— Ага, обязательно когда-нибудь заживёт, — спокойно говорила я. Похоже пациент был в шоке и не мог оценить масштаб бедствия. Такие раны быстро не затягиваются. — Только прикроем её, чтобы грязь не попала.
— Вот, — протянула мою рубашку только что прибежавшая Кара.
— Спасибо, солнце, — сказала я и взяла ткань.
Оторвала рукав, полила своим отваром и приложила к ране. Ткань сразу пропиталась кровью. Но что-то лучше я придумать не могла. Второй рукав пошёл на длинные полоски, благодаря которым я худо бедно закрепила материал на теле.
Мужчина молча наблюдал за всем, что я делала. Что хорошо, не пытался лезть с комментариями. Но выглядел он не очень. Его немного потрясывало, будто от холода. Надо перенести его к огню.
— Ты должен мне помочь, — сказала я ему, — мне сил не хватит тебя перетащить.
Он попытался самостоятельно подняться, но не смог, и тогда на помощь пришла я. В таком темпе, оперевшись на моё плечо мужчина дошёл до лагеря и тяжело опустился на землю. Проделать это было непросто, потому как я доставала едва ему до плеча. Карюша же бегала вокруг, волнуясь.
Я уложила нашего спасителя на плащ, и практически сразу он отрубился.
— Саша, а это кто? — тихонько спросил рыжик.
— Не знаю, — ответила я, продолжая рассматривать незнакомца.
— Красивый, — озвучило мои мысли чадо.
— Очень, — согласилась я. — Пошли есть?
Ребёнок искупан, накормлен и уложен спать, блондинчик ещё не просыпался. Я закуталась в свою куртку, карауля процесс приготовления отвара. Сегодня мои запасы иссякли полностью. Нужно экстренно готовить новую порцию обезболивающего. Чем я и решила заняться. Лекарству кипеть ещё пару часов, а мне сиди и жди. Как же я устала!
Организм подумал также, и как бы я не сопротивлялась, всё-таки задремала. В мире грёз меня настиг серый туман, через который позже проступила комната, похожая на больничную палату.
— Папа! — бежала Кара к Гордону, что лежал на кровати. Он крепко обнял дочь одной рукой. Вторая была забинтована.
— Спасибо, мой повелитель! — едва не плача, сказал Норман.
— Сочтёмся, — отмахнулся тот самый блондин, — только жаль, упустил девчонку, — недовольно произнёс князь.
— Саша оставила нам письмо, — сказал рыжик.
— А ну-ка, дашь мне посмотреть? — спросил спаситель, присаживаясь перед девочкой на корточки.
Девочка важно кивнула, покопалась у себя в сумке, вытащила свёрнутый листок бумаги и отдала князю. Тот быстро развернул письмо и пробежал глазами по нему. По мере чтения его улыбка превращалась во всё более хищную.
— Виктор! — крикнул он…
И я вынырнула из кокона сна.
Проверила котелок, отвар был готов. Сняла его с огня, давая остыть. Решение о том, что делать дальше, кажется, было принято, когда возникли первые подозрения касаемо его личности. Именно к нему я вела Кару. И позаботиться о ней он явно сможет гораздо лучше, чем я.
Оставаться больше здесь я не могу. Кара же должна вернуться к отцу. Потихоньку подошла к спящему мужчине, отодвинула край повязки. Раны не было. Не осталось даже шрама. Вот тебе и бессмертие!
Стараясь не шуметь, собрала свои вещи. Осталось только написать письмо.
Ох-ох, после такого сочинения опасно будет снова попадаться ему на глаза. Ну да ладно. Надеюсь этого никогда не случиться.
Я закидываю сумку на плечи и покидаю место нашей стоянки.
Оставлять их без защиты, не боюсь. Им суждено добраться до Гордона. Здесь они не умрут.
Я вместе с третьим отрядом отправился на поиски девчонок. Виктор с четвертым остались разбираться с нападением. Гордон сказал, что Кара и Саша должны были пойти по дороге. Но, когда мы на всех парах летели к заставе, девочек не видели. Значит, они поступили умнее и пошли другой дорогой.
— Прочёсываем лес, — скомандовал я.
Уже два дня результатов никаких. Из живых мы наткнулись только на грызола. Похоже самка где-то поблизости произвела на свет целый выводок. Что ж, зачистим заодно и местность. Не хватало мне потом ещё с дикими зверями разбираться.
После дня тяжёлой работы решил разбить лагерь. Благо недалеко отсюда протекала широкая река. Поужинали и принялись укладываться спать. Часовые обходили лагерь по периметру, готовые при малейшей опасности поднять тревогу. Мне же не спалось и хотелось освежиться. Благо такая возможность была.
Характер у меня крайне закрытый и близко я к себе никого не подпускаю. В близком кругу едва наберётся человек семь, и только Хельгу я могу назвать своим другом. Я не стремлюсь к общению, и остальные удовлетворяют это желание. Отношения же с другими людьми строятся либо на взаимном уважении, либо на страхе. Другие варианты просто не заслуживают моего внимания.
Вода была прохладной. То, что надо после жаркого дня. Немного поплавал и понырял и вышел из воды. Всё-таки усталость накопилась за последние несколько недель.
Надел штаны, сорочку натягивать не стал, ограничившись плотной курткой, которую носил под доспехом. На поясе неизменно была прикреплена сумка с противоядиями.
Любая рана заживает на глазах. Единственное, что может меня убить, как не странно, — яды.
Погода располагала к прогулке, и я решил не сопротивляться своему желанию. На небосводе сияла Свитара. Лес полнился разными звуками. Шелестом листьев, стрекотанием. Неожиданно уловил едва слышный плеск воды.
"Интересно, что там?"
Стараясь не шуметь, пошёл на звук, отодвинул ветку дерева, что скрывала от меня вид на реку, и увидел обнажённую девушку, что стояла по пояс в воде. По её коротким волосам и спине стекали кристальные капли. Кожа, которую лишь слегка тронул загар, будто подсвечивалась в лучах ночного светила. Окружающий мир сузился до одной фигуры.
"Мда, Раид, похоже у тебя давно женщины не было", — нашёл очевидный вывод из этой ситуации.
С женским родом я пытался не связываться. И отношения на одну ночь меня более, чем устраивали. Совет княжества же всячески пытался склонить меня к браку, и, аргументируя отсутствием наследника, старались подсунуть мне одну из своих дочерей или внучек. А что? Каждый из них стремится оттяпать себе кусок власти побольше. Но жениться ради наследника, значит, повторить судьбу моего отца. А этого уж мне точно не хочется. Делать несчастным себя, женщину и своего ребёнка я не собираюсь. Хватит, проходили. Да и бессмертие неплохо защищает мою жизнь.
Сбоку рыкнули, потом ещё раз, и глаза красавицы округлились от испуга. Прямо на неё, сверкая зубами, стоял грызол.
"Что ж, пойдём спасать кудесницу", — подумал я, заходя с тыла к зверю.
При себе оружия у меня не было, но и идти за ним времени уже не было, а деву сожрут с минуты на минуту.
Прыжок монстра произошёл даже раньше. Я только подобрался к нему достаточно близко, а он ломанулся вперёд. Ухватил его за длинный хвост и что было сил потянул на себя. Грызолу это не понравилось, и он, видимо, решил, что съест сначала меня, а потом полакомиться девушкой.
Этот чудик вцепился зубами мне в плечо и повалил на землю. Лучше ситуации не придумаешь! В слюне монстра содержится слабый яд, который размягчает ткани, чтобы ему было удобнее жрать жертву. Ухватил передние лапы, удерживая пасть на безопасном от себя расстоянии. Хотел уже сделать подсечку, чтобы попытаться ухватить его за шею, но раздался голос:
— Не двигайтесь!
Последовал выстрел.
"Можно и так", — подумал я.
Монстр был убит, яд начал действовать, учащая дыхание и сердцебиение и мешая свободно двигаться.
А эта светловолосая нимфа, не особо заботясь о своей наготе, принялась меня ощупывать.
"Хотел бы я оказаться с тобой наедине в другой ситуации".
Её немного потряхивало от нервов, и я сказал ей о противоядие, которое поможет мне восстановиться. К ранам и боли от них я привык, и уже практически не замечал. Но нимфа, вернувшись в едва застёгнутой рубашке, которую натянула на мокрое тело, заставила выпить какую-то жидкость. Сопротивляться не стал, волнуется всё-таки. Когда она почти закончила, зачем-то потянулась и погладила меня по голове. В зелёных глазах читалась тревога и сожаление. Но этот незначительный жест воскресил в моей душе давно забытое чувство заботы. С момента смерти мамы я не подпускал никого настолько близко. Любой другой бы уже остался без руки. Сейчас же будто так и было нужно.
Я нашёл тех, кого уже несколько дней искал. Но, к сожалению, противоядия часто имеют снотворный эффект. Проснувшись, собирался вернуть дочь Норману, а вот, что делать с девицей, я ещё не решил. Она слишком странная. Нужно понаблюдать.
Открываю я глаза, по другую сторону костра спит Кара, а вот нимфы нет. И вещей её тоже нет.
"Сбежала, — на лице появилась хищная улыбка, — ну, беги. Скоро я тебя поймаю".
Глава 9
Лес, очерчивающий границы княжества, закончился. Это я заметила сразу. На смену деревьям, кроны которых виднелись высоко над головой, пришли другие. Ветки у них начинались от земли, и были они вполне толстые и крепкие, что несомненно является неплохим подспорьем для пряток с нежелательными элементами. Будь то дикие звери или же люди.
Куда иду? Крайне своевременный вопрос. Пораскинув мозгами, поняла, что ввязываться в военно-политический конфликт между чёрными и белыми как-то не хочется. А следовательно, надо идти в другое государство. Может там обстановочка будет полегче. Поэтому, стоило мне отойти от лагеря, где прибывали в стране грёз моя сестричка и княжич, достала карту, что дал мне Гордон, и начала присматриваться.
Представим Тамир как треугольник. С одной стороны к княжеству прилегала граница империи, к соседней стороне прилегало королевство Лерон. Радовало то, что общей границы Лерон и Дикароз не имели. Туда и лежал мой путь. Расстояние, которое мне предстояло пройти было гораздо меньше, чем до столицы княжества. Надо было повернуться на девяносто градусов направо и, с учётом погрешности и моей полной дезориентации в пространстве, рано или поздно я дойду до Лерона. На такой оптимистичной ноте начался мой путь. Запасов еды хватит надолго, потому что ем я мало, да и доля Кары тоже теперь моя.
Оставшись, наконец, одна, поняла, что именно этого я и хотела последние месяцы. Страшно, непонятно, но зависеть от кого-то или от чего-то мне не нравится. Сейчас же всё напрямую зависит от моего выбора, и я его сделала.
Итак, первая цель — добраться до ближайшего города. Чтобы снять жильё и не умереть с голоду, в любом из миров нужны деньги. А чтобы добыть деньги нужна работа. Таким образом, появляется и вторая цель — найти работу. Пока всё. Это и так уже слишком амбициозно для моей тревожной душеньки.
Ещё выяснился один, ну, очень интересный момент. Как-то, от нечего делать, я достала записи старушки Сэл и теперь под впечатлением. Хотя сказать так, значит, не сказать ничего. Итак, держу в руках когда-то красную книгу в потрёпанном переплёте. Открываю форзац и вижу надпись:
"Дневник двух реальностей, или как прожить весёлую жизнь".
— О двух реальностях? Это что ещё за такое?! — вырвалось у меня, стоило открыть первый лист с текстом. — Вот не зря я её опасалась.
Оказывается, что эта старушка чужая этому миру, она, как и я попала сюда с Земли.
"
И вот, иду. Небо хмурилось, жара спала. Я же старалась слишком долго на одном месте не задерживаться и спать по несколько часов. Уже раз чуть не съели. Хватит. Мошкара зато жрала нещадно. Прям как дома.
Одиночество как ничто другое способствует спокойному размышлению о превратностях жизни. Ведь посторонние мысли и не очень посторонние лезут в голову преимущественно, когда рядом никого нет. И эти несколько дней были крайне плодотворны. Я успела повеселиться, пританцовывая и напевая песенки, потом расстроилась, что всех слов не помню, а послушать, чтобы узнать их, возможности может и не представиться. Тогда на сцену вышли родители и сестра. Слёзы так и лились! Обожаю свою психику за чудесные перепады настроения! Сейчас, когда появился шанс вернуться домой, унывать как-то не хотелось. Нужно просто спокойно и тихо пережить этот год.
Когда ландшафт изменился, я немного сбавила темп. И только сейчас осознала, что боялась преследования. Я самовольно разрубила зависимость, которую приобрела за эти два месяца. Конечно, спасибо Гордону и Каре за то, что не бросили умирать в лесу. Но жизнь с постоянной оглядкой на другого человека мне жутко не нравиться. Я как маньячка. Ну, начальной стадии.
Устроилась на ночлег около широких старых деревьев, которые решили, что жизнь по-отдельности их не устраивает, и срослись. Красиво! Можно даже попытаться придумать скрытое философско-символическое значение, но слишком лень. Да и смысла нет. Нужды в костре не было, летние ночи тёплые. И привлекать огнём ни внимание людей, ни животных… не думаю, что хорошая идея.
Попила воды из фляжки, перекусили лепёшкой с кусочком вяленого мяса. В голову неожиданно пришёл образ полуголого князя. Красивый чертяга.
— Готовый герой романа. Зачётная причёска, — начала загибать пальцы, — пресс и мускулы, сильный воин да ещё и со сверхспособностью. Мечта женских грёз, — покивала я своим мыслям. — Но таких идеальных людей не существует, — задумалась я, — наверное, крыша подтекает. Хотя кто бы говорил, — посмеялась над собой, — сидишь, Александра, сама с собой разговариваешь.
Зачем человеку другой человек, если он и сам себя неплохо развлекает?
Буйные мысли улеглись, я задремала. И будто накликала то, что вероятно и видеть не хотела. Туман показал, как седой мальчик убивает своего отца. Вот и обнаружилась шиза нашего красавчика.
Резко вынырнула из объятий сна. Разбудил похоже меня вой, что с каждым моментом всё приближался. По венам побежал холод, но сдаваться на обед какой-то, даже не родной, живности я не собиралась. Пришло время проверить свою теорию, бежать всё равно не куда. Закинула сумку за спину и полезла по крепким веткам как можно выше. С увеличением высоты листвы становилось всё больше, да и толщина на высоте пяти метров позволяла спокойно сидеть на них. И только я устроилась, вцепившись руками за ствол, высота всё-таки приличная, мимо что-то пробежало.
Темнота не позволяла увидеть, что происходит внизу, оставалось рассчитывать только на слух. И стоило выдохнуть от облегчения, как у ствола раздался хриплый лай, а потом эти чудики решили почесать когти о дерево.
"Святые ёжики, помогите, — спрятала от страха лицо, уткнувшись в ствол, — вы забрали всё, можно же хотя бы жизнь мне оставить".
Сколько продолжалась сия пытка, не знаю. Но я в очередной раз убедилась, что животные — зло. К рассвету я просто устала боятся, было всё равно. И когда звери ушли, я не заметила.
"Страшно? Страшно, — начала искать выход из ситуации, — хочешь, чтобы не было страшно? Естественно. Тогда надо быстрее валить из этого леса!"
Осторожно спускаюсь с дерева, периодически посматривая, нет ли чудиков. Спрыгиваю с последних двух веток и шустро припускаюсь дальше по своему маршруту. Дыхалка, конечно, такая себе, зато мотивация в виде страха превосходная. Бежала, не разбирая дороги. Плевать! Хоть бы на деревню какую выйти.
Уже задыхаясь, остановилась и сложилась пополам, пытаясь отдышаться. Потом достала фляжку и отпила воды.
"Останавливаться нельзя", — всплыла очевидная мысль.
И путь продолжается…
Однообразие всего наводило на меня тоску, и вот спустя неделю пути хотелось дойти хоть куда-нибудь.
Ночью было не спокойно мерещилось, что из-за дерева вот-вот выпрыгнет волк или тот странный недомедведя. Но я осознавала, что это только игра моего воображения и предпосылок их появления никаких нет. Кругом стояла тишина.
"Саша, это только тебе кажется. Всё в порядке", — говорила себе.