рукой по едва успевшей остыть чашке кофе и зацепилась взглядом за кусок серебристой мерцающей ткани. Он лежал под бумагами, и я бы даже его не заметила, если бы случайно не уронила пару свертков.

Ткань была легкой, почти невесомой. Почему-то представилось, какое платье из нее бы получилось. Очень красивое, откровенное, созданное волшебством…

Я не сразу осознала, о чем подумала. Неужели это она, та самая? Я снова вспомнила о Лигале. Мне он мстить не станет, просто незаметно и тихо убьет. Ему очень нужна эта ткань, иначе бы не предложил за сделку рекордную сотню золотых, на которые можно приобрести дом и прожить безбедно пару лет.

Мне не были нужны деньги, добытые таким трудом. Лишь бы Кай не разочаровался, не оттолкнул…

Вот о чем я думаю? Влюбилась и смотрю на ситуацию совсем иначе! Весь разум пропал. Я ведь для мага Ранского одна из многих. Поиграет — и забудет. А я… останусь с разбитым сердцем. Без дома. И без денег.

И мне хочется жить.

Я провела рукой по ткани, которая осталась лежать тут наверняка потому, что Кая кто-то отвлек. Может, даже это не произошло случайно. Лигал умел подстраивать ситуации, давать шанс.

Дерни я нитку — и Кай не узнает, не заметит.

Мой выбор.

Я дернула. Нитка поддалась неохотно, но замерцала в моих пальцах. Я положила ее в прозрачный флакон. Выдохнула.

Почему же, обретая сказку, так больно ее терять?

Предала ведь… И только ли своего ненаглядного мага? Себя!

Я не знаю, что подумает обо мне Кай, когда обнаружит записку, которую оставила. Я впервые так откровенно лгала. О том, что не понравилась работа и хочется варить зелья. О том, как сочла недопустим его отношение ко мне. О том, что не хочу становится игрушкой… Тимку пообещала забрать через несколько дней, когда устроюсь на новом месте. А потом, проскользнув наверх, быстро оделась и покинула место, которое за пару дней стало моим домом.

На улицах было празднично и шумно. До Ледяной Полночи оставалось чуть больше часа. И я спешила. Мне необходимо было встретиться с Лигалом и отдать требуемое. Нитка, надежно спрятанная в колбу, жгла не только руки, но и сердце.

Я не плакала. Просто шла сквозь заснеженный город и ни о чем не думала. Снова без денег, крыши над головой и будущего. Я не знала, каким будет для меня завтрашний день. Случится ли он вообще.

Лигал стоял возле ворот и ждал. Одетый в черный плащ и замшевые алые перчатки, он неотрывно смотрел, как я приближаюсь.

Я достала колбу, сделала шаг, поскользнулась…

Флакон выпал из моих рук, покатился… Врут алхимики, когда говорят, что от удара стекло, защищенное магией, не разбивается. Мое треснуло, рассыпалось. Лигал бросился к куску льда, попытался ухватить зачарованную нить, но ту уже подхватил ветер. И почему-то понес в мою сторону. Нить сияла, росла и становилась все больше.

Кикиморки болотные! Что за заклинания наложил Кай на кусок ткани?

Я не успела даже закричать, как вокруг меня, огораживая весь остальной мир, в котором оставался Лигал и мое предательство, закружила метель. Запела свою песнь, взметнула волосы, осыпала серебром. Я попыталась подняться, вырваться, но не преуспела. Завязки плаща развязались. Его тут же унес ветер. Я обхватила себя руками, но метель вздернула, бросила в вихри… Ткань трещала, одежда под действием заклинания Кая осыпалась клочьями. Лучше бы я умерла от руки Лигала, честно, чем от руки того, кто стал дорог.

Метель вдруг начала стихать, пространство замерцало, опутало меня сиянием. Я зажмурилась, боясь того, что случится дальше. Вьюга еще шумела, но стремительно теряла силу. Кожу покалывало и почему-то согревало.

Что происходит? Откуда такое странное колдовство? Не понимаю!

Я открыла глаза и обнаружила, что втиснута в серебристое мерцающее снежинками платье. Кажется, неизвестное волшебство Кая и сама хозяйка-зима сотворили для меня удивительный наряд. Плечи и спина совсем открыты, юбка пышная, а лиф ужасающе узкий. Я попробовала сделать шаг, обнаружив на ногах туфельки. За платьем потянулся длинный сверкающий шлейф. И почему-то, а это было самым странным в происходящем, посреди зимы я не чувствовала холода!

Я оглянулась, не зная, как реагировать на произошедшее и обнаружила… заснеженную широкую дорогу. Она терялась вдали, и казалось, заканчивается небом с рассыпанными по нему звездами и хрустальной луной. Со всех других сторон меня окружал притихший лес. Деревья, словно присыпанные алмазной крошкой, сомкнулись надежными стенами.

И я, растерянно хлопая глазами, попыталась найти происходящему не то чтобы разумное объяснение, но хоть какое-то. Вместе с этим пришли мысли о том, что я одна в незнакомом лесу, одетая в легкое платье. А тут разбойники, волки, нечисть… и до жилья непонятно сколько идти. Ой, кикиморки болотные, во что я ввязалась!

— У меня будет сегодня целая ночь, чтобы раз и навсегда отучить тебя лгать, моя снежная ведьмочка.

Я дернулась и оглянулась. Потом потерла глаза, не веря в происходящее. Ну не может Кай в белоснежном наряде, расписанном серебряными розами, стоять в паре шагов от меня. Волосы у него распущены, мерцают, словно снег, а глаза налились такой голубизной, что захотелось бежать без оглядки.

Эх, бесстрашная ведьма, называется! Но прятаться и убегать я не привыкла. Оставалось сделать то единственное, на что ни одна нормальная ведьма не согласится: каяться и просить прощения.

— Я…

Что ему сказать? Что не хотела обманывать и предавать? Не желала стать игрушкой? Что оказалась трусихой и не смогла с ним поговорить, не доверилась?

А потом дошел смысл сказанного, и все чувство вины, как водой смыло.

— Да я…

— Ты хоть знаешь, что это за ткань и зачем она была нужна Лигалу? — спокойно поинтересовался Кай.

Я вспыхнула и снова опустила глаза.

— А откуда вы…

— Ты, — поправил он, — к чему уж нам теперь формальности, моя снежная ведьма.

— Ты, — послушно повторила я. — Откуда ты знаешь…

Я не закончила, потому что маг ехидно улыбнулся.

— Что, будем прямо здесь разговаривать?

Быстро кивнула, потому что лес, пусть неизвестный, с волками и нафантазированной нечистью, но казался безопаснее, чем отправиться куда-то с магом.

Кай же наверняка злится!

— У нас с Лигалом старые счеты. Ты же знаешь, он владелец крупной сети обувных лавочек по всему королевству.

Я кивнула, не понимая, к чему Кай уточняет.

— И у нас… своеобразное соперничество. То он у меня уведет выгодную сделку из-под носа, то я у него…

И так красноречиво посмотрел на меня, будто эти его слова относились и к ведьмам.

— Уговор только один: действовать честно. Но в этот раз, когда я изловчился и выкупил два крупных магазина, на которые старый хитрец положил глаз, вражда разошлась не на шутку.

— И он решил навредить?

— Хуже. Женить меня на… своей младшей дочери.

Я собралась возмутиться, но не нашла достойных слов.

— И, надо сказать, ход его мыслей понятен и правилен. Объединить две крупные сети… Такой брак выгоден, да. И когда он предложил мне подобный исход дела, не сомневался в положительном ответе.

— А вы… ты отказался?

Я решительно не понимала почему.

— Будь я обычным… магом, — очень ласково улыбнулся он так, что в который раз за наше знакомство захотелось бежать без оглядки, — то нашел бы здесь свою выгоду. Многие женятся по расчету, а потом даже обретают счастье. И через свое «не хочу» я бы переступил. Пожалуй.

Я попятилась, чуть не зацепилась за шлейф платья и нервно заозиралась. Маг удивленно приподнял брови, но в мою сторону не двинулся.

— Бежать бесполезно, моя снежная.

— Почему? — прохрипела я.

— Догоню, — спокойно пояснил Кай. — Лучше спрашивай. Полагаю, у тебя остались вопросы.

— С чего ты…

— Все ведьмы любопытные. И чересчур эмоциональные. Многое принимаете близко к сердцу, поэтому, когда вас предают, боль становится невыносимой. А уж если вы выбираете пару… то, на всю жизнь. И вернее вас, никого и не найти. А уж сколько страсти, любви, нежности… А мне так досталась самая любопытная, безумно талантливая, прекрасная, как луна, ведьмочка.

Я окончательно растерялась, а потом шаркнула ножкой и все же не удержалась, спросила:

— А что значит, будь ты обычным магом…

Кай улыбнулся, словно подтвердилась его догадка о любопытстве ведьм, а потом просто сделал шаг. И я… охнула и села в снег прямо посреди дороги. Надо бежать, надо ползти, надо…

— Не сиди на холодном, Ярослава, — опять же спокойно велел он.

Сделал еще один шаг, раскрывая свои хрустальные, разрисованные дивными узорами, сверкающие крылья. Наклонился и протянул руку.

— Не нравятся?

Он вздернул меня, уставился в мои удивленно-восхищенные глаза.

— А почему они светятся? И узоры как создаются? И откуда крылья берутся? Потрогать дашь? А ты… фей? — не удержалась я.

Он рассмеялся, погладил кончиками пальцев мои ладони.

— Кай! — возмутилась я. — Мы уже определились, я — самая любопытная ведьма на свете. Иначе бы даже не отчислили из Академии Магии, я бы не связалась с Лигалом, не согласилась бы добыть нитку из зачарованной ткани и…

— Не встретилась бы со мной? Все твои неприятности ведь не большая цена за встречу с мужчиной всей твоей жизни?

— Заколдую так, что будешь на лягушачьих лапках прыгать.

— А на Снежных фейри колдовство ведьм не действует, — ухмыльнулся он.

— Значит, все-таки фейри… И что это была за ткань? И почему Лигалу была нужна именно она?