Жемчужина темного дракона

Мне хотелось верить в это трогательное признание, вот только…

— Ты бы пришел к нам в дом в поиске невесты, Рас, но… — я сглотнула ком в горле. Мой голос был напряженным и потерянным. Я отвела взгляд в сторону. Мне были известны планы моей тети на предстоящие смотрины. Она никогда не стеснялась говорить мне в лицо неприятные вещи. Ее это забавляло — видеть, как округлялись мои глаза, и надежда медленно ускользала из них. — Но тетя не позволила бы мне выйти. Она так и сказала: «Ты не смеешь позорить нашу семью своим уродством», — вспомнила я слова Садиры.

— Жемчужина… — выдохнул он пораженным голосом. — Я ненавижу твоих тетю и кузину, — сказал он с неприкрытой злостью.

— Я их тоже не жалую. Поэтому и верю, что Трилицый все видит и знает. Он позволил нам быть вместе, Рас и поверь, он всем воздаст по заслугам.

— Хотелось бы в это верить, жемчужина.

Двенадцатая глава

Я чувствовала холод. Осторожно приоткрыв глаза, пошарила рукой по второй половине кровати и вздохнула, резко садясь.

— Рас? — позвала своего дракона, откидывая с лица длинные пряди, что лезли в глаза. — Ты где? — спросила и обвела взглядом пустую, темную комнату. Лунный свет отражался от пола и зеркала, заставляя меня озадаченно поджать губы и покачать головой. — Свет, — попросила я кольцо, и оно едва заметно вспыхнуло зеленым жаром на моем пальце.

Мгновение и комнату озарил мягкий перелив магических ламп, от которых мои глаза на миг закрылись.

Спустив ноги с кровати, я осмотрелась и обнаружила на тумбочке слева от себя записку: «Жемчужина, Лу попросил помочь с работой. Буду утром. Не беспокойся. Люблю тебя, Коралина.

Твой лучший мужчина».

— Лучший мужчина, — повторила я и глупая, довольная улыбка растянула мои губы. — Какой ты у меня скромный, — фыркнула, и прошла до двери. У меня пересохло во рту, поэтому я решила отправиться на кухню и выпить воды. Можно было бы, конечно, позвать Мурана или Марны. Но… какой в этом смысл, к тому же, я и сама могла открывать порталы. Эту возможность ограничивающее заклинание Раса мне не закрыло. Повезло, потому что порой, только порталы и спасали меня.

Накинув халат на свою ажурную, полупрозрачную рубашку, затянула пояс.

— На кухню, — попросила кольцо, и оно вновь ожило для меня.

Зеленое, теплое сияние охватило тело, заставляя радостно улыбнуться. Я уже привыкла к перемещениям, но все равно, каждый раз был как настоящее чудо. Меня охватило счастливое предчувствие, кончики пальцев начало приятно покалывать, и я прикрыла глаза. Каждый раз так делала. Уже, наверное, привычка.

Вот только в этот раз было что-то не так. Секунда и теплое, обволакивающее свечение сменилось льдом и туманом, от которого все мое тело пронзили боль и страх. Вскрикнув от ужаса, я широко раскрыла глаза и с отчаяньем заметила, что зеленый, привычный огонь, сменился беснующимся дымом, насыщенного оттенка морозной стужи. Мои конечности, словно застыли, и я не могла пошевелиться. Медленно дым, вперемешку с туманом начали сковывать меня, оплетая по рукам и ногам.

— Хватит! Прекрати! — закричала я от едва сдерживаемой истерики, охватившей мое продрогшее, закоченевшее тело. — Помогите! — заверещала, словно сумасшедшая, потому что только это мне и осталось. Я не могла дышать или двигаться. Ничего не могла.

Но никто меня словно и не слышал. Я кричала и плакала, чувствуя, как воздух в легких начал заканчиваться и дыхание прекратилось. Судорожно сглатывая, ощущала, как вокруг меня облепилась чужеродная магия, и чья-то рука зажала мой рот.

— Какая ты сладкая, — услышала хриплый шепот и почувствовала, как влажный язык заскользил по моей щеке. Меня начало тошнить, кисло-горький привкус забился на кончике языка, но я ничего не могла. Я просто стояла и дрожала, ощущая, постороннее тело за своей спиной.

Мою талию обхватили сильные руки, впиваясь до боли пальцами в кожу.

Я вскрикнула.

— Мягкая, — хмыкнули позади. — Ты будешь вкуснее всех предыдущих, — сказали, и боль пронзила тело, когда острые зубы впились в мою шею, заставляя закричать в последний раз.

— Коралина! Коралина! Проснись… — я слышала такой родной, любимый голос, от которого все внутри меня напряглось и встрепенулось. Я вздрогнула и завизжала, чувствуя, как тьма обрушилась на мое сознание, не позволяя думать и даже видеть.

— НЕТ! ПОМОГИТЕ! — верещала я, отбиваясь от чьих-то рук, сжимающих мои плечи и не позволяющих двигаться. — Нет! — повторила и вздрогнула, когда резко открыла глаза и увидела перед собой напуганное, перекошенное от непонимания и страха лицо Расона. — Рас… — выдохнула я с обрушившейся на мои плечи ясностью, от которой душа воспарила и плечи поникли. Я была дома, рядом со своим женихом и от этого сердце гулко забилось в груди. Слезы потекли по моим щекам, не позволяя думать или как-то отреагировать.

Я бросилась к Расу и обвилась вокруг его тела, рыдая, как маленький, напуганный ребенок.

— Господин! Госпожа! — послышались воинственные крики, и дверь в спальню просто выбили. Я услышала грохот и вздрогнула, когда повернувшись, увидела в спальне Мурана в почти полной трансформации и Марну, у которой отрасли когти, и волосы превратились в… рой змей.

Если бы я не была напугана, то точно рухнула в обморок от подобного зрелища. Но эта парочка не была чужой, их я знала, в то время как незнакомец из кошмара, был по-настоящему ужасен.

— Что случилось, господин? — спросила Марна, нахмурившись.

Я хотела слиться с телом Раса, чтобы никогда больше не испытываться чужое прикосновение к себе. Мне хотелось окунуться в исцеляющие, очищающие соли, пытаясь соскрести с себя ощущения чужака.

Меня затошнило сильнее.

— Проверьте магическую охрану на замке, — приказал Расон и, не позволяя меня двинуться в сторону, прижал к себе, мягко поглаживая по спине. — И принесите успокаивающий чай.

— Слушаемся.

Марна быстро удалилась, но Муран решил задержаться. Краем глаза я видела, с какой ожесточенностью и злобой он смотрел на меня. Но интуиция подсказывала мне, что его чувства были направлены на того, кто довел меня до такого состояния. И Мурана это выводило из себя. Он бесновался, не хуже взбешенного огра, на территорию которого посмели ступить чужаки. И он жаждал расправы. Я была под его защитой, и пусть Муран большую часть времени вел себя, как редкостный козел, с манией величия, но я была его госпожой, а для василисков это равносильно кровным узам.

— Господин, — обратился к Расону Муран, делая шаг к нам.

Его большой и длинный хвост сложился кольцом, отчего парень сейчас возвышался над нами на добрых три метра, макушкой практически касаясь потолка. Глаза у василиска налились искристой зеленью.

— Что с госпожой? — спросил парень и в одном этом вопросе слились грани его чувств — страх за меня, злость, ненависть и забота.

Он заботился обо мне, и пусть для него я не была госпожой, но я стала для него подопечной.

— Она напугана, — сказал Рас и поцеловал меня в макушку, продолжая поглаживать по волосам и подрагивающим плечам. — Принеси ей чай, — снова попросил дракон и василиск, поклонившись, покинул помещение. — Жемчужина, — он позвал меня, осторожно отстраняя от своей груди и приподнимая меня за подбородок. — Что тебе приснилось, милая?

Я икнула и вытерла слезы пальцами, чувствуя, как опухли мои глаза, и болела шея. Прикоснувшись к месту, куда меня укусили во сне, я с ужасом почувствовала отметины, от которых все внутри оборвалось. У меня перехватило дыхание, и руки предательски задрожали.

— Рас, что это? — спросила у своего избранника, убирая с шеи волосы, и привлекая внимание дракона к ранам. — Мне… мне снилось, что кто-то поймал меня… он прикоснулся ко мне… — меня затошнило, — а после укусил.

Расон внимательно взглянул на мою шею, и ругательство сорвались с его языка, сливаясь с пугающим, жутким рыком.

— Я. Его. Убью! — стиснул зубы дракон и сжал кулаки, с силой ударяя по матрацу. — Р-р-разорву на мелкие кусочки и сожгу, — кровожадно оскалился Расон.

— К-к-кого? Ты знаешь, кто это сделал со мной? — мой голос дрогнул и надломился. Я никогда прежде не видела Раса таким разъяренным. Казалось, что еще мгновение он обернется драконом и спалит все вокруг, желая выжечь что-то жуткое и кого-то с лица нашего мира.

Прикоснувшись к лицу своего любимого, я приподняла его голову и заглянула в почерневшие, до цвета тлеющих углей глаза. Мое сердце на миг остановилось, и тошнота вновь подкатила к горлу.

— Знаю, Коралина, — прошипел Рас и судорожно сглотнул, хватая меня за плечи и прижимая к себе так, что мои кости затрещали. — Это был Эган и теперь, — дракон замолчал, но я почувствовала, как от его тона все внутри меня напряглось, — я могу убить его.

Вскинувшись, я посмотрела в лицо избранника и отметила блаженную улыбку, растянувшую его губы.

— Теперь, любимая, у нас с Лу развязаны руки, — сказал он и мягко поцеловал меня. — И поверь, он поплатится за то, что посмел прикоснуться к тебе, даже во сне.

Расон поднялся с кровати и осторожно подтащил меня за собой, ставя на ноги. Вот только мои коленки продолжали дрожать, и даже приказ от мозга их не особо заботил. Оказалось, что нервозности плевать на все вокруг и она сминает тебя, как папирусную бумагу, не оставляя выхода из ситуации.

Глубоко вздохнув, я пошла следом за Расом, когда он привел меня в ванную комнату и усадил на небольшую тумбочку. Достав из ящика какого-то странного вида баночку с полупрозрачной, переливающейся жидкостью и несколько марлевых повязок, мужчина приблизился ко мне. Его лицо было таким сосредоточенным и отстраненным, что мне стало не по себе. В серебристо-черных глазах отражалась лишь одна эмоция — ярость, и он просто отвратительно ее скрывал.

Я болезненно сглотнула и зашипела сквозь стиснутые зубы, когда Расон, обманув повязку в жидкость, прижал ту к укусу на моей шее. Неприличные ругательства были готовы сорваться с моего языка, пока дракон, совершенно растворившись в своих чувствах и действиях, не обращал внимания на мой взгляд.

Обрабатывая отметины, Расон был предоставлен сам себе. Свободной рукой он ласкал мою шею с другой стороны, осторожно, с каким-то даже благоговением касаясь кожи.

— Рас, — позвала я дракона, положив руку на его предплечье и сильно сжимая. — Поговори со мной, — попросила, заглядывая в глаза своего любимого, который был не очень и настроен на общение. — Объясни, как Эган смог оставить… след на мне через сон.

На последних словах Расон скривился и рыкнул какое-то неизвестное ругательство на древнем, и непонятном мне языке.

— Он манипулятор.

— Да, Марна и Сали мне это объяснили.

— Кольцо должно блокировать его силу, но… видимо, заклинание сдерживания усмирило и защитную магию артефакта. В итоге, этот ублюдок, — Расон на миг замер, делая глубокий вдох и зажмуриваясь. Когда же он открыл глаза и взглянул на меня, то я порадовалась, что его гнев был направлен не на меня. Уж простите, бесить дракона было просто верхом идиотизма. — Жемчужина, он бросил нам вызов, — мужчина обхватил пальцами мой подбородок, а после наклонился ближе, прижимаясь своим лбом к моему. — Он бр-р-рросил вызов мне. И поверь, теперь от него и мокрого места не останется.

— Одно не могу понять, зачем он решился на такой отчаянный шаг? Он ведь должен понимать, что подобные действия повлекут за собой… ответ, — я покачала головой, и закусила нижнюю губу в нервном жесте.

— Он считает, что мы с Лу не сможем его убить. Он наш отец и по законам драконов, мы не смеем причинить вред своему родителю, — Расон положил руки на мои плечи и чуть сжал. — Вот только он просчитался. Он напал на истинную, на мою истинную, и теперь я могу ответить.

— Эган не похож на дурака, Рас. Я не думаю, что он… стал бы подвергать себя такой опасности. Ему известны законы драконов, и он должен был понимать, что ты придешь за ним.

— Он пришел в мой дом, и зачаровал меня, Коралина. Эган позволил своей гордыне и высокомерию диктовать условия моей жизни. Он подверг тебя опасности и лишь за одно это я мог растерзать его и зажарить в пламени.

— Но ты не стал.

— Боль не выход, я это понимаю, но и ты осознай одну вещь, Коралина, — Расон взглянул в мои глаза, и непоколебимая решимость светилась в его прекрасных омутах. Он уже знал, что сделает, и отговаривать его было пустой тратой времени и сил. Я точно знала, потому что даже просто смотря на Раса, я видела в его взгляде жажду причинить боль и отомстить. Не только за меня. Эган столько лет терроризировал свою семью, считая их лишь декорацией для своей жизни. И теперь у Раса появилась возможность выбить всю зловредность из собственного отца. — Он ступил на мою территорию и магией причинил тебе вред, любимая, — Расон шумно втянул воздух и оставил трепетный, почти невесомый поцелуй на моих губах. — И теперь мы с Лу его уничтожим, — сказал дракон, и несколько безумная ясность дракона напугала меня, заставляя замереть на месте и внимательно взглянуть на любимого.

Кажется, Эган довел своего младшего сына до сумасшествия. И это было очень-очень плохо.

Расон решил, что дома, я не в безопасности, раз через его защиту смогли проникнуть чары Эгана. Поэтому было решено перевезти меня к Луинару. Марна в моей спальне как раз собирала вещи, пока я смотрела на своего жениха и не могла поверить в происходящее.

— Рас, так не делается. У Лу могут быть свои дела и проблемы, не думаю…

— Коралина, мой брат ненавидит нашего отца даже сильнее, чем я. Поверь, стоит ему узнать, что на тебя было совершено магическое нападение, и император перестанет быть таким милым шалопаем, — Расон покачал головой, и нервная улыбка появилась на его губах. Страшная улыбка, от которой мое сердце сжалось от страха и удивления. — Это перед тобой он красуется и веселится, но он жесток и непоколебим, поверь, любимая, его боятся даже сильнее, чем меня.

Никогда еще не видела Раса таким… жутким. Казалось, что появись Эган здесь, хотя бы на мгновение и его превратят в сочащийся кровью и мозгами фарш. Бррр. Меня аж замутило от подобного образа, ясным светом, вспыхнувшем в голове.

Да уж, видимо, фантазия моя станет моей погибелью.

— Но… Есть ли смысл уходить из дома? Рас, я понимаю, что ты переживаешь, но может, стоит просто дополнить охранную магию, и все?

— Коралина, я собираюсь найти Эгана и выбить из него все… — Рас замялся на мгновение, и продолжил. — Пойми, я не могу оставить тебя здесь, потому что Эган был в нашем доме, — он скривился, словно съел лимон. — Он может манипулировать сознанием. Я хочу быть спокоен, пока охочусь на Эгана, и замок Лу хорошее место для этого. Он укреплен пятью видами щитов, поэтому там до тебя никто не сможет добраться.

— Рас, я действительно понимаю…

Мужчина не выдержал. В одно мгновение, сократив расстояние между нами, он крепко прижал меня к себе и властно прижался своими губами к моим. Он терзал мой рот, уничтожая любое сопротивление. Сдавленный, довольный стон сорвался с моих мгновенно опухших, порозовевших губ, и Расу этого было достаточно для удовлетворения. Чуть отстранившись от меня, он сжал в пальцах мои волосы и потянул их, заставляя взглянуть в светящиеся любовью и страстью глаза.

— Я не могу тебя потерять, Коралина, — сказал он сдавленным, потерянным голосом. — Ты самое дорогое, что у меня есть, жемчужина. Просто позволь мне защитить тебя, и я выполню любое твое желание, клянусь, — Расон снова прижался к моим губам, мягко покусывая и посасывая их. Мысли путались и разбегались в разные стороны, коленки дрожали, а сердце гулко билось в груди, радостно подпрыгивая.

Я любила этого властного, непоколебимого мужчину. И он прекрасно знал, как действовал на меня, понимал, что одного его поцелуя, одного прикосновения достаточно, чтобы я растаяла и согласилась на все. Выпить яда? Прыгнуть к оборотням? Плевать, главное, чтобы эти сильные руки и терпкие, манящие губы не перестали касаться моей кожи.

— Это нечестно, — выдохнула я наконец, обнимая Раса за талию и прижимаясь головой к его твердой груди. — Ты жестокий, бескомпромиссный манипулятор, — недовольно скривилась и вздохнула, сдаваясь на милость победителя.

— Я и не собирался быть добрым, жемчужина. Если дело касается твоей безопасности, то я буду жестким, злобным тираном. Привыкай, любимая, таков мужчина твоей мечты.

— Вообще-то я мечтала выйти замуж за простого парня. У нас был сосед — кузнец, очень милый мальчик.

Рас предупреждающе зарычал и крепче прижал меня к своей груди.

— Не шути с моим инстинктом собственника, любимая, потому что тебе не понравится то, чем это кончится.

— Точно не понравится? — хмыкнула я, отстранившись и посмотрев на своего избранника. — Уверен? Мои вкусы весьма…М-м-м… разнообразны.

— Прекрати меня соблазнять, когда я должен сосредоточиться на своей миссии. Коралина, ты меня с ума сводишь. Я не могу представить свою жизнь без тебя — твоего тела, твоей улыбки, твоих прекрасных глаз… Просто позволь мне тебя защитить, — просил дракон, и я видела, как тяжело ему было усмирить свой характер и свои замашки властного дракона.

— Хорошо, — сдалась я, понимая, что это не так уж и сложно — позволить любимому мужчине уберечь меня. К тому же, я отправляюсь во дворец императора, а это вряд ли можно назвать жуткой и страшной участью безвольной будущей жены. — Но можно Муран отправится с нами и Марной? — спросила у Раса и заслужила от дракона непонимающий, ревнивый взгляд. Ему не нравилось то, что я сблизилась с василиском. И вот тут было неясно два момента — ему не нравилось то, что Муран был василиском, или то, что он был парнем? Скорее всего, второе.

— Зачем?

— Не ревнуй, Рас, — я приподнялась на носочки и быстро чмокнула любимого в щеку. — Муран единственный, с кем я успела наладить отношения, и он мой друг. К тому же, не уверена, что у вас с Лу будет время на разговоры и экскурсии.

— Во дворце есть тренированная охрана, которую я лично готовил, — Рас был не особо рад подобному повороту в нашем разговоре. — У Мурана нет военной дисциплины и навыков, необходимых для личного телохранителя принцессы.

— Зато он мой друг, Рас. Я согласна на охрану, правда, ничего не имею против этого, но пусть Муран будет рядом. Он меня успокаивает и смешит. Пожалуйста, Рас, — я сделала щенячьи глаза и попрыгала на месте, пытаясь убедить своего избранника. — С меня желание, — использовала последний козырь в своем рукаве. — Любое желание, Расон, абсолютно, — я понизила свой голос до соблазнительного шепота, отмечая, как потемнели чарующие глаза дракона. Жилка пульса на его шее забилась быстрее, и когда меня вновь прижали к сильному телу, я почувствовала желание любимого.

— Соблазнительница, — выдохнул Рас. — Но, если… он хотя бы посмотрит на тебя неправильно, я его придушу, — предупредил он, а я закатила глаза.

— Поверь, неправильно на меня смотришь только ты.

Тринадцатая глава

Мне нравился Луинар. Он был добрым, довольно веселым, немного шумным, и невероятно, просто на грани дозволенного и запретного, безумно странным. И в этом было его очарование. Поверьте, никто, кроме императора драконов не может похвастаться тем, что он сочетал в себе подобные качества, и при этом оставался жестким, сильным и излишне… властным. Да, пожалуй, именно так я могла охарактеризовать брата своего жениха и… моего брата.

Вот только даже моего воображения не могло хватить, чтобы описать простыми словами то, как взбесился Луинар, когда мы с Расом, Марной и Мураном оказались в его спальне. На часах была лишь половина четвертого утра, и повелитель драконов был, мягко говоря, не в настроении.

— Повтори-ка, дорогой братец, — попросил он деланно спокойным, я бы даже сказала несколько холодным тоном.

Но у меня все внутренности скрутило болезненным спазмом, и волна дрожи пробежала по плечам и позвоночнику. Нервно сглотнув, я нервно облизнулась и убедила себя в том, что Луинар гневался не на меня. Только это не радовало — что гнев дракона был направлен на другого самоубийцу не в моем лице. Потому что если когда-нибудь Лу решит гневаться на меня, то я лучше сразу самоубьюсь. Вот честное слово, лучше сама, так даже гуманней будет.

— Эган напал на Коралину во сне, — тон Расона был ничуть не лучше, чем у брата и, если одного из них еще можно было вытерпеть и успокоить, но двоих сразу… Боюсь, что тут даже Шалфея начнет испытывать трудности.

Вот и радуйся, что у тебя два сына, да еще и с таким характером, что просто… гррргх.

— Подойди, сестренка, — Луинар перевел взгляд на меня и поманил указательным пальцем. Даже приказы у него были… странно притягательные. Если бы Рас так со мной говорил, я бы взбеленилась, а тут даже как-то почти не страшно.

Почти.